Неизбежность нашего выбора

      Следующие несколько недель после заключения обета держали Гермиону в напряжении. Ей казалось, что друзья каким-то образом могут догадаться о том, что она что-то скрывает от них. Конечно, это было невозможно. Девушка старалась даже не смотреть в сторону профессора Снейпа и Малфоя. Она избегала их, пряталась в пустых кабинетах когда видела кого-то из них в коридорах, в то время как они вели себя так, будто той ночи никогда и не было: спокойно и невозмутимо.       — Гермиона, ты не заболела случаем? — как-то на уроке зельеварения спросил её Рон.       — С чего ты взял? — беспечно поинтересовалась она, переводя напряжённый взгляд на друга.       — Ты не тянешь руку после каждого заданного вопроса. Это на тебя не похоже.       Её друг усмехнулся своей безобидной шутке. Скорее всего, он даже не задал ей этот вопрос серьёзно. Но Гермиону это задело. Она ведь правда чувствовала себя отвратительно. Да, ей не хотелось быть рассекреченной, но настоящие друзья должны замечать когда у одного из них проблемы. Рон же не видит ничего дальше собственного носа.       — Не знала, что ты замечаешь кого-то кроме Лаванды.       Гермиона знала, что это было грубо, но ничего не могла с собой поделать. Во-первых, она злилась на Рона за то, что он начал встречаться с их однокурсницей. Для девушки это известие стало сильным ударом. Она ведь думала, что Рон тоже чувствует этих бабочек в животе и невообразимую лёгкость при общении с ней. Что ж, видимо, всем приходится переживать безответные чувства.       Во-вторых, тревога стала постоянным спутником Гермионы. Она всё время боялась разоблачения и не знала как будет объясняться перед друзьями. Что если кто-то расскажет мальчикам, что их лучшая подруга покрывает Пожирателей Смерти? Этот страх был почти иррациональным. Снейп и Малфой не были глупцами, они точно должны были заметить, если бы за ними кто-нибудь следил в ту злополучную ночь.       Именно после неудачной шутки Рона Грейнджер постаралась вернуть всё на свои места, здраво рассудив, что не должна придавать большое значение событию, участники которого предпочли о нём вообще забыть. Она снова погрузилась в учёбу, игнорируя чувство вины.       Время не останавливало свой бег. Оставалась неделя до Хэллоуина, после которого наступают недельные каникулы. На улице стояла солнечная погода, которая прекрасно подходила для полётов. Команды по квиддичу много тренировались, а вот Гермиона не прикасалась к мётлам с того самого занятия с Малфоем. Уже была известна сдача нормативов по полётам. До пятнадцатого апреля было ещё полгода и куча времени, чтобы подготовиться. Вот только Гермиона никогда не оставляла дела на потом. Тем более ей ещё ни разу не удалось продержаться на метле дольше одной минуты: она всегда падала. Джинни в очередной раз предложила свою кандидатуру на роль личного тренера, и девушка согласилась. Младшая Уизли всё равно не готовилась к предстоящим экзаменам, твёрдо уверенная, что информации, которую преподают на уроках, ей хватит для сдачи СОВ, как минимум, на «Выше ожидаемого». В каком-то смысле она была права. Просто Грейнджер вспоминала себя год назад и не понимала, как Джинни могла ставить на первое место не учёбу, а отношения, вечеринки, тренировки к матчу. Джинни, ко всему прочему, успевала ещё выполнять домашние задания без посторонней помощи. В свой пятый год обучения Гермиона успевала только готовиться к экзаменам и помогать Гарри с Отрядом Дамблдора. Возможно, она слишком много времени уделяла учёбе, потому что в этом году тоже не удосужилась посетить ни одной вечеринки. А ей ведь недавно исполнилось семнадцать лет. Ей было всего лишь семнадцать. Прекрасный возраст для развлечений и первых отношений. Вот только парень, который ей нравился, был недогадлив и уже состоял в отношениях.       Грейнджер тяжело вздохнула, вынырнув из грустных мыслей, и направилась на квиддичное поле вместе с Джинни. Солнце приятно согревало кожу. Оно ещё обладало теплом, которое вскоре исчезнет.       — Так, ты знаешь как призывать метлу? — спросила Уизли, как только они пришли на место и положили мётлы на землю.       Волшебница хотела возмутиться тому, что подруга настолько не верит в неё, но затем вспомнила, как Малфой уверял, что это очень важный этап в «приручении» метлы. Девушка поджала губы и неуверенно кивнула.       — Сможешь показать? — осторожно уточнила Уизли, видя колебания подруги.       Гермиона тяжело вздохнула и выставила правую руку перед собой.       — Вверх.       Ничего не произошло.       Внутри девушки всё похолодело. Снова неудача. Неужели она даже этого не научилась делать? Призвать метлу может любой первокурсник. Не может же быть такого, что Гермиона настолько бездарна. В конце-то концов, именно её зовут умнейшей ведьмой своего времени. Будет глупо, если она не сможет поднять метлу. Разозлившись на себя, гриффиндорка попробовала ещё раз. Со второй попытки всё получилось. Но настроение Гермионы немного упало.       — Отлично, первый этап освоен. Это уже неплохо, — похвалила Джинни. Грейнджер чуть приободрилась. Ей всегда было приятно слышать похвалу в свой адрес. — Вообще, тебя можно понять. В смысле, ты до одиннадцати лет не знала, что существует магия. А летать для тебя было чем-то немыслимым. В отличие от многих, кто с детства летал на мётлах.       — А как же Гарри? Он тоже рос в мире маглов.       — Можно сказать, что это у него в крови. К тому же, ты превосходишь его во всём остальном, — девушка задумалась, — Ну, кроме как умения выживать.       Обе девушки не выдержали и рассмеялись. Грейнджер не была уверена, какую цель преследовала её подруга, но если она хотела снять напряжение между ними и вселить в неё уверенность, то это получилось. Она была так благодарна судьбе за Джинни. Лучшей подруги, чем она, у Гермионы никогда не было. Да и вряд ли можно найти лучше. Хитрая рыжеволосая лисица всегда была на стороне Грейнджер. Даже когда они отдалились в этом году, она всегда была рядом.       — Ну что ж, сядь поудобней, выпрями спину, ногами сожми древко. Примерно вот так, — Уизли показала, как сделать это правильно и слезла, чтобы подстраховать подругу. — И оттолкнись, но не резко, а плавно. Метла сама поднимет тебя.       Гермиона постаралась сделать всё в точности так, как ей сказали. Не торопясь, метла начала подниматься. Через пару секунд девушка парила невысоко от земли и улыбалась своей удаче.       — Ты молодец! — раздалось снизу. — Теперь также медленно попробуй наклониться в сторону. Метла реагирует на каждое твоё телодвижение.       Грейнджер поддалась корпусом вперёд, и метла рывком полетела вниз. Девушка увидела, что приближается к земле и принялась восстанавливать равновесие, отклонившись назад. Когда метла приняла более-менее устойчивое положение, спина гриффиндорки выпрямилась. Теперь она без проблем могла держаться в воздухе. Гриффиндорку переполнял восторг. Этого всё ещё было недостаточно для сдачи экзамена, но это её самое лучшее достижение, связанное с полётами.       — Замечательно! Ты уже держишь равновесие. Скоро научишься летать. Думаю, сначала нужно научиться приземляться. Согласна?       Волшебница не успела ответить подруге. Прямо перед её носом что-то пролетело. Она вздрогнула и отпустила метлу, чуть взмахнув руками. Не смогла удержаться с помощью одних ног и начала падать. Гермиона зажмурилась, приготовившись содрать коленки и ладони в очередной раз, как её схватили за запястье и потянули наверх, не давая упасть. Только ощутив под собой какую-никакую опору, девушка посмотрела на человека, являвшегося причиной её падения.       — Надо же, я спас прекрасную принцессу. Мне положен поцелуй? — Кормак улыбался, а лицо его так и искрилось весельем.       В отличии от девушки, внутри которой закипал гнев. Только у неё начало что-то получаться, как он всё испортил.       — Если бы не ты, меня бы не пришлось спасать, — довольно резко ответила волшебница.       Ей было некомфортно находиться так близко к Маклаггену, чувствовать его дыхание у себя на лице и его руку, опоясывающую её талию. Ей не нравилось то, что приходилось цепляться за его плечи, которые были слишком широкими, чтобы не упасть. Но и отстраниться Гермиона не могла, потому что одно резкое движение привело бы к их падению. Сложись ситуация иначе, её мог бы подхватить Рональд. Гриффиндорка была бы даже рада такому повороту событий.       — Поставь меня на землю, — попросила девушка, немного успокоившись.       Парень кивнул и без лишних слов пошёл на снижение.       — Слава Мерлину, ты в порядке! — Джинни отбросила пойманную метлу, подбежала к подруге и заключила её в крепкие обьятия.       Убедившись, что она цела и невредима, младшая Уизли переключилась на юношу.       — Теперь ты, — недобро прищурившись, она собиралась отчитать парня. И её не останавливало то, что он старше её на два года и выше, как минимум, на две головы.       Ранее Гермиона думала, что Джиневра должна была попасть на факультет Слизерин. Ведь она была хитрой и амбициозной. Но сейчас Джинни показывала такие качества, как смелость, поддержка и защита. Качества настоящего гриффиндорца. Также волшебница вспомнила свой второй курс и распределение Джинни. Теперь понятно, почему шляпа так долго думала над ответом.       — Прости, Гермиона, — произнёс парень, не обращая внимание на Уизли. В его голосе не было ни намёка на раскаяние. — Я просто не знал, как ещё привлечь твоё внимание. Я бы хотел пригласить тебя на празднование Хэллоуина.       — О каком праздновании идёт речь? Я думала, у нас будет что-то наподобие торжественного ужина и на этом всё. Или у нас намечается что-то в гостиной? — Грейнджер перевела взгляд с него на подругу.       Та всё ещё негодовала. Мало того, что он подверг Гермиону опасности, так ещё и проигнорировал Джинни, словно маленькую тявкающую собачонку. Каков нахал!       — Ты права, но вечеринка будет не в нашей гостиной, а в подземельях Слизерина. Все смогут прийти, если будут соответствовать дресс-коду.       Гермиона нахмурилась. Ей следовало отказаться от этой затеи. Она была зла на Кормака и не собиралась добровольно идти в логово змей. Джинни, увидев настрой девушки, дёрнула её за рукав коричневой кофты и оттащила в сторону.       — Мне не нравится этот тип, — начала она. — Но тебе лучше согласиться, там будет весело. Обещаю.       — Не думаю, что Гарри и Рон будут рады такому предложению.       — А кто сказал, что они приглашены? — Уизли лукаво улыбнулась. — Они ничего не узнают. А слизеринцы тебе ничего не скажут. Иначе я нашлю на них Летучемышиный сглаз.       Об этой порче в применении Джинни ходили легенды. Однажды девушка применила её на Малфое, который очень настырно искал местоположение Отряда Дамблдора.       — Тем более ты сможешь доказать себе, что на Роне свет клином не сошёлся и у тебя тоже есть поклонники, — добила Джинни.       — Хорошо, — согласилась Гермиона. — Но это не из-за Рона! — поспешно добавила она. — Мне просто надо развлечься.       В конце концов гриффиндорка ничего не теряла. Она могла прийти вместе с Кормаком, но никто же не заставляет её сидеть с ним целую ночь. Девушка развернулась, чтобы сообщить о своём решении Маклаггену.       Ребята, конечно же, не знали, что за ними наблюдают из Хогвартса. Женщина стояла у окон уже несколько минут. Идя в свой кабинет, она заметила кого-то на квиддичном поле и остановилась прямо посреди коридора, желая взглянуть, кто так поздно вечером решил потренироваться. У Макгонагалл чуть сердце не остановилось, когда её ученица начала падать. За спиной послышались тихие шаги, и Минерва развернулась на звук.       — Мистер Малфой! Я как раз думала о вас, — Драко удивлённо приподнял правую бровь и подошёл к профессору поближе.       Хотя секунду назад, он хотел избежать этой встречи и был готов вернуться обратно в Большой зал, где играл в волшебные шахматы с Блейзом. Любопытство его когда-нибудь погубит.       — Как у мисс Грейнджер обстоят дела с полётами? Вы нашли общий язык?       Вопрос удивил его ещё сильней. Какого чёрта старуха решила спросить о грязнокровке? Неужели та нажаловалась на то, что они не занимаются?       — Когда мы тренировались в последний раз, — и единственный по совместительству, — она делала успехи. Драко решил не спешить и узнать для начала, что знает Макгонагалл, а потом уже выкручиваться в зависимости от ситуации.       — Правда? Как часто у вас проходят тренировки, и почему же вы не помогаете ей сейчас? — женщина загадочно улыбалась, будто знала некую тайну, которая была неизвестна Драко.       И это его бесило. Как он мог тренировать Грейнджер, если в последнее время она его избегала? А у него было достаточно дел, помимо гриффиндорской зазнайки. Он наконец-то нашёл зацепку, как можно починить Исчезательный шкаф. Правда, для этого ему придётся перевести дневник его создателя с латинского языка. И не факт, что там будут ответы. Вдруг шкафы не подлежат починке? Тогда другого способа пробраться Пожирателям Смерти в школу просто не существовало. Мало того, что аппарировать на территорию школы было невозможно, так ещё здание было защищено от тёмной магии. Портключи тоже не работали.       — Полагаю, что Гермиона сейчас отдыхает, профессор, — учтиво произнёс слизеринец, поняв, что молчание затянулось. — До отбоя осталось совсем немного времени.       — Неужели, — скептично хмыкнула Минерва и отошла от окна.       Малфою открылся замечательный вид на окрестности Хогвартса. На поле для полётов стояла младшая Уизли и чему-то улыбалась, глядя наверх. Драко был готов поспорить, что она смотрела на своего ненаглядного Поттера. Наверное, все знали, что она влюблена в него. И что с Дином Томасом она начала встречаться, лишь бы не накинуться на освободившегося Гарри. Но парень был удивлён, проследив за взглядом Джинни. Кормак спускался на землю, а в обнимку с ним сидела какая-то девушка. Лица её слизеринец не видел, но вот копна пушистых волос привлекала внимание. О, эти волосы он узнает всегда. Чёртова Грейнджер, опять всё портит.       — Мистер Малфой, я ведь могу поставить автоматический зачёт по трансфигурации мистеру Маклаггену, а не вам. Подумайте об этом, — произнесла Макгонагалл и направилась в свой кабинет.       — Поганая грязнокровка, — прошипел парень себе под нос, скрещивая руки на груди.       У него совсем не было времени и желания на всякие глупые предметы. На любые школьные предметы. С каждым днём его настроение ухудшалось, а волнение за мать росло. Он не представлял, как Нарцисса может жить под одной крышей с Волдемортом. Он же хуже дементоров, высасывает не только счастливые воспоминания, но и жизненные силы. С Тёмным Лордом Драко встречался лишь пару раз. Первый был, когда его «наградили» меткой, во второй ему поручили убить директора и устроить нападение на школу. Именно после этих встреч его начали одолевать такие кошмары, что даже днём он не мог заснуть больше, чем на три часа. Парень был уверен, что скоро его организм не выдержит и подарит ему несколько часов, а может и дней, желанного забвения. Но пока ему нужно понять, как починить Исчезательный шкаф. И для этого он не собирался отвлекаться на посторонние дела. Только на квиддич, пожалуй. Нужно же как-то делать вид, что ничего не изменилось. Поэтому слизеринец планировал послать Грейнджер на пару с деканом Гриффиндора. У него нет желания разыгрывать из себя прилежного ученика.

