Мистер Санчез, вы безумец

      Он явился на бал с опозданием — впрочем, такие люди, как старый Санчез, не опаздывают, а задерживаются. Зал гудел, как улей, от тихих разговоров. Было жарко, душно, в воздухе разливалось напряжение, любопытствующие взгляды следовали за Риком, и он, машинально приветствуя то одного, то другого знакомого, уж успел было порадоваться, что не видит здесь ни сумасшедшей Алисии Марте, ни ее семейки, как вдруг его ноги подкосились, и перехватило дыхание… Мортиша. Сначала Рик глазам своим не поверил, но нет — это была она, его птичка. Разряженная в пух и прах, как перевитый розовыми лентами и кружевами подарок, с забранными в высокую прическу волосами — красиво, но для ее лица несколько тяжеловато, и вообще, весь ее вид так и выдавал неофитку, впервые в жизни попавшую на такое мероприятие. Она стояла рядом со своим папашей и неизвестным длинноволосым персонажем (значит, это и есть тот самый жених?), обмахиваясь веером, приветливо улыбалась каждому, кто подходил поздороваться, но что-то подсказывало мистеру Санчезу, что вовсе малышка так не рада находиться здесь, как хотела бы показаться. Что ему оставалось делать в обстоятельствах такой неожиданной встречи? Конечно же, взять инициативу на себя! — Позвольте пригласить вас на танец? Он подошел к ним, как ни в чем ни бывало, еле сдерживая ироническую ухмылку. У Джерри Смита сразу подозрительно забегали глаза, Мортиша же, открыв рот и тут же закрыв его, как будто хотела что-то сказать и передумала, оглянулась на носатого хлыща, и тот, молча кивнув, отпустил ее. Раз, два, три, раз-два-три — из-за большой разницы в росте вальсировать с ней было несколько неудобно, но Рика подобные мелочи вовсе не смущали. Поддерживая Мортишу за талию, он наклонился к ней и прошептал на ухо, еле удержавшись от того, чтобы не прижаться губами к ее виску: — Я скучал по тебе, детка… Девушка вздрогнула, залившись краской, и кинула мимолетный взгляд на своего жениха, что стоял у стены со скучающим видом — всего одна секунда, но ее хватило, чтобы Рик насторожился, ведь… ведь это был взгляд загнанного зверя. Или ему просто показалось? Он кружил бы Мортишу целую вечность, но танец, увы, закончился, и пришлось отпустить ее к семье. А потом Рик ради приличия позвал на следующий тур другую даму, и еще одну, но взгляд его все время возвращался только к одной… Куда она уходит? Сказав что-то своим, Мортиша тихонько выскользнула за дверь, и Рик, едва дотанцевав очередную женщину, лица которой даже не запомнил, был просто вынужден пойти следом. Коридоры дворца были пусты. Увидев из-за угла, как Мортиша скрылась в уборной комнате, Рик устало вздохнул. Упал на оконный эркер, мягкий диванчик которого принял в свои объятия его старые кости, и принялся ждать… И ждать ему пришлось весьма долго. Девочка выглядела совсем не по-праздничному печальной, когда выходила, а уж при виде бывшего хозяина и вовсе шарахнулась назад. — Наверное, нам нужно поговорить?.. Что ж, хоть на это она согласилась, робко присев рядом на подушки. Тяжелые бархатные гардины наполовину скрывали их от посторонних глаз, и наконец-то, наконец-то они остались одни! Только вот беда — рядом с ней Рик волновался, как юнец на первом свидании. — Т-ты… вы, наверное, хорошо живете… теперь? Раз можете позволить себе такой выход в свет… — Д-да, — улыбнувшись одними губами, Мортиша обмахнулась веером. — Папа настоял, что мне это н-нужно, н-но… И, слегка нахмурившись, она поддернула подол нарядного платья. — Н-но я, если честно, прекрасно бы прожила и без в-всей этой… шумихи… Наверное, для меня это чересчур, н-но, но, может, я еще просто не привыкла, хах?.. Рику что-то в ней определенно не нравилось. Но он пока не мог сказать, что именно. — М-мортиша, — его голос слегка дрогнул. — Почему ты ушла, даже не попрощавшись?.. Наверное, не стоило задавать этот вопрос, потому что девушка сразу подобралась, злобно прищурившись, и захлопнула свой веер так резко, что Рик всерьез испугался получить им по лбу. — П-потому что… потому что вы — подлец, мистер Санчез! Вы надругались над м-моими чувствами, н-но я — уже не та маленькая глупенькая горничная, и… И вы не сможете сделать мне предложение