Order Up!

— Новый заказ! — проревел из-за гриля Хосок, шеф-повар. — Два мэнни! Две пятнистые коровы! Что в переводе означало «два фирменных блюда от менеджера и две стандартных миски говядины». Тэхён, наполнявший в это время солонки и перечницы, прервал свое занятие, спрыгнул со стула и направился к лапшиной станции, чтобы забрать заказ. Хосок выставил дымящиеся миски на стол в аккуратный ряд. Это был высокий мужчина с прямоугольным лицом и скульптурным телосложением, заметным даже под фартуком. — Не пойми неправильно, — улыбнулся он, — но… ты словно сияешь. В течение долгих секунд Тэхён думал, что говорят с кем угодно, но не с ним, но, посмотрев вверх, заметил взгляд Хосока, направленный прямо на него. — Искришься, — добавил тот, наглядно пошевелив пальцами. — А? — Тэхён дотронулся до своей щеки, словно проверял, нет ли у него жара. Шеф моргнул несколько раз и потряс головой. — Неважно. Ты это… Извини, — он вновь переключил внимание на плиту. — Может, мне пора сделать обеденный перерыв. Я слишком долго торчу на этой жаре. — Понимаю, — Тэхён выбросил странные слова повара из головы и сосредоточился на мисках с лапшой. Говядина ещё слегка шипела, а соус чили в бульоне специального блюда источал восхитительный кисловатый аромат. Рамен лучше всего подавать горячим и дымящимся, так что Тэхён немедленно принялся за работу, загружая поднос. Пока он это делал, сзади к нему подошел Бомгю и оперся локтями на стойку. — Твой парень в моей секции. Хочешь, чтобы я пересадил его за первый столик? — он улыбнулся выжидающе. Тэхён был довольно разумным парнем. Жизнь шла как по маслу, ведь он всегда принимал решения, основанные на установленных фактах. Он предпочитал не верить в то, чего не видит, но привык доверять тому, что чувствует. Не эмоционально, физически. В вещи, до которых можно дотронуться руками. Как лисьи уши, например. — Хеееей, — напомнил о себе Бомгю, размахивая рукой перед лицом Тэхёна. Тот повернулся и посмотрел на Бомгю. — Ты со мной разговариваешь? — Да! С кем же еще? — потерял терпение Бомгю. — Не знаю, — начал Тэхён, — с кем-то, у кого есть паре… — слова внезапно застряли в глотке, когда он, посмотрев за спину Бомгю, увидел сидящего в одиночестве за десятым столиком Ёнджуна. Они установили зрительный контакт, и Ёнджун расслабленно махнул рукой. Тэхён раздосадованно простонал. — Не пересаживай его. Пусть остается в твоей секции, — но, что не менее важно, — и он не мой парень. Это заставило Бомгю гневно надуть губы. — Как скажешь, — он развернулся и направился обратно. — Я передам ему, что ты занят. — Скажи, что меня здесь нет. — Но… он же видит тебя, — крикнул Бомгю через плечо. — Скажи, что я сегодня не пришел на работу, — не сдавался Тэхён. Он знал, что это глупо, ведь он говорил достаточно громко, чтобы Ёнджун услышал его, но может тогда старший поймет намек и уйдет. Тэхён взвалил поднос на плечо и двинулся через весь ресторан. Бомгю вмиг оказался рядом со столом Ёнджуна, и даже издалека Тэхён услышал: — Он сказал мне сказать тебе, что его здесь нет. Тэхён закатил глаза, но не остановился. В этот странный полуденный час ресторан практически пустовал, а это значило, что все вокруг слышали, как Ёнджун выкрикнул: — Хей, Тэхён! Можешь подойти на секундочку? — последовавшая за этим тишина сделала ещё более очевидным тот факт, что Тэхён намеренно игнорирует его. Он поставил поднос на третий столик и расставил миски, предупредив: — Берегите пальцы, миски очень горячие, — это были постоянные посетители — несколько женщин среднего возраста, бывшие одноклассницы. Они часто приходили по четвергам поболтать и вспомнить былые времена. — Вам нужно что-нибудь еще? — спросил Тэхён, сунув пустой поднос под мышку. — Напитки? Салфетки? Высокая женщина потрясла головой и сказала вежливо: — Мы позовем тебя, дорогой. — Отлично, — с этими словами Тэхён оставил их наслаждаться едой. Третий