на руинах твоего сознания

и кто бы мог подумать, что сайфер не может умереть? в реальном плане, то есть исчезнуть с лица вселенной и больше никогда не существовать. люди, конечно, надеялись на это, но и здесь сайфер обвёл их вокруг пальца и дал пинка за то, как эти куски мяса унизили его. материальной оболочки он лишился - это факт. как и метаморфической. представьте себе, демон снов, который больше не может попасть в сон. вздор! и все же, реальность такова. все существо Сайфера пылало гневом из-за потери большей части своих сил, и только со временем он мог восстановить связь с этим жалким миром. теперь он был... просто. просто был. а вот тех, кому он хотел отомстить, здесь не было. барьер все ещё держал его в пределах гравити фолз, и билл вынужден был наблюдать за скучными людишками захудалого городка и работниками хижины. даже старших пайнс след простыл, а ведь его не было всего пару месяцев. могли и подождать! тем не менее, сайферу было чем заняться. например, накапливать силы до очередного лета. демон не сомневался — в один прекрасный летний день он вновь увидит младших (а может и старших) близнецов пайнс на пороге хижины. таких весёлых, полных энтузиазма и жажды приключений. дети появились на пороге в начале лета — бледные и уставшие, повзрослевшие. сайфер увидел это сразу: то, как они выросли за ещё один неполный год. они обнимались с толстяком и рыжей, девчонка не умолкала ни на секунду и на этот день хижина была закрыта для туристов. сайфер молча наблюдал. мэйбл пайнс почти не изменилась. весёлая, яркая, громкая, только в глазах её видна некая скучная серьёзность. она повзрослела. а вот её братец словно остался все таким же — флегматичным и унылым, только больше стал напоминать старика своим ворчанием. но было заметно, что он скучал. сайфер наблюдал за ними круглые сутки, день и ночь, и все никак не мог понять одну вещь. он хотел им отомстить сразу, как только близнецы вылезли из автобуса в первый день, но, как только он увидел их, ему вдруг стало скучно. мстить он больше не хотел. в ту же секунду злость выгорела, как свечка, как бы билл ни старался поджечь ее фитиль снова. снова и снова. ничего. младшие пайнс помогали в хижине и наслаждались первыми днями лета. девчонка убегала в город с утра, возвращаясь под вечер (сайфер знал, что от подруг), а пацан торчал в скучной хижине и помогал толстяку. иногда писал в потрепанном ежедневнике что-то, похожее на обрывки фраз или образов, и больше ничего. скука. сайфер наблюдал за их повседневной жизнью и закатывал глаза - ну же, пайнс, развеселите меня. покажите, что я не зря ждал вас все эти месяцы! — бро, как я выгляжу? — спросила мэйбл, поворачиваясь к брату, чтобы тот оценил её образ. на девочке были надеты юбка и укороченная толстовка, на лице неброский макияж, а длинные волосы уложены в кудри. сайфер понял, что она ещё больше увлеклась земным модными штучками, только теперь более взрослыми. — отлично, — не отрываясь от своей книжонки отвечал ей диппер. — ты снова в город? — сегодня с ночевкой, гренда устроила вечеринку в честь дня рождения своего парня, представляешь? — мелкий кивал ей и мычал под нос, пока она закидывала вещи в рюкзак с блёстками и гладила свою свинью на прощанье. — ты не хочешь пойти? она приглашала всех, ты бы наконец повеселился. — мне весело, — пожал плечами диппер. сайфер фыркнул про себя и закатил глаз, слушая девчачий голос следом. — я бы тебе напомнила, как именно ты веселишься, но вижу, что ты не в настроении, — она подходит к брату и целует его в подставленную щеку, на прощанье взъерошив и без того похожие на воронье гнездо волосы. — не забудь поесть, братик, увидимся утром. мэйбл убежала, а сайфер слегка скривился. и без того слишком тёплые отношения этих детей после всего стали только крепче, даже пубертат не убедил их гормоны вступить в перестрелку колкими фразами и криками "я тебя больше не хочу знать". диппер остался в кровати, меланхолично скользя взглядом по строчкам и перелистывая страницы. на самом деле он не читал, сайфер это понял сразу, он просто смотрел на буквы и делал вид, что слишком занят. билл вдруг подумал, что не сразу заметил, как мальчишка стал меньше улыбаться. да, взросление делает страшные вещи с людьми, но из этого мясного куска словно выкачивали жизнь — он был бледным и серым, скучным и по большей части апатичным. сайфер не знал, почему, поскольку до сих пор не мог читать чужие мысли, как делал раньше, а из разговоров близнецов было невозможно понять причину. но что-то явно произошло, пока их здесь не было. пайнс к этому времени медленно закрыл книгу и положил её на старый стол. вздохнул и съехал с подушки, а его красная футболка с чёрным принтом поднялась до рёбер и оголила плоский юношеский живот. ни капли мышц, дохляк. «не слишком-то тебе весело» за все то время, что сайфер терпеливо ждал, он научился проникать и вмешиваться в этот мир. а именно — говорить так, чтоб его слышали. подросток подскочил на кровати словно ошпаренный и лихорадочно заозирался по сторонам. его пульс подскочил втрое, глаза метались из угла в угол, но он молчал, и то хорошо — меньше тупых вопросов. «не ищи, все равно не увидишь», —поддразнил его сайфер и рассмеялся. механически, громко, мерзко; диппер скривился и нахмурил свое юношеское личико. — сайфер? — его голос давно сломался и сейчас звучал с хрипотцой, нервы пацана были натянуты, словно струна, готовая лопнуть в любую секунду. «единственный и неповторимый» — ты был мёртв, — поспешно сказал диппер, словно убеждая самого себя. — мы убили тебя, ты был мёртв, ты... — он замолчал и тяжело задышал, все ещё озираясь по тёмным уголкам чердака. — это галлюцинации. «начинаешь с оскорблений? а я ведь просто поздорова-» — это мне слышится, — диппер медленно опустился на постель и уставился в потолок. он дрожал. — это... мне кажется... сайфер снова рассмеялся. страх забавлял его. насыщал. «если тебе так легче, мелкий шизофреник, но вот тебе факт — я не исчезну, даже если ты убедишь себя в том, что это галлюцинации» диппер резко выдохнул и зажмурил глаза, а затем снова начал озираться по сторонам. он боялся. и его страх начал медленно подпитывать ослабевшую энергию сайфера.