и ожидать, что я скончаюсь от радости в ту же секунду! У м-меня… у меня уже есть жених, и вам стоило бы оставить ваше безумие при себе!.. Было ли обидно слышать такое? Не то слово. Но, когда Мортиша, закидав его всеми этими злыми словами, потянулась к носовому платку, чтобы вытереть пот с лица, и пышный арлекинский рукав ее платья чуть задрался, все все стало ясно, как день. Пожалуй, еще яснее, чем можно было представить! — Я… безразличен тебе, Мортиша? — Н-не то слово!.. — Я вижу, — плотоядно заулыбался Рик. — Так же, как и свои инициалы на твоем платке… И она посмотрела на эту шелковую тряпочку так, как будто впервые увидела. — Я дал тебе это в нашу первую встречу, помнишь? Когда ты плакала из-за порванного учебника… Туше — не в силах сказать ничего, Мортиша старательно прятала от него взгляд. — Безразличен-то я безразличен, а платочек мой ты все равно хранишь! Чувствуя, что одержал маленькую моральную победу, старик придвинулся к девушке чуть ближе, и та не сказала ничего по этому поводу. — А как на это смотрит твой… жених? Едва заметно вздрогнув, Мортиша ничего не ответила. — Ты ведь с ним счастлива, миледи? Он добр к тебе? Внимателен? Говорит добрые слова? — Да, да, — кивала она, как заведенная. — Френк, он… он оч-чень хороший… и-и заботливый, и… и б-богатый… Честно говоря, Санчез надеялся, что ему просто показалось. Что почудилось, что его начали подводить старые глаза, но увы. — Тогда откуда у тебя вот это? И жестом детектива, срывающего маску с преступника, он поднял рукав Мортиши снова, обнажая синие пятна на ее коже. — Д-да как вы смеете!.. На глазах бедной девочки выступили слезы, и, вскочив, она попыталась уйти — Рик чудом успел поймать ее за руку. — М-мистер Санчез, я… я д-должна идти, м-меня ждут… И тем не менее, осознав, что так просто ее не отпустят, Мортиша покорно села обратно на место. — Подождут еще, — отрезал он тоном, не терпящим возражений. — В этот раз ты от разговора не упорхнешь… И, откашлявшись, он сложил ладони вместе. — Помнишь, как мы ходили с тобой на скачки, Мортиша? Ты еще тогда проиграла мне желание… — П-помню, с-сэр… — Так вот, я хочу использовать это желание сейчас, — единственная бровь старика сошлась на переносице. — Ты должна рассказать мне всю правду об этом… Френке. И о том, откуда у тебя эти синяки… И нет, я не поверю, что ты просто упала! В коридоре по-прежнему никого не было, но Рик на всякий случай задернул бархатную завесу, отрезав их с Мортишей от всего остального мира. — Ф-френк, он… он иногда злится на меня, когда я делаю что-то, что ему не по душе… Обычно он так себя н-не ведет, н-но в тот вечер он немного перебрал вина и, н-ну… У бедной девочки вспыхнули даже уши. — Он… о-он захотел со мной… интимной близости… Начало Рику уже заранее не нравилось. — И? — И-и… и я с-сказала, что хочу сохранить свою невинность до свадьбы, — голос Мортиши дрожал все сильнее. — И т-тогда… — Тогда? Сглотнув комок в горле, она сказала следующую фразу так тихо, что Рику пришлось податься вперед, чтобы услышать. — Т-тогда он… он п-предложил сделать это… сделать это с-способом, который позволил бы избежать… потери, н-но… но он показался мне таким гадким и неприятным, что я отказалась, не раздумывая… — А он? Горько усмехнувшись, Мортиша поправила рукава, натягивая их пониже. — А он разозлился на меня за это… Ну и дела. Только стоило отпустить пташку, как та угодила в чужие силки! — Честно говоря, я д-даже не представляю, как буду заниматься… этим с мужчиной, — дернув плечом, Мортиша всхлипнула. — Мне противна даже сама мысль о… У Рика пересохло во рту, и со странным веселым отчаянием он понял — сейчас или никогда. — М-может, все дело в том, что рядом с тобой просто не тот мужчина?.. Он сам не верил в собственную смелость. Не верил в то, что способен так просто, схватив Мортишу в свои объятия, впиться в ее губы ненасытным поцелуем — и она, кажется, не поверила тоже, пихая его маленькими кулачками в грудь. — В-вы… вы подлец!.. Может быть, и так, однако маленькая проказница, тяжело дыша, трясясь мелкой дрожью и задыхаясь от возмущения, не спешила звать на помощь. Ни крика, ни плача, и сопротивление ее, поначалу ощутимое, начало