За стёклами очков

Осаму сильно волновался. Он ни о чём не подозревал, когда у него попросил аудиенции вассал Хайрэйна. Он помнил это имя – Эрин. Это один из сильнейших домов, подчинённых Хайрэйну, являющемуся крупным феодалом и с каждым годом  наращивающим мощь. Осаму сильно волновался, чем вынудил Хази, невзирая на недовольство Хайрэйна, взять за руку господина. Хази очень чётко обозначил: - Мой господин вы, а господину Хайрэйну я подчиняюсь во вторую очередь. Если с Осаму что-то случится. Оставался вопрос: если Осаму решит бросить Хайрэйна или, того хуже, предать его, последует ли за ним Хази или предпочтёт своего изначального господина? Но тогда Осаму мог только неуверенно вымолвить: - Ладно. Спасибо, Хази. А потом была эта встреча с главой дома Эрин, тем самым, которого Хайрэйн прочил на роль жертвы для материнского триггера, но вскоре оставил эту затею. Пытался глава дома Иццен, пока ему не урезали права. Пытались другие. Но ни у кого не было более подходящей кандидатуры, и Хайрэйн смотрел на своих соперников свысока. Связь с Землёй прервалась из-за максимального расстояния, на которое эти два мира отдалились друг от друга. Минует как минимум год, прежде чем Афтократор снова выйдет на орбиту сближения, а перигелия достигнет ещё через год. Столько ждать Осаму не хотел. Он вообще не думал об этом, пока не столкнулся с суровыми фактами. Миры наверов не лезли на настолько удалённые планеты. Практичность и эффективность. Тогда Хайрэйн погладил его по голове, постепенно перемещая руку к шее, а потом к спине и останавливаясь на пояснице, и объяснил, что если они предпочитают подобного не делать, это не значит, что невозможно. Глава дома Эрин учтиво поклонился Осаму, тогда как тот был один, не считая Хази, слуги и телохранителя. Иметь слугу слишком неуютно. Осаму стыдился своего положения, всё ещё цепляясь за традиции Земли, где люди считались равными хотя бы по закону, и редко кто держал слуг. - Приветствую господина Микумо, - торжественно объявил глава дома Эрин. – Вассал господина Хайрэйна – ваш вассал. - А… да, - совсем утратив уверенность, откликнулся Осаму. Молча смотреть на собеседника невежливо, но он совершенно растерял все слова. – Приветствую, - повторил он обращение визитёра. - Я слышал, здоровье господина Микумо восстановилось. - Да, спасибо, - Осаму ухватился за руку помощи. – Чем обязан вашему визиту? - Могу ли я выразить просьбу личного характера? – спросил гость. Он тоже слегка нервничал. Видимо, весть о лояльности Осаму к подданным Хайрэйна распространилась по всем его землям, поэтому гость говорил чуть более свободно, чем с самим Хайрэйном. - Да, конечно, если смогу её выполнить. Хази, что устроился за спиной Осаму, шагнул к нему и наклонился к уху, чтобы едва слышно шепнуть: - Господин Хайрэйн в курсе? Осаму вздрогнул и обратился к главе дома Эрин: - Вы хотите выразить просьбу в обход Хайрэйна? - Это личная просьба, к тому же, я слышал о вашем назначении и боялся опоздать. - О моём назначении? Осаму ничего такого не слышал. А потом открылась дверь. Разумеется, происходящее не прошло мимо Хайрэйна. Хоть он и отлучился с утра, но вернулся стремительно быстро, вероятно, узнав о визите своего вассала. Он смерил подчинённого ледяным взглядом и прямиком направился к Осаму. О личной просьбе следовало забыть, но Осаму чувствовал, что это важно. - Рэйн, - вырвалось у него прежде, чем он подумал об обращении к нему перед посторонними. Гость дёрнулся, но головы не поднял. Оправдываться было поздно, и Хайрэйн это тоже прекрасно осознавал, поэтому подошёл и спросил: - В чём дело, Осаму? - Что за назначение, о котором ты забыл мне рассказать? - Поэтому ты в обход меня бросился выяснять, что это за назначение? – Хайрэйн хмурился. Ему не нравилось происходящее. Он привык контролировать своих подчинённых и Осаму. Но если он ограничивал себя в отношении последнего, то вассалам и слугам спуску не давал. - Можно нам с гостем поговорить наедине? – спросил Осаму, чем вызвал очередную непроизвольную реакцию упомянутого. Хайрэйн не ответил, продолжал сверлить Осаму взглядом. Видя, что он вот-вот скажет своё «нет», Осаму надавил: - Это всего лишь разговор. - О твоём назначении? - Ты потом сам мне о нём расскажешь и посвятишь в детали. А сейчас у меня гость. - Гость? – не поверил Хайрэйн. – По какой причине мои подчинённые с радостью бегут к тебе за помощью, игнорируя слово непосредственного господина? - Господин Хайрэйн, - осмелел Эрин, - позвольте заметить, что вы сами представили господина Микумо как ответственное лицо, имеющее с вами равные права. Пускай пока эти права распространяются только на ваши земли и немного за их пределами, но для меня господин Микумо такой же господин, как и вы. Клянусь, что мой дом будет служить ему так же преданно. - И ты хочешь прикрепить к господину Микумо своего лучшего бойца? – предположил Хайрэйн. Вздрогнул даже Хази, глаза широко распахнул, готовый возмущаться, но не проронил ни слова, только