***

      В воскресенье Гермиона узнала о намечающейся вечеринке, и уже в среду отменили занятия. С утра кто-то взорвал кабинет с особо опасными зельями, поэтому ученикам рекомендовалось либо сидеть в своих гостиных, либо провести время на улице. В порче школьного имущества подозревали Пивза, но Гермионе казалось, что к этому приложили руки слизеринцы. Многие ученики жаловались, что им будет нечего надеть на празднование Хэллоуина, и неожиданно появляется прекрасная возможность посетить Хогсмид. Возможно, Джинни тоже была в этом замешана: во вторник вечером до инцидента она вела себя подозрительно и светилась как новогодняя ёлка.       Подруги третий час ходили по улочкам Хогсмида, рассматривая праздничные костюмы в магазинах. Грейнджер знала, что будет нелегко подобрать наряд под свой вкус, когда рядом находилась Уизли-младшая. Но она не могла подумать, что будет настолько сложно. Её подруга отвергала любое более-менее закрытое платье и не могла найти ничего взамен. Единственным плюсом их долгой прогулки были купленные Гермионой часы.       — У меня сейчас отвалятся ноги, — простонала девушка, плетясь за рыженькой гриффиндоркой, которая совсем не уставала.       — У тебя плохая физическая форма. Ты уже говоришь мне это в четвертый раз.       Она забежала в шестой магазин. Или это был пятый? Может восьмой? Примерно с третьего магазина Гермиона перестала считать. Тогда же наряды начали сливаться в бесформенную разноцветную кучу, из которой нельзя было выделить ничего конкретного.       — Мне кажется или мы тут уже были? — Гермиона оглядела магазин, заходя следом за Джинни.       — Ага. Здесь есть такое платье чёрно-зелёного цвета, ты не помнишь?       Грейнджер сжала челюсти и медленно выдохнула через нос. Да над ней просто издеваются. Джинни не могла не знать, как её выматывают такие безрезультативные походы по магазинам.       — Честно говоря, не помню.       Волшебница опустилась на жёсткий пуфик, жалея, что на него нельзя облокотиться из-за отсутствия спинки. Она вытянула ноги вперёд, наблюдая, как её подруга исчезает за ширмой раздевалки, схватив что-то с вешалки. За счёт больших окон помещение выглядело больше, чем было на самом деле. Цветовая гамма радовала глаз: пастельные оттенки очень гармонично сочетались между собой. Но, как бы приятно ни было находиться здесь, девушка мысленно молилась Мерлину о скором возвращении в школу. Гриффиндорка поняла, что попала в ловушку только тогда, когда Джинни отказалась пойти с мальчиками в магазин мётел и принадлежностей для квиддича. Такого прежде никогда не случалось. И ради чего это всё? Гермиона никогда особо не любила Хэллоуин: ни до появления магических способностей, ни после. Этот праздник ей всегда казался лишённым всякого смысла, а после открытия мира магии — несколько диким. Зачем одеваться как волшебные существа, если их и так полно на каждом углу? Не оскорбляло ли морских и лесных жителей, что им подражают и некоторые люди даже смеются, наряжаясь в неправдоподобные костюмы?       Из раздумий Грейнджер выдернул громкий смех, проходящих рядом девушек. Она чуть повернула голову, чтобы увидеть, кто это был. Заметив её движение, на волшебницу уставилось несколько пар глаз.       — Посмотрите-ка, кто тут у нас…       Паркинсон. Ну конечно, кто же это ещё мог быть. Гермиона с неохотой окинула взглядом Пэнси и стоящих за ней сестёр Гринграсс.       — Когда же до тебя дойдёт, что на тебе, грязнокровка, любой наряд будет смотреться просто отвратительно? Ни одно платье не сделает тебя хотя бы на каплю похожей на дам из высшего общества, — усмехнулась Паркинсон, и эта усмешка показалась Гермионе знакомой.       Такой усмешкой Малфой всегда награждал золотое трио, оставляя за собой последние слова. Один раз она не выдержала и залепила парню такую пощёчину, что у неё ещё два дня после этого происшествия ныла рука. На миг в голове Грейнджер проскользнула шальная мысль. Что будет, если таким варварским способом усмирить зазнавшуюся слизеринку. Она явно не ожидает маггловского способа расправы. Гермиона почти сразу отогнала от себя такие мысли. Только драк ей не хватало. Волшебница медленно поднялась с вдруг ставшего таким удобным пуфика. Вечером ей определённо стоит принять ванну. Необходимо будет смыть с себя эту неприятную встречу.       — Если «дамы из высшего общества» выглядят так же, как ты, — она сделала театральную паузу, и в карих глазах заплясали огоньки веселья, — то я, пожалуй, откажусь от столь сомнительного удовольствия быть похожей на них, — уголки губ Гермионы слегка дёрнулись вверх, когда она увидела оскорблённое выражение лица Паркинсон.       Это было слишком приятно — использовать своё главное преимущество: обширный словарный запас и блестящий интеллект. Никогда ещё мозг Гермионы не подводил её, каждый раз выдавая достойные ответы на любую колкость. Ну, когда Гермиона была в более-менее психически стабильном состоянии, чтобы ответить обидчикам.       В последнее время Грейнджер старалась слиться со стенами Хогвартса, дабы не привлечь к своей персоне лишнего внимания. Она уже и забыла, какого это — одним словом заставить человека прикусить язык. Девушка и не думала, что ей так сильно нравятся словесные баталии, пока не лишилась их на шестом курсе. Обычно её оппонентом выступал Драко, но в этом году он был невероятно тихим. За это лето он стал более сдержанным, перестал задевать её и парней. Почти перестал, исключая те случаи, когда перепалку начинали гриффиндорцы. И это было ещё более странно. Разве он не должен после принятия метки превратить жизнь маглорождённых волшебников в сущий кошмар? Разве это не было основной задачей Пожирателей?       — Да как ты смеешь! — слизеринка выхватила из сумочки волшебную палочку.       Гермиона достала из-под плаща свою и вскинула её в ответ. Только подружки Пэнси оказались сообразительней, чем считала их Грейнджер. На неё наставили не одну, а три палочки. Перед глазами всё поплыло, и вместо озлобленных однокурсниц перед взором гриффиндорки предстали Пожиратели смерти. Руки Гермионы задрожали.       — Боишься, грязнокровка? — довольно прошипела Паркинсон.       