Женское счастье. Том 1.

Небольшая, скромно украшенная карета, запряжённая двумя прекрасными арабскими скакунами проезжала по лесу. Возвращалась. Каждый в нашем мире проходит путь. Участки этого пути частого повторяются. Ведь мы, склонные к ошибкам, возвращаемся назад, снова и снова. Чтобы исправиться. Чтобы почувствовать что-то новое. Лицо молодой женщины - Фюлане хатун - не выражало никаких эмоций. Упругая, нежная, загорелая кожа, равнодушный взгляд, чувственные, пухлые губы. Многое повидала эта миловидная двадцатишестилетняя женщина на веку. Её волнение выдавали лишь дрожащие губы. - Султанша, - учтиво обратилась Озай, - Вам холодно? В ответ Фюлане лишь качнула головой. Впервые в жизни она столкнулась с боязнью грядущего. С самых ранних лет, будучи упрямой и самодостаточной дочкой нищего османа, Фюлане знала, что её ждет. Расчётливость и поражающая хладнокровность. Помнится, изящная и мудрая Армаан хатун, усмехаясь, наблюдала за упрямой и надменной рабыней. Не знала она, откуда в семье отчаявшегося купца и безвольной женщины родилась волевая и настойчивая дочь. Теперь же, после потери детей и внезапного осознания того, что жизнь продолжается и дан второй шанс, Фюлане удручённо опускала голову. Но тут же её поднимала. Она никогда не опускала рук. Она - Фюлане...

