twinkles

Просыпаться было лень. Лень было двигаться, и чувствовалась полная, абсолютнейшая пустота. Больно не было. Только всеобъемлющая нега. — Да проснись ты уже. Её сильно тряхнуло. Открыть глаза всё же пришлось. Какое же было её удивление, когда она оказалась не на корабле, а сидящей полубоком на лошади. А сзади сидел ведьмак и поддерживал её за талию. — Что?.. — Корабль разбился, ты сильно ударилась головой и чуть не утонула. — А как?.. — Беловолосый весь берег обходил — тебя искал. Когда нашли, ты вся была в свете ака в побрикушках-брюликах, бледная-бледная такая. Пока всю воду выблевала, столько интересного поведала. Неужто на самом деле Белый Хлад будет? И будет Рагнарёк, и посыпятся вместо снега ногти умерших, а небо заберут черные всадники зимы? — Придумываешь много. Незнакомый мужик, ехавший немного впереди по тропинке, хохотнул и заткнулся, а Иви подумала, что это ещё один странный сон. Как оказалось, всё было хуже. Геральт первым делом спихнул её на руки добрым островитянкам с их банями и прочим. При осмотре травница промыла волосы и Иви с удивлением отметила, что вода стала красной, а распущенные волосы велись светлыми кудрями. Неужели?.. Неужто иллюзия спала, когда она была без сознания, и если да, то как тогда её узнал ведьмак?

***

Ведьмак же в это время совершенно не думал о внезапно оказавшейся намного моложе и симпатичнее онейромантке. Всё-таки иллюзия. И случайно же получилось, спасибо Стейнгриму, хоть и обокрасть пытался, но с Иви помог. Показал перламутровую розу в серебряных листьях, на вопрос не валяется ли где-то здесь рядом девушка. Убедить его отдать кулон не составило труда, стоило только увесисто громыхнуть мечами за спиной, после чего охотник морского промысла хмыкнул и предложил выпить и сыграть в гвинт. Геральт согласился, предворительно влив в рот чародейке восстанавливающий эликсир. Доехали до порта довольно-таки быстро, всего за пару часов, и на этом распрощались с случайным попутчиком. Потом распрощался и с Иви, договорившись о её лечении и отдыхе с девушками и трактирщиком. После Геральт пошёл на шум и похороны. Йеннифер была такой же как и всегда, и видно её было издалека. Она выделялась во всём чёрном среди ярко разодетой толпы. Всё проходило так, как и думал Геральт. По-скеллигски, с чистыми традициями не стёртыми временем, и характерным, даже атмосферным, воздухом. Парящие снежники, сияющий на солнце лёд и снег и пар от дыхания. Хотелось просто взобраться на какую-то гору и дышать. Но вместо этого пришлось сначала рассказывать обо всём, что узнал, а потом ещё и тащиться на приём. Вокруг все было таким же как и всегда. Кто уже был пьян настолько, что тихонько подпевал менестрелям, кто тоже тихо мял наложниц и уводил в комнаты или просто на балконы. Поскольку похороны, всё-таки драк не было. Почти. Традиции традициями, но воины, на то и воины… Сам Геральт драк не затевал и не хотел на это терять время. Ещё когда-нибудь успеется. Как и хорошо выпить в хорошей компании. Чародейка вела его за собой, своим каким-то разработанным планом. Ведьмаку казалось, что времени катастрофически не хватало, и тратить его на споры… Нецелесообразно. Флегматично, не вникая, обыскивал лабораторию Мышовура и обдумывал последующий план действий. Газ в комнате с маской и телепорт не стал чем-то внезапным для Белого Волка. Как и всё, что последовало позже. Казалось, что так и надо, и так и было всегда. Только как всегда не было. Холодность сковала его, и обычные и привычные ранее жесты и движения теперь его начали даже раздражать. Йеннифер вела себя точно так же как и раньше, но реакция Геральта на это стала совсем иной, что оставило понятный осадок, и конец вечера прошёл абсолютно незаметно.