Вместо противного голоса зазнавшейся снобки в голове Гермионы — громкий смех Беллатрисы, заставляющий леденеть кровь в жилах. Воздуха стало не хватать. Будто его начали медленно выкачивать из помещения. От надуманной потери кислорода, Гермиона умереть не могла. Но волшебные палочки представляли собой реальную угрозу. С тремя волшебницами Грейнджер могла справиться. Но не тогда, когда начинала задыхаться. Не тогда, когда перед глазами появлялись плотные маски, скрывающие лица. Девушка сжала древко покрепче. Ладони вспотели, и она боялась, что палочка просто-напросто выскользнет из рук.       Неожиданно копна рыжих волос перекрыла девушке обзор. Джинни. Дышать сразу стало легче.       — Пэнси, тебе не жаль своих родителей?       — Какое тебе дело до мои…       — Твои родители столько денег отдают репетиторам. У аристократов же есть какие-то уроки этикета? — Джинни перебила слизеринку. — Паркинсоны смело могут потребовать возврата денег с преподавателя. Вежливости ты так и не научилась.       Дафна и Астория захихикали, прикрывая рты ладонями. Пэнси покраснела от злости       — Иди куда шла, Паркинсон.       — Ты ещё поплатишься за это, Уизли.       Она развернулась на каблуках и направилась к выходу. Её свита поспешила за ней.       — Жду не дождусь, — крикнула им вслед Джинни и обернулась к подруге.       Гермиона уже сидела на пуфике и медленно приходила в себя.       — Ты в порядке?       Уизли обеспокоенно осмотрела её на наличие травм. В такие моменты она очень напоминала Молли —                         заботливую мамочку, которой нужно всё держать под своим контролем.       — Да, всё хорошо. Спасибо. Ты подошла вовремя.       Джинни ещё раз окинула Гермиону изучающим взглядом и, убедившись, что всё нормально, кивнула своим мыслям.       — Как тебе это платье? — девушка покрутилась вокруг своей оси.       На Уизли-младшей было платье, состоящее из чёрного кружевного корсета и длинной изумрудной юбки. Ткань на вид была дорогой и мягкой. От юбки тянулся небольшой шлейф. Джинни выставила левую ногу вперёд, демонстрируя глубокий разрез. Туфли на высоком каблуке в тон корсету завершали образ.       — Тебе очень идёт. Но не думаю, что это костюмированный наряд.       — Об этом я позабочусь, не переживай, — Джинни задорно ей подмигнула, поправляя юбку.       Гермиона не представляла откуда Джинни возьмёт деньги на это великолепное платье. Может быть близнецы поделились выручкой со своей любимой сестрёнкой? Магазин «Всевозможных волшебных вредилок» пользовался огромной популярностью у школьников.       — Давай подберём что-нибудь для тебя.       — Мы можем не тратиться. Я надену мантию и буду обычной ведьмой. Это же тоже костюм, да? — уточнила Гермиона, не горя желанием ходить по магазинам ещё несколько часов.       Ей правда было неважно, как она будет выглядеть на Хэллоуине. Она даже сомневалась, что слизеринцы пустят её на порог своей гостиной.       — Значит, хочешь быть ведьмочкой, — задумчиво протянула гриффиндорка, и Грейнджер тяжело вздохнула.       От неё так просто не отстанут.       — Ладно, жди здесь, — и её снова оставили одну.       Девушка провела рукой по волосам, убирая их с лица. Если быть честной, она не чувствовала себя хорошо. После случившегося Гермиона ощущала лишь жуткую апатию. Ей хотелось забыться крепким сном и проспать до начала занятий. Кабинет, который взорвали, содержал в себе ядовитые зелья. Некоторые были смертельно опасными для жизни. Так что уроков у них не будет до следующей недели точно.       Грейнджер смутно помнила, как Джинни притащила к ней что-то среднее между плащом и мантией, доходящее до колен. Вещь была достаточно свободной, поэтому девушка согласилась купить её даже без примерки. Тогда гриффиндорка не заподозрила ничего странного. В четверг вечером, собираясь на вечеринку, она ужаснулась своему наряду.       — А если мантия распахнётся? — Гермиона разглядывала себя в зеркале.       Укладка на голове была потрясающей: длинные локоны тяжёлым водопадом струились по её спине и были идеально гладкими. Такие непривычные для Гермионы стрелки красиво подчёркивали её глаза, делая взгляд более хитрым. Девушке очень шёл этот кошачий взгляд и даже бордовая помада на губах, выглядевших пухлее обычного. Но наряд приводил Гермиону в смущение.       — Милая, она должна распахнуться и продемонстрировать то, что скрывется под ней, — Джинни заколола последнюю шпильку на своих волосах.       — Ты хотела сказать, она должна продемонстрировать моё бельё всем слизеринцам?       — Грейнджер, не будь такой занудой. Или я и правда заставлю тебя надеть под мантию одно белье. Или пойти только в мантии, — пригрозила девушка, критично рассматривая себя в зеркале.       — Не будет большой разницы, — проворчала Гермиона.       Она закусила губу, увидев предупреждающий взгляд подруги. Уизли надела на голову диадему, завершая свой образ. Она выглядела потрясающе в роли наследницы Салазара Слизерина. Настоящая королева. В отличии от Гермионы, которой было жутко некомфортно в своём образе. Она постоянно поправляла остроконечную шляпу, сползающую с её головы, и запахивала мантию. Джинерва неодобрительно покачала головой и призвала с помощью Акцио сливочное пиво. Бутылка вылетела под изумлённый взгляд Грейнджер из шкафчика Лаванды.       — Что? — невозмутимо спросила Джинни, вытаскивая два кубка из тумбочки. — Держи, нам нужно немного расслабиться.       Гермиона, не раздумывая, выпила, как только кубок был наполнен. Если ей придётся весь вечер провести в компании людей, которые её ненавидят, она хотела быть к этому готова. Хотя бы морально.       — Пошли, мы опаздываем. Кормак уже ждёт нас в гостиной.       — А Дин?       — Он не пойдёт, — хмыкнула Джинни, не опечаленная данным фактом. — Мы поссорились. По его словам я часто общаюсь со слизеринцами. Да пошёл он.       Джинни с Дином постоянно скандалили. Их ссоры стали ежедневными. И что-то подсказывало Гермионе, что её подруга устала терпеть разборки с парнем. Будет неудивительно, если они расстанутся насовсем. Девушка взяла Грейнджер за запястье и потянула к выходу из комнаты.