***

Барика вошла в свою маленькую комнатку, данную ей как калфе. Девушка была подавлена. Барика не могла найти столько терпения, чтобы претерпеть все сумасбродные мысли своей старшей сестры. Целыми днями Иффа проклинала жену падишаха, напряженно думала, как снова ей вернуть свое прежнее положение. Часто она замечала отсутствующий взгляд Барики. Фаворитка сердилась на сестру. А причиной рассеянных и отсутствующих взглядов Барики-калфы была любовь. Да, любовь... прекрасное чувство, с которым можно обрести рай на земле. Коварное чувство, которое растопчет все надежды несчастных, имевших смелость полюбить. То же происходило и с Барикой. Девушка грустила, и подолгу ночью не спала, терзая себя беспокойными мыслями. Она разрывалась. Разрывалась между прошлым и настоящим. Первая любовь оттесняла тоску по родной земле и принятие новой веры. И кто знал, к лучшему это?.. Очередная бессонная ночь. Небольшая, уютная комната залита лунным светом. Барика не спит. Прижалась к стенке, притянув колени к груди. В глазах стоят слёзы. Как же ей хотелось поведать хоть кому-нибудь о своем чувстве! Но никто, никто в этом огромном богатом Топкапы не мог понять и проявить сочувствие. Хотя и не сочувствия ждала калфа... не сочувствия. Девушка так же упорно стремилась к цели и всегда её добивалась. Что же теперь? Барика стала ещё более робкой и подавленной. И никто, никто не знал её беды. Барика могла довериться Иффе. Но разве сестре сейчас до неё? Да и чем ей может помочь грубая и резкая Иффа? Что она скажет, узнав о порочной любви её младшей сестры к евнуху гарема? И хотя Кюмсаль всегда провожала юную девушку одобрительным взглядом, ей она тоже не могла довериться. Почему-то Барике казалось, что было что-то плохое в жизни требовательной и строгой калфы. Барика дала себе слово, хоть когда-нибудь да поговорить с Кюмсаль по душам. Мёге по-отечески относилась к трудолюбивой и доброжелательной немке. Но Мёге была хазнедар, главной управляющей гарема. И узнав о чувстве девушки, чтобы предприняла хазнедар? Наказала бы её и выслала в отдалённый санжак? Барика не могла обрести понимания. Она знала, что единственным разрешением от такого тяжкого бремени было признание. Признание в своих чувствах, щемящих грудь, возвышающих и подающих надежду. Каждую ночь девушка думала, что признание ей поможет, что Мхотеп наверняка ответит взаимностью. Она снова увидит блеск этих ласковых тёмных глаз. Но днём вся решимость исчезает. А если, если он рассмеётся ей в лицо и велит не заниматься глупостями? А ещё хуже, если донесёт об этом Мёге. День за днём, ночь за ночью, Барика мучилась и страдала, теряясь в своих собственных мыслях и желаниях. В этот день она не встала с рассветом, как прежде. Не отправилась на кухню за маслом, сыром, нарезанными овощами и поджаренными перепелиными яйцами на завтрак для Иффы. Девушка, вновь прорыдавшая всю ночь, не была уже в силах подняться с кровати, надеть повседневное, алое платье, сложить волосы в незамысловатую причёску и отправиться на выполнение своих обязанностей. Иффа довольно долгое время прождала сестру и из-за этого пропустила уроки, хотя клятвенно обещала хазнедар посещать все занятия. Нахмурившаяся фаворитка нехотя послала Айлу за шербетом и сладостями. Облачившись в чудесное платье цвета морской волны и причудливо сложив волосы на затылке, Иффа прождала ещё. Но Барика так и не появилась. Рассерженная наложница решила разобраться в чём дело. - Барика! - послышался гневный возглас девушки. - Чего это ты разлеглась? Калфа не поднялась с ложа. Послышался приглушенный голос: - Уходи. - Как это я могу уйти? Почему ты не выполняешь свои обязанности? - восклицала Иффа. - Сегодня я отдыхаю. Уходи. Прошу... - Но ты не выполняешь свои обязанности. Ты прислуживаешь у меня! - Я не прислуживаю тебе, сестра. В услужении тебе были даны Марты и Айла. - говорила Барика с равнодушием. - Калфа, поднимись! Я тебе приказываю! - резко выкрикнула Иффа. - Я здесь фаворитка, а ты - служительница гарема!.. Чаша терпения Барики переполнилась. Девушка, гневно выдыхая и яростно пылая глазами, поднялась с ложа и подошла вплотную к нахалке: - Ты забылась... отныне запомни, у тебя больше нет сестры! Нет! У тебя больше ничего нет! Как ты можешь! Герда! После первых слов голос девушки сорвался. У Барики началась истерика. Кулем она рухнула на пол, извиваясь от неведомой душевной боли. Горькие, горячие слёзы текли по её щекам. Яростно билась она на полу в конвульсиях. Напуганная Иффа опустилась рядом с сестрой, и поглаживая дрожащую от слёз девушку, беспокойно заговорила: - Прости меня, Барика, прости... гарем меня портит. Прости, моя родная... я не знаю, что со мной происходит... я лишь стараюсь для счастья. Я делаю всё. Я пройду сквозь огонь, сквозь воду, сквозь ветра, сквозь пропасти. Я полюбила Сулеймана, полюбила, как не любила ещё никого. Он для меня - весь свет. Он Повелитель моей жизни... Долго девушка говорила успокаивающим голосом, раскаиваясь. Когда солнце клонилось к закату, Барика успокоилась. На следующий день Иффа вновь была полна сил и энергии, как будто прошлым днём ничего не произошло. Барика, стыдясь своих слёз, вновь вела себя спокойно и предусмотрительно. - Нам нужен ещё один союзник. Ещё один мощный помощник. Им может стать гаремный ага. Йышыт-ага слишком вял, да и особым уважением в гареме не пользуется. Йыгыт-ага слишком болтлив и непостоянен. Хитрый и лукавый больно. Остальные аги не имеют никакого почёта в гареме. Но есть Мхотеп-ага. Услышав имя возлюбленного, Барика вздрогнула, испуганно вздохнула. Но Иффа, к счастью, увлеченная своим планом, ничего не заметила. - Да, я знаю, что Мхотеп верой и правдой служит Махидевран. Но ничто не вечно. Сегодня около полудня он будет в саду следить за садовниками. Там-то мы с ним и поговорим. - Сестра, чем ты надеешься заполучить службу Мхотепа? На сколько я знаю, этот мужчина предан лишь одной кадын-эфенди, и ради неё он умрёт. - обеспокоенно произнесла Барика. - За деньги всё возможно. Бакшиш, моя наивная сестрёнка. Я уже заняла приличную сумму у Йышыта-аги. - лукаво блеснула глазами Иффа. - И он согласился? - изумилась Барика. - Я долго его поначалу уговаривала и убеждала, что дав мне эту сумму, он не останется в невыгодном положении. Несколько лет я буду отдавать ему жалование. Я предлагала этому пройдохе мои украшения, но он их не взял. - проговорила Иффа. - Ну, пойдём, солнце поднялось уже достаточно высоко. Весенний сад Топкапы был прекрасен. Робкие, зелёные листики на деревьях уже появились и впитывали свет ласкового солнца Османской Империи. Ветер был полноправном хозяином в этом саду, отходящим от зимней спячки. Вовсю щебетали птицы. Иффа, не желающая снимать светлую шубку, гордо вышагивала по дороге по направлению к шатру садовников. Барика, одетая в скромные одеяния, молчаливо следовала за сестрой. Мхотеп-ага, широкоплечий и сосредоточенный, внимательно следил за садовниками. Девушки приближались к нему. - Ага, у меня есть к тебе дело. - небрежно произнесла Иффа, надменно взирая на мужчину. - Да? И какие у вас могут быть ко мне дела, хатун, - в тон ей ответил Мхотеп. - Барика, - негромко произнесла Иффа. Девушка послушно достала из складок одеяния увесистый мешочек. - Это только часть твоих денег, которые ты получишь. Я предлагаю тебе перейти в услужение ко мне. - пояснила Иффа. - За деньги? - сосредоточенно спросил Мхотеп, нахмурившись. - Да, и сумма довольно таки большая. Мужчина рассмеялся ей в лицо: - Неужто ты думаешь, что я так просто перестану быть верен Махидевран Султан? Так запомни, хатун, я и после того, как мои кости истлеют, буду верен Махидевран Султан, я всегда буду верен одной лишь жене падишаха, дочери мамлюкского хана. Пока я не донёс на тебя Мёге-хатун, дам тебе совет, ступай отсюда. Иди и обучайся, а не занимайся плетением интриг. Я это быстро прекращу, поверь мне. - пригрозил он. Иффа одарила Мхотепа обиженным, испепеляющим взглядом, и злясь, кусая губы, опрометью зашагала дальше. Барика, подавив тяжелый вздох, хотела было следовать за ней, как Мхотеп остановил девушку: - А ты бы, Барика-калфа, не шаталась следом за твоей неугомонной сестрой, а нашла бы себе более достойное дело. Не падай у меня в глазах. Иди. Барика судорожно кивнула и побежала за Иффой.

