Где-то в космосе
20 января 2020 г., 08:30
Оверлорд ожидал потрясающих интерфейс-приключений от заключенной сделки. Нет, новых умопомрачительных знаний – тоже, но насадить Трепана на джампер он планировал чуть ли не сразу после того, как придет в себя.
Однако рабская жизнь оказалась тухлой и начисто лишенной удовольствий. Очнувшись, Оверлорд обнаружил у себя в голове огромную библиотеку, которую Трепан велел ему переварить и усвоить. Большую часть времени ему полагалось стоять на коленях где-нибудь в уголке личных покоев Трепана и не шевелиться, пока не вернется хозяин. И читать.
В новой базе данных встречалось и что-то интересное – случаи из практики, похоже, самого Трепана; и катастрофически унылое – теория защиты данных, например. Или – лекции о том, как позаботиться о сохранении чужой личности. Мнемохирургия оказалась куда более многослойной, чем ее описывал Ревайнд. Можно подключиться незаметно – а можно так, чтобы объект все осознавал. Можно выстраивать многоуровневые симуляции, можно рихтовать детали и подменять воспоминания целиком, можно изменять даже характер – что угодно поддается коррекции. А значит, повлияв на сущую мелочь, например, убрав из воспоминаний встречу в баре, но не проверив эмоциональный фон, связанный с последующими размышлениями об этой встрече, можно свести объект с ума. Любое вмешательство – всегда комплексное, даже небольшая перепрошивка задействует и блоки памяти, и эмоциональные контуры, и процессы, отвечающие за фантазии и домысливание, и аналитические мощности. Оверлорду пришлось себе признаться в том, что с наскока он во всем этом не разберется.
Что происходило за стенами комнаты, Оверлорд не знал, как попал сюда – не помнил, зато в покоях Трепана стояли камеры. Пришлось смириться с необходимостью притворяться. Отсутствие тренировок, хорошей заправки и возможности почесать глоссу угнетало. Блокировку, поставленную на него еще работорговцами с «Клыков и когтей», Трепан снимать не стал, и у Оверлорда не получалось включить собственный комлинк.
Камеры Трепан вырубал. Сцена перед этим разыгрывалась соответствующая прикрытию. Он вваливался недовольный, усталый и резкий – такой, каким Оверлорд видел его рядом с Вирлингом, когда они пришли осматривать новых рабов. Развалившись на платформе, он бросал на застывшего в углу громилу сердитый взгляд, махал рукой, чтобы тот подошел, и делал что-нибудь вызывающее. Раздвигал ноги, совал Оверлорду в рот расширитель, блокирующий челюстные приводы, словом, начинал прелюдию. Потенциальные наблюдатели могли сделать вывод, что он отключает запись, чтобы другие не видели, как он коннектится.
Ах, если бы.
Обычно он устраивал экзамен. Часто – не меняя соблазнительной позы и не убирая из Оверлорда то, что успел в него запихнуть на камеру. Всю почерпнутую теорию приходилось излагать ему, жадно разглядывая тоненькую фигурку. Трепан подключался только к его модулю. Прогонял по невнятным моментам, проверял, точно ли Оверлорд усвоил информацию, устраивал стресс-тесты – обрушивал на ученика невероятно мерзкие или невероятно приятные воспоминания, ложные и реальные, проверяя, способен ли он выкарабкаться из потока и структурировать зашифрованную Трепаном информацию.
Никакого коннекта. Даже намека. Время шло, а они не обсуждали партнера Трепана – вслух вообще никогда, а во время мысленных бесед – очень поверхностно. Трепан не одобрял, когда ученик отвлекался от цели занятий.
Однажды вместе с Трепаном пришли еще двое, втащили оффлайновый корпус и бросили на платформу. Трепан удовлетворенно оглядел его и велел остальным убираться. Оверлорд узнал в бесчувственном мехе Тайгерчопса, капитана «Клыков и когтей». Трепан, игнорируя Оверлорда, забрался на честплейт, вызывающе уперся ногой в подбородок, активировал иглы – и, словно спохватившись, поднял взгляд в угол отключил камеры наблюдения.
– У меня будет друг? – спросил Оверлорд, вставая наконец в полный рост и разминаясь.
Трепан, переменившись в лице, соскочил с Тайгерчопса и снизошел до объяснений:
– Мы сменили базу, пока ты был отключен. Официальная причина – я потребовал переехать, чтобы без последствий расторгнуть контракт с «Клыками и когтями». Весь экипаж теперь у нас. Я занимаюсь перепрошивкой… но кое-кого решил забрать себе. Потому что ты мне начинаешь наскучивать.