***

— Нет! Не смей! Ты не имеешь права просто брать и к чертям посылать всё, что было! — Это не твое дело, что бы ты сделала для родных людей?! — Это не оправдание! Они орали как сумасшедшие. Одна судорожно держала маску, вторая кулаки и еле сдерживалась чтобы не проклясть кого-то. Мышовур стоял совсем рядом с онейроманткой которая уже выглядела совсем как все высокочтимые и в себе уверенные чародейки. И которая ещё и непонятно как умудрилась забрать маску. — Что происходит? — Ты знал, чем может кончиться ваше воровство? Ты знал, что маска одноразовая? И что она может спровоцировать сильнейшие природные катаклизмы? Наверняка она просто сказала, что это необходимо, и это единственный вариант! — Она права, это слишком опасно… — пытался вставить хоть слово Мышовур. Иви была в бешенстве. Тёмные глаза пытались сжечь всех окружающих, а голос дрожал от злости. — Не настолько опасно, как Рагнарёк. Да, онейромантка? — Иви, отдай маску, море не всбеленится, обещаю, нужно только… Пока Йен уговаривала и убалтывала, Геральт рассматривал. Впечатление такое-же как от всех чародеек, только чуть более человечнее. Контраст почти белых волос и чёрных глаз, совсем низенький рост. Иви, значит, вряд ли бы Корина было её настоящее имя. В какой-то мере он даже поблагодарил пиратов за то, что с неё спала маска. Хотя, то что она бормотала в дрёме было страшно. И понятно, зачем она рванула вместе с ним на Скеллиге. Остановить Белый Хлад. Пока он думал, Мышовур начал что-то рассказывать Иви, и та отвлеклась от Йен, которая не теряя момента быстро рванула с маской прочь. Пожав плечами, Геральт понимал, что сейчас скорее суша поменяется с морем, но Йен не отступится. Он уже видел заготовку для щита, приготовленного друидами, и не боялся таких уж сильных катаклизмов.

***

«И зачем она только увязалась»? — Никакой некромантии, Йен. Поимей хоть какое-то уважение, это же священное место. И этот туда же. Мало того, что после инцидента с маской он прочитал ей лекцию в лучших традициях Весемира, так ещё и сейчас. И зачем эта мелкая увязалась за ними? Йеннифер предчувствовала новый скандал, если сейчас настоит на том, что задумала. — И что же ты предлагаешь? Её голос дрожал от негодования. А рядом стоящая Иви пожала плечами. — Я могу прочитать его воспоминания. Только… Впрочем, ничего страшного не произойдет. Йен скептически улыбнулась. В Аретузе Иви училась вместе с Трисс, и она была самой слабой в группе. Только из-за уникального умения и очень сильной телепатии она и доучилась. Всегда ходила хвостом за Тиссаей, и та её так и составила подле себя, не послав никуда. После смерти наставницы таинственным образом исчезла и говорили даже, что она умерла. Впрочем, о том, что она умерла говорили часто. Она была дочкой каких-то аристократов, которые при её рождении отказались от болезной и странной девушки. Очень оригинально отказались, выбросив с моста в реку, якобы она душевно больная, сама бросилась. Иви присела и приложила три пальца ко лбу покойника. Глаза ее закатились, а вокруг замерцали светлые искорки. Перед глазами пронеслись картинки. Цири лежит раненная, рядом с ней эльф. Сестра, Дикая Охота, конюшня и Скала утопленников. Сцена ссоры, провал и уродливое чудище. Резкая вспышка и они опять стоят над трупом в роще. Иви лежала, из носа текла кровь. Йен не успела ничего даже понять, как Геральт был уже рядом с онейроманткой, и поднял её на руки. — Встретимся в корчме здесь же на Хиндарсфьялле, — бросил он, удаляясь. Йен было как-то горько. Не признать, что Геральт изменился он не могла. Её по-прежнему тянуло к нему, и его наверное тоже но… Не так. Было ощущение, такое как тогда когда она вернулась посмотреть на свою семью, а там уже настолько всё изменилось, что она приняла отчий дом за что-то другое. Она не узнала никого, и ушла, не оборачиваясь. А сейчас, смотря на удаляющуюся спину, на мужчину бережно поддерживающего другую, она поняла, что, видимо, время прошло. Эта полоса прошла. Сначала Трисс, потом эта. Зачем ей унижаться, раз все складывается именно так? Она ещё больше убедилась в своем решении, и направилась к лошади и серьёзному разговору с Геральтом. — Зачем тебе это? — Заклятие джина может снять только джин. — Видимо, разрушенной Ринды тебе было мало. — В этот раз мы подготовимся. — И ты в это веришь, — скептическая улыбка и столько ехидства в голоса, что Йен захотелось его чем-нибудь парализовать и отпинать. — Пойдём в лодку. К её удивлению, он последовал. Она подумала, что, возможно, ведьмак и сам хочет избавиться от заклятия, даже ради эксперимента. Их близость показала чародейке всё, так что… Геральт без особых возражений заплывал туда, куда просила Йен, и тщательно обследовал каждый закуток. И даже когда нашёл то, что нужно, ей плохо верилось во всё. Неужели, это действительно всё? Бой тоже прошёл как в тумане, и в конце концов, она просто устало опустилась на обрезаный покосившийся край корабля. — Ну как? — Не знаю, а у тебя. — Геральт, мы всё равно уже давно чужие люди. Такое ощущение, будто бы мы оба умерли там, в Ривии, а сейчас мы совершенно другие люди. Наверное… — Ну да, раньше ты прям так душу не открывала. Давай просто посидим немного… Как раньше.