руки в кулаки стиснул. Выдержка просто волшебная. Но если оба подчинённых не могли возразить, заступиться должен Осаму, ибо видел, насколько недоброжелательно настроена его вторая половинка. - У меня есть доверенный человек и сильный триггеровщик с большим потенциалом, - прервал угрозы он в самом зародыше. – И он стоит прямо здесь. - Под моим началом стоит триггеровщик более перспективный, с реальными боевыми заслугами, уже доказавший своё высокое положение, - Осаму визитёр возразить осмелился, чего никогда бы не позволил себе при истинном господине. – Увы, мне до сих пор неспокойно за его будущее, поэтому я хотел бы выразить просьбу… - Достаточно! – прервал его Хайрэйн. – Ты смеешь приходить ко мне с подобными требованиями? - Он пришёл ко мне, - Осаму и на этот раз заступился за гостя. – И речь шла не о требовании, а о просьбе. Можно мне её выслушать? - Хорошо, - Хайрэйн вовсе стал похож на тяжёлую снеговую тучу. – Ты волен поступать так, как считаешь нужным. Однако я намерен тоже это услышать, пока Эрин не стал твоим личным вассалом. От подобной идеи мурашки по спине прошли, но, кажется, гостя сиё заявление ничуть не шокировало. Он стоял ровно, даже голову поднял из почтительного поклона. Он терпеливо ждал развязки. Зато Хази не сдержался, сквозь зубы упустил едва различимый звук сдерживаемого гнева. Они оба понимали, о ком идёт речь, и, видимо, упомянутый триггеровщик и впрямь великий умелец. О подобных людях предпочитают не молчать. Сам Хайрэйн перечислял их имена, а советник Виза предоставил списки с краткими характеристиками – всерьёз готовили Осаму к роли феодала. Снова проклятые мурашки. Излишнее волнение помешало трезво мыслить, зато потом проблеск промелькнул. Осаму сам глаза вытаращил: - Неужели речь о… - Лорд Хьюз, мой преданный и самый выдающийся подопечный, практически мой сын и претендент на наследование дома Эрин. Хайрэйн совершенно не изменился в лице, зато Хази полыхал. Он беспокоился. Он так часто повторял, что готов отдать за Осаму жизнь, что сам поверил в эту идею. А может быть, это его истинные чувства? Но он был достаточно умён, чтобы оценить свои силы и силы названного триггеровщика. Хьюз, которого Хайрэйн бросил в чужом мире, стал нежеланным гостем на Афтократоре. Глава дома Эрин хорошо это понимал, а Хайрэйн не пытался юлить – вообще ничего не говорил про Хьюза. - Я очень хочу вернуть его домой, но вынужден держать его на Мидене с сомнительным поручением повышать уровень навыков. Я готов полностью пересмотреть свои планы относительно него и в качестве жеста доброй воли преподнести вам в дар его свободу. Осаму осознал, что Эрин сейчас открыто хитрит. Гость прекрасно видел, как Осаму относится к нынешнему телохранителю, и таким образом попытался оградить Хьюза от недовольства Хайрэйна. Этим двоим точно не поладить, потому что Хьюз понимал, кто его бросил, а Хайрэйн понимал, что понимает он. - Постойте! – Осаму мигом позабыл и о Хази, и о Хьюзе, потому что его догадка пронзила. – Получается, моё назначение – это Зе… Миден? – он готов был сорваться и расплакаться от благодарности. Не так долго пробыл на Афтократоре, но жутко соскучился по родным и знакомым. Он бы с радостью вышел на тренировочное поле с любым из агентов, даже с тем, кто уделает его в два счёта десять раундов из десяти. - Для поддержания договора я посылаю советника Визу, а ты будешь его сопровождающим, с теми же привилегиями. Ты – не агент Границы, а официальный представитель Афтократора, важное политическое лицо, которое ваш мир обязан наделять дипломатической неприкосновенностью. - Миден?! – вырвалось у Хази. Стоило вспомнить то время, когда он находился в постоянном ужасе из-за происхождения Осаму. Но он смирился и даже находил занимательным изучать чужую культуру по поведению своего непосредственного господина. - Ты его телохранитель. Естественно, ты направляешься на Миден вместе с Осаму, - Хайрэйн покосился на него с явной угрозой. – Ещё вопросы? - Когда ты собирался мне рассказать? – возмутился и Осаму, переводя внимание на себя. – Почему знают все, кроме меня? - Потому что это предварительное решение, и пока в курсе только мои приближённые и главы подчинённых домов. Значит, Ру тоже в курсе, тот чёрный триггеровщик, у которого Осаму наблюдался по состоянию здоровья по сей день. Ру настоящий гений, раз разработал целую новую сферу медицины из-за одного пациента. Но стимул был велик – возможность выжить и тем более остаться в кругу доверия Хайрэйна. - Приближённые? – переспросил Осаму в неверии.               