Новые горизонты.

Лиара словно сумела, за какие-то несколько секунд, впасть в глубокий транс. Она совсем не услышала Джона, который увидев, как ее одолела непонятная слабость, поспешил разузнать в чем дело, и подошел к ней. Его возлюбленная стояла, склонив голову, руки повисли, как мокрые тряпки, едва двигающиеся на ветру, которого здесь не могло быть, но именно такая схожесть посетила Шепарда. Он еще какое-то время стоял, всматриваясь ей в затылок, боясь потревожить. Казалось, только он произнесет слово – и малейший выдох из легких повалит девушку, как порыв мощного ветра сваливает дерево. - Джон? – Она, будто по чей-то немой команде, выпрямилась и взяла себя в руки. Хотя, в ее голосе читалось что-то необычное. Что-то, чего капитану не доводилось слышать за все годы, проведенные с ней. – Все в порядке. – Словно предчувствуя вопрос мужчины, бросила азари. И она попала в точку. Шепард еще несколько секунд молчал. Ему казалось, что происходит что-то совсем неестественное, мистическое. Хотя, чего было такого загадочного в ситуации? Лиара вполне могла научиться предугадывать ход мыслей своего возлюбленного, его слова… А то, как он подобрался сзади было возможно и услышать. Все просто и логично, даже бывало раньше. Но и эти домыслы не смогли прогнать странное, необъяснимое чувство. - Ты уверена? – Тихо спросил Джон, сделав еще один, робкий шаг, к девушке и оказался в полуметре от нее. Та продолжала стоять спиной, не поворачиваясь, но и больше не была похожа на марионетку, повисшую на веревочках, в руках кукловода, которому стало совершенно лень их дергать. Капитан сделал глубокий вдох, и положил на плечо Т’Сони руку, и волна волнения накатилась с новой силой. Да что происходит? От чего стало так не по себе?! Это гнетуще, необоснованное чувство разжигало глубоко внутри гнев на самого себя, на того, кто смело прошел все ужасы войны, кто побывал на том свете и вернулся, кто пару минут назад не моргнув глазом приказал расстрелять десяток военнопленных! - Да. – Буркнула Лиара уже совсем своим голосом, без тех неслыханных раньше, загадочных ноток. Крепкая рука все еще сжимала плечо и теперь рывком развернула ее. Светлое помещение штаба сил Цербера мелькнуло перед глазами, размылось на долю секунды, и теперь, перед ее взором был лишь Шепард. И вопросительно наблюдающие за всем десантники, Гаррус и оба комиссара. - Ты готова двигаться дальше? – Теперь с отзвуками смущения, поинтересовался капитан, заглянув в глаза азари. Он ожидал увидеть там что-то не свое, чужое, или даже отвратительное. Но, к его счастью, глаза были все теми же озерами, белоснежными, с огромными голубыми зрачками, в которых, казалось, можно утонуть. И сейчас, выискивая что-то в них, мужчина на секунду полностью забылся. - Только прикажи. – Наигранным голосом отозвалась Т’Сони, и резко пожала плечами, сбросив руку Джона. Эта неожиданность, в купе с обыденным голосом возлюбленной, в котором нельзя было уловить чего-то необычного, вывела того из наплыва сомнений и дум. С его лица, казалось, сползла стальная маска – именно так исчезло напряжение. Шепард кивком предложил ей, а заодно и всем остальным, продвинуться к массивным, железным дверям. Встроенные в толстые стены, они были украшены символикой Цербера, а несколько минут назад к этому добавились множество дыр, но не сквозных, которые остались от попаданий пуль и лазеров, что в обилии носились по всему коридору, во время скоротечного боя. Весь небольшой путь усеяли трупы, изуродованные жестоким сражением, и десантники двигались зигзагами, стараясь не наступать на тела и ошметки предателей. Некоторые, по пути, срывали термозаряды и связки гранат, с, покрытых еще теплой кровью, листов белой брони, в которую были закованы вражеские солдаты. Чуть поздаи, сквозь обломки уничтоженного атласа, пробирался Гаррус. Иногда он выругивался, задев ногой что-нибудь, но через несколько секунд дымящиеся останки грозной боевой машины остались позади, а турианец встал в один ряд с капитаном. Курт и Сергей не особо заботились о трупах Церберовцев, и, возможно демонстративно, пинали их, и грубо расталкивали в стороны, расчищая себе путь. Наверно, этим они хотели показать, что комиссар питает великую ненависть к врагам человечества. - Не думаю, что получится ее взорвать – Констатировал Гаррус, когда все командиры, наконец, стояли