***

Мы мирно обедали с моим львёнком Мустафой пловом, овощами, мясными, сырными лепёшками и айраном, когда в покои вбежала обеспокоенная Эмель. - Госпожа, в Топкапы прибыла карета из Старого Дворца. - поклонившись, протараторила моя прислужница. Я почувствовала неведомый страх, руки рефлекторно сплелись на округлом животе, а с губ сорвалось непрошеное: - Фюлане...

***

Удивлённая Мёге-хатун спешила ко въезду во дворец. Ей доложили, что прибыла карета из Старого Дворца. Женщина очень удивилась, увидев стоящую возле карета Фюлане и её верную приспешницу Озай. - Хатун, - удивлённо протянула хазнедар. - Что ты здесь делаешь? Мне не докладывали о твоём приезде. Неужели ты посмела своевольничать? Фюлане смерила хазнедар холодным взглядом: - Вот оно, уважение к женщине, подарившей династии детей, Озай. - негромко обратилась к своей приспешнице Фюлане. - Да, Мёге-хатун, посмела. Я приехала на личную аудиенцию к султану. Не предупредила о своем приезде, так как султан со дня на день уходит в поход. Гонец не успел доставить послание, да и к тому же, Валиде Султан сожгла бы его не раскрывая. - Ты не смеешь так говорить о великой Валиде, - стояла на своём Мёге, хмурясь. - Не ищи себе приключений, Фюлане, отправляйся назад, и доживай свой век спокойно. - А вот это не тебе решать. - резко ответила Фюлане. - Я не собираюсь тебя слушать. Пропусти. Молодая женщина, сохраняя надменное выражение лица, уверенной походкой зашагала по до боли знакомым дорожкам. Мёге бросилась следом. Но никто не посмел остановить Фюлане до самых покоев султана. - Пропусти меня, - требовательным, но дрожащим от волнения голосом, потребовала бывшая фаворитка. - Хатун, султан занят. - спокойно, не поднимая головы ответил ага. - Я проделала долгий путь, я буду ждать здесь. - настойчиво проговорила Фюлане. Ей никто не ответил. Женщину же пробивала дрожь и волнение, голова начала кружиться. Топкапы был для неё пыткой. Но ради счастья она была готова на всё... - Фюлане Султан, - Ибрагим ага вышел навстречу приехавшей. - Рад Вас видеть. Я не знал о вашем приезде. - Ибрагим, - уголки рта женщины дрогнули, изогнувшись в полуулыбке. - Я прибыла по зову сердца. Времени не было, поэтому гонца я не послала. - Вы прибыли на личную аудиенцию к Повелителю? - осторожно спросил Ибрагим, встревоженно вглядываясь в лицо молодой женщины карими глазами. - Да. И я буду ждать. Не пытайся мне помешать! - голос Фюлане сорвался. - Не посмею, султанша, не бойтесь, - снисходительно улыбнулся ага. - Подождём вместе. Мгновения тянулись мучительно медленно. Наконец, паша, бывший на аудиенции у Повелителя, вышел. Стражи доложили о приходе султану. Падишах удивился, услышав слова евнуха. - Пусти. - благосклонно кивнул головой Сулеймана. Услышав приятный, властный голос султана, Фюлане бросилась в покои. - Повелитель, - молодая женщина, не смотря на султана, пала ниц, целуя подол платья. - Фюлане, - нежно произнёс султан, приподнимая лицо молодой женщины за подбородок. Бледное лицо, те же чувственные, пронзительные, сапфировые глаза, тонкие губы. Налюбовавшись, султан отступил от бывшей фаворитки и вернулся за рабочий стол. - Я тебя внимательно слушаю. Зачем ты проделала такой путь? Почему не послала предупреждения о своём приезде? Я не разрешал тебе выезжать из Старого Дворца. - Султан, - Фюлане преданно смотрела на Сулеймана. - Я не могу больше выносить этой пожизненной ссылки... я прибыла, чтобы просить вас о невозможном, Повелитель. Прошу, возьмите меня обратно в гарем Дворца Топкапы, позвольте снова обрести рай, позвольте подарить вам детишек. Если же этого не произойдёт, то заберите мою жизнь. Больше я ничем не могу расплатиться с вами! Я всё потеряла... Прошу... Сулейман, мне больше ничего не надо... Пелена слёз застилала глаза, но Фюлане стояла прямо, с надеждой глядя на любимого. Сулейман, вздохнул: - Ни того, ни другого я не сделаю. Отправляйся в Старый Дворец, Фюлане. - Султан!.. - закричала женщина. - Как же ты так можешь... решил так избавиться от боли?! Ничего у тебя не получится! Ведь не ты, Валиде отстранила меня от тебя... видимо, ты меня не любил... никогда не любил! - Фюлане, уходи. - жестко повторил Повелитель. - Так пожелал Аллах... - Так пожелал ты и Валиде... что же, мне всё понятно... - поникшим голосом говорила бывшая фаворитка. - Знай, я сгнию в пожизненной ссылке. Сгнию, но буду до конца своих дней любить и почитать тебя, хранить траур по нашим детям и своему счастью...

