Мистер Санчез, вы безумец

      Иногда Рику хотелось сказать, что ему наскучило, прогнать всех вон и поджечь собственную фабрику, но обошелся он менее радикальными методами. Просто оставил бизнес на управление совету директоров, спешно завершил последние дела, собрал вещи, и поминай как звали… — Тебе не придется беспокоиться об этом своем… молодом человеке, — пытался он подбодрить Мортишу. — Больше никогда в жизни… Однако девушка все равно выглядела как в воду опущенной что дома, что на пути к вокзалу. Они сели в купе, поезд тронулся, и виды пыльного суетного города быстро сменились на бесконечные зеленые холмы и поля провинции, и как Рик ни пытался завести разговор со своей юной спутницей, та явно не была расположена к общению. Их поездка пока проходила в гнетущей неловкости. Старик делал вид, что читает газету, Мортиша отстутствующе смотрела в пол, сложив руки на коленях, поезд гудел и грохотал колесами, унося их все дальше от дома… — М-мистер… Р-рик? Сердце подпрыгнуло к горлу, но он, не подав виду, опустил газету. — Что такое? Мортиша уже открыла было рот, но, сглотнув, сжалась еще больше, опуская голову. — Н-нет, ничего… Это путешествие уже начало казаться Рику не такой хорошей идеей, но куда ему было деваться? — Время уже за полдень, — сказал он, взглянув на часы. — М-может, сходим на обед? Хоть это предложение Мортиша поддержала, робко протянув ему руку, и они отправились покорять вагон-ресторан. Белоснежные скатерти хрустели от крахмала. Столовые приборы были разложены практически по линеечке, на прозрачных бокалах не виднелось ни одного предательского развода — да, работали здесь, как надо! Рику пришлось выпить чуть больше вина, чем нужно, для поддержания силы духа. Девочка осталась, по большей части, равнодушной к еде. Попробовала немного супа и картошки, размазала по тарелке половину йоркширского пудинга, и только десерт в виде залитых сиропом шариков мороженого вызвал в ней хоть какой-то энтузиазм. Глядя, как она с наслаждением облизывает десертную ложечку, соскребая со дна креманки последние капли липкой сладости, Рик налил себе еще немного…       К счастью, путь их был не таким уж и долгим — он постарался найти место как можно ближе. Солнце, свежий воздух и минеральные воды точно должны были пойти на пользу Мортише — по крайней мере, мистер Санчез сильно на это надеялся! Лязганье колес этого проклятого поезда до сих пор стояло у него в ушах. У них был двухместный номер, и Рик, только приведя себя в порядок после дороги, сразу рухнул на постель, ведь его старый, господи прости, зад здорово отбило по дороге. Увы, о покое можно было только мечтать… — Р-рик? Мортиша переоделась — вместо дорожного платья на ней теперь была легкая блузка с юбкой в клетку, за ушами у нее болтались две косицы, и она была так похожа на школьницу, что он встретил когда-то, что рот мистера Санчеза тут же наполнился слюной. — Я т-тут хотела сходить осмотреться, погулять… Ты н-не составишь мне компанию? — К-конечно, с радостью! — не задумываясь, ответил он, тут же позабыв обо всякой усталости. Уже наступал вечер. В траве трещали то ли кузнечики, то ли кто-то еще, а Мортиша, надвинув на лоб соломенную шляпу, старательно не смотрела на своего бывшего хозяина, хоть тот и держал ее под локоть… Наверное, тут было весело. На заднем дворе отеля стояли столики под зонтами, между которых бегали официанты, звучала музыка, прерываемая взрывами смеха, но кому нужен весь этот шум и гам светской жизни, когда у тебя есть пустынная извилистая дорожка, садящееся солнце и выпрыгивающее из груди сердце? Это место явно не пользовалось популярностью у приезжающих — только камни, песок да заросли колючих трав у берега, и тем не менее, именно сюда его привел шальной дух в лице малышки Морти. Рик давно уже не бывал у моря. Все некогда было, последний раз он ездил, дай бог памяти, лет в тридцать пять (буквально полжизни назад), и то тогда Диана была недовольна и постоянно скандалила, говоря, как ей скучно и какие отвратительные тосты подают к завтраку… А Мортиша молчала — но, если честно, то лучше бы ругалась. — А здесь красиво, — откашлялся старик. — Н-не то что наши городские каналы, где помоев больше, чем воды, п-правда? — Примерно поровну, — едва слышно ответила Мортиша. — Я плавала там недавно… — Да? И как же так получилось? — Я у-упала, точнее… — голос ее упал. — Т-точнее, Френк разозлился на м-меня и н-нечаянно ст-толкнул… Визг чайки, пролетевший над ними, заставил их обоих вздрогнуть. — Н-но ничего страшного не случилось, там было неглубоко, — девушка подняла голову, наблюдая за полетом крикливой птицы. — П-правда, пришлось выбросить одно платье, но какая разница? Все равно в-вы их мне купили много, даже слишком много для м-меня одной… С-слишком… м-м-много… — Мортиша! Но уже было слишком поздно — а он еще желал видеть в ней любые эмоции! — М-мортиша, что с тобой?! Любые, кроме этой — ведь для него это было слишком. Все произошло буквально в секунду. Только что Мортиша была спокойной — а потом вдруг взяла и залилась горькими слезами…