Хайрэйн, который постоянно швырялся заверениями, что они имеют одинаковые права, что Осаму самый важный человек в его жизни, что за Осаму он готов уничтожить половину Афтократора, сейчас утверждал, что о запланированном визите на Землю известно всем приближённым, но самого близкого человека предупредить, кажется, забыл. - Хорошо, - Осаму не стал демонстрировать обиду, полагал, что и выражением лица себя никак не выдал, но Хайрэйн пристально на него смотрел, готовый наплевать на свидетелей. Они так хорошо успели узнать друг друга, что даже страшно становилось. Такими темпами и правда недолго пойти с ним до конца. Однако менталитет не искоренишь за пару-тройку месяцев, Осаму казалась запретной интимная связь до совершеннолетия. И слабым звеном тут являлся он сам. Обдумав сей факт под иным углом, Осаму только уверился, что выдержит это испытание. А потом, может быть, и сам против не будет, потому что Хайрэйн ТАК смотрел только на него. И это будоражило. Даже слегка сердясь на него, Осаму оттаял. Всё-таки Хайрэйн искал способ вернуть Осаму на Землю. Молча, осторожно, обретая уверенность, что вторая половинка к нему вернётся, он не отказался от намерения выполнить желание возлюбленного. За это его захотелось обнять. А потом Осаму понял, сколько лишнего обдумал и додумал он сам в напряжённый момент. - Господин Микумо, - напомнил о себе глава дома Эрин, - хотите ли вы более надёжного телохранителя? - Я достаточно надёжен! – вступился за своё право Хази и очутился между Осаму и гостем, а Хайрэйн остался наблюдателем в этой не слишком приятной сцене. Он свою лепту внёс, позицию обозначил и доверился Осаму. - Но телохранителя может быть и два, и десять, - не унимался проситель. – Господин Микумо, ваш слуга слишком наглый. Стоило бы наказать его. При получении приказа слуга не может вести себя как ему вздумается, даже если ему что-то не нравится. Хьюз бы этого себе не позволил? Осаму отчасти сомневался. Он был знаком с Хьюзом. Да, он не буянил и не пытался ни с кем спорить, оставался молчаливым, однако не абстрагировался от окружающих его людей и мира и имел собственное мнение. Он бы действительно смог смолчать в на месте Хази, который был моложе и чуть импульсивнее. - Хази, - окликнул его Осаму, - подожди. - Про… - Хази запнулся и сбавил тон. – Прошу прощения, я повёл себя дерзко. - По отношению к своему господину ты не сделал ничего плохого, - ввернул Хайрэйн. – Любезничать с остальными я тебя не просил. Он ждал. Хази повернулся к Осаму. Теперь они оба ждали его ответа. Нет, все трое. Кажется, Хайрэйн не собирался оспаривать кандидатуру Хьюза. Но Осаму было неловко иметь даже одного слугу, не говоря уже о двух или целом штате. И тут его осенило. - Рэйн! – воскликнул он, чем снова заставил гостя дёрнуться от столь фамильярного отношения. – Ты не против?! - С чего мне протестовать против хорошего солдата? - Но ведь он… - Осаму не мог подобрать нужных слов. Хайрэйн же практически объявил вражду Хьюзу, который отвечал тем же. Различие только в том, что у Хьюза положение ниже и возможностей меньше. Да и глава дома Эрин, его прямой покровитель, не позволит буйствовать. Он просто хотел вернуть Хьюза домой. Даже если Хьюз попадёт в дом Хайрэйна, он всё равно будет рядом, он всё равно останется доступен. И глава Эрин не просил за Хьюза никого из влиятельного окружения Хайрэйна, выбрал ему хозяина самого лояльного из всех имеющихся. - Я не против Хази, хотя должен был его сурово наказать, - напомнил Хайрэйн. – Сколько раз он провинился? Дважды или трижды? Причём один раз едва не стоил тебе жизни, - и он повернулся к визитёру. – Ты осмелел, Эрин, прыгаешь выше своей головы ради какого-то солдатика, зная, что он думает обо мне. - Лорд Хьюз никогда не пойдёт против дома Хайрэйна, - заверил Эрин. – Я могу в этом поклясться. - Тогда что же ты намеревался передать ему через Осаму? - Подтверждение моим словам. Они искренни. Хочет Хьюз или нет, он не поднимет на господина Микумо ни руки, ни даже голоса. - Ни триггера, - отрезал Хайрэйн. – Я запрещаю ему сражаться с Осаму даже в учебном бою. - Это несправедливо! – воскликнул Осаму, желая снять это жутко неудобное ограничение. – Мне нужны сильные противники! Почему ты запретил Хази сражаться со мной? Хази не шевелился, пока разворачивался бой за него. Он побледнел. Видимо, сражаться с Осаму отказался он сам, полностью поддерживая приказ Хайрэйна. - Он же мой слуга! Почему он должен выполнять этот нелогичный приказ, которого я даже не выдавал? – надавил Осаму. - Потому что это было условием, по которому он мог остаться с тобой. Осаму язык прикусил. - Верно, - Хази заговорил тише, уже не рвался в бой. – Я не должен сражаться против вас. - Но тогда с кем мне обучаться? - Я сражусь с тобой столько раз, сколько ты захочешь, - опередил дальнейшие доводы Хайрэйн. – У меня есть не только Алектор. А со штабным триггером он не очень-то мастерски обращался. Отлегло. Кажется, Осаму действительно не рассматривал всерьёз возможности обучения боя у Хайрэйна, который прежде только учил его защищаться от триггеров категории Алектора, весьма эффективных против триона. Теперь Осаму полностью оценил его жест и голову опустил. Он сдался и больше не собирался воевать за своё мнение. Оно не всегда верное. - Господин Микумо, - вновь заговорил о деле глава дома Эрин, - могу ли я рассчитывать на то, что вы доставите Хьюзу доказательства моей