***

Узнав о приезде Фюлане, я не на шутку перепугалась. Кто знал, зачем она вернулась? Что у неё на уме? Я беспокоилась. Слишком свежи были воспоминания о травле, которую она устраивала. Мустафа нехотя отправился на уроки. Мой мальчик! Мой сынок! Я видела его всё реже и реже... всё чаще вспоминала золотые дни в Манисе. Я же решила отправиться к Валиде. Султанши как раз трапезничали. - Валиде Султан, Хатидже Султан, Шах Султан, - я склонилась в почтительном поклоне. - Проходи, Махидевран. - довольно кивнула Айше Хафса Султан. Я послушно заняла своё место: - Валиде, Мёге-хатун уже доложила вам? - Да, мне известно, что пожаловала Фюлане. - хмурясь, ответила Валиде. - Как вы думаете, зачем она вернулась? - обеспокоенно спросила я. - Вероятно, чтобы снова стать фавориткой. - беспечно пожала плечами Хатидже. - Махидевран, сколько времени уже прошло, а ты беспокоишься и дрожишь как осиновый лист, - усмехнулась Шах-ы-Хубан. - Не ты ли кадын-эфенди? - Вы правы, госпожа, зря я нагнетаю. - согласилась я, не желая вдаваться в спор с настырной и властной девчонкой. - Как Гюльфем? - Никак, - грустно вздохнула Хатидже. - Она не ест, не пьёт, ни с кем не говорит, всё время лежит, отвернувшись к стене. - Мне до сих пор не верится, что Гюльфем хотела свести счёты с жизнью. Такая разумная девушка, - покачала головой Валиде. Внезапно раздался стук. В покои вошла Фюлане. Тёмные волосы, не утратившие свой блеск, были собраны в причудливую причёску, сапфировые, покрасневшие глаза всё так же грозно блестели, хотя на щеках были следы слёз, сиреневое платье свободно развевалось. Молодая женщина присела в поклоне. - Валиде, - потухшим голосом произнесла она. - Подойди, - внимательно глядя на женщину, приказала Айше Хафса Султан. Фюлане послушно подошла. - Зачем ты приехала? Сулейман ведь не примет другого решения. - Я уже была на аудиенции у Повелителя... он меня не любил. - дрогнувшим голосом произнесла бывшая фаворитка. Валиде ещё долго разговаривала с Фюлане. Мне же отчасти стало жаль бедняжку. Сколько ей пришлось пережить, сколько раз она падала, сломленная судьбой. Но каждому воздаётся по заслугам... - Что же, я тебя поняла. Я позволяю тебе остаться в Топкапы до завтра. Но следующим утром ты отправишься в Старый Дворец. - великодушно сказала Валиде. - Благодарю, - всё тем же потухшим, дрожащим голосом ответила Фюлане, целуя руку султанши. - Я пойду. Напоследок поклонившись, она быстрым шагом покинула комнату.

***

Фюлане вновь вошла в покои, в которых когда-то жила с сыном, ждала своего долгожданного ребёнка, родила Ислам, пережила смерть своих горячо любимых детей. Она сделала пару неуверенных шагов и села на тахту, пытаясь сдержать слёзы. Впервые её охватило отчаяние. Дыхание перехватывало, горячие слёзы скользили по щекам, хотелось кричать во весь голос. Фюлане обхватила голову руками, пряча лицо в коленях. - Всё пропало... конец... нет... не могу... - шептала женщина, всхлипывая. В покои вошла Озай, несущая бельё. Увидев плачущую госпожу, девушка поспешила к ней: - Госпожа, что случилось? Госпожа, что произошло? Фюлане сбивчиво повторила слова Сулеймана. - Не убивайтесь вы так... никто не достоин ваших слёз... сейчас я позову лекаря, - шептала Озай, сочувственно глядя на султаншу. - Не надо. - предупреждающе подняла руку Фюлане. - Всё в порядке... зря я так раскисла. Помоги мне приодеться... раз у меня нет счастья, я заберу счастье у той, которая посмела отнять его у меня. - Госпожа, что вы хотите сделать? - испуганно воскликнула Озай. - Увидишь... - сапфировые глаза Фюлане вновь блеснули опасным блеском, не предвещающим ничего хорошего...

