Мистер Санчез, вы безумец

      У Мортиши больше не было никаких причин оставаться в постели, но ей почему-то упорно не разрешали вернуться к обычной жизни. Из-за отставания по школьной программе мистер Санчез договорился с директором Вагиной, и теперь одна из учительниц раз в два дня приезжала в поместье, чтобы позаниматься с ней за отдельную плату, а уж счет за услуги частного врача… Мортиша всерьез задумывалась, останется ли после болезни хоть что-то от ее жалованья. Мистер Санчез забегал к ней в любую свободную минуту. Утром и вечером, как по расписанию, регулярно приносил цветы и фрукты, вгоняя девушку в лишнее смущение, но как остановить этот поток заботы, льющийся ей прямиком на голову, она не знала… Знакомое место — в один прекрасный день мистер Санчез, заявив, что ей категорически необходим свежий воздух, вытащил Мортишу в сад. На этом дереве, помнится, она сидела, играя на дудочке и наслаждаясь неожиданным глотком свободы, что подарила ей судьба — теперь же она шла к нему, шаркая, как старушка, и крепко держась за руку своего господина. Ноги до сих пор держали ее не в полной мере, но прогулка действительно заставила ее почувствовать себя немного лучше. Ей нравилось быть здесь, в этом уединенном месте — никто не смотрел на нее косо. Никто не кричал на нее, никто не шептался за спиной, обвиняя ее во грехе, к которому она не имела никакого отношения, и можно было спокойно поговорить — но мистер Санчез лишь отмахнулся, стоило только завести речь о финансах. — О чем ты говоришь, Мортиша? Конечно, я начислю всю оговоренную сумму и в полном объеме! А она хотела, наоборот, уточнить сумму, которую с нее предстояло удержать… и обсудить еще кое-что. — М-мистер Санчез, — вздохнула девочка, смущенно отводя глаза. — Доктор сказал, что я иду на поправку, т-так что я… я хотела попросить… — Попросить о чем? — Ч-чтобы… чтобы вы отпустили меня нанести визит отцу… Показалось ли ей, или искринка какой-то горькой иронии пробежала в глазах старика? — Отцу? — переспросил он, усмехнувшись. — Ладно… Так и быть, я тебя отвезу. — Ч-что?! — поперхнулась она воздухом. — Я-я думала нанять кэб!.. Но мистер Санчез и слушать не хотел никаких возражений, так что на следующий же день они сидели в карете, везущей их в родные места Мортиши. Скучала ли она по дому? По папе, может быть, чуть-чуть, но точно не по их грязному району и убогой квартирке!       Подобрав полы платья, чтобы не дай бог не испачкать их в раскисшей грязи, она, затаив дыхание, прокралась к своему дому по разбросанным тут и там мокрым доскам. Все оставалось ровно так, же как и обычно, за исключением того, что папа встретил ее с огромным синяком под глазом. — Это ты виновата! — сварливо ответил он на закономерный вопрос о том, что случилось. — Ты обещала приехать намного раньше, и у меня из-за тебя случились неприятности!.. — Прости, папочка, — вздохнула она, доставая кошелек. — Я н-немного приболела, и… Осознание ударило ее молнией, и, заподозрив, какого толка неприятности опять могли настигнуть ее отца, Морти остановилась, гневно прищурившись. — Ты что, снова играл?! От ее обвиняющего голоса Джерри изменился в лице, только подтверждая своим видом правоту дочери. — Я был близок к выигрышу, но тот парень вытащил туза в последний момент, — заблеял он, вжал голову в плечи. — Прости меня, Мортиша, я… я снова не сдержался, и… и м-мне теперь нечем платить по счетам… и-и за еду… Что ты будешь делать? Как бы она ни злилась на отца, морить его голодом не было никакого желания, так что, раздраженно вздохнув, Мортиша вытащила из кошелька деньги. В два раза меньше, чем собиралась, но