Мистер Санчез, вы безумец

      Карета усыпляюще покачивалась, петляя по улицам, и горечь поражения постепенно утихала в душе Мортиши. Что ж, если она теперь должна желание мистеру Санчезу, то пусть так оно и будет… — Ты голодна, Мортиша? — Н-немного… — Тогда давай заедем перекусить, — и, высунувшись в окно, старик крикнул кучеру: — Поворачивайте!.. Место, у которого они остановились, меньше всего в понимании девушки было похоже на то, куда можно просто так "заехать перекусить". — Мистер Санчез! — расплылся в улыбке швейцар и едва не упал по дороге, когда кинулся открывать им двери. — Здравствуйте, миледи… Мистер Санчез воспринимал восхищенные взгляды персонала, как должное, даже бровью не ведя, а ей стало неловко от того, с какой скоростью все эти люди начали кружиться вокруг них. Гости за соседними столиками были разодеты в пух и прах, как будто собирались на бал, и даже в своем "лучшем" платье Мортиша почувствовала себя простушкой. — Выбирай все, что захочешь! Пролистав странички меню и взглянув на цены, она выпучила глаза и, закашлявшись, сказала: — М-мне, эээ… чаю, п-пожалуйста! Скатерть за их столиком резала глаз своей белизной. Между ними стояла ваза с цветами, поверх которой мистер Санчез пристально смотрел на Мортишу, и ей показалось, что коварный старик снова что-то замышляет… — Я отойду… п-попудрить носик, с-сэр? Похоже, один столовый прибор в этом ресторане стоит дороже всего их с папой жилья! Морти прокралась до уборной тихо, как самозванка, коей она, собственно, и являлась, стараясь не привлекать ничье внимание, но внимание нашло ее само. — Милочка! — раздался громовой голос позади, и крепкие пальцы схватили ее за руку. — Я в-вижу, вы одиноки… Огромный, толстый мужчина с окладистой бородой, в котором явно бурлило неприличное количество спиртного, явно думал, что выглядит располагающе, но впечатление он вызвал ровно обратное. — С-сэр, оставьте меня в покое!.. Но он не слышал испуганно-робких попыток Мортиши от него отвязаться, пытаясь поймать девочку в свои неуклюжие объятия и прижать ее к стене. — Т-тебе будет со мной весело! — отравляя воздух вокруг запахом перегара, он положил толстые, широкие ладони на ее талию и, хуже того, начал спускать их еще ниже. — Очень! Очень, очень ве… Звук удара не дал ему договорить. Вскрикнув, Мортиша еле успела отойти назад, чтобы тело незнакомца ее не придавило, а мистер Санчез, не дрогнув и жилкой, опустил трость. — Кажется, этому джентельмену нужно хорошенько проспаться, — абсолютно спокойно сказал он, протягивая Мортише руку. — Ты в порядке, птичка?