– Мы даже проводами ни разу не сплелись, – напомнил Оверлорд.
– Вирлинг уверен, что я ненасытная тварь, – сказал Трепан равнодушно. – Поддерживай его уверенность в этом, сделай милость.
Вирлинг отвечал за доставку новых рабов – и за безопасность; именно ему подчинялась охрана, он ходил, где хотел (за исключением покоев Трепана – сюда он заглядывал лишь с разрешения хозяина), рылся в терминалах и определял, кого отправлять в интеры, а кому нужна особенная перепрошивка. Оверлорд редко с ним сталкивался – Трепан не позволял ему покидать покои. О том, что они сменили дислокацию, он догадался по тому, что Фортресс Максимус до сих пор не явился ее разносить. Очевидно, он бы поступил так, не получив условленного сигнала от стажера.
– Как мне это демонстрировать, если я тебя почти не вижу? – Оверлорд подошел и приобнял его за бедра сзади, склонился вдвое, чтобы прошептать на аудиодатчик: – Твой раб ужасно по тебе скучает, Трепан…
– Мой раб трогает меня, когда я велю, – перебил тот.
Оверлорд, который голову мог ему откусить, недовольно заворчал, убирая ладони.
– Слушай, я вроде личный интер, в чем проблема перепихнуться?
– В том, что ты не должен выходить из роли, – Трепан развернулся. Положил ему руку на голову, мешая разогнуться. – Твоя роль – слушаться.
– В смысле? Эй, это вообще нелогично, я тебя хочу… и я не согласен терпеть! – он собирался выпрямиться, схватить Трепана поперек корпуса и вздернуть в воздух. Наглый мнемохирург дразнился – и думал, что ему это с рук сойдет!
Но когда Оверлорд потянулся к нему, корпус пронзила болезненная дрожь. Напоминание о рабской роли выплыло на передний план, перекрывая мысли о том, как он прижмет Трепана к честплейту одной ладонью и вскроет паховую. Сервоприводы свело. Он снова встал на колено, не разгибая спину, и сердито зашипел.
– Именно поэтому мы и не трахаемся, – Трепан смерил его взглядом. Злость и угроза в оптике Оверлорда его не испугали. – Ты быстро забываешь свое место.
Триггер не мешал Оверлорду двигаться. Комфортную позу он принял сам – но факт, что именно ее требовал процессор, бесил. Неприятные ощущения он преодолеть мог, и даже хотел, но после такого настроение было не коннектить Трепана, а сломать ему голову.
Тогда придется свернуть расследование. Тоже вариант, но они слишком далеко зашли.
– Ты шлаков обманщик. Я скоро решу, что ты и сотрудничать вовсе не собираешься, – пригрозил он.
– Зачем я тогда принес тебе это? – Трепан зарылся в сабспейс и продемонстрировал иглы. Они не помещались ему на ладонь и имели куда более широкое основание, чем инструменты Трепана.
Оверлорд прогнал недовольство и одобрительно протянул:
– Длинные. Твои меньше.
– Рабочая область такая же, как у меня, – он отмерил небольшое расстояние. – Она стандартная. Остальное – для удобства управления.
Взяв одну иглу, Оверлорд аккуратно надавил на центр. Не со всей силы, а чтобы проверить, насколько она хрупкая. Он остался доволен.
– Иглы должны быть крепкими, – пояснил Трепан. – Если они сломаются, когда ты будешь внутри чьей-то головы, ты испытаешь невероятную агонию.
– А объект? – живо поинтересовался он.
– Ха, – Трепан пожал плечами. – Умрет. С огромной вероятностью.
– Буду иметь в виду! – он кивнул на платформу. – Этот болт для меня тут лежит?
– Угадал. У нас будет долгий изматывающий коннект на троих, – отложив иглы, Трепан взял его руку в свои обе и развернул ладонью вверх, заставил согнуть пальцы. – Я рассчитываю, что он умрет в финале.
Оверлорд растянул губы в ухмылке:
– Как жесто-око.
– Он меня достал! – похоже, искренне огрызнулся Трепан. И добавил: – Я бы и сам его сломал, но ты лучше справишься.
– Аморальненько, – заметил Оверлорд.
Он усмехнулся:
– Экспресс-курсы мнемохирургии всегда такие. Но для тебя убийство не проблема, а, энфорсер?