***

Фюлане отправилась на ужин гарем. Переговоры девушек, звонкий смех, недовольные покрикивания евнухов, приятные мелодии арфы. Завидев её, наложницы стали оживлённо перешёптываться. Все знали историю Фюлане Султан. Но молодая женщина поприветствовала всех, даже сдержанно улыбнулась и проследовала за стол, который приготовили специально для неё. Насладившись долмой, аджикой, перепелами и айраном, Фюлане подозвала местную сплетницу Лунах хатун, радуясь исполнительности своей приспешницы, сумевшей быстро навести для неё справки о наложницах. Лунах хатун, хорошенькая, круглолицая, голубоглазая, невысокая девушка с каштановыми волосами, охотно подсела к бывшей фаворитки, не скрывая своего ликования, по поводу собеседницы. - Ну, Лунах хатун, мне рассказали, что ты уши и уста гарема. Глаза у тебя зорче орла, а мудростью ты напоминаешь львицу. Поведай мне о фаворитках нашего Султана, - лукаво улыбаясь, просила Фюлане. Её собеседница оживлённо затараторила: - Как вы уже знаете, султанша, кадын-эфенди стала Махидевран. Её сын Мустафа - славный мальчик, растёт и радует глаз. К тому же Махидевран Султан и сейчас ожидает ребёнка. Азербайджанка Асель одна из любимиц султана. Хитрая, дружелюбная, но иногда зазнаётся. У себя на родине слыла роковой красавицей. Гречанка Сапфеир, мягкая, покладистая, но тоже красивая: высокая, женственная, глаза у неё чарующие, светлые-светлые. Испанка Томаса, пока что лучшая танцовщица гарема, и поёт она так, аж дух захватывает! Низкая, полноватая, но глаза выразительные, но евнухи и калфы ею довольны. Итальянка Ноеми такая рукодельница, даже зависть берёт, они с Сапфеир дружат. Парвэна нежная, красивая, тоже очень хорошо танцует. Но самой запоминающейся и эффектной фавориткой по-прежнему остаётся Иффа Хатун. Она прибыла с германских земель. Была любознательной, и ей так хотелось добиться справедливости. Но гарем и высокое положение испортили её. Самая первая встреча с Махидевран Султан не заладилась. Ненароком, Герда, так раньше звали Иффу, оскорбила кадын-эфенди. Потом она стала служанкой Фатьмы Султан, а потом, каким-то неведомым образом, сам Повелитель позвал нахальную девушку на хальвет. Он дарил ей много подарков, она ублажала его чаще остальных. А уж как Махидевран Султан узнала о хальвете Иффы и падишаха, то долго ругалась с немкой. Постепенно девушка зазналась, позабыла об уроках, больше времени стала проводить у зеркала. Когда Махидевран Султан узнала о своей беременности, то и Иффа побежала к лекарше, во весь голос утверждая, что понесла от Повелителя. Но лекарша не только не оправдала надежд Иффы, так ещё и предупредила её о том, что возможно, она никогда не родит ребёночка. Девушка замкнулась, но султан снова одарил её, и снова вернулся нахальный характер. Махидевран Султан вскоре слегла с недугами, сопровождающими ожидание ребёнка. И тогда Иффа стала вести себя как госпожа, обращалась со всеми снисходительно, хазнедар не слышала, усаживалась на центральную тахту. Всё дошло до того, что Марты-хатун, девушка, которая помогала Иффе, заявила ей о том, что она зазналась. Немка избила недавнюю подругу. Марты до сих пор отлёживается. Но сейчас Иффу не посылают к Повелителю, она не была у него уже луну. Ещё недавно завозили рабынь из Европы. Оказалось, что наложницей стала и сестра Иффы, Сара, сейчас ей даровано имя Барика. Девушка кроткая, мудрая и доброжелательная, в отличие от своей сестры. Она стала калфой, но за сестрой преданно ходит хвостиком. Фюлане внимательно вслушивалась в слова Лунах: - Что же, спасибо тебе, Лунах. Скажи, есть ли в этом зале Барика? Лунах поспешно оглядела зал и кивнула: - Да, вон та светловолосая. - Подзови мне её. - повелела Фюлане. Сплетница поспешила к Барике. Вскоре сестра Иффы подошла к бывшей фаворитки, поклонилась: - Чем могу вам помочь? - Присаживайся, Барика, у меня есть к тебе разговор. А точнее предложение. Крайне выгодное. - глаза Фюлане азартно заблестели. Барика настороженно присела рядом: - Я вас слушаю. - Мне известно о взлёте твоей сестры. Но сейчас у неё много неудач и преград. Основной её преградой является жена султана. У меня с ней давние счёты. Пусть Иффа выполнит мои поручения. Тогда её преграда исчезнет, а я успокоюсь, расплатившись с этой женщиной. - Но... нет, моя сестра не будет в этом участвовать! Её руки никогда не омоет кровь! - При чём здесь убийство... - поморщилась Фюлане. - Это не единственный способ убрать соперницу. Барика, твоё дело поговорить с Иффой. Она ведь сама не справится. Шанс упустит. Завтра я возвращаюсь обратно. - Я не буду ей ничего говорить, - решительно произнесла Барика. - Всё должно быть по-честному. - Если Иффа заменит Махидевран, то и тебе счастье перепадёт. - заманчиво протянула Фюлане. - Нет, - безапелляционно повторила Барика. - Такого не будет. - А вот это не тебе решать, - неожиданно резко возразила Фюлане. - Твоя задача сказать сестре. Знай, я приду к Иффе сегодня перед отбоем. Бывшая фаворитка вышла из залы. Фюлане определённо не нравилась позиция Барики. Но женщина была уверена, что Иффа обязательно согласится на её условия. Сейчас же Фюлане решила зайти к своей давней знакомой.