***

— Стоило так паниковать? — Стоило воровать и необратимо использовать не принадлежащий вам артефакт? — А жертвовать своим здоровьем, чтобы показать нам воспоминания, стоило? Рассказать просто не могла? Не смотря на измотанный вид и огромные круги под глазами, она чувствовала себя уверенно и лишь скептически улыбалась весь разговор. — Твоя подруга вряд ли поверила бы мне. — Моя подруга была бы просто благодарна за помощь, — Геральт наклонил голову внимательно разглядывая собеседницу. — Неужели? В ответ на вскинутые брови и ещё более скептическую улыбку, было то самое «мхрм» и пожатие плеч. Он отвернулся, как будто бы хотел уже уйти, но в последний момент вернулся и сел напротив Иви. — Можешь рассказать, что тебе снилось, из-за чего ты увязалась на Скеллиге? Она смотрела на него долго, как будто решая что-то для себя. Опустила взгляд и начала качаться, нервно теребя перламутровую подвеску в виде розы. Её прорвало, слова так и полились рекой, оставаясь в комнате чем-то удушливым и осязаемым. — Я устала, знаешь, Геральт, так устала. Как будто чувствую себя в постоянной липкой паутине, в западне. День за днём, ночь за ночью постоянные кошмары, и я не знаю что с ними делать. Они не такие как у других, я приквыкла к плохим снам, но это… Ежедневная пытка. Показывать то, что пугает очень, что бы потом с трудом просыпаться по утрам, и с трудом же засыпать. Сопротивляться каждый раз, от чего все больше усугубляется. Слышать ночью в тишине столько криков, голосов, шёпота, закрывать глаза и видеть вспышки. Я так устала, что хочется пойти к тому красивому высокому мысу и рекордно быстро спуститься на скалы, — и добавила чуть тише: — как это сделал тот эльф которого мы видели в воспоминаниях Скьялля. — Есть идеи, почему он так поступил? — Ласточка. Она полетела в Белый Хлад. В каких-то снах возвращалась, в каких-то… Ты был в какой-то хижине и вокруг было так много монстров, и… И ещё были сны, там где ласточка былась в клетке в Вызиме. Билась, билась и, в конце концов, обречённо оставалась там. А ещё там, где она была свободна, и была с тобой, где-то на юге. Много всего. — по щекам начали прокладывать себе влажные тропинки слезы, — я не знаю, где развилка, я не знаю, как сделать так чтобы было только лучшее, где свернуть… Она раскачивалась все сильнее, обняв себя руками и так и не смотря в лицо Геральту, и бормоча что-то. Успокоилась только когда поняла, что она в коконе объятий, как будто спряталась за широкой спиной, как в детстве под одеялом.