***

      Драко сделал большой глоток прямо из горлышка бутылки и прикрыл глаза. Магловская музыка била по барабанным перепонкам, но, стоит признать, была приятна. Не зря Забини заморочился со списком песен, которые играли сейчас на вечеринке.       — Осталось пятнадцать минут и вход в гостиную будет закрыт для гостей, — оповестил парня Блейз, отбирая у него бутылку.       Малфой взглянул на часы. Стрелка стремительно приближалась к полуночи. Когда часы покажут двенадцать, вход закроется. Все смогут выйти, но никто не сможет зайти обратно без специального браслета. Они уже были на запястьях у большей половины гостей, светясь ярким неоновым светом.       Забини присвистнул, поправляя кожаную куртку.       — Посмотри, кто к нам пожаловал! Это Грейнджер? Кто-нибудь знал, что у неё такие длинные ноги?       Малфой лениво перевёл взгляд на входные двери.       — Тебя действительно заинтересовала грязнокровка? Ты ведь не её высматривал целый вечер, — Драко усмехнулся, получив ощутимый толчок в плечо.       Блейз никогда не говорил напрямую, но все восхищённые оды об Уизли младшей говорили за него. Его глаза загорались влюблённым блеском при одном лишь упоминании о Джинни. Но Драко был уверен, что это помешательство друга скоро пройдёт и тот найдёт другой объект мечтаний.       Забини тем временем уже подошёл к пришедшим девушкам.       — Мисс Грейнджер, мисс Уизли, добро пожаловать в обитель тьмы, — парень приподнял кепку с козырьком, приветливо улыбаясь.       Гермиона сначала опешила от дружелюбности слизеринца, но всё же кивнула ему. Джинни развернулась к парню и присела в лёгком реверансе. Гермиона нахмурилась. Это же не святочный бал, чтобы вести себя так официально.       — Если вам нужно будет покинуть вечеринку, то вы не сможете вернуться сюда без браслетов. Так что прошу, протяните мне ваши ладони.       Джинни первая протянула руку, и на ней защелкнулся неоновый браслет зелёного цвета.       — Что же значит твой костюм? — поинтересовалась Джиневра, разглядывая парня с головы до ног.       На нём отлично смотрелась белоснежная рубашка и клетчатые брюки на широких подтяжках. Образ завершало кашемировое тёмное пальто.       — Ты похож на гангстера из двадцатых.       — Браво, ведьмочка — Забинни подмигнул Гермионе. — Я старался попасть в образ.       Он завёл руку за спину и вытащил револьвер. Грейнджер действовала инстинктивно: секунда, и палочка уже наставлена на слизеринца.       — Успокойся, это муляж, — Блейз приставил дуло к виску и нажал на курок. За ним последовал щелчок, но выстрела не произошло. Облегчённо выдохнув, Гермиона убрала палочку обратно под мантию.       — Что сейчас произошло? — Джинни переводила непонимающий взгляд со своей подруги на слизеринца.       — Грейнджер подумала, что у меня магловское оружие. Хотя это просто подделка, — Блейз пожал плечами и протянул Гермионе красный браслет.       Она застегнула его у себя на запястье и поправила шляпу, которая норовила упасть с головы. За спинами ребят послышались шаги.       — Здесь всегда так мрачно? — Маклагген улыбался во все тридцать два белоснежных зуба, но выглядело это как-то неприязненно. — А что это за браслеты?       — Да так, простая безделушка. К сожалению для тебя, они закончились.       Слизеринец не был слишком радушно настроен к этому парню, и Гермиона его не осуждала. Она сама прикидывала в уме, как бы от него отвязаться поскорее. Пока они добирались до подземелий, Кормак успел рассказать парочку «забавных» историй. И во всех историях он был красивым, сильным и самым лучшем парнем на свете. Грейнджер почти тошнило от его напускной идеальности.       Забини пригласил их присесть поближе к камину. Там, объяснил он, теплее и можно немного отдохнуть, привыкнуть к обстановке. Только никто не сказал, что там их будет ждать Драко Малфой.       Гермиона отставила метлу, которую одолжила у Джинни, в сторону и опустилась на диван, находящийся напротив кресла Малфоя. Грейнджер внимательно осмотрела юношу, не понимая его наряда. Рубашка в крови? Это подойдёт под многие образы. Он не выглядел агрессивно настроенным, поэтому возможно он просто проигнорирует их присутствие.       — Я принесу нам выпить, — прокричал Кормак и скрылся в толпе.       — И куда же он пошёл? Лучший алкоголь на этом столе, — Забинни покачал головой и наполнил два пустых бокала огневиски.       Он подошёл к Джинни и протянул ей напиток.       Драко неодобряюще нахмурился, но ничего не сказал. Он не помнил, есть ли Уизли младшей шестнадцать лет.       — Неплохо, — сделав глоток, изрекла она. — Но неужели у тебя, Блейз, не найдётся ничего более изысканного для дам? Я слышала, твоя семья владеет виноградниками в Италии.       — Не всем слухам стоит доверять. Но вы правы, в моих чемоданах должна быть бутылка эльфийского вина. Не поможете мне её отыскать, Ваше Высочество?       Парень предложил девушке локоть и провёл её к спальням слизеринцев.       