перед механизированными дверями. Казалось, те, что служили входом, и которые пришлось уничтожить десантникам, должны быть самыми массивными в здании, ведь служат парадным входом. Как оказалось, есть тут кое что более солидное. И это уж точно не получится вынести мощностью взрывчатки. - Жаль, что мы уничтожили оба атласа. – Погрузившись в обдумывание дальнейших действий, промолвил Джон. И действительно, ничего кроме гранат и бомб с отложенной детонацией под рукой небыло. А чтобы прорваться сквозь такую крепкую преграду понадобится, наверно, танковый залп. Или удар чего-то крепкого и сильного. Невольно, на лице Шепарда скользнула улыбка, ведь он только что вспомнил про макко и молот. Давно ему не приходилось пользоваться чем-то из этих замечательных машин. Но она исчезла так же быстро, как и появилась, ведь в голову, за пару секунд, снова вернулись мысли о появившейся проблеме. Джон, как-то не по своей воле, огляделся вокруг, в поисках чего-нибудь достаточно мощного. Конечно, глаз остановился на мощных орудиях взорванного шагохода, но привести их в действие было невозможно, без хорошего техника. Это дело бы сейчас снять, как-нибудь зафиксировать и выстрелить в проклятые ворота. Мысленно, капитан пожалел, что рядом нет Тали. Она бы без труда справилась с этим делом. - В принципе, я могу попробовать биотикой… - Отозвалась Лиара, когда стало ясно, что поиск решения затягивается. Во время боя она показала высший пилотаж во владении ею, подняв в воздух тяжеленного робота. Не каждый мастер управления потоками темной энергии способен на такое. Может, это были какие-то имплантаты, усиливающие способности? Не важно, так или иначе, азари не собиралась, пока, открываться не этот счет. Даже Шепарду. Хотя он ее и не спрашивал, но почему-то уверовал, что девушка сама должна была раскрыть карты, после того, как продемонстрировала свое мастерство. И это утаивание, с ее стороны, несколько задевало капитана. - Может получиться. – Оценивающим голосом сказал Курт, который молчал уже долгое время. Его больше волновало не это, не решение вопроса с дверью. А то, что находится за ней. Одна только мысль о том, что в угол загнаны самые видные предатели, доставляла уйму удовольствия. По телу прокатывалась легкая дрожь, от предвкушения наград, что светят ему за взятие в плен таких людей, от того, что какую славу и известность он заслужит. Стоит только представить: “Комиссар Курт Штольц, рука об руку с Героем Человечества капитаном Шепардом, раздавили стальной пятой остатки предателей, террористов и убийц, а их гнусных предводителей предали справедливому суду военного трибунала”. Без сомнения, что-то подобное должно украсить первые полосы всех известных газет и партийных изданий. – Ну, судя по тому, как ты тягала того атласа… Лиара встретилась с офицером взглядом, потом, с некоторой растерянностью, перевела его на Шепарда. Она была не слишком уверена в своих силах. Эти ворота выглядели куда более тяжелее, нежели тот шагоход. К тому же, их удерживало давление. И Поэтому, инстинктивно искала поддержки и ободрения в темных, засасывающих в себя глазах возлюбленного. Джон улыбнулся. Его улыбка была доброй и любящей, такой, словно не было сегодня никакого сражения. Словно это был день какой-то мирной жизни. На которую все члены старой команды Нормандии надеялись, но получили далеко не все. Лицо Джона, его взгляд, сделали свое дело. Лиара едва заметно кивнула ему, по разминала пальцы и подошла по ближе к огромной арке, внутри которой и покоились, кажущиеся незыблемыми, двери. Т’Сони закрыла глаза. Она успокоила все свои мысли, сложила руки в замок, и по ее телу побежали первые сгустки темной энергии. Как завихрения необычного пламени, они становились все быстрее и плотнее. Их становилось больше с каждой секундой этой необычной медитации, как вдруг азари вспыхнула этим биотическим огнем, словно факел. Только теперь она открыла глаза, что стали совершенно черными. От неожиданной вспышки комиссары отскочили в разные стороны, гарус, невольно, сделал шаг назад. И только Шепард пошатнулся, но устоял на месте. Он был восхищен такой мощью и силой. Было не приятно осознавать, что сам был не способен на такое буйство темной энергии, поэтому смотрел на происходящее так, словно ничего важнее в мире сейчас не происходило. Глаза не замечали ничего, осталась