***

      Насыщенный впечатлениями день закончился, но неприятности Мортиши еще только начинались. Мистер Санчез уединился в кабинете, и она тоже хотела пойти к себе, чтобы немного отдышаться, но… — Ай! Ч-что вы… Появившаяся из ниоткуда Люси больно дернула ее за руку, оттаскивая куда-то в сторону. — Слушай, ты, — зашипела она, предусмотрительно осмотревшись по сторонам горящими черными глазами. — Не знаю, что ты о себе удумала, но это уже слишком! — Л-люси, я н-не понимаю, что вы!.. Старшая горничная только рассмеялась ей в лицо. — Стала любимицей хозяина, а? — прошептала она, подвинувшись к Морти неприлично близко. — Ходишь с ним везде? Что ж, наслаждайся, пока можешь — пока он не обесчестил тебя и бросил! — О-обес…?.. Краска бросилась в лицо Мортиши. — Н-на что это вы намекаете?! — сердито спросила она, отшатнувшись назад. — Д-да чтобы я… как вы м-можете говорить такие гнусности?! — Не прикидывайся невинной овечкой, — фыркнула Люси, подбоченившись. — Мы все про тебя прекрасно знаем, и нам будет ооочень неприятно, если репутация благородного дома, которому мы служили столько лет, пошатнется из-за какой-то нищей пигалицы… Полный абсурд. Как они вообще могли составить о ней такое мнение?! Мортише даже в голову не пришло бы думать о мистере Санчезе в таком плане — во-первых, он слишком старый, а во-вторых, разве может человек такого положения всерьез увлечься девушкой вроде нее? Хотя, с другой стороны… с другой стороны, может, у других горничных и были причины подумать что-то дурное, ведь со стороны это правда выглядело необычно — эти подарки, эта излишняя доброта… и это странное слово "птичка", которое он бросил невзначай… Одним словом, ее просто недопоняли, и надо как-то это исправить! — Мортиша, иди покорми птицу! Ранним утром она побежала во двор с передником, полным пшена, у нее оставалось немного времени на то, чтобы собраться в школу — с некоторых пор уроки почему-то перенесли на полчаса позже, но времени все равно категорически не хватало… — Ой, прости! На подходе к дому девочку ждал не самый приятный сюрприз — что-то ледяное полилось за шиворот, и отвратительный запах окутал ее с ног до головы. — Извини, — захихикав, миссис Оладушка взмахнула опустевшим ведром с помоями. — Я тебя не заметила! Окно захлопнулась, а Мортиша осталась стоять во дворе, в мокром платье и с картофельными очистками на плечах. Дрожа и шмыгая носом, она побежала переодеваться — быстрее в школу, потом быстрее на работу, потом делать уроки в перерывах между окриками от Люси, которой опять что-то понадобилось прямо сейчас, немедленно, срочно… Жизнь ее, как всегда, била ключом. Так, пожалуй, даже было удобнее избегать мистера Санчеза. Находить себе работу в другом конце особняка сразу же, как только старик пытался с ней заговорить, не уделять ему времени больше положенного, не вступать в контакт — все, хватит! Никаких больше поездок. Никаких подарков. Она в таком же положении, как и все горничные, ничуть не выше, и она не позволит больше шептаться за спиной о своем бесчестье!

***

— Вон там помой, пожалуйста. Да, еще дальше… Мортиша, стоя на коленях с тряпкой, послушно пролезла рукой под шкаф дальше, прогибаясь в спине, как кошка — Рик наблюдал за ней, сложив руки на груди. — Это все, мистер Санчез? Голос девушки звучал как-то непривычно отстраненно. — И-и еще вон там, будь добра… Словно машина, она подчинялась его слову, терла там, где надо, но что-то не давало Рику покоя. Решив более не мучить Морти стоянием на коленях, он отпустил ее, и она испарилась прежде, чем старик успел сказать хоть слово… А его, к слову, несколько озадачила ее бледность и усталый вид. Как и то, что она теперь питалась исключительно на кухне, не садясь с ним за один стол, и то, что выбегала из комнаты сразу, стоило ему появиться на пороге — что случилось с маленькой плутовкой? Санчез мог только догадываться, ведь любая попытка завести беседу проваливалась, даже не начавшись, Мортиша выскальзывала у него из пальцев, словно уж, намазанный жиром — изворотливости этой девчонки, оказывается, можно было только позавидовать! Может, он что-то не так сказал? Или сделал?! Дурень старый, где он только успел проколоться?! — Мистер Санчез, вставайте! Нет, что-то точно не в порядке. Рик сел на постели и потянулся, расчесывая плешь на затылке, а Мортиша пошла раздвигать шторы, но вдруг замерла, не донеся до них руку на полпути, и схватилась за голову. — Что-то случилось? — Н-ничего, — попыталась улыбнуться горничная, и, стоило солнечному свету ударить из-за штор, как Рик увидел, насколько она бледна, и какие странные пятна алеют на ее щеках. — П-просто… просто голова… голова закруж-жилась… И, закрыв глаза, она начала медленно оседать на пол. — М-мистер Санчез, м-мне что-то… н-нехорошо… Рик вылетел из постели, как камень из катапульты, и еле успел поймать бедняжку на руки. — Боже мой, — ахнул он, прикладывая ладонь ее к мокрому лбу. — Да у тебя ведь жар!