Кровь на руках

Демон.

      Благодаря распоряжению Мастера ордена Кинку, Чето был вынужден подчиняться Кеннену. По какой-то причине он слушался хорошо только Око Сумрака, и ни во что не ставил йордла, хотя каждый иониейц уважал Кеннена, как пришедшего из духовного мира. И йордол воспользовался этим, чтобы переложить на ниндзя всю ту работу, которую мог выполнить человек, даже если он не совсем годен был для этого. Сердце Бури таким образом следил за Чето в отсутствие Шена в ордене.       У Око Сумрака было много работы. На его плечах лежала ответственность за сохранение баланса между мирами людей и духов и весь орден. Через него проходили заказы от тех, кто был уверен в нападении потусторонних сил, он обучал ниндзя техникам, ввёл постоянное наблюдение за миром духов, и был обязан обеспечивать членов ордена всем необходимы для нормального существования, и еще много разнообразных дел, и Кененн всячески пытался разгрузить Шена, занимаясь его обязанностями в отсутствие Мастера. Так получилось, что и наблюдение за Чето было той обязанностью, которую исполнял йордл, когда Око Сумрака был занят. Нередко обязанности задерживали Мастера Кинку до глубокой ночи. И это был один из тех дней, когда возвращаясь в орден, Шен знал, что на отдых останется не больше трех часов. Близилось полнолуние и духи проявляли себя активнее обычного. Они всегда немного возбуждены полной луной, но в этом месяце в духовном мире особенно неспокойно. Демоны мечутся по Ионии, то пугая, то нападая на ионийцев. За особо опасными приглядывал Шен и предотвращал нарушения баланса. И за эти дни Око Сумрака накопил усталость. Вернувшись в свой домик, Око Сумрака медленно снял с себя броню, время от времени непроизвольно замирая, не желая больше двигаться от усталости. Затем расположил свои клинки рядом со своей пастелью, лег на тонкую простыню и, тяжело вздохнув, уставился на потолок. По воздуху убаюкивающе плесали бледные сиреневые нити, напоминающие дым, угасающего костра, признак того, что Шен долго находился в мире духов. Вздохнув еще раз, Мастер прислушался к неимоверной тишине, стоявшей этой ночью, словно всё живое исчезло из этой деревушки, оставив Око Сумрака наедине со своей усталостью. Шен положил руку на сумеречный клинок и позволил себе закрыть глаза, насильно расслабиться и, наконец, заснуть.

***

«Такое ощущение, будто вы вообще не спите, — усмехнулся ниндзя, отодвигая голову от Призрачного клинка, — Кажется, вы оружие перепутали.» «Не думаю. — холодно ответил Шен, смотря на нахальную улыбку Чето. — Зачем пришел?» — Поговорить. — Почему ночью и усевшись на мне? — Мне нравятся неформальные обстановки. — А мне нет. Говори, пока я горло тебя не перерезал, демон. — Ну, зачем вы так меня обижаете? Разве демон хотел бы благополучия нашему ордену? — Не заговаривай мне зубы! Я все знаю. — О чем вы? — Я думаю, ты понимаешь о чем я. — Помилуй! Я не демон! — Твоя аура не ощущается из-за мертвого тела, что ты носишь на себе, как вещь. — С чего вы взяли это? — Тот ниндзя убирал это тело в яму лично. Он запомнил это лицо. Ты хотел его убить, как раз по этой причине. — Как-то слабо верится… — Никто не знал, где я. Потому что я переместился. А ты нашел меня. На такой огромной площади? Парень умер защищая храм, поэтому ты так хочешь спасти его, ведь вы с ним стали одним целым, не так ли, Черто? — Умный мальчик… — скривился тот, — И даже имя настоящее прогадал. Хорош, признаю. Да, все верно. И что дальше? Убьешь меня?       Шен не отвечал. Тот уселся поудобнее на крепком теле Мастера, явно намекая, что сползать не собирается, и улыбнулся. «У вас красивые глаза! — ласково произнес он, пытаясь коснуться лица Ока Сумрака. — Не удивительно, что вы — слабость Мастера Тени. Почему вы этим не пользуетесь? Вам так легко его одурманить и убить, разрушить орден Тени, спасти Кинку! Но вы все еще здесь и даже взгляда не хотите бросить в их сторону. Почему? — В этом нет надобности. — Да-да… Старый друг, все дела. И какая разница, что он убил твоего отца, разорвал бедных людей в клочья и оставил гнить в яме, не так ли?! — Ты меня не обманешь. — Да ладно тебе! Я же прекрасно знаю, что слышишь их крики… Крики тех, кто тянули к тебе свои руки… и просили о помощи… Нет, молили ее! Они все понимают. Они были готовы к тому, что в любой момент могут умереть, но смириться с тем, что храм Кинку был утерян… Никогда не смогут. Они все хотят мести. А ты не хочешь слышать их мольбы… Почему, Шен? Почему?       Око Сумрака молчал. Он продолжал смотреть с таким же холодным взглядом на демона в коже юноши, но внутри он понимал, что у зверя получилось задеть его. Чето улыбнулся. «Прости, Шен! Кажется, я толкают тебя на путь, по которому пошел Зед. Но я мертв…» — и ниндзя поспешил исчезнуть, оставить Шена одного, со своими мыслями.