столик был единственным занятым столиком в его секции на данный момент, так что сейчас самое время заняться более скучной работой. Тэхён вернулся к заправке солонок и перечниц, умело игнорирую машущую ему руку Ёнджуна. Субин вырулил из коридора как раз в тот момент, когда Тэхён уселся на стул. — Сразу видно, что у Чимина была утренняя смена, — пожаловался он, вытирая руки о фартук. — Мы разве не проводили собрание на прошлой неделе, где говорили, что нельзя использовать красный опрыскиватель в туалетах? Может, сегодняшний день как-то странно влиял на него, но Тэхён просто обязан был спросить: — Ты со мной разговариваешь? Субин продолжал говорить, словно ничего не слыша: — Эта едкая дрянь оставляет красные разводы повсюду! — он ударил ладонью по стойке. — Особенно на стенах. Оно только для кухни! Для туалетов мы используем синий опрыскиватель, на нем даже этикетка с надписью «для туалета». Что непонятного? — Ты в порядке? — поинтересовался Тэхён, поднимая бровь. Субин был обычно очень счастливый и беззаботный, так что его редко вообще что-либо расстраивало. Тэхён закрутил крышку перечницы, борясь с желанием чихнуть. — Например… тебе не нужно передохнуть? Выйти на улицу? Но Субин, должно быть, ещё не закончил: — Я всегда выполняю двойную работу, подчищая беспорядок после него. Из-за него я выгляжу так, будто не понимаю, что делаю, потому что он сам не понимает, что делает. Тэхён отодвинул одну перечницу в сторону и тут же потянулся к другой, начиная наполнять её. Это напомнило ему, что он должен загрузить лёд в автомат с напитками. — Может, стоит сказать Юнги? — Так я сказал! Это причина, по которой он созвал собрание. — Чимин же новенький? — Ну, почти, — ответил Субин. — Он работал здесь три года назад, а потом ушел в колледж. Теперь он вернулся. Я так думаю. Я не знаю. Я услышал это от кого-то, — Субин перенёс весь свой вес на стойку и выставил руки перед грудью. — Он ведет себя, как новичок. Как можно не знать, чем чистить туалеты? Тэхён пожал плечами и продолжил выполнять свою работу, завинчивая крышку только что наполненной перечницы. Должно быть, в туалетах сейчас… грязно. Во всех смыслах этого слова. Тэхён благодарил небеса за то, что ему всего лишь досталась обязанность собирать мусор на тротуаре перед рестораном. По крайней мере, чтобы сделать это, существовал лишь один правильный способ. Гнев Субина постепенно утих, и он вернулся к своему обычному состоянию, демонстрируя ямочки на щеках. — Давай теперь поговорим о тебе! — он начал помогать Тэхёну, вытирая крупинки перца с прилавка. — Ты же вроде говорил, что возьмешь отгул сегодня? — Я так и хотел, — ответил Тэхён, — но потом вспомнил о своей зарплате. — Это важно, — Субин коротко усмехнулся. Он обернулся через плечо, чтобы посмотреть в направлении Ёнджуна, перед которым Бомгю как раз только что поставил стакан воды. — Итак, — пропел Субин, — ты в курсе, что твой парень тут? — Это он себя так называет? — Хочешь, я пересажу его за первый столик? — Субин повернулся к Тэхёну. — Он не мой парень. Невинно поднимая руки, Субин произнес: — Окей, окей. Ты не любишь ярлыки. Я понял. Сменить тему показалось Тэхёну лучшим решением. — Как прошел прошлый вечер? Что вы делали, когда я ушел? — Ничего особенного. Разговаривали, шутили, но стало слишком холодно, чтобы торчать в бассейне, так что мы с Бомгю ушли вскоре после тебя. Вдруг что-то щёлкнуло в голове у Тэхёна. — Воу. Я забыл вернуть Бомгю одежду, которую он оставил у меня дома, — она наверняка всё ещё лежала аккуратно сложенной стопкой у него на комоде. — Хорошо, что это хотя бы не школьная форма. — Можно нам прийти вечером и забрать ее? — Без проблем, — Тэхён наконец закончил наполнять очередную перечницу, закрутил крышку и отодвинул ее в сторону. Сегодня он был в ударе — почти ничего не просыпал. Эти движения стали его второй натурой. Собрать. Потрясти. Наклонить. Высыпать. — Но