преданности Господину Микумо и мою просьбу? - Просьбу? – Хайрэйн прищурился. – Речь шла о распоряжении, потому что только так ты можешь вернуть Хьюза домой. - Да, - смиренно согласился гость. – Только если господин Микумо примет его. Поэтому моё сообщение для Хьюза будет очень ёмким. Если никому не известному мальчишке удалось убедить вас взять его к себе, то мой подопечный, моя гордость, сумеет это и подавно. - Он не неизвестный мальчишка, - уже совсем другим тоном ответил Осаму. – Хази прошёл тест и сейчас находится у меня на том же счету, что Хьюз для вас. - Простите, я не хотел вас как-либо оскорбить, - повинился Эрин. - Ты можешь передать доказательства через Осаму, - соизволил согласиться Хайрэйн. – Однако не жди моего доверия к своему подопечному. Предоставлял решать Осаму. Самое трудное – принимать решения, особенно настолько ответственные. Осаму хотел выразить протест, но смолчал, осознавал своё положение. Ему придётся смириться с тем, что у него тоже есть слуги и телохранители. Пока только один, но вскоре Хайрэйн без ведома Осаму мог увеличить их количество. Он просто не желал ломать Осаму кучей противоестественных для него привилегий. И Осаму очень это ценил. Чуть позже он скажет Хайрэйну об этом. Да, чуть позже, с глазу на глаз. Хайрэйн дождался, когда дверь за ним закроется, а потом шагнул к Осаму, оторвавшемуся от своего занятия – что-то усиленно писал, явно делая прикидки о своём назначении послом Афтократора. Затруднительно было найти обоснования для сей должности, но она единственная, которая устраивала Хайрэйна. Ему было необходимо наделить Осаму дипломатической неприкосновенностью в чужом для себя мире, а Миден исправно соблюдал это правило, обеспечивал личную безопасность даже не самому приятному послу. Сейчас Осаму выступал с позиции Афтократора, но Миден также мог воспротивиться и вынудить его играть по собственным правилам, потому как по официальным документам изначально Осаму являлся представителем Границы на Афтократоре. По крайней мере на этот раз Хайрэйн путь ему расчистил. Осаму сам вошёл в его объятия и шумно втянул носом, наконец-то позволяя себе расслабиться. Всё чаще он делал это рядом с Хайрэйном, всё чаще необдуманно демонстрировал безоговорочное доверие. Хайрэйн, обнимая его, остановил руку на его затылке, погрузил пальцы в его волосы и погладил. - Не переживай, - посоветовал он сразу с базой доводов, - если Эрин прикажет Хьюзу перейти в моё подчинение, Хьюз станет частью моего дома без задней мысли. Но он переходит даже не ко мне, а к тебе. - Кто сказал, что он станет моим телохранителем? - Он действительно достойный противник для любого триггеровщика. И он куда надёжнее защитит тебя, чем Хази. - Не смотря на то, что ты к нему не расположен? - Да. Вряд ли он воспылает ко мне тёплыми чувствами. Но ведь и Хази я тоже не слишком жалую. Думаешь, я стараюсь смотреть на него объективно и постепенно проникнуться доверием? Этого никогда не случится. - Твои резкие суждения и личная антипатия могут оттолкнуть действительно стоящих людей, - заметил Осаму. - Да, - снова не стал спорить Хайрэйн. – Но я ищу не только сильных людей, а тех, кто безоговорочно будет мне подчиняться, как Хьюз подчиняется своему покровителю. Тогда они ни за что, ни при каких обстоятельствах, ни при каких пытках не предадут господина. Это и есть надёжное окружение. - Но Хази же… - Я плохо его знаю. Возможно, однажды он попал бы в поле моего зрения и стал бы кем-то. Но его нашёл ты. И я с готовностью уступаю его тебе. А то я уже хотел назначить твоим телохранителем Ранбанейна. - Но он же… - Мне было бы гораздо спокойнее, если бы это был он. Однако ты сам выбрал себе слугу. И ты можешь постоять за него, и защитить, что не менее важно. Таким образом, Осаму, люди набирают себе верную команду. Ты быстро учишься, - чмок в голову, от чего Осаму вовсе затих и просто расслабился. Ему это тоже нравилось. Сколько бы он ни отрицал на словах, это всего лишь страх. Хайрэйн видел его перемены и укреплялся в его сердце. Осаму сам не понимал, насколько глубоко увяз в этих чувствах. А пока он этого не осознаёт, стоило всеми способами привязать его к себе. Хайрэйн ощутил, как Осаму потянул руки ему за спину и обнял, ещё крепче прижимаясь. Этот слабый паренёк был настолько уязвим, что Хайрэйн мог бы раздавить его насмерть даже без триггера, а он лишь нежнее его обнимал. Дальше должен следовать поцелуй. Хайрэйн отодвинул его от себя, и Осаму посмотрел ему прямо в глаза. Они оба подались навстречу друг другу и заключили союз очередным поцелуем. Надо было объяснить Осаму, какие сложности возникли на пути утверждения его послом Афтократора. Хайрэйн не был уверен, что удастся, поэтому предпочитал не торопить события. - Я бы рассказал тебе, - произнёс он, когда оставил его губы в покое. - О чём? - О том, что я уже выбрал дату полёта на Миден и начал договариваться с Границей, пока связь между нашими мирами не прервалась. Просто я не был уверен, в