Оверлорд сжал его руки в своей – Трепан не успел отдернуть, так что сердито засверкал желтой оптикой. В мозговом модуле опять начало зудеть напоминание, что он нарушает приказ «хозяина». И все же Оверлорд наклонился, чтобы поцеловать запястья. Из-за разницы в размерах Трепану все равно пришлось приподняться на мыски.
– Расслабься, – шепнул он. – План в силе. Твои затраты окупятся.
Трепан хорошо скрывал эмоции. Он каждый день размахивал иглами перед толпами вооруженных мехов, все были побольше него, и все слушались; в таком окружении он не мог позволить себе страх. И перед Оверлордом он держал себя так же… но Оверлорд точно знал, как страх выглядит. Улавливал его чуть ли не лучше, чем фон возбуждения.
Трепан боялся его – когда уходил в оффлайн, а Оверлорд стоял в углу, когда выключал камеры, когда ученик, переступая через триггер, делал то, чего наставник не хотел. Когда Оверлорд поднимался с колен, и до его затылка больше было не дотянуться.
И с этим сладким страхом Оверлорд еще собирался поработать позже.
***
Установка игл заняла меньше времени, чем Оверлорд ожидал. В покоях не было операционного стола, так что Трепан восседал на платформе, откинувшись на бессознательный корпус Тайгерчопса, а Оверлорд расположился перед ним на полу с протянутой рукой. Сначала правой, потом левой. Подключение совершается одной, но Трепан сказал, что так проще обращаться с новыми апгрейдами, особенно поначалу. Симметрия цепей куда важнее, чем обыватель, далекий от медицины, может предположить. Оверлорду не терпелось протестировать механизм активации, но пришлось ждать, пока Трепан закончит со второй пятеркой игл. Естественно, тот разбирал руки заживо – он не соврал, ему нравилось смотреть в оптику мехам, в которых он копается. В ответном взгляде Оверлорда он мог прочесть желание поскорее воспользоваться полученными знаниями на практике. Хоть какое-то разнообразие рядом с похотью. Терять конечности на арене было куда больнее. А вот зуд после операции достал Оверлорда очень быстро. Трепан заставлял его активировать и убирать иглы снова и снова. Командовал, покачивая ногой и внимательно следя за тем, чтобы ни один из имплантов не задержался, не вылез раньше. Выстрела из шокера Оверлорд тем более не ожидал. Он вообще не замечал, что у Трепана в ладонь встроено оружие, – раньше тот его не применял. Оказалось, неожиданный заряд, пусть и слабый (разве что пощекотал), вызвал непроизвольную активацию игл. Оверлорд даже не сразу это не заметил. – Ты же не хочешь сказать, что придется терпеть еще циклов пять, прежде чем воспользоваться ими? – Оверлорд потряс кистью. – Иглы должны стать естественной частью твоей руки, – строго отрезал Трепан. – Ты же не палишь из всех орудий от перепада напряжения? – А почему бы нет? Кого жалеть-то? Трепан списал это на насмешку, хотя Оверлорд считал, что лишней в бою ракета не бывает. В конце концов, с напарником он ходит всего семьдесят пять лет, а прежде в любой драке был сам за себя. – Ты потеряешь возможность подключаться, если повредишь хотя бы одну. – Никто не придумал способ попроще? Совать в башку провод и подключать к компу? – Оверлорд покрутил кистью в воздухе. – Хотя, эти малышки просто красавицы. – Подключение – это погружение. И всегда приходится решать какие-то головоломки. Ты и психолог, и детектив, и взломщик – в одном лице. Без личностного анализа данные из мозгового модуля – мешанина зашифрованных данных, ужатых до непостижимого объема. Пока что нет технологий, позволяющих выкачать всю память и найти нужное. И уж тем более – технологий, с помощью которых можно пробудить в мехе паранойю и бросить его на произвол судьбы, чтобы он мучился до конца дней, не зная, почему ему жутко смотреть на тени. – …и кто этот бедолага? – перебил Оверлорд. Трепан будто бы со знанием дела произнес последнюю реплику. – Не важно, – он покачал головой. – Я хотел бы, чтобы ты потренировался контролировать новый апгрейд, прежде чем приступать, но у нас мало времени. – Ну, слава Праймусу! И что ты хочешь, чтобы я с ним сделал? – спросил он, ткнув в Тайгерчопса