***

Я вышивала, когда в покои вошла обеспокоенная Ёзге: - Фюлане Султан пожаловала. Тяжело вздохнув, я ответила: - Пусти. Фюлане величественной походкой вошла в спальню. - Присаживайся, я тебя слушаю. - стараясь не выдавать своего волнения, произнесла я. - Ты снова ликуешь. - негромко произнесла Фюлане. - Кто виноват, что жизнь снова сыграла со мной злую шутку? Знаешь ли ты, как тяжело я переживаю смерть моих детей. Смерть - это страшно, Махидевран. Предательство то же. Ты снова ожидаешь ребёнка? Я кивнула. - Как же тебе везёт... в столь юном возрасте вошла в рай султана, родила шехзаде, стала кадын-эфенди, и снова ждёшь ребёнка. А знаешь, сколько бессонных ночей я провела в раздумиях, как мне дальше жить? Я доходила до безумия, мне хотелось покончить с собой. Но я твёрдо знаю, что этого Аллах мне точно не простит. Я хожу по Старому Дворцу и чувствую, как старею. Мои дни проходят бессмысленно. Мне не для чего жить. Ублажать себя песнями, плясками и рукоделием? Я ведь больше никогда не обрету счастья. - Многие наложницы стареют в гареме, так и не почувствовав прикосновения мужчины, не родив ребёнка. Они смиряются со своей судьбой. Ты не смиришься, я знаю. Но поделать ты ничего не можешь. - Не могу. Не могу. Вот, пыталась. Султан - бесчувственен, я просила его позволения обрести рай и подарить ему детишек, но он мне отказал. Отказался и забрать мою жизнь. Вот оно наказание, понимаешь? Теперь я жду смерти, жду... как Гюльфем? - Плохо. Как вернулась, так и ходит бледная, плачет целыми днями. А недавно она пыталась выброситься с балкона. Хвала Аллаху, Хатидже Султан ей помешала. Теперь она в Лазарете, ничего не ест, не пьёт, ни с кем не разговаривает. - Но тебе ведь тоже не сладко, а Махидевран? - Фюлане лукаво улыбается. - У султана достаточно фавориток, но помощи от меня теперь не будет. Мне уже глубоко всё равно, кто ублажает падишаха. Я пойду. - женщина поднялась. - Но знай, я не умру, пока не увижу, что всем воздастся по заслугам. Никто не безгрешен. Фюлане ушла, а её слова долго звенели у меня в голове.