тем не менее. Получив финансирование, Джерри сразу же с облегченным видом пригласил ее за стол и налил чаю — точнее, то, что в этом доме называлось чаем. Она уже и успела забыть, насколько мерзок этот вкус! — А ты, видно, хорошо устроилась, — папа окинул ее с ног до головы пристальным взглядом. — Этот… мистер Санчез хорошо о тебе заботится, так? Возможно, Мортиша стала слишком подозрительной, но что-то в его интонации почудилось такое, из-за чего захотелось немедленно стукнуть папу по голове — не приведи Господь, и он заподозрит ее в чем-то дурном! — Д-да, — ровно ответила она, болтая заваркой в чашке. — Он… он хорошо мне платит, и лучшей судьбы я вряд ли могу пожелать… — Ты уверена? Джерри выглядел так, как будто в кои-то веки первый припрятал себе всех тузов. — Я тут познакомился за игрой с одним молодым человеком… Его зовут Френк Палики, и он из богатой семьи. Он чуть постарше тебя, думаю, вы хорошо сойдетесь… — Фу, пап! — поморщилась она, и слышать ничего не желая об этом Френке. — Не нужны мне т-твои карточные друзья!.. Выполнив свой дочерний долг, она с чистой совестью и слегка стыдным чувством освобождения покинула родительский дом. Настала пора возвращаться в поместье, но уже на лестнице началось что-то странное. Крепко держась за перила, девочка спустилась на улицу, чувствуя нарастающий звон в ушах. Попытавшись не подавать виду, пошла к карете так быстро, как только могла, но по дороге у нее начало темнеть в глазах, и… — Мортиша! Мистер Санчез, в ожидании расхаживающий вокруг повозки, поймал ее прямо на пути к грязной луже. Отнес на руках в салон, слегка дрожащими руками начал расстегивать ворот на ее платье, хлопать по щекам и водить под носом отвратительно пахнущей солью. — Этот… твой отец довел тебя? Заставил нервничать?! Ну, я его!.. — Н-не надо, — еле шевеля языком, взмолилась она. — П-пожалуйста… я просто хочу домой… Наверное, Мортиша переоценила собственные силы. Всю дорогу обратно она провела в полусне, точно ее накачали каким-то успокоительным средством, и, когда карета остановилась у ворот, еле заставила себя открыть глаза. — М-мистер Санчез, нет, п-перестаньте, я… я с-сама!.. Как же — этот сумасшедший старик даже глазом не моргнул, поднимая ее на руки, как будто мало стрессов подарила ей эта жизнь! Мортиша уже начала сомневаться, от болезни ли у нее кружится голова. Запах виски, трубочного табака и недешевой парфюмерии обволакивал ее, заставляя щеки краснеть, и путь от ворот к дому показался девушке бесконечным. Лучше бы так и было, судя по взгляду встретившей их в коридоре Люси! У Мортиши внутри все горело. Череп раскалывался, и, несмотря на опустошающую усталость, уснуть у нее вышло всего на пару часов. Лежа в постели, она тихо дрожала, сжавшись в комок и обнимая свою куклу, а потом, резко отодвинув ее в сторону так, будто та в чем-то провинилась, чиркнула спичкой. Зажгла свечу и, сев за стол, достала перо, конверты и чистые листы бумаги. О чем она только думает?! Поскорее бы выздороветь. Поскорее бы вернуться к учебе, работе и забыть обо всей этой дури, внезапно поднявшейся в голове, но пока у Мортиши был только один выход. Высунув язык, она водила пером по бумаге, стараясь не забрызгать, как обычно, все вокруг кляксами. Написала письмо Саммер, что получилось довольно быстро, а вот над посланием для отца надо было еще подумать. На это ушло куда больше времени, но, в конце концов удовлетворившись результатом, Мортиша задула свечу и легла обратно в постель, оставив чернила сохнуть на последних словах. "Надеюсь, ты сможешь как можно скорее познакомить меня с твоим другом Френком Палики, папочка"…