Змеи и розы

Сотни чужих крыш. Что ты искал там, парень? Ты так давно спишь, Слишком давно для твари. Может, пора вниз, Там, где ты дышишь телом? Брось свой пустой лист, Твари не ходят в белом.

Бледная дрожащая рука застыла перед изгибом обшарпанной золотистой дверной ручки, но всего лишь на мгновение. В кровь будто проникла ядовитая сыворотка, делающая тело не таким послушным, а пульсация в ушах, казалось, перебивала и без того спутанный рой мыслей. Просто сделай это. Просто открой дверь и сделай это. Но это совсем не просто... Я не стану. Мы не вправе отбирать человеческую жизнь... Я смогу. Нет, я не стану... Но мне придётся.

***

Гулкий шлепок совсем рядом справа вывел Аврору из задумчивости: сова принесла довольно внушительный прямоугольный свёрток для Луны, сбросив посылку на свободный от утвари участок факультетского стола в Большом зале. Впрочем, как птица ни старалась найти свободное место для сброса пакета, избежать попадания одного конца свертка в посудину с крупной мутно-зелёной икрой ей не удалось. Стряхнув с посылки икринки и угостив пернатого почтальона какими-то зелёными семенами, когтевранка тут же развернула бумагу. – Хочешь? – обратилась она к новой знакомой. – Прости? – непонимающе посмотрела на неё Аврора. Луна придвинула лежавший между девушками сине-фиолетовый журнал с полным лицом хмурого мужчины средних лет на обложке ещё ближе к собеседнице. – Если хочешь, можешь почитать. А я пока прочту письмо, – невозмутимо пояснила она. – А, да, спасибо, – слабо улыбнулась та, ещё раз скользнув взглядом по унылым серым пейзажам за высокими окнами. Предложение Луны Аврора приняла больше из вежливости, будучи не особо заинтересованной в чтении журнала, но всё же девушка взяла издание в руки и бегло просмотрела живые снимки и обрывки фраз. ...Министерством управляют упыри и вампиры... Пришельцы распыляют ослабляющие волю зелья... Все статьи были в подобном духе, и Аврора уже собиралась отложить "Придиру" в сторону, но взгляд зацепился за другой любопытный заголовок. Очередное нападение Пожирателей Смерти на маггловское семейство А рядом со статьёй красовалась колдография с несколькими людьми в довольно жутких расписных масках. Снимок изображал, как они стремительно идут на читателя, а затем обращаются чёрной дымкой, взмывая вверх, за границу анимированной иллюстрации, и оставляя после себя чёрный прямоугольник. – Луна, – обратилась она к соседке, слегка нахмурившись и отложив закрытое издание. – Да? – ответила та через пару мгновений, повернув голову к сокурснице. – А кто такие Пожиратели Смерти? – Аврора старалась звучать непринуждённо. – Поговорим об этом не здесь, – ответила та с долей беспокойства в голосе. – Да, конечно... – протянула Аврора, а затем, будто очнувшись, принялась торопливо доедать овощную запеканку.