качестве кого ты туда полетишь. - А ты? – выдавил Осаму. Ему хотелось спросить и он спросил. – Ты не полетишь со мной? - Ты же видишь какое напряжение царит вокруг моего имени. Они боятся, что я действительно займу место выше и заставлю их подчиняться. Пока они продолжают рассылать в разные миры военные экспедиции, я получил возможность сэкономить свой арсенал и сейчас только заполняю пробелы в оснащении. Ждал сигнала от Джина. Опасно так доверять человеку, которому доверять не хотелось, которого Хайрэйн считал своим врагом, но Хайрэйн был уверен на сто процентов, что его не предадут и в конечном итоге приведут к жертве с необычайно большим запасом триона. - Но ты же не хочешь устроить геноцид одного из домов? - Уже нет, - заверил Хайрэйн. – Наоборот, все, кто входит в дом Иццен, станут моими пешками. У них уже связаны руки. Осаму мог бы изложить тысячу доводов, почему не следует так сильно давить. Он мог бы упрекнуть Хайрэйна за холодное отношение к его собственным вассалам. Он мог бы надавить на совесть из-за Хьюза, но он только тон сбавил и произнёс в грудь Хайрэйну: - Я рад. Однако и Хайрэйн не обманывался. Осаму рад, что обошлось без крови. Несколько капель его собственной крови насытили грозящие бунтом земли. Кровь, настолько ценная, что Афтократор затих, больше не желая склок внутри. Хайрэйн довёл Осаму до кровати и усадил на неё, потом толкнул, а сам забрался на неё коленями и упёрся руками. Так, стоя на четвереньках над Осаму, он продолжал рассматривать своего принципиального возлюбленного. Он чувствовал, как жар желания поднимается изнутри. Он каждый раз испытывал этот еле контролируемый тайфун. Хайрэйн научился играть и по чужим правилам. А чужие правила гласили, что Осаму нельзя заставлять страдать. Стоит немного подождать, года три-четыре, прежде чем сломить его сопротивление. Сейчас только Хайрэйн жил мыслью об их интимной связи, а через упомянутые три-четыре года они оба найдут это согласие. Осаму знал о состоянии Хайрэйна. Он явно ощущал его возбуждение, тем более, когда неосознанно согнул ногу в колене, дотронулся до характерной части тела и замер, после чего безвольно лежал и больше не пытался сражаться за свою свободу. Хайрэйн наклонился к нему и снова поцеловал, снова забрался рукой ему под кофточку и поводил раскрытой ладонью, ощущая рельеф: мягкие переходы его груди, кнопочки сосков, углубление соблазнительного пупка, нежная кожа, даже рёбра прощупывались сквозь скудный слой грудных мышц. Осаму отчётливо реагировал на прикосновения, одновременно с этим начиная напрягаться, пока его мышцы вовсе не задеревенели. Тогда Хайрэйн остановился и повторил то, что сказал однажды: - Когда-нибудь… И это будет куда скорее, чем ты думаешь… ты отдашься мне. Ты не представляешь, как можно наслаждаться ласками того, кто тебя действительно любит, кто не хочет сделать тебе больно даже находясь под сильными эмоциями. - Д-да, - тихонько ответил Осаму, - я знаю. - И ты не против? - Н-не знаю. Проклятый менталитет отсталых стран. В нормальных мирах солдатами становятся уже в пятнадцать лет, а на Мидене и двадцать серьёзным возрастом не считают, зато слишком много внимания уделяют сексуальным связям, чуть ли ни обожествляя их, а потом швыряя на самое дно. - Как с тобой всё сложно, - наконец выдал Хайрэйн и отодвинулся, сел на край кровати рядом с ним и повернул голову, наблюдая, как Осаму тоже садится, полный смущения, и замирает с опущенной головой. Хайрэйн изучал культуру Мидена, казалось, только ради него, хотя целью являлся договор между нациями. Хайрэйн интересовался такими мелочами, что рассмешил бы кого угодно. Его не назвали бы наивным в глаза, но нашли бы над чем посмеяться втихомолку. Хайрэйн никому рассказывать не собирался. И изучение чужой культуры имело под собой веское основание – понять друг друга. - Через неделю официальная экспедиция на Миден будет утверждена. К тому времени корабль будет полностью оснащён. Помимо твоего телохранителя и советника Визы я рассчитываю отправить Ранбанейна. Мне было бы спокойнее, будь на его месте Мира, но, увы, два чёрных триггера я не могу отправить сейчас. Один на Мидене будет являть собой жест уважения. Два – угроза вторжения. - Не говоря уже о том, что Мира очень нужна здесь, - вспомнил Осаму. - Советник Виза тоже нужен, но, ты прав, Миру заменить сейчас сложнее. Поэтому я заполню ячейки корабля «замороженными» воинами триона. Небольшая армия на непредвиденный случай. - Но зачем… - Тебе не стоит о них беспокоиться. Воины триона будут в подчинении советника Визы. Тебе же я позволяю встретиться с семьёй и всеми твоими друзьями. Но если ты передумаешь и решишь спрятаться за своим другом Джином… - Нет, - покачал головой Осаму и наконец-то взглянул на собеседника. – Не останусь. Я привык к тебе и… - он запнулся и не продолжил. Значит и Хайрэйн не ошибся. Осаму обязательно вернётся. - К тому же, - продолжил Осаму, - у меня будет поручение от главы дома Эрин. Кем я буду, если не