пальцем. Рельеф иглы был едва заметен оптике, но свет все равно играл на зазубринках и выступах. Трепан рассмеялся, бросил на ученика снисходительный взгляд и снизошел до указаний: – Просто подключись правильно. Я уже удивлюсь. – Он спрыгнул на пол, обошел платформу, скомандовал: – Сними с него шлем. Оверлорд мог бы шлем попросту пробить, но, раз уж ему полагалось повиноваться, взялся за макушку Тайгерчопса одной рукой, а второй – прихватил за челюсть. Раздался скрежет. Трепан скривился, когда Оверлорд случайно вспорол какие-то мелкие трубки и энергон брызнул во все стороны. Но искать и отстегивать крепления он точно не собирался! Отодранный шлем полетел к ногам Трепана. – Переверни, – велел тот. Оверлорд поддел неотзывчивый корпус Тайгерчопса и уложил мордой вниз. Трепан подошел, опустил ему голову еще ниже, открывая затылок. Невозмутимо стер жидкость с защитных пластин и указал кончиками игл на место, где виднелась проводка. – Начинаешь отсюда. Раздвигаешь и подключаешься. – Почему не через оптику? – спросил Оверлорд, наклоняясь над Трепаном и вентилируя ему в затылок. – Разве это не проще? – Мы будем тренировать стандартное подключение, – он нервно передернул плечами, но как обычно постарался скрыть вспышку испуга. – И тот набор функций, который я сочту нужным. Пробивать оптики ты умеешь и сам, не так ли? – О, комплименты пошли в ход, я аж горю, – пропел Оверлорд над ним. – Постановку я понял. И все, вводишь и готово? Трепан покосился на него: – И все, – подтвердил он. – Если не закоротишь его, не сломаешь инструмент и не перегрузишь свой проц в первый клик, столкнувшись с объемом директорий… значит, все сделано правильно. – А какие награды получают отличники? – Оверлорд заурчал, накрывая ладонью руку Трепана. Иглы коснулись проводки прямо над остриями его инструментов. – Сначала заслужи награду, – тот поправил средний палец Оверлорда, выставляя на нужную позицию. – Вводи. – Ух! Так эротично, что дух перехватывает, – прокомментировал он. Трепан не поддержал метафору. Скукота… Оверлорд постарался обойтись с Тайгерчопсом помягче, но при первом же движении уперся во что-то жесткое. Трепан говорил, что правильное подключение происходит легко. Значит, он сбился. Он попробовал нашарить рядом пространство, в которое могла бы пролезть игла, и услышал скрип. – Ты порвешь провода, – остановил его Трепан. – Убери и попробуй снова. – Да погоди, я почти разобрался, – отмахнулся он. – Оверлорд, делай, что я говорю. – Что-то у него очень твердое внутри башки, это нормально? Трепан поджал губы. – Ты сменил угол. Это неприемлемо. Повтори стартовую позицию. Требовательные нотки в голосе взбесили Оверлорда. Он дернул руку назад и обнаружил, что кончики игл вымазаны розовым. Трепан издал тяжелый вздох вентиляцией. – Вытри, – он бросил Оверлорду тряпку. – Голову и иглы. И не заикайся о том, что с руками твоего размера сложнее подключиться. Мнемохирургия универсальна. – Ты знавал кого-то с иглами больше моих? – ухмыльнулся тот, скрывая раздражение. Всего-то надо всадить меху в башку пять игл. Плевое же дело. – Его руки чуть меньше, – оценивающе окинув его взглядом, ответил Трепан. – А насчет шлема не уверен. Но мозгов под ним было побольше. Элементарно, – Оверлорд не успел закончить приводить в порядок новые, но уже испачкавшиеся импланты, как Трепан уже нырнул иглами в подставленный затылок Тайгерчопса. Это был первый раз, когда Оверлорд увидел оптику Трепана в момент подключения со стороны, а не изнутри собственного сознания. И этот мех жалуется, что все мысли Оверлорда сводятся к коннекту! Он вообще видел свой фейсплейт? – И назад, – Трепан извлек чистые блистающие иглы и прокомментировал: – Никакой грязи. Оверлорд взялся за фрагову башку Тайгерчопса и зафиксировал ее левой ладонью, как будто это чем-то упрощало дело. Трепан не стал критиковать. Проще было раздавить голову вместе с модулем, чем подключиться! – Ниже, – сказал Трепан под руку. – Осторожнее. Ты не на шпажку его накалываешь. Оверлорд негромко зарычал движком, и Трепан замолк. Скепсис, впрочем, по-прежнему