***

Стоя на крыльце у одного из входов в замок этим промозглым утром, неизменная компания слизеринцев оживленно о чем-то переговаривалась, и только её бессменный предводитель практически не участвовал в дискуссии, пребывая в каком-то отрешенном настроении и лишь изредка одаривал товарищей односложными ответами, что, похоже, несколько настораживало проницательную Пэнс, судя по периодически бросаемым на Малфоя многозначительным взглядам умных тёмных глаз. После одного из таких взглядов двери вдруг распахнулись. И надо же было ей выйти здесь же! Впрочем, ему в любом случае пришлось бы контактировать с ней сегодня по просьбе декана. – Привет! – воскликнула она с какой-то усталой улыбкой, заметив почти знакомого. – Привет, – бесстрастно бросил слизеринец, наблюдая, как улыбка сползает с лица ученицы, а товарищи с серебристо-зелёными нашивками на мантиях уставилась на неё с откровенной насмешкой и надменностью, и Аврора, слегка поджав губы и опустив взгляд, спустилась по лестнице и направилась к более крупному скоплению учеников вдалеке, рядом с хищиной лесничего. – Драк, и чего она не пошла с Когтевраном? Там же её полоумная подружка, – деловито уточнил Блейз, в который раз игнорируя просьбу друга не назвать его этим словом, напоминающим название одного животного, но совсем не дракона. – Не знаю, чёрт с ней, – отрезал Малфой, глядя в сторону толпящихся учеников с чёрно-зелеными и жёлто-красными шарфами, а затем испарил остатки сигареты, зажатые между двух пальцев. – Мордред, Забини, ты и правда хочешь говорить об этом? – раздражённо бросила Паркинсон, точно так же испарив бычок, на что темнокожий слизеринец лишь тихо хмыкнул. Скоро должен был начаться урок, поэтому через пару минут компания также спустилась с крыльца и проследовала в ту же сторону, остановившись в нескольких шагах от Авроры. Хагрид пообещал что-то особенное, и вскоре на поляну вышли три огромные ящероподобные существа, тёмные, с кожей, пересечённой светящейся оранжевым сеткой, состоящие будто из лавы, покрытой углями – огненные саламандры, как пояснил полувеликан. Неспроста они так называются, – решил Драко, поморщившись от очередного "приятного" сюрприза на "любимом" уроке, ходить на который за компанию его каким-то чудом уговорила Пэнс, и брезгливо разглядывая крупных созданий. И он оказался прав: через минут десять несколько сбивчивых увещеваний космача раздался громкий чихающий звук. Может быть, это вышло даже случайно, но, так или иначе, под всеобщие ошеломлённые вздохи и визги школьниц пасть одной из саламандр выплюнула огненную струю, к ужасу популярного слизеринца полетевшую в сторону Авроры. – Драко! – не успел он опомниться, как в этот самый момент Паркинсон ухватилась за рукав мантии и развернула парня к себе. – Какого наргла ты творишь?! – зло воскликнул он и тут же обернулся туда, где до этого стояла маггловская ученица, которая теперь полулежала на траве с невероятным испугом в глазах. – Ты как? – крайне взволнованно поинтересовался Хагрид, вперевалку приблизившись к Авроре. – Я... Нормально... Всё нормально, – потрясённо моргая, ответила она. Остаток занятия прошёл без каких-либо выдающихся инцидентов, а следующим уроком для Авроры была Астрономия, которая пусть и со скрипом, но всё же далась девушке. Однако больше её изумил вид, открывающийся с Астрономической башни: бескрайнее серое небо с ярко-розовыми полосами, обширные призамковые территории, чернейшая гладь озера с отблескивающей мелкой рябью и не ко времени обнажённые, слегка покачивающиеся от ветра чернеющие верхушки деревьев, до которых, как казалось с этой точки наблюдения, было рукой подать. И этот лес так пронзительно напоминал ей родные Топи, что, в конце концов, ноющая тоска по дому притупилась, и вместе с лёгким ветерком девушку окутало умиротворение. Кажется, там будут проходить некоторые занятия. Было бы здорово гулять там почаще. Однако ещё бо́льшим и совсем неприятным потрясением под вечер для Авроры оказался рассказ о Пожирателях, которого она всё-таки дождалась от Луны, когда они сидели на подоконнике в коридоре спустя некоторое время после окончания занятий. – Значит, они убивают их? Просто потому, что они родились якобы не в той семье? – задумчиво протянула новоиспечённая ученица, ощущая, как внутри, в груди, ворочается что-то неприятно холодное, сменяясь невыразимым негодованием. – Но это же чудовищно, это чья-то чудовищная, глупая выдумка! – Немного подумав, бывшая королевская особа добавила: – А ведь они наверняка угрожают и таким, как я? – с этими словами девушка устремила на когтевранку едва ли не умоляющий взгляд. – Я думаю, твоя мама, она... Сумеет тебя защитить, – с неизменно грустной улыбкой, которая, похоже, в этот раз была призвана ободрить собеседницу, изрекла Луна. – Да, наверное... Да и Диаваль всегда рядом... – затем на её лице отразилось какое-то озарение. – Но почему его не было сегодня?