принесу ответа на его просьбу? - Ты можешь её проигнорировать, а можешь просто передать документы и не ждать, пока Хьюз их изучит. Тебе не обязательно брать его в свою свиту. Чем больше людей тебя окружает, тем труднее мне делить тебя с ними со всеми. Осаму понимал, что Хайрэйн не сможет находиться рядом постоянно. Хайрэйн не имеет возможности стать чьим-то телохранителем. Он и так слишком много времени тратил на своего любовника. И скоро этому наступит конец. Скоро, но не сейчас. Пока Осаму вызывал у Хайрэйна слишком сильную привязанность. - А я улажу конфликт в Афтократоре, - закончил Хайрэйн. – Без геноцида, как ты и просил. И ты снова был прав, утверждая, что стоит подчинить дом Иццен себе, а не уничтожить его. По всем прикидкам последовала бы затяжная война, которая могла стать огромной помехой поиску претендента на материнский триггер. Но теперь я без лишней крови могу прибрать к рукам его земли. Осаму также понимал, насколько трагично промедление из-за внутренних конфликтов в планетарном масштабе. Погибнет бог материнского триггера – на грани гибели окажется весь Афтократор. Сомнительная перспектива. - Так моя роль – не сопровождать советника Визу, а повеселиться с ребятами и навестить домашних? – спросил Осаму. - Но не забывай, что официально ты дипломат Афтократора, - Хайрэйн пригладил его волосы сбоку, у виска, и поднялся. - Рэйн! – Осаму дёрнулся за ним. - Твоя официальные обязанности будут подробно расписаны. Тебе не придётся «плавать» в попытках оправдать свой визит. - Но мне не надо ничего оправдывать. Я же… - Ты агент Границы Мидена. Но сейчас… - Хайрэйн замолчал, предоставляя собеседнику закончить самому , чтобы он прочувствовал, какова его роль. И он дождался: - Представитель Афтократора, - сбавил тон Осаму. – Мне надо ещё что-нибудь знать? - Только одно: если ты решишь погостить подольше или не захочешь возвращаться, я сам за тобой прилечу. Осаму снова голову опустил и ткнулся в плечо Хайрэйна носом, а Хайрэйн его обнял. Им обоим было известно, в каком настроении Хайрэйн будет забирать свою беглую вторую половинку. И им обоим не хотелось портить с таким трудом налаженные, полноценные, отношения между двумя сильными боевыми нациями.   Хази помалкивал. Он чувствовал что-то, чего не должен был. Неуместные эмоции, сродни пресловутой ревности, но не той, что порой проявлял Хайрэйн. Ревность бывает разной. Хази хотел быть единственным слугой для своего господина, но появился риск стать одним из его слуг. Оно осознавал, что Хьюз превосходил его, и именно Хьюзу Осаму мог отдать предпочтение, заполучив его в свою свиту. Это было до того несправедливо, что Хази больше думал и переживал, чем разговаривал, пока Осаму не остановил его прямо посреди трассы. Та самая трасса вокруг поля, даже тропинка обозначилась, по которой бегать было уж точно легче. - Ты осуждаешь меня? – Осаму стоял напротив, чуть впереди, и смотрел на спутника, постоянно сопровождающего его в тренировках. - Я не могу вас осуждать. Я не имею права, - покачал головой Хази. От внимания и сочувствия становилось лишь хуже. - Хази, - Осаму к нему приблизился и руку протянул к его голове. Хази дёрнулся, потому как он  посчитал, что господин в рецептор метил. Он ждал прикосновения. Каково это, когда кто-то другой хочет прикоснуться к рецептору не только как к техническому дополнению, которое иногда следует тестировать на наличие неисправностей. Хотя трионовые рецепторы год от года становились только совершеннее, а последние являлись чуть ли не органической тканью вкупе с кибернетическим механизмом, легко адаптирующимся к скорости синапсов мозга, они всё равно являлись имплантами. Осаму придавал рецепторам иное значение. Вернее, несколько разных значений. Пару раз Хази замечал, как Осаму украдкой прикасается к рецепторам Хайрэйна, а однажды, как Хайрэйн накрывает его руку на своём рецепторе. И выглядело это слишком интимно. Тогда Хази стало любопытно, каково это. И сейчас он мог в полной мере ощутить это очень личное прикосновение. Осаму не тронул его рецептор, только листок из волос вытащил. Краешком лист полоснул по рецептору, оставляя ощущение крайне невнятное. Хази выдохнул с неким разочарованием, а Осаму даже не заметил, принялся вертеть листок в руках и рассматривать его под разными углами. - Я не говорил, что хочу видеть Хьюза своим телохранителем, - покачал головой Осаму. – Я и тебя-то принял только потому, что Рэйн ультиматум выдвинул. - Только из-за этого? - И ради тебя, наверное. Я долго не понимал, что значит для тебя эта должность. Прости, если заставил поволноваться. - Ничего, - Хази выдохнул. Стало легче. – Вы же мой господин. Решение за вами. - А что думаешь ты? - Господин Хайрэйн прав, говоря, что вам нужно несколько телохранителей. Сейчас неспокойное время на Афтократоре. И я, наверное, согласен. - По тебе не скажешь. Ты знаком с Хьюзом? У вас с ним противоречия? Может быть, поэтому тебе нелегко справиться с эмоциями? - Нет же, - Хази