Пока они шли, Джинни принялась более внимательно рассматривать оформление гостиной. Атмосфера была… мистической. Это первое, что приходило в голову, когда взгляд натыкался на паутину и порхающих в воздухе тыкв со свечами внутри. Им удалось повторить оформление Большого Зала. Но громкая музыка, приглушённый свет, алкоголь и немного развязное поведение окружающих не позволяли забыть, что ты находишься на вечеринке.       — Вы хорошо подготовились.       — Да, в этом большая заслуга Пэнси. По-моему, ей помогали Дафна и Астория.       — Думаю, они не обрадуются, что я пришла сюда, — усмехнулась девушка, пока Забини открывал для неё дверь.       Уизли прошла в спальню и огляделась. Видимо, праздничная атмосфера на личные комнаты не распространялась.       — Да, мы наслышаны о вашей небольшой стычке в одном из магазинов.       Закрыв за собой дверь, слизеринец прошёл к шкафу с одеждой. На лице Блейза не было и намёка на злость, лишь на веселье.       — Она заслужила. Я просто указала на её неподобающее поведение.       Музыка в спальне звучала несколько приглушённо. Поэтому можно было спокойно общаться, не надрывая голос. Джинни терпеливо ждала, когда Блейз отыщет бутылку вина, если она вообще существовала.       — Иногда Пэнси переходит грань дозволенного, но она не настолько плоха как кажется, — парень развернулся к гриффиндорке и торжествующе помахал бутылкой. — Как, впрочем, и все мы.       — Я знаю. Насчёт Слизерина существует много предрассудков.       Джинни приблизилась к Блейзу на пару шагов и обхватила горлышко бутылки левой рукой. Она чуть склонила голову набок, гадая о намерениях парня, стоящего напротив неё. Он отзеркалил её жест, и девушка не сдержала улыбки.       — Думаю, ты не подвержена им, учитывая хотя бы твой наряд.       Карие глаза пробежались по силуэту девушки, задержались на практически оголённой шее и ключицам и затем остановились на красных губах.       — Ты тоже, я смотрю, не поддерживаешь идею о чистоте крови волшебников. Учитывая твой наряд…       Они рассмеялись. Забини неожиданно шагнул вперёд. Вся непринуждённость пропала, мгновение — палочка Уизли уже наставлена на его горло. Сердце гриффиндорки колотилось в груди, пока она наблюдала за удивлением в карих глазах, что недавно так бессовестно рассматривали её.       — Мерлин, — выдохнула девушка.       Блейз не хотел ей навредить, он хотел её поцеловать.       Джинни опустила палочку, как и глаза, вниз. Да, смущения сильнее, чем сейчас, она не испытывала уже давно. Как же нелепо всё получилось. Они просто флиртовали, говорили о хороших людях, а она так легко наставила на Блейза палочку.       — Прости, — произнесли они одновременно и замолчали.       — Я не должна была так резко реагировать. Дело не в том, что ты слизеринец или ещё в чём-то, просто… — Джинни пыталась подобрать слова, но не находила нужных.       Она убрала палочку за пояс платья и натянуто улыбнулась Забини. Он, избегая резких движений, взял её за руку и сжал в подбадривающем жесте.       — Я знаю о случае в Министерстве и понимаю тебя. Пожиратели пришли к нам домой этим летом. Они настаивали на том, чтобы моя мать определилась со «стороной». Понятно, какого ответа они ожидали.       — И чем всё закончилось?       — Ну, — мулат усмехнулся. — Если представится случай, то никогда не соглашайся попробовать чай моей матери.       Улыбка Джинни в этот раз была искренней. Всё магическое общество было наслышано о чёрной вдове — миссис Забини. Она была безмерно богата и чрезвычайно опасна. Насколько все знали, у неё была одна настоящая слабость — её сын. Женщина делала всё, чтобы Блейз мог ни в чём себе не отказывать. Она любила его и готова была защищать его в любой ситуации. Во время Первой магической войны она поддержала идеи Волдеморта, только потому что её любимый, ныне покойный, муж придерживался фанатичных идей о чистоте крови. Сама же она никогда не высказывалась о своих убеждениях. Её личность обсуждали все и многие испытывали неоднозначные чувства к этой женщине.       — Не буду, — пообещала гриффиндорка, но она не хотела так просто сворачивать тему. Ей хотелось с кем-нибудь поделиться своими переживаниями, которые она так долго скрывала от всех. — Моего отца серьёзно ранили в Министерстве, а меня и моих друзей чуть не убили. Это был кошмар наяву.       В спальне повисла тишина. Каждый из находившихся погрузился в собственные мысли. Заглянув в комнату, сторонний наблюдатель очень бы удивился. Он бы сразу сказал, что это не обычные подростки. Они не веселятся в годы отрочества, да и взгляды у них тяжёлые, также, как и мысли.       Пройдёт минут десять, когда Джинни наконец придёт в себя и вернётся в настоящее. Она вспомнит о подруге, которая не очень-то и хотела идти на вечеринку, и поспешит к ней.       — Не дай Салазар про нас поползут слухи, Блейз, — остановившись у двери, проговорила волшебница.       Забини театрально схватился за сердце.       — Как вы могли такое подумать обо мне, дорогая? Всё, что было в этой комнате, останется здесь, между нами. Я унесу эту тайну с собой в могилу, — он задористо подмигнул.       Джинни закатила глаза, не сдерживая улыбку, и вышла из спальни. Слизеринец последовал за ней.