***

– А ведь поначалу мы думали, будет такой же сволочью, как Крыса, – донёсся обрывок юношеской беседы до Северуса, направлявшегося в подземные личные покои, и зельевар невольно в очередной раз усмехнулся своему прозвищу, которым величало его уже не первое поколение учеников, а в памяти мгновенно предстал образ подлого анимага. – Да, рогатая явно поприятнее будет! – отвечал другой юный голос. После этой реплики в груди вспыхнуло жжение, но совсем не в пурпурных сплетениях, а, к несчастью, гораздо глубже, и глаза застрелила пелена гнева. Стиснув зубы и пролетев в подземелья мимо замерших и побелевших школьников, декан обнаружил Малфоя-младшего уже стоявшим у входа в кабинет. Отперев дверь взмахом палочки, профессор кивком пригласил старосту внутрь, и слизеринцы заняли места по двум сторонам массивного стола. – О чём Вы хотели поговорить? – бесцеремонно бросил юноша. – Как Ваши успехи? – невозмутимо ответил преподаватель. – Я же сказал, это Вас не касается! Это моё задание, он сам дал его мне! Он будет доволен мной! – выплюнул ученик в яростном запале. – Я хочу помочь Вам, я должен... – Сколько раз повторять, отвяжитесь от меня! – взбешенно перебил его парень. – Будьте же благоразумнее, – Северус заговорил на повышенных тонах. – Я знаю, что у Вас... не выходит. Вот, – он протянул недовольному старшекурснику небольшой клочок пергамента, и тот посмотрел на записку, сдвинув брови. – Навестите Горбина снова, спросите это у него. Драко молча поднялся со стула и устремился к выходу, но реплика профессора ненадолго задержала его. – Мисс Авроре необходимо докупить некоторые принадлежности, возьмите её с собой. Не оборачиваясь и всё так же молча Малфой покинул кабинет, и задумчивый взгляд Мастера, провожая посетителя, вдруг упал на одну особую область на стене и задержался на ней, сменившись удивлённым. Но прошло всего пару минут, прежде чем раздался стук в дверь. При виде бледного мужчины в чёрном сознание сразу связало его появление с последним собранием Пожирателей, после которого прошло всего несколько часов. В блестящих чёрных глазах прислужника фейри читалось отчаяние. – Помогите ей!

***

По всё тому же залу с чёрным убранством, будто обугленным после какого-то пожара, прокатились глухие звуки вкрадчивого властного голоса. – Что ж, меня радует ваша преданность, – затем глаза с багровым отблеском устремились на Малефисенту. – Настало время и Вам доказать её. Долго после этой беседы фея просидела за таким же чёрным столом в одних из покоев особняка в одиночестве, снедаемая растерянностью и мрачными мыслями, рёбра стянуло ледяным стальным обручем отчаяния. Я ведь никогда этого не делала... Просто убить? Если бы он хотя бы сказал, почему... Это не имеет значения. Что будет, если я этого не сделаю? Кто они такие? С ним нельзя договориться, мне придётся... Во что я ввязалась? И всё из-за него... Если бы я могла пойти на это не одна... С ним... Той же ночью она уже стояла на крыльце ничем не примечательного облезлого домишки. На тёмной улице не было ни души, лишь где-то неподалёку озлобленно перелаивались собаки. Озлобленность. То, чего сейчас ей так не хватало. Только пустота, страх, безысходность. Одиночество – как никогда раньше, а ведь сейчас этот дом должен опустеть. Стать безлюдным. Это похоже на сон. Проснуться бы в родных лесах... Бледная дрожащая рука застыла перед изгибом обшарпанной золотистой дверной ручки, но всего лишь на мгновение. В кровь будто проникла ядовитая сыворотка, делающая тело не таким послушным, а пульсация в ушах, казалось, перебивала и без того спутанный рой мыслей. Просто сделай это. Просто открой дверь и сделай это. Но это совсем не просто... Я не стану. Мы не вправе отбирать человеческую жизнь... Я смогу. Нет, я не стану... Но мне придётся. – Я знаю, ты не такая! – Ты меня совсем не знаешь. Что-то так не вовремя хотело подняться из глубин, но спасительный лёд успел сковать душу раньше, и волна лишь ударилась о твёрдую корку, не выплеснувшись наружу. Толчок – и сердце замерло под противный скрип двери.