транслировал. Похоже, Тайгерчопса неплохо накачали, раз он не приходил в себя. Или Трепан успел в нем порыться, прежде чем забрал в личные покои для утех, и теперь мнемохирургический блок держит капитана «Клыков и когтей» в плену кошмаров, пока возня ученика не добьет его физическую оболочку… Надо было ему выполнять условия сделки с этим маленьким шлакоделом. Вот никогда точно не знаешь, с кем опасно связываться, а на кого можно налить. – Твоя цель – не затолкать в него иглы любой ценой, – напомнил Трепан, – они должны войти в пять гнезд на поверхности модуля. Еще одна попытка – и мы вернемся к теории, а апгрейд я заблокирую. – Полегче с угрозами! – огрызнулся Оверлорд. – Если ты не способен… Он бросил на Трепана злой взгляд: – Имей в виду, ты, может, и убедил меня притворяться рабом, но все еще я тут делаю тебе одолжение, так что… – Смотри на голову! – перебил тот, выбрасывая ладонь вперед, к запястью Оверлорда. Впрочем, поздно. Раздался треск. Острия игл пробили оптику и вышли снизу, запахло паленым. Пальцы Оверлорда, погруженные глубоко в затылок Тайгерчопса, поворошили обломки. – Упс… – Праймус всемогущий, – Трепан махнул рукой и отошел на несколько шагов. Не отвернулся – похоже, просто не хотел в энергоне измазаться. Искривленные губы выражали брезгливость и раздражение. – Ладно… переборщил, – покаялся Оверлорд. – Прости, что он недостаточно долго мучился за то, что плохо упаковывал для тебя рабов… – Шутишь? – переспросил Трепан едко. – Хорошо… шутник. Просуши ему затылок и продолжим. Оверлорд, стряхивавший энергон с извлеченных из проломленной головы пальцев, удивленно спросил: – А разве подключаться к мертвецам – не полный зашквар? Трепан приблизился. Заскочил на край платформы, чтобы оказаться повыше, хотя все еще не наравне с учеником. Поманил. Оверлорд, сузив линзы, наклонился, косясь на иглы. Пусть попробует снова! Он что-то в настроении отрывать руки сегодня… – Сейчас ты вытащишь его мозговой модуль, – произнес Трепан отчетливо. – Найдешь все обломки и соберешь из них учебную модель. И будешь подключаться к ней, пока тебя не начнут мучить кошмары. Это будет о-очень отложенная перезагрузка, – Трепан кивнул в сторону отключенной камеры, направленной на платформу. – У меня не бесконечное количество препаратов для твоих тренировок. Будем работать с тем, что есть. Оверлорд скривился. Покосился на залитую розовым башку Тайгерчопса. – А ты реально ненасытная тварь, – сквозь денты произнес он. Он зверски не любил проигрывать.***
Неудача, постигшая его в первый раз, была одной из многих. Когда в итоге он добился идеального подключения, то был вознагражден обрушившимся на него хаотическим потоком данных, в которых фигурировали Трепан (крайне размытый), боль и ощущение выдавленной оптики. Похоже, Тайгерчопс все-таки был не совсем оффлайн, когда умирал. Ярость, боль и бессилие. Коктейль чувств, который обычно испытывали те, кто сталкивался с Оверлордом, а не наоборот. Он не помнил, что было дальше. В конце концов Трепан привел его в чувство и вырубил все ощущения, эмоции, отголоски чужой агонии. Без него не получилось бы легко стряхнуть ее, но благодарности Оверлорд не испытал. – Пробиться дальше смерти тоже можно, – произнес Трепан безо всякого сочувствия в голосе. – Но до этого уровня тебе расти и расти. Обозленный, Оверлорд собрался схватить его и хорошенько приложить, чтобы напомнить, кто и при каких обстоятельствах нанял его учителем. Но рука прошла сквозь серо-коричневый корпус – и тот плавно посерел, как дезактив. Трепан взломал ученика, пока тот потерял бдительность! Ну, конечно… – Правильно боишься! – процедил Оверлорд. – Живые мехи тоже не особенно структурируют бардак в своих головах. Ты большой мальчик, Оверлорд, ты же не сливаешь от чужих смертей? – Трепан улыбнулся, склоняя голову набок. – Не испытывай судьбу, – предупредил тот. – Да-да-да, благородный энфорсер, спасающий попавшего впросак мнемохирурга. Наша с тобой славная личная легенда, – Трепан развел руками. – Я в твоей голове, чтобы проверить, как все прошло. Похоже, ты остался