утихать. — М-мистер… мистер С-санчез… Это уже звучало не рассержено, а жалобно, и Мортиша, откинув голову назад, зажмурилась и тихо захныкала, когда безумный старик поцеловал ее в шею, прямо в пульсирующую под тонкой кожей синюю жилку. В пустом коридоре, скрытые портьерами, они могли делать все, что угодно. Только высшие силы, сам дьявол и кто бы то ни было еще были свидетелями их бесстыжих, неловких ласк... Как же давно он об этом мечтал — будто в сказочном дурмане, Рик целовал свою феечку снова и снова. В шею, в губы, в щеки, вытирая накатывающие на глаза Морти слезинки, и она больше не говорила ничего. Она просто была его, полностью, с головы до пят, и ее тонкие ручки, обвившие шею мистера Санчеза, держали его крепче капкана. Просто потому, что из этой ловушки он выбираться не хотел… Однако, этот абсурдный, глупый огонь поздней любви сжигал Рика, требуя все больше и больше, и он практически не помнил себя, когда толкнул Мортишу на подушки, заставляя ее упасть на спину. — М-мистер Санчез… — Зови меня Рик, — прошептал он, стягивая зубами одну из своих перчаток. — Просто Рик… Что случилось с ними обоими, когда они успели осмелеть или, точнее, обнаглеть настолько? Сам нечистый уверенно вел руку мистера Санчеза, когда он осторожно поднимал шуршащие девичьи юбки, чувствуя жар кожи сквозь тонкую ткань чулок. Выше, еще выше — даже горечь и злоба от вида синих пятен на ногах Мортиши не смогли остановить старого мерзавца! Он хотел только одного, и он это получил, поглаживая горячий холмик между ее ног сквозь белье. — Говоришь, близость с мужчиной — это гадко?.. Не встречая никакого сопротивления, он разошелся на полную. Он проник своей жилистой, сухой ладонью прямо в кружевные панталончики, почувствовав сначала нежный пух на лобке, а потом — влажный жар расщелины… — Так вот, я попробую тебя в этом разубедить. Ты ведь не против?.. Ох, как хотелось бы сделать больше. Проникнуть поглубже, вставить, и совсем не палец, но Рик довольствовался малым. У него кружилась голова. В голове не было никаких мыслей, а Мортиша, его сладенькая, мокренькая Мортиша, тряслась и прикусывала нижнюю губу, неуклюже пытаясь подаваться навстречу шаловливому пальцу. — Рииик!.. Такие стоны, да еще вкупе с таким выражением лица, он готов был созерцать целую вечность, но, опасаясь разоблачения их маленькой тайны, он закрыл рот малышки поцелуем. Быть может, в другое время, в другом месте он показал бы ей больше. Показал бы множество способов, как можно поразвлечься, не теряя при этом (до поры до времени) честь, но увы — топот множества ног заставил их обоих замереть. Какие-то женщины прошли мимо них, шурша юбками и заливисто смеясь, и их счастье, что они оказались дамами беспечными! Кажется, это место оказалось не таким уж и тихим — когда вдалеке послышались еще чьи-то голоса, Рик с сожалением прекратил их общую забаву. Оставив Мортишу приводить себя в порядок, он зашел в уборную — вымыть руки. Поправил воротник, галстук, попытался сделать выражение лица не таким ошарашенным и, наконец, вернулся. Мортиша поправила одежду, но прическа ее растрепалась, а щеки горели. — Ч-что вы наделали? — с горечью спросила она. — Френк, и м-мой папа, они м-меня убьют… — Не убьют. И замуж за этого человека ты не выйдешь! — Ч-что? — девочка поперхнулась воздухом. — Мистер… Рик, т-ты не понимаешь! Я должна выйти за него замуж, или… Договорить она не смогла — Рик обнял ее так, что затрещали кости. — Ты больше не должна никому и ничего, — прошептал он, целуя ее в макушку. — И ты сейчас уедешь ко мне в поместье… — К т-тебе? Н-но Френк!.. — Не беспокойся, — Рик взял ее под локоть. — Я сам со всем разберусь… Только не спорь, пташка. Только дай мне распутать эти чертовы силки. Потом, все потом — главным он посчитал сперва изолировать Мортишу от господ, что гордо называли себя ее отцом и женихом. — Отвези юную леди в поместье, скажи прислуге, чтобы о ней позаботились… Давай, вперед! И кучер хлестнул коней, увозя карету с Мортишей внутри прочь с этого мероприятия. А что же Рик? А Рику пришлось накатить несколько порций коньяка в буфете, прежде чем вернуться к гостям. Ему нужно было поиметь серьезный разговор с одним молодым человеком…