***

      Драко с нескрываемым изумлением наблюдал за тем, как его друг предлагает рыжей бестии локоть и приглашает её в спальню слизеринцев. Он помнил его небольшую интрижку с Дафной. Но чтобы привлечь внимание противоположного пола, Забини ещё никогда так не старался. Да, он был вежлив и галантен со всеми, но обращаться к кому-то из Уизли на вы…       Парень перевёл взгляд на Грейнджер, которая сжалась на диване. Она оглядывала его однокурсников, снующих вокруг них. Драко был готов поспорить, что она мечтает уйти отсюда как можно скорее.       — Зачем ты пришла сюда, Грейнджер? Ты и веселье — оксюморон, — хмыкнул Драко, делая очередной глоток алкоголя.       — Я умею веселиться, Малфой. И для этого мне не нужен огневиски.       — Ты хоть раз пробовала его? — он выгнул правую бровь.       Гриффиндорка промолчала. Но её поджатые губы сказали всё за неё. Невербальным заклинанием Драко наполнил пустой стакан и пододвинул его к краю, где сидела Гермиона. Немного поколебавшись, она потянулась за ним. Её мантия распахнулась. Драко скользнул взглядом по оголённому участку кожи, находящийся между коротким топом и шортами. Его рот приоткрылся в изумлении. Он не ожидал такого откровенного наряда от школьной заучки. Грейнджер тем временем опрокинула в себя целый стакан. От её нерешительности не осталось и следа.       — Это просто… отвратительно.       Голос Грейнджер слегка охрип, а лицо исказилось в неприязни. Можно было подумать, что она только что откусила лимон. С губ Драко сорвался лёгкий смешок, который остался незамеченным. В голове у слизеринца что-то помутилось, потому что на долю секунды он посчитал Гермиону Грейнджер забавной. Виноват был в этом алкоголь, недосып или что-то другое. Много месяцев спустя он поймёт, что этот момент был одним из переломных, заставивших его привязаться к ней.       — У нас здесь нет сливочного пива, — Малфой пожал плечами, вернув себе равнодушное выражение лица. — Хотя может твой парень найдёт что-нибудь.       Грейнджер больше не собиралась поддерживать диалог. Но Драко было скучно. Он, конечно, мог найти Асторию, которая уже примерила на себя его фамилию, и провести время с ней. Также он мог потанцевать с Пэнси или любой другой девушкой. Но он предпочёл остаться в компании молчаливой гриффиндорки. Кому рассказать — не поверят.       — Макгонагалл видела, что ты тренируешься с Макклагеном. Она непрозрачно намекнула мне, что испортит мне оценку, если я не буду тебя обучать.       Гермиона посмотрела на собеседника и моргнула, обдумывая сказанное. Кормак не учил её летать, можно сказать, он ей даже мешал. И он абсолютно точно не был её парнем. Но Малфой, судя по всему, об этом не знал. Она обвела пальцем стакан, который всё еще держала в руках. Вполне возможно у неё получится сыграть на самолюбии слизеринца?       — Я думаю, что могу объяснить профессору Макгонагалл, что твоя помощь мне не требуется, — кивнула девушка. Скрывая улыбку, она добавила, — К тому же, из него куда лучший игрок, чем из тебя.       Конечно, Гермиона не знала этого наверняка. Но Кормак выглядел довольно неплохо на отборочных испытаниях в команду.       — Твой парень находится на скамейке запасных, Грейнджер.       Драко усмехнулся, демонстрируя пару острых клыков. Гермиону почти покоробило от словосочетания «твой парень». Упаси Мерлин от такой напасти.       — Я убеждена, что даже запасные игроки в команде Гриффиндора способны одолеть команду Слизерина, — она поставила стакан на стол и потянулась к тарелке сладостей.       Маленькие разноцветные конфетки походили на маршмеллоу. Закинув пару штучек в рот, девушка поняла, что по консистенции они напоминают ей маггловскую сладость. Ей всегда нравилось добавлять их в какао. Но эти мягкие кубики имели фруктовый вкус. Необычно, но вкусно.       — Жаль тебя расстраивать, но в этом году мы заберём кубок школы.       — Правда? Готова поспорить, что ты ошибаешься.       Грейнджер закусила губу. Она видела, как челюсть Малфоя напряглась, когда она сказала, что её факультет лучше. Он злился. А её это только веселило. Драко уже раза три проклял себя, что остался в компании Грейнджер. Чёртова выскочка. Он наклонился вперед и схватил её за руку. Девушка дёрнулась, но он не отпустил.       — Какого чёрта ты делаешь? Совсем из ума выжил?       — Поспорим? Если Слизерин обыграет Гриффиндор в квиддич, то ты убедишь своего декана поставить мне зачёт. Если же гриффиндорцы обойдут нас, что ж… Я научу тебя летать и откажусь от автомата по трансфигурации, — в глазах Драко плясали черти.       В полумраке комнаты, они казались почти чёрными. Его глаза имели какое-то гипнотизирующее свойство. Как у настоящего вампира, в костюм которого Драко был одет. Парень лениво растягивал слова, заставляя вслушиваться в каждое слово. В груди Гермионы всколыхнулся азарт. Сердце сбилось с обычного темпа и забилось быстрее.       — По рукам, — согласилась она и сжала ладонь Малфоя своей.       Вся эта ситуация до ужаса напоминала ей клятву во время Непреложного обета. Не хватало только профессора Снейпа, скрепить сделку.       — Маклагген, ты вовремя, разбей, — приказал Малфой, указывая на их руки.       На лице парня читалось искреннее удивление, но он сделал, как сказали. Драко показательным жестом вытер руку о свою рубашку. Маклагген сел на диван рядом с Грейнджер и приобнял её за плечи. Девушка вспыхнула от злости и скинула с себя руки этого нахала. Видимо, не один Малфой считал, что они теперь пара.       — Я не нашёл сливочного пива, — слизеринец закатил глаза, и Гермиона улыбнулась его реакции. — Зато я встретился с Теодором Ноттом. Мы с ним познакомились два года назад на Чемпионате Мира по квиддичу, умный парень, но по-моему…       — Мы нашли вино! — к их компании подошла Джинни с Блейзом.       Они прервали начавшийся монолог Кормака, и Гермиона была благодарна им за своевременное возвращение. Ещё бы чуть-чуть и она послала бы гриффиндорца к драккловой матери. Он вызывал в ней гораздо больше раздражения, чем Малфой.       Гриффиндорец вскоре покинул их компанию, объясняя это своей усталостью. На самом деле все понимали, что причиной его ухода являлось общее нежелание выслушивать глупые истории парня о себе любимом. Хоть Гермиона с Джинни и Малфой с Забини находились поблизости друг от друга, они вскоре сепарировались. К парням подошли сёстры Гринграсс, которые кидали недовольные взгляды на гриффиндорок. Они не обращали на это никакого внимания, обсуждая последние сплетни. Это было не в стиле Грейнджер, но алкоголь в её крови взял верх над разумом. Поэтому Гермиона решила отдыхать и получать наслаждение от происходящего. Когда девушки распили полбутылки вина на двоих, Уизли захотела потанцевать. Она потянула Гермиону на импровизированный танцпол.