в своем уме. Я рад. К Оверлорду вернулось управление руками. Он потер линзы. Боль, которую он чувствовал еще клик назад, исчезла бесследно. Видимо, Трепан ее убрал. – Тебе придется приложить еще много усилий. Но ты в конце концов сделал все правильно и даже не утонул с концами в воспоминаниях мертвеца… Продраться через бесконечный цикл умирания может только обученный специалист. Я собирался тебя вытащить, но ты сам справился. Стер все, что тебе угрожало. Неплохо для меха, который получил иглы час назад. – Стер? – переспросил Оверлорд. – Выжег начисто. Как поступал с врагами на аренах – ни проблеска личности не осталось, – Трепан отошел и прислонился к стене, скрестив руки. Только сейчас место, где Оверлорд пришел в себя, начало достраиваться, дополняться деталями – а он начал осознавать, что очнулся в пятне света, где были только Трепан и кусок серого пола. Помещение оказалось чем-то средним между медотсеком «Кулака» и покоями, в которых Оверлорд провел последние циклы. Лекция тем временем возобновилась: – В мозговом модуле мертвеца не устроишь разговор с проекцией или воображаемое изнасилование. Есть только рассыпающиеся на бессмысленные пакеты данные. Так что ты причинил максимум разрушений. Я впечатлен. Жаль, что ты не умеешь учиться… В мыслях Оверлорда сейчас роилось столько способов прижать Трепана! Заставить его ответить за унизительные комментарии и за то, что заставил рисковать головой. Все статьи, прочитанные Оверлордом, гласили, что подключение к мертвецу может тебя убить. По сути, он пережил покушение. Не в его правилах было прощать такие выходки. – ФортМакс с тобой не согласится, – поднял он палец. – Он думает, что я славный! – Его ты уважаешь. В меру, но все же, – Трепан хмыкнул. – А я для тебя – игрушка, которой пока просто нельзя воспользоваться. Но теперь, Оверлорд, я не дам тебе соскочить. Ты будешь вскрывать тех, кого я для тебя достану, до смерти и после, пока я… – Пока ты – что? – Пока я не решу, что ты готов, – Трепан явно собирался сказать что-то другое. Оверлорд с интересом сузил оптику. – Ты – тот еще дикарь, но раз ты мне достался, я не упущу такой потенциал. На месте Хромдома я бы никогда не дал тебе разрешение на иглы, но так как я – не Хромдом… мне интересно, сможешь ли ты применить свою омерзительно богатую фантазию, чтобы раскалывать преступников для Верховного судьи и незаметно калечить тех, кто тебе не нравится, чтобы они больше не мешались под ногами. Эти сценарии Трепан тоже взял из его размышлений. Оверлорд предполагал, что иглы дадут ему огромные возможности. Если, конечно, он все-таки уломает Институт аккредитовать его. – Рад, что тебя не смущает мой бизнес-план. – Хромдом тоже его узнает, когда будет проверять тебя. Но над тем, как водить за нос мнемохирургов, мы еще поработаем… – Трепан улыбнулся. – А пока – пора заняться Тайгерчопсом. Надеюсь, его распотрошенная башка отучит Вирлинга задавать мне уточняющие вопросы. – Трепан, – позвал Оверлорд, предчувствуя, что симуляция сейчас прекратиться. – Да? Он облизнулся: – Я трахну тебя раньше, чем ты думаешь. Трепан фыркнул, отмахнулся от него и извлек иглы из затылка. Оверлорд пришел в себя валяющимся на полу в луже масла, похоже, натекшего из него – и не от возбуждения. Он пережил смерть, как-никак. Возможно, даже пару раз. Мехи часто умирают грязно – ему ли не знать. Если подумать, Трепан становился только соблазнительнее, когда втягивался в роль учителя. Оверлорд пришел к выводу, что своеобразное удовольствие от урока он все равно получил: эмоциональную разрядку, редкую возможность убить кого-то дважды и иглы, обжигавшие теперь кончики пальцев. А еще Трепан был прав: учиться придется быстро и на ограниченном материале. Оверлорд не знал, какую точно Фортресс Максимус готов дать ему фору. Ищет он стажера – или уже рапортовал, что наглый шлакодел сгинул, и слава Праймусу. Так или иначе, им с Трепаном надо добыть реальные улики прежде, чем старший коллега вычислит новое местоположение базы и явится с флотом энфорсеров. И пока дурацкое прикрытие интера ему не надоело.