***

— Иди сюда, — заговорчески прошептала Иви. — Что ты от меня ещё хочешь? — Ну не ведьмакам же одним напиваться и веселиться. Держи, мне кажется, это розовое вино тебе понравится. — Это из Метины? Йеннифер чем-то позавидовала довольному лицу онейромантке и всё-таки приняла из рук бокал. — Оно самое. Слушай, а как так получилось, что ты была в Ложе Чародеек? — Не была я там толком, так только… Меня пригласили, но на первое же заседание я не попала. А, кстати, мне всегда была интересна природа магии снов. — На самом деле, они такие же как у всех. Просто у нас есть пророческие способности, но слабые что бы так просто ими пользоваться по-нормальному. И плюс ещё в онейромантии, когда снишь другим людям, это почти так же как и читать мысли, только напрягаться нужно больше. Я на самом деле можем и навязать что угодно, какие угодно мысли. Одно время, я жила в Этолии, я практиковала именно излечения душевных болезней, или… Бокал неожиданно кончился, а когда доливали, то неожиданно кончилась и вся бутылка. Поэтому достали ещё одну. На четвертой бутылке Иви подумала, что Йенна такая классная, умная и красивая, что появился у нее на шее. На шестой бутылке разговоры о эликсирах и магии надоели и девушки начали играть в гвинт. При чем взяли колоды Геральта, потому что у него они были чуть ли не полными. Иви играла скоятаэлями (запутанным языком названы просто скотинами), а противница Нильфгаардом. Все три боя вышли с победой Йен, от чего та решила, что в компенсацию должна подарить что-то Иви. Естественно, онейромантка воспротивилась и начала пихать в руки чародейки какие-то приятные взгляду мелочи типа трав и заготовок. Через пол часа разбирательств Иви хлопнула в ладоши и сказала что всё вино кончилось, но зато появилась шикарная идея, и заодно спросила как Йен относиться к водке. Оказалось, что вполне терпимо и вообще очень интересно, чем там занимаются внизу ведьмаки. — Ламберт, дружище… Я вот что тебе скажу… — Ну. — Ты иногда такая свинья… Но… Я тебя так люблю… Йен закрывала рот Иви, а та пыталась не ржать во весь голос. Получалось плохо, потому что сама чародейка дрожала от еле сдерживаемого хохота. Ламберт бормотал, что-то тоже очень похожее «Я за тобой, говнюком и в огонь и в воду готов пойти, красавчик», а потом вдруг, как будто моментально протрезвев, выпрямился и начал говорить. — Слушай, Геральт, что это за мелкая очередная чародейка? Тебе что, сука, двоих было мало? Девушки замерли. — Все-таки ты свинья. — Красавчик, не увиливай. — Та отвали ты, просто странная она, но помогает мне очень. — Но ты на неё смотришь… Прям как… — Где-то Эскель пропадает, надо бы проверить, как он, а то что-то подсказывает мне, что до кухни он не дошёл. Изрядно набравшийся Геральт поднялся и, пошатываясь, побрел. Недалеко. Присев у какой-то лужи, он пробубнил, что это же он разлил. Чародейки же переглянулись и унесли поклажу в ещё несколько бутылок к себе в башню. — Признайся, а он тебе всё-таки… — Геральт? А тебе? — Я не знаю. Мы столько пережили. Столько… И это не было ошибкой, это было уже просто… В прошлом. Сейчас он очень изменился, и нам было бы ещё более тяжело. Сейчас он привык принимать очень смелые решения самостоятельно и надавить на него, чтобы он сделал что-то, что ему неприятно, сложно… — Погоди, ты это слышишь?.. — В соседней башне наши три пьяньчуги. — Господи, там же мой мегаскоп остался! А если они там всё разгромят? — Там и мой мегаскоп тоже! И вещи мои тоже там! Бежим скорее. — Только… Тихо. То что они увидели подкравшись, поразило их в самое сердце. Особенно Йен, посколько эти трое рылись в её вещах. Она было хотела пойти и высказать всё, что о них думает, но Иви ее удержала и, приложив палец к губам, подмигнула. Геральт выбрал какие-то штаны обнажив внушительный торс, Эскель с Ламбертом, порывшись, достали не очень симпатичненькие платья. Выглядело это всё настолько комично, что Иви, не удержавшись, зашлась в беззвучном смехе. После уже было ещё более смешно, не до смеха было только Йен. Срущий монарх, орущий что на него покушается Ложа. Мда… Йен всё-таки не выдержала и пошла к ведьмакам выяснять отношения. Мельтешащая следом за ней Иви, согнутая от смеха, лишь поздравила с такими выдающимися приключениями. На следующее утро Геральт всё-таки проснулся в одних портках. Голова раскалывалась, но… Дела не ждут. На столе лежал Ума, и все уже собрались, ждали видимо только его. А дальше завертелся какой-то ад. Осознание, что и он когда-то лежал на этом столе грызло и выгрызало, готовка зелий требовала концентрации, которой явно не хватало, и вдруг… Тёплые тонкие пальцы невесомо коснулись его висков, он обернулся и увидел почему невесомо. Она не доставала ему до подбородка, и сзади тянуться к его лбу было проблематично. — Иви, силы ещё пригодятся. — Не говори ерунды, ты только что чуть не поджарил всё, да и ты чуть переступня непересыпал. Наклонись, последствия все не уберу, но тошнита и головная боль уйдут. В ответ Геральт пробурчал, что хорошо бы чтобы кто-то другой ушёл, но всё же подставил лоб для пальцев Иви, которые легко пробежались по вискам к длинным волосам, рассыпая серебряные искры. К удивлению ведьмака, он поймал взгляд Йен, наблюдающая за этой сценой и улыбающаяся. По-доброму и с эдаким намеком. Время бежало стремительно, Иви и Йен колдовали над Умой, иногда сменяя друг друга, чтоб отдохнуть, и, кажется, за это время поладили ещё больше. Не всё пошло по плану, и в какой-то последний момент у Иви закатились глаза, а в воздух замерцал серебром. Она гулко нечеловеческим голосом проговорила три фразы на эльфийском, и самый страшный человек исчез в светлых ослепительно ярких искр, через всего миг оказавшись Эльфским Знающим Аваллак’хом. Ещё секунда, и Иви свалилась в глубоком обмороке.