только Лиара, охваченная морем фиолетовых всполохов и монолитно мощные ворота, ожидавшие своей участи. Кажется, вопрос их открытия вот-вот решится. Еще через десять секунд, девушка почувствовала, что она полна. Биотика заполнила ее, не оставив и миллиметра свободного пространства, и теперь была готова вылиться из нее, что бы уничтожить все, что окажется на пути, подобно цунами. Но никакого взрыва, которого ожидали все, ошеломленно смотревшие на Т’Сони, не последовало. Она выпрямила руки в сторону ворот, и в центре, на их стыке, начали появляться лучики синего света. Их становилось все больше, они превращались в сплошной просвет. Переливаясь тонами темных цветов, они превратились в сгустки, подобные тем, что покрывали азари с ног до головы, и когда тьма внутри них стала непроглядной, девушка резко развела руки и двери, что выглядели неприступными минуту назад, с визгом и лязгом влетели внутрь стен, сопровождаемые потоком искр. Внутри раздался грохот столкновения, зашипело выходящее давление, что крепко удерживало эти ворота. А Лиара, после этого, “погасла” так быстро, как гаснет костер, залитый водой. Сразу она повалилась на колени, руками упершись в пол. Шепард, придя в себя после уведенного великолепия, метнулся к напарнице, чтобы помочь подняться. Теперь не было сомнений – и тот приступ слабости, что случился с ней в конце боя, и этот – следствие применения биотики. Вполне логично, ведь не может быть так, что использование таких сил никак не отражается на использующем их. - Лиара. – Немного взволнованно говорил Джон, помогая ей подняться. Он уложил ее руку на плечо, и, приобняв за бок, поднялся, вместе с ней. Тем не менее, она стояла так же неуверенно, с опущенной головой, а ноги то и дело подкашивались. – Гаррус, веди отделение вперед. Найдете этих чертовых генералов – берите в плен. Турианец подчинился, и выдвинулся в открытый проход. За ним, строем, последовали десантники. Прямо сейчас туда пожелал отправиться Сергей, на что капитан махнул рукой, ему было все равно. И через несколько секунд, около громадной арки остался он, Курт и Лиара, которой не становилось лучше. - Не думаю, что ей было бы так плохо, отдохни она после уничтожения атласа хоть несколько часов. – Размышлял вслух Штольц, подойдя к Шепарду по ближе. Тот не обращал внимания, придерживал азари за талию, не позволяя повалиться, а свободной рукой приподнимал голову за подбородок, чтобы заглянуть в лицо. Т’Сони только постанывала. Чувство жалости сверлило капитана изнутри от этой картины, и вперемешку с осознанием необходимости сделать последний рывок, чтобы закончить задание, образовывало небывалую смесь ощущений, каких еще испытывать не приходилось. - Присматривай за ней, Курт. – Шепард передал свою ценнейшую ношу комиссару. Тот стиснул азари за руки, дабы удержать на ногах. Кажется, или его только что лишили чести брать в плен последних церберовцев? Видимо, оно так и было, судя по тому, что Джон отправился в след за уже исчезнувшим из вида отделением. – И учти. – Добавил вдруг капитан, перейдя порог прохода. – Если с ней что-то случится – голову с тебя сниму. В голосе Шепарда точно звучали нотки угрозы. Не наигранной, но настоящей. И сначала Штольц озлобился, услышав такое в свой адрес, но быстро осознал, в каком положении находится его командир. Ведь совершенно не ясно, что сейчас творится с его возлюбленной. Может, она умрет, через пару минут, если не оказать срочную помощь? Насколько сильно биотическая сила опустошила ее? А может, Т’Сони не справилась, и в самом конце выжгла себе что-нибудь внутри, и осталось ей совсем чуть-чуть? Так, или иначе, но как только Джон скрылся за поворотом, азари потеряла сознание и окончательно перестала хоть как-то удерживаться на ногах. Пришедший в ужас от одной мысли, что все же его дурные мысли перешли в явь, а так же от того, что с ним может сделать Шепард, в припадке ярости, комиссар абсолютно поник, но не потерял самообладания. И, уложив Лиару на полу, попытался вспомнить далекие курсы в офицерской академии, что-нибудь из оказания первой помощи. Курт всей душой надеялся, что девушка лишь потеряла сознание. И что удастся привести ее в чувство. Когда ему вдалось нащупать слабый пульс, по лицу сама по себе расползлась улыбка, от уха до уха. И что бы не терять времени, он сразу перешел к реанимации.