заупрямился. – Мне стыдно. Я просто считал, что сам способен защитить вас от всех неприятностей, однако, когда моя защита была вам действительно необходима, меня рядом не было. - Хази, - одной интонацией укорил его Осаму. - Я знаю! – выпалил Хази. – Знаю, что не должен так думать, но я думаю. Я не хочу делить своего господина с другими слугами. Я просто этого не хочу, безо всяких обоснований и причин. Я не хочу, чтобы за вами следовал кто-то ещё. Ведь это моё право! Это моё место! Это мой долг! - он с чувством тыкал себя пальцем в грудь. - Тогда я ему откажу, если он вообще захочет стать моим телохранителем, - Осаму сдался быстро, вероятно, изначально не желая набирать личную свиту, а потом пробормотал себе под нос. – Интересно, что за доказательства он собрал. Как бы боком не вышло… - Глава дома Эрин мог облечь их в прямой приказ, – предупредил Хази. Он стоял очень близко к Осаму. Так близко, что дотронулся бы полусогнутой рукой. Слишком многое его связывало с Осаму, слишком привязался, слишком высокие ожидания и надежды, что Осаму его не оттолкнёт. Вышвырнуть слугу на улицу очень легко. Но Хази точно знал, что если Осаму откажется от него, Хайрэйн найдёт для него местечко в своей личной армии, потому что Хази прошёл все его тесты, предоставил все доказательства преданности… И начал перечить Хайрэйну, пытаясь защищать Осаму от Алектора. Мурашки по коже. Он действительно поёжился. Так привык опекать своего хозяина, что представить не мог, чтобы это делал кто-то ещё. - Хази, ты весь день молчишь поэтому? – спросил Осаму напрямик. - Я должен знать, что ты думаешь. Я хочу заранее прикинуть, чего нам ждать в будущем. Если у вас с Хьюзом разовьётся конфликт, лучше я в самом деле проигнорирую просьбу и при встрече верну все переданные документы обратно. - Кажется, я влияю на ваше решение, - Хази голову опустил и скользнул верхушками рецепторов по собеседнику. Он вздрогнул, но положения не изменил. Вот оно, это прикосновение, не такое будоражащее, если только психологически. Не слишком удобно носить рецепторы надо лбом, торчащими вверх, но Хази не выбирал. Он был слишком молод, когда его заметили и швырнули на операционный стол. Осаму дотронулся до него, до плеча. Этого вполне хватало для полного успокоения. Кого бы Осаму ни выбрал в свою свиту, он ни за что не бросит Хази и не задвинет его на задний план. Осаму не бросил его, когда ещё с Хайрэйном не обращался так фамильярно. Раньше Хайрэйн мог остановить его, а сейчас Осаму легко вступал в спор с ним и часто выигрывал. У Хази изначально не было права верховодить. Не стоило забывать своего положения, а он забывал и начинал что-то требовать от господина. - Я никогда не хотел себе слугу, - обронил Осаму со вздохом. – Я хотел завести друзей. Мы бы помогали друг другу, подшучивали друг над другом, вместе раздумывали над стратегиями и если за одним столом, горячо обсуждая прошедшие бои. На Мидене у меня было это всё. Осаму сожалел. Хази поверить не мог, хотя чему он удивлялся, если его силой вырвали из привычного мира. Он внимательно изучил данные о Мидене и отметил разницу в восприятии двух разных наций. У них разные ценности и разные причины для поступков. Иногда Осаму сожалел, что прилетел с Хайрэйном на Афтократор, а порой они выглядели идеальной парой. Осаму не отстранялся, продолжал удерживать его за одно плечо, а Хази уже увереннее себя чувствовал рядом с ним. С упоминанием Хьюза всё поменялось. Хази слишком боялся больших перемен. Ему было необходимо выгодно выделиться, прежде чем Осаму пустит в своё окружение кого-то ещё из слуг. Ну почему это обязательно должен быть Хьюз?! У него и ума в достатке, и силы, и расчётливости, и хладнокровия, и триггер его сродни чёрному, особенный. Хази всего лишь стрелок. Может быть, стоило добавить в свой триггер что-нибудь ещё? Пусть не магнит, но, может быть, электричество? Или плеть с крючьями? Всё ради того, чтобы выделиться, чтобы его отметили и поставил над другими слугами. Он не услышал, как открылся портал. Хайрэйн часто так делал – просил Миру перенести его к Осаму. Иногда он вмешивался в тренировки и останавливал их. Когда Хази осознал, что у них появился свидетель, Хайрэйн уже разрушил уютную атмосферу ледяным голосом: - Как же быстро ты научился подхалимству. Хази отпрянул, а Осаму ещё держал руку на весу, не ожидавший вторжения точно так же. - Простите! – выпалил Хази. - Даже не смей думать, - предупредил Хайрэйн. Он не подходил к своему возлюбленному, вперился устрашающим взглядом в его сопровождающего, чем заставлял нервничать и задумываться о немедленной каре. - О чём думать? – спросил Осаму, чем немного разрядил атмосферу. - Он слишком близко, - рубанул Хайрэйн. - Он и должен быть близко, раз мой телохранитель. Разве нет? - Так близко, что едва не влез в твои объятия? – Хайрэйн наконец сделал шаг вперёд… к Осаму. - Что? – лицо Осаму вытянулось. – О чём ты говоришь? Нельзя измерять чувства только по себе! Все люди разные! Хази