***

Совет напоминал Цири похороны, каждый был серьёзен и пытался скрыть волнение и долю страха. Знакомые и не очень лица, но все как один настроены очень решительно. Золтан то и дело хватался за топор, Мышовур за посох, Хьялмор отвлекался на неё, а Роше на Бьянку. Йеннифер с Трисс косились друг на друга, а последняя ещё и на Иви, которая сидела рядом с ведьмаком Лето с таким же отсутствующим видом. Ведьмаки раскучковались кто-куда, и только Геральт стоял во главе стола с видом короля, не меньше. В этом момент он был очень похож на королеву Калантэ, которая вела в бой непобедимое всегда войско. Львица, защищающая то, что ей дорого. Волк, собравшийся пойти против гнезда драконов. Только гордой осанкой выражающий непоколебимость. Она видела его таким, наверное, впервые. Настолько уверенным, что в это не верилось. Никто не спорил. Даже онейромантка, оставшаяся вместе с Цири в крепости. Никто не видел смысла спорить. Родное, почти отцовское лицо выдавало крайнюю решительность и готовность идти до конца. — Ты знаешь, что я не позволю им тебя забрать. — Знаю. — Не лезь в бой и держись подальше от неприятностей. — И ты действительно веришь, что я буду сидеть, пока вы рискуете за меня жизнями? — Я на это надеюсь. Неужто, не навоевалась когда путешествовала? — он криво усмехнулся, и ехидца в его голосе напоминала больше тревогу. — Люблю когда ты улыбаешься. Он ушёл, оставив мысли о том, что всё же предстоит. Она заметила, как он подходит к Ивитте и крепко её обнимает, почти как Цири, и легко незаметно целует в висок. Наблюдать это было более чем странно. Ощущение было, будто бы она пропустила нечто очень важное, и теперь никак не может понять, что же именно. — Стоило бы меч протереть маслом от магических тварей. Все равно ведь пойдём. Она подошла совсем тихо, и голос вырвал Цири из размышлений слишком внезапно. Иви была одета в что-то подобии удобных штанов и нечто отдаленно похожее на кольчугу (слишком уж бесформенное). — А ты?.. — Ты думаешь, я буду сидеть, когда знаю что моя хоть и мизерная, но помощь может пригодиться? — Тогда предлагаю действовать сообща. Цири улыбнулась. Что бы там ни было, Иви ей нравилась, хотя бы этой перенятой у Геральта решительностью. А такая черта была сегодня крайне полезна…