***

- Назовите свои условия, - напряжённо произнесла Иффа. Фюлане пришла как и обещала. Барика стояла рядом, кусая губы, всё ещё надеясь на благоразумие сестры. - Мне нужно расквитаться с Махидевран. - говорила Фюлане, расслабленно откинувшись на спинку тахты. - Тебе нужна любовь падишаха и высокое положение. Твоя главная преграда по-прежнему Махидевран. Я буду давать тебе дельные советы, как вознестись до небес. Твоими руками Махидевран расплатится за всё. Поверь, у меня есть нужные знания и опыт. Иффа всерьёз задумалась над словами бывшей фаворитки. - Иффа, нет! - вскрикнула Барика. - Тебя могут казнить и выслать из дворца. Но немка предостерегающе подняла руку: - Что же, допустим я соглашусь. Но что, если твои советы повредят мне? - Первое, что мне нужно сделать, чтобы досадить Махидевран, увидеть, как кто-то вознесётся выше неё, и поэтому султан её позабудет. Для этой роли ты подходишь как нельзя лучше. - раздражённо ответила Фюлане. - Решай быстрее, времени остаётся мало. - Я согласна. - чуть помедлив, произнесла Иффа. Барика громко ахнула, и рассерженно глядя на сестру и Фюлане, отошла к окну, кусая губы. - Хорошо. Я на тебя надеялась. Связь мы будем поддерживать через письма. У меня есть доверенный гонец - Энгин ага. Запомни его имя. Первое, что нужно тебе сделать, поладить с султаншами и перестать конфликтовать со всеми, по поводу и без повода. Ты увидишь, как быстро это облегчит тебе жизнь. Следующий шаг - это беременность. Детей тебе нужно завести как можно больше. Я наслышана о твоём недуге. Я разыщу тебе самую лучшую лекаршу. Нужно будет сделать так, чтобы Махидевран упала в глазах Повелителя. И пока он будет в походе, разыщи нужные сведения, дабы унизить её. Так же тебе нужно как можно чаще отправляться на хальветы. Пока Повелитель в походе, пиши ему письма. Пока это твои действия. Чуть позже я пришлю к тебе моё доверенное лицо, наложницу, которая будет тебе прислуживать для отвода глаз, а на самом деле помогать тебе строить козни. Иффа внимательно слушала Фюлане: - Что же, по рукам. Но если что-то пойдёт не так, знай, я, не моргнув глазом, выдам тебя. Фюлане криво усмехнулась: - Я давно знала, что ты своего не упустишь.

***

Фюлане уехала в Старый Дворец. Сулейман отправился в поход. Прощание было тяжким. Потянулись долгие, томительные дни ожидания... _________________________________________________________________________________________ У автора проснулась совесть - и вуа-ля! - чествуйте долгожданную проду! Я извиняюсь за долгое ожидание. Но сюжет из пальца я никогда не высасывала, да и к тому же здесь есть и личные причины. Но не будем о грустном. Вы знаете, как я вас всех люблю, и как дорожу вами. Поэтому с удовольствием жду ваших мнений и дискуссий. С уважением, Кэйтлин.