отступил, бледнея. Только что переступил черту, и заметил это ни кто иной как Хайрэйн, самое пристрастное лицо. - Простите! Я не подумал, как это может выглядеть! – громко заявил он. – У меня не было никаких намерений! - Ты всего лишь захотел, чтобы тебя кто-нибудь приласкал, успокоил твои тревоги? - наседал Хайрэйн. Он сменил собеседника и вместо Осаму приблизился к Хази, заставляя его вообще съёжиться. – Ты в ужасе всего лишь из-за меня. Как ты собираешься защищать своего господина дальше? - Я жизни не пожалею, но защищу его! - Хватит! – повысил голос и Осаму. – Рэйн, пожалуйста, не искажай истинного положения вещей. Я не могу посочувствовать своему телохранителю? - Солдат не нуждается в сочувствии. - Он МОЙ солдат! - Мне ты тоже сочувствовал. - Как и всем своим друзьям, если у них случались неприятности, - на все возражения Хайрэйна Осаму находил объяснения. - А если ты собираешься запретить мне физический контакт со всеми, кроме тебя, то превратишься в тирана! - Я и так им был, - уверенно объявил Хайрэйн. – Ещё возражения? Но Осаму не возражал. Он атаковал с совершенно неожиданной стороны: - Я требую увеличить длительность моего пребывания на Мидене! - Что? – впервые при посторонних Хайрэйн изменился в лице. Стало отчасти неловко. - Всего должно быть в меру. На Афтократоре я начинаю забывать каково просто быть жителем счастливого Мидена, где нет резких классовых разграничений и кучи слуг, в обязанностях которых прописано погибнуть за господина. - Хочешь заставить своего слугу изменить взгляды? – усмехнулся Хайрэйн. – Тебе незачем это делать, просто возьми себе того, кто уже ознакомился с правилами Мидена и привык жить по ним. - Мне не нужен Хьюз. Почему в последние дни со всех сторон звучит его имя? У него уже есть своё место, есть цели… - А если он хочет вернуться на Афтократор? - Можно подумать, ты не будешь против в любом из вариантов, - гнул своё Осаму. - Нет! – заявил Хайрэйн и разъяснил, чему именно он отказывает. – Я не позволяю тебе задерживаться дольше, чем необходимо для выполнения дипломатической миссии. - Я не согласен! Хази молча наблюдал, отступив на несколько лишних шагов. Он мог бы вмешаться, но не вмешивался. А мог ли? Ему велено защищать Осаму, но сейчас ему угрожал только Хайрэйн и то лишь словесно. Хази не представлял причины, которая заставила бы Хайрэйна поднять на Осаму руку. Он ждал окончания спора и жалел о превышении своих полномочий. Не стоило добиваться прикосновений. Его чувства к Осаму ничем не походили на чувства Хайрэйна. Он не испытывал трепета в груди при мыслях о поцелуях. Вернее, он даже не думал о поцелуях, тем более с Осаму. Каждому слуге хорошо известно, что с хозяевами связываться нельзя. В него с детства вдолбили это простое правило так же, как правила Мидена вдалбливали в голову Осаму, от которых он теперь не мог отвыкнуть. - Вам не о чем беспокоиться, - услышал он свой собственный голос. Оба спорщика повернулись к нему, и он повторил. – Вам не стоит беспокоиться. Я не изменю законам Афтократора и не посягну на чужое. - Тогда мне не нужно вызывать тебя на приватную беседу? – грозный вопрос Хайрэйна снова вызвал мурашки. - Я всегда готов ответить за свои поступки, - подтвердил Хази, - но не по причине, о которой думаете вы. Хайрэйн оставил Осаму в покое. Осаму не вмешивался, видимо, замечая знаки, которых не видел Хази. Осаму не беспокоился, зато всё сильнее нервничал Хази. - Я доверил тебе Осаму, потому что ты не перешагнёшь черты, - так и сказал Хайрэйн. - Что? – Хази глаза вытаращил. А казалось, его сейчас будут отчитывать. - Вижу, ты распробовал новое блюдо с нехарактерной остринкой. И как тебе на вкус? Хази снова хотел переспросить, но интуитивно понял вопрос. Хайрэйн имел в виду, что он наконец переварил весть о том, что его господин уроженец Мидена. Не таким страшным монстром оказался Осаму, не таким деспотичным хозяином. Разумеется, привыкнув к мысли о том, что Осаму принадлежит устрашающей нации, которая легко отбила массированное вторжение, он начал ощущать особый вкус от ситуации. - Заманчиво, господин Хайрэйн, - Хази склонил голову. – Вызывает привыкание. Побочный эффект – иллюзии. Хотеть того, чего не прописано в договоре – верх безрассудства. - Возвращайся обратно, я сам сопровожу Осаму домой, - распорядился Хайрэйн обычным тоном. Только тогда и не раньше Осаму приблизился к ним и подтвердил приказ: - Да, возвращайся. Ты же видишь, мы не собираемся ссориться. В подтверждение Хайрэйн обхватил своего благоверного одной рукой и притянул к себе. Он много чего без стеснения показал Хази, в том числе действо чуточку более интимное. Это значило, Хайрэйн рассчитывал на долгую службу Хази. А за такой срок слуги постепенно узнают все тайны, все привычки и особенности хозяев. Хайрэйн смотрел далеко вперёд. Он задолго до понимания Хази разработал стратегию и теперь лишь следовал ей. Хази углубил поклон, отступил на два шага, потом развернулся и поспешно двинулся в обратный путь.