***

Бой. Страшно было до ужаса. Её хотели оставить в крепости вместе с эльфом и Цири, но все, кажется, и так прекрасно понимали, что в конечном итоге, останется только Аваллак’х. Она понимала мотивы всех, ей даже ложку не поднять магией, не то что сражаться, но план у неё был. Во первых, она будет подпитывать щит Йеннифер, во-вторых, случае чего, сможет, ну, например, усыпить кого-то, если кто-то будет ранен, ввести в стазис или излечить, и прочее. Когда всё началось, она была под невидимостью почти возле самых ворот, и наблюдала за тем, как выезжают Геральт, Лето и Ламберт. Потом она усилила ещё больше щит Йен, и начала делать заготовку для ловушек у самых ворот. Маленькая миленькая руна, после чего все, кроме только что выехавших, кто пройдет через знак, получат сильнейшое головокружение. Мелочь, а приятно. Когда трое ведьмаков послали сигнал, Иви начала паниковать, и побежала к Трисс, где вместе с Цири помогла чародейке отбиться. Потом началась каша. Оказывается, если вкладывать побольше сил, можно убивать. Не совсем легко, и не быстро, просто превращать всех врагов в их подобие, в неспособных ничего сделать овощей. Она увидела их первыми, трёх всадников, которые мчались к воротам. К сожалению, она была далеко, подстраховывая Цири на всякий случай, и следуя за ней тенью. Чем дальше, тем было сложнее. Наплыв тварей был колоссален, а невидимость уже давным давно спала. Быстро закрыв очередной портал, успев пока оттуда никто не вышел, Цири устало вздохнула. — Спасибо тебе. — Да мне чего? Если бы не твой меч, я бы тут лежала уже давно и прикопанная немного. — Если бы не я, ты бы себе спокойно спала где-нибудь в красивом домике, и зарабатывала хорошие деньги, а не рисковала жизнью. Иви лишь фыркнула и заметила новый портал. Передышка кончилась.