вам не следует у меня задерживаться. Я должен сделать много заданий до завтра. — Хорошо, но что делал ты? — осведомился Субин. — Когда ушёл вчера с вечеринки, я имею в виду. — Подвергал сомнению каждое принятое мной решение в этой жизни. Субин медленно кивнул: — Любопытно. Тэхёну всё ещё наивно хотелось верить, что «вечеринка с бассейном» была лишь чудовищным кошмаром, но если Субин и Бомгю продолжат использовать такие рискованные слова, как «парень», то Тэхён не сможет жить в мире своих грёз вечно. — Ёнджун не говорил ничего странного, когда я ушел? Субин метнул в Тэхёна быстрый взгляд. — Что ты подразумеваешь под чем-то странным? Что-нибудь о драгоценном сердце, или охотниках на кумихо, или о том, что у него девять хвостов. Так Тэхён подумал, но вслух спросил лишь: — Какую пиццу ты ел? — С ананасами и ветчиной, — казалось, столь рандомный вопрос застал Субина врасплох. — Но я убрал всю ветчину с пиццы. А почему ты спрашиваешь? Злишься, что тебе ничего не досталось? — Нет, — неужели магия Ёнджуна каким-то образом повлияла на их воспоминания? — Я рад, что мне ничего не досталось. — Почему? Боишься отравиться? — Да. Именно так. Определенно. Субин наклонился ближе к лицу Тэхёна и впился в него взглядом. Он ничего не говорил, просто смотрел. Тэхён поднял руку и отодвинул от себя его лицо. — Чего? Субин упрямо убрал тэхёнову руку от своей щеки. — Может, я слетел с катушек, но ты сияешь, парень. Как будто маленький человек, который сидит в твоей голове и управляет мозгом, ушёл и забыл выключить свет. Замечательно. — Ты определенно надышался тем чистящим раствором, — заключил Тэхён. — Используй свой пятнадцатиминутный перерыв и подыши свежим воздухом, — и он пошёл прочь. Даже если сейчас почти нет посетителей, он найдёт, чем заняться. Можно протереть что-нибудь. Или взять спрей от насекомых и обломать их тусовку в вестибюле. Или- — Тэхён, — эхом раздался в его голове голос Ёнджуна. Тэхён остановился у десятого столика и агрессивно ткнул пальцем в его сторону. — Я не в том настроении, чтобы играть в твои игры, так что не мог бы ты уйти? — Не мог бы, — отрезал Ёнджун. — Я правда не могу. Тэхён раздраженно застонал, и хотел было пойти прочь, как Ёнджун ухватил его за рукав. — У тебя мое сердце, — проговорил старший. — И слишком большое расстояние между моим сердцем и моим телом вредит мне, — прозвучало бы убедительнее, если бы это не было так слащаво. — Ооуу, как же мило, — пропел Бомгю из-за автомата с напитками. — Заткнись, — крикнул Тэхён, даже не оборачиваясь. Бомгю не заткнулся. — Дайте-ка мне записать эту фразу, чтобы использовать с моей будущей девушкой, — затем он достал блокнот и ручку из кармана фартука. — Слишком… большое… расстояние… — поспешно записывал Бомгю. Тэхён решил его игнорировать и, обращаясь к Ёнджуну, прошептал: — Давай поговорим в другом месте. Установим некоторые границы. — Так точно, капитан, — сказал Ёнджун и шутливо отсалютовал. Тэхён отвернулся и направился к двери, ведущей во внутренний дворик, даже не удостоверившись, что Ёнджун следует за ним. Субин окликнул его, когда тот прошел мимо, но Тэхён лишь обронил короткое «Прикрой меня!» в ответ. Он распахнул дверь и вырвался в непривычную мартовскую жару. Небо над головой было голубым и безоблачным, на деревьях вокруг уже набухали почки — весна пожаловала рано. Тэхён огляделся, чтобы убедиться, что вокруг нет никого, кто может их подслушать. Все столики пустовали, и даже зонтики над ними еще были сложены. Чудненько. Прежде всего, Тэхёна интересовал одна очень важная вещь: — Мы встречаемся? — этот вопрос казался адекватным до тех пор, пока не был произнесен вслух. Когда никто не ответил, Тэхён уже было испугался, что вышел сюда один. Стыд сдавил внутренности, и он резко обернулся, но Ёнджун все-таки стоял позади. — Встречаемся? — он повторил это слово, смакуя, словно никогда не слышал раньше. — Можем начать, если хочешь, — в его голосе не было ни намека на насмешку. — Хочешь быть моим парнем? — Ёнджун сунул руки в карманы джинсов и выжидающе улыбнулся. Для Тэхёна всё это звучало как шутка, на которую он не собирался вестись. — Нет, — поспешно ответил он. — Я лишь… хотел удостовериться, что ты не пудришь Субину и Бомгю мозги всякими странными вещами. — Странными — это какими? — Ёнджун склонил голову набок. Поднялся ветер, неожиданно холодный для столь жаркого дня. Его порыв зацепил и взъерошил волосы Ёнджуна, а Тэхён поспешно поднял ладонь и пригладил свои, не позволяя им взлохматиться. — Не знаю… Что ты не человек, и про всю эту гонку за твоей жизнью. Ты говорил им? — Нет. Не говорил, — произнес Ёнджун, когда ветер улегся. — Хотя и они могут быть втянуты в это дело из-за того… кто они такие. — И что это должно означать? Маленькая птичка приземлилась на ближайшее дерево, и Ёнджун отвлекся, чтобы посмотреть на неё, явно не собираясь отвечать на вопрос. Тэхён решил сменить тактику. — Почему именно я? Почему мне ты доверил свое сердце? Ёнджун непринужденно обошёл вокруг Тэхёна. Тот настороженно следил за старшим, но Ёнджун ничего не сделал, лишь удобно устроился за одним из столиков. — Ты сам решил принять его. Помнишь? — Да… но ты выбрал меня. — Честно, лишь по соображениям удобства, — проговорил Ёнджун. — Мне нужен был близкий человек. — Но мы не близки. Мы едва знакомы и- — Близкий в физическом смысле, — исправил его Ёнджун. — Чтобы мое сердце находилось не слишком далеко от меня уже изначально, чтобы ничего не менялось и не казалось подозрительным, на случай, если за мной следят. Ты идеально подходишь — мы учимся в одной школе, живем на одной улице, иногда ездим в одном автобусе. — То есть, на моем месте действительно мог быть кто угодно? — Так ты хочешь быть особенным, или нет? — прямо спросил Ёнджун. Это был такой сложный вопрос, что Тэхён не знал, как на него отвечать. Если он скажет «нет», заберет ли Ёнджун своё сердце назад? Отдаст ли кому-то другому? Если он ответит «да», посмеется ли над ним Ёнджун? Не зная, что еще сказать, Тэхён произнес: — Я хочу быть тем, кто я есть. Они погрузились в молчание. Птица на соседнем дереве взлетела, присоединившись к пролетавшей мимо стае своих сородичей. Ёнджун одарил Тэхёна своей фирменной ухмылкой, а затем наконец сказал: — Одного лишь близкого присутствия недостаточно. — А? — Тэхён шире распахнул глаза. Ёнджун встал и шагнул навстречу Тэхёну. — Даже находиться прямо напротив тебя недостаточно, — Ёнджун еще раз шагнул, сокращая пространство между ними. Тэхён опасливо отступил назад. Затем ещё. И ещё. Наконец он врезался в один из стоящих позади столов и вскрикнул от неожиданности, а Ёнджун все продолжал приближаться. — Чего ты добиваешься? — Я впервые отдаю кому-то свое сердце, — объяснил Ёнджун. — Я впервые нуждаюсь в этом, поэтому пустота на его месте ощущается странно. — Что ж, если ты хочешь вернуть его, то забирай. — Я не могу вернуть его, — произнес Ёнджун, останавливаясь прямо перед Тэхёном. Затем он наклонился чуть ближе к его лицу. — Пока оно в безопасности. Пока я не сброшу охотников со своих хвостов, — он вдруг подался вперед и взял маленькую тэхёнову ручку в свою. Холод и мягкость его кожи контрастировали с тёплыми и мозолистыми пальцами Тэхёна, и это ощущение было настолько завораживающим, что Тэхён отстранился не сразу. — Судя по тому, что я читал, подобная близость должна помогать… Но это не работает, по какой-то немыслимой причине. — Помогать с чем? — спросил Тэхён. Действия Ёнджуна застали его врасплох — это, наверняка, одна из очередных его обманок. Очередные чары! Тэхен не собирался им поддаваться. — Зачем же подходить настолько близко? — Заклинание, которое я создал прошлой ночью, отделяет моё сердце от тела, но лишь физически. Я всё ещё должен иметь доступ к своей магии… но его нет. Тэхён шумно сглотнул. Его накрыло ощущение, схожее с тем, когда заваливаешь тест, к которому усердно готовился всю ночь. — Я делаю что-то не так? Ёнджун энергично замотал головой. — Конечно же нет. — Тогда почему магия работает неправильно? — Доверься мне. Она работает. Это нисколько не помогло Тэхёну почувствовать себя лучше. Ощущая его огорчение, Ёнджун крепче сжал его руку. Это помогло. — Я думал, что ты невосприимчив к магии, но теперь начинаю понимать, что твоя кожа просто не пропускает ее через себя. Что-то вроде того. Кажется, это не дает магии естественно… я не хочу говорить слово высвобождаться, но… Это сложно объяснить. Мммм. Вместо того, чтобы проходить наружу, магия просто скапливается внутри тебя, она даже немного просвечивается. Видишь? — Ёнджун протянул руку и провел ей по подбородку Тэхёна. Тэхен раздражённо закатил глаза, ничего не понимая, а затем кусочки пазла вдруг сложились в его голове, и он потрясённо вздохнул. — Поэтому все вокруг посходили с ума, говоря, что я сияю? — Это определённо не благодаря твоей яркой личности, — усмехнулся Ёнджун. — Но если даже обычные люди замечают, то охотники тем более увидят и поймут, что ты связан со мной. — Так я всё-таки делаю что-то не так, — настаивал Тэхён, позволяя волнению вновь окутать себя. — Нет, нет, — убеждал его Ёнджун. — Все идеально. Ты идеален. Если мы будем действовать с умом, они никогда не поймут, что моё сердце у тебя. Никогда не будут знать наверняка. — Но разве я не стану мишенью, если магия будет просачиваться сквозь меня? — Всё будет хорошо, — ответил Ёнджун. Он взял вторую руку Тэхёна и ободряюще погладил костяшки его пальцев. — Если я просто избавлю тебя от накопленной магии, все будет в порядке. — Ты — пустая перечница, — произнес Тэхён задумчиво. — А я наполняю тебя. — А? Чего? Ну, похоже на то. Ага, — у Ёнджуна вырвался легкий смешок, а затем он наклонился к Тэхёну. Даже не раздумывая, тот потянулся навстречу, намереваясь прижаться к губам Енджуна, как прошлой ночью, но… — Я думал, мы не встречаемся? — Ёнджун увернулся прежде, чем их губы встретились. — О, — вырвалось у Тэхёна. Ну конечно же, он всё не так понял! Его щёки залились краской от накатившего смущения, и он попытался высвободить свои руки из хватки Ёнджуна, но не тут-то было. — Тогда что ты.? — Ты поднялся на цыпочки? — с улыбкой произнес Ёнджун. — Нет, — возмутился Тэхён, хотя на самом деле именно так и было. Он опустился, что сделало их разницу в росте ещё очевиднее. — Просто расслабься, — посоветовал Ёнджун. Он наклонился вновь, приблизив свое лицо вплотную. Поцелуя не последовало, Ёнджун лишь прижал их лбы друг к другу. — Закрой глаза. С удивительной покорностью, Тэхён закрыл. Они постояли так какое-то время, но ничего не происходило, или так лишь казалось. А затем Ёнджун начал тихонько напевать. Звук был низким и нежным, словно одинокая нота скрипки, и теплым, будто солнечные лучи на коже. Тэхён позволил себе полностью расслабиться, и вдруг Ёнджун загудел немного громче, словно пропуская звук прямиком через Тэхёна. Внутрь него. Теперь Ёнджун мычал не на одной ноте — он напевал целую мелодию, несложную, без слов, но она словно достигла глубин тела Тэхёна, резонируя между ребер и заполняя пустоту. Вдруг Тэхён понял, что и сам подпевает, хотя он никогда раньше не слышал этой песни и даже не мог с уверенностью сказать, что такая песня когда-либо существовала. Каждую новую ноту Тэхён улавливал инстинктивно, достигая гармонии с Ёнджуном. Он даже приоткрыл рот, чтобы позволить звуку вырываться свободнее. Ветер словно поднялся, но вместо того, чтобы беспорядочно налететь, как раньше, он мягко закружился вокруг. От легкого холодка у Тэхёна побежали мурашки. Их голоса сливались в дуэт, в песне не было слов, лишь извилистая последовательность нот, лавирующих, смешивающихся. Слов не было, но Тэхёну казалось, что они должны быть. Он практически знал их. Он знал их. Они вертелись прямо на кончике языка! Ветер становился сильнее, кружа вокруг листья, цветочные бутоны и птичьи перья, добавляя собственное звучание в песню, словно недостающий инструмент оркестра. Не было никаких сомнений, что происходило что-то волшебное. Песня — наверняка часть заклинания в каком-то плане, понял Тэхён. Или же песня — это и есть само заклинание. Ноты, что они пели, отдавались глухим эхом в телах обоих, и, казалось, сотрясали землю под ногами. Тэхён чувствовал, как сердце Ёнджуна бьется в самом центре его груди, раньше он ощутить этого не мог. Всю предыдущую ночь Тэхён провел в попытках убедить себя, что Ёнджун лишь глупо пошутил над ним, но сейчас не было никаких сомнений — в его груди бьётся два сердца. Тэхён чувствовал их, а он привык верить в вещи, которые мог ощутить. Он точно знал, где именно внутри него находится чужое сердце, мог определить его форму и размер, мог чувствовать исходящее от него мерцание и множество ниточек, которыми оно связывало их с Ёнджуном. Ёнджун отстранился, казалось, слишком скоро. — Это должно помочь, — заявил он так, словно они не сделали ничего более особенного, чем деловое рукопожатие. Ошеломлённый, Тэхён открыл глаза. Песня покинула его тело, и он не был уверен, нравилось ли ему это ощущение. Он недоверчиво взглянул на Ёнджуна. — И это всё? — Это всё, — кивнул Ёнджун. Теперь сиял он, но вкупе с его яркой улыбкой сияние не выглядело ни капельки неестественно. — Теперь ты не светишься и не привлекаешь к себе внимание, — Ёнджун отпустил руку Тэхёна и отступил назад. Тэхён сжал ладони в кулаки, чтобы подавить желание податься вперед и снова взять Ёнджуна за руку. — Это действительно всё, что было нужно? — он вдруг почувствовал себя неполноценным. — Ага, — Ёнджун снова ухмыльнулся, затем засунул руки в карманы и подмигнул так, словно это не он только что разрушил Тэхёну жизнь. Более того, подмигивание служило сигналом, что он всё понимал и гордился этим. — Увидимся позже, — Ёнджун развернулся и направился обратно в ресторан. Дверь за ним захлопнулась, и он ни на секунду не оглянулся. Тэхён со стоном рухнул на ближайший стол. Всё это не имело никакого смысла. Ему нравилось, когда вещи занимали отведенные им места в жизни, ведь гораздо спокойнее, когда всё идет своим чередом. Когда существует система. Как на работе: детские праздники всегда устраивались в задней части ресторана — в секции Субина, потому что его зона ближе всех к туалетам, и он отлично умел развлекать детей; компании от шести человек обычно рассаживались в секции Бомгю, потому что в центре больше места, чтобы сдвинуть столы. К сожалению, Ёнджун не занимал определенного места в жизни Тэхёна, или, скорее, его место оказалось чрезвычайно трудно найти. Не друг. Не знакомый. Не парень. Ёнджун — тёмная лошадка. От отсутствия у него сдержанности до его бесконечных запасов пирога и пиццы, способности отрастить лисьи уши на голове — у Ёнджуна не было никакой структуры. Девять его хвостов бросали вызов любой логически организованной системе и всему, что, Тэхён думал, он знает о жизни в этом городке. Ёнджун был… аномалией. Уравнением, не имеющим корней. Гипотезой, которую только предстоит доказать. И никогда в своей жизни Тэхён не хотел разгадать что-то настолько сильно.

***

— Заказ! — прокричал Хосок сквозь гам голосов. Он громкий, даже когда пытается казаться тише, так что его попытка быть услышанным оказалась довольно шумной. — Клешни вверх! Свиная спинка! Миска морепродуктов. Специальное блюдо из свиных косточек. Это было для четвертого столика Тэхёна; две старшеклассницы изначально хотели сидеть в секции Субина, чтобы иметь возможность посылать ему сердечки взглядами и заполучить его номер, но, когда им пришлось разместиться в секции Тэхёна, они показали свои истинные лица и начали вести себя грубо. Тэхён вынул горсть соломинок из коробки под прилавком и сунул их