***

Взмах — кровь, взмах — боль. Перекат в сторону, блок. Проковылять на больной ноге пару шагов в сторону, выпить зелье. Рвануться вперед и рубануть мечом с плеча, бросить бомбу в портал. Он исчез, растворился в хаосе. Он часто замечал это состояние, когда просто на автоматизме выполнял пассы знаков, блоки, перекаты и удары. Время переставало существовать, и потом он просыпался среди гор трупов, весь в крови. Возможно, раненный. Вдруг его раскуроченная нога начала затягиваться в ускоренном темпе, да так, что через секунд пять была лёгкая царапина. Со стены на него смотрели издалека кажущиеся совсем маленькими две похожие светловолосые фигуры. Одна в руке держала меч, а другая посылала из рук в него серебряные искорки. Он уже видел их сражающимися, но знал что загнать их обратно под защиту башен будет затратнее, чем перебить абсолютно всю Дикую Охоту. Они пробивали защиту. Йен ослабла, но Иви ещё поддерживала щит. Враги не кончались, в отличие от бомб и сил. В конце концов, главные ворота начали прорывать. Дальше Геральт запомнил только холод. Иви видела как сильный поток магического холода облепил Геральта тонкой пленкой. Как упал Хьялмар, и как спрятал Цири Весемир. Как Кейра обняла колени забившись подальше за ящики. Секунды для неё стали неуловимым дымом, который вот медленно плывет, а вот уже расстаял. И она упустила момент. Казалось, всё было на грани. Холодные глаза Эредина смотрели прямо в душу Цири. Когда она бросила меч, Иви как раз удалось кое-как встать и прийти в себя. Нет. Она не позволит забрать Цири. Она не позволит этому миру рухнуть так же как в её снах. «Я — равновесие. Я — тьма и свет, вода и пламя, как и все люди живущие на этой планете. Каждый сам выбирает свой путь. Побеждает тот волк, которого больше кормят. Мои волки, воюющие сколько времени, поднялись во весь свой рост гордо и слишком странно. Мои волки, хоть и слабые, но яростные…» Из обеих рук вспышкой пролетели струи теплого серебристого волшебства, обвалакивая Цири. Имлерих, державший наставника Цири, вдруг заорал, закашлялся и схватился руками за голову. Весемир упал, хрипя, и тут же затихая. В ушах бились крики воинов Эредина, но сейчас они казались Иви музыкой. Ведьмаки таяли и падали на землю, приходя в себя, а вокруг было светопреставление. Цвета металла и циана сияли везде ослепляя и пьяня. Она кажется упала в забытье, и в какой-то момент просто проснулась и (глаза не были закрыты) начала видеть. — Не стоит винить себя. — Зираэль требует контроля, почему её не учил никто? — Что это за девушка? — Собираюсь двинуться на восток, а там посмотрим. — Это, конечно, не мое дело, но следовало бы контратаковать. Обрывки разговоров, чужие голоса долетали с трудом. — Проклятье, вы опять строите планы! Не спрашивая моего мнения! Я не дам себя никуда вести, как… мешок! Я не хочу сидеть сложа руки! Я устала ждать и прятаться! — Ты не можешь рисковать. — голос Геральта был мягкий. В конце концов, она осознала себя, лежащей в башне и рассматривающей поток. Рядом с ней сидела Цири. — Привет. На её лице были дорожки от слез, а в руках ведьмачий медальон. Иви с трудом с натугой села и притянула Цири обниматься. Где-то в груди начало сильно тянуть. Жалко. И плакать хочется. — Ты же понимаешь, что им предпочтительнее свою жизнь отдать, но тебя уберечь. — Это не помогает. — Рано или поздно все умирают. — Ещё хуже. — Ни один ведьмак не умер в своей постели. — Геральт уже это говорил. По ладоням, лежащим на спине Цири, пробежалась опять искорками магия, впитываясь в медленно раслаблящиеся плечи. — Это лучше всего. — Давай лучше подумаем, что будем делать?.. — Ну уж точно не сидеть сложа руки. — Они любят тебя и очень бояться. — И в этом нет ничего предосудительного, Зираэль, — ворвался в их тихий разговор мягкий голос Знающего, — удивительно, как в такое короткое время вы успели сработаться. Но это даже и хорошо. Я буду вас учить, как вместе так и поразнь. Думаю, теперь твои способности, с таким помощником будут под хорошим контролем. Нам всем нужно отдохнуть, завтра уже начнем занятия. Слушая всю эту речь, Иви даже побледнела. Когда она бежала из относительно безопасного (хоть и недавно захваченного) Каэдвена, она не ожидала, что на неё свалиться ещё и новое обучение. Новосостоявшиеся ученица и учитель удалились, оставляя Иви опять смотреть обречённо в потолок. Ей начало казаться, что она засыпает с открытыми глазами, как вдруг на лбу почувствовала чьи-то горячие пальцы. Они приятно грели и в голове почему-то прояснилось. — Спасибо. Голос низкий и хриплый, и Иви вдруг захотелось подскочить, но она лишь крепко зажмурила глаза. — За что? — Что вылечила. Иви захотелось сказать, что пустяки, но она подумала, что это был абсолютно необдуманный поступок. Возможно, если бы не затратное по силе лечение, она бы смогла держать щит Йен подольше, и все кончилось иначе. Она всё-таки дура. Пальцы мелко пробежалась во бровям и проехались по вискам к волосам. Начали перебирать их легко запутываясь в прядях. Стало немного легче, и грызть себя она перестала. На укрытые совсем лёгкой простыней ноги упало что-то тяжёлое и Иви всё-таки открыла глаза, с удивлением смотря на ведьмака, расправляющего одеяло. Жёлтые глаза насмешливо смотрели на неё, а вытянутый кошачий зрачек постепенно расширялся. Она завороженно наблюдала за тем, как почти исчезает жёлтая радужка прячась, за чернотой. Посмотрела на улыбку, чем-то мечтательную, чем-то задумчивую и уловила какое-то довольное «мхрм», после чего ведьмак совершенно неожиданно щёлкнул ее по носу и сказал что-то похожее на «отдыхай».

***

Геральт сонно дёрнулся, и резко сел. В залах Каэр Морхена ещё стоял гулкий крик, а такое-же испуганное эхо металось уже где-то под потолком. Он быстро подскочил и понёсся в башню, откуда этот крик мог исходить. Иви стояла у самых перил балкона, любуясь видом. В лунном свете волосы казались такими же как светлячки её магии — отлитые из драгоценного металла мастерской рукой чудотворца. Геральт накинул ей на плечи одеяло, и чародейка вздрогнула. Вскинула глаза, и ведьмак заметил, насколько ей приходится запрокидывать голову, чтобы посмотреть ему в глаза. Она была существенно ниже, и сейчас это его даже умилило. Он пришел сказать что-то, что-то спросить… А вместо этого почему-то сбилось дыхание, а из головы всё смело под чистую. Рука сама потянулась к щеке. Собрала капельки слёз, попутно рисуя узоры. Вторая ладонь, от сильной усталости прилегла на талию, проделав долгий путь от плеча до кисти, попутешествов немного у ключиц, и поласкав немного тонкую кожу шеи. Прикосновения ведьмака успокаивали и расслабляли. И вместо недосказанности, пришло чувство что всё как надо, всё правильно. Ее лоб уткнулся в его медальон и Иви тихо всхлипнула. Обняла двумя руками, что-то тихо пробормотала и затихла под его рукой запутавшийся в серебряных волосах. Вокруг замерцали засияли те самые огоньки, заставляя забыть о времени раствориться в сиянии. И в расширившихся зрачках заменившие почти полностью неестественную жёлтую радужку. Его губы оказались не такими жёсткими как ей представлялось. Скорее наоборот, слишком нежными, тёплыми. Захватывающие, так что она рассеялась своей же магией. Чувствовала тёплые руки, скользящие везде оставляющие обожжённую от мурашек кожу. Иви осознала себя, когда её взяли на руки и перенесли на кровать. Вокруг всё было светло, как днём, из-за мерцающих и парящих, как снежинки, искр. Лицо Геральта было странным, невозможно было прочитать ни единой эмоции, только дыхание выдавало его. Сбитое, хриплое… Он так же как и онейромантка задыхался, пытаясь выпить её, насытиться. Внизу ее живота поселился маленький огненный элементаль, распаляя кровь в её венах до состояния лавы. Каждая клеточка её тела, теперь требовала его рук, губы полыхали, а её пальцы сами собой путались то в светлых волосах, то скользили по шершавым шрамам, и все вокруг стало похоже на сон. Может быть, всё действительно было сном? Сначала крик, а потом и яркий свет вырвали из очередного кошмара Цири. Она, так похоже на Геральта сразу сорвалась и хотела было бежать проверять что происходит, но ее остановил такой родной запах и рукав на плече. — Зираэль. В доли секунды она оказалась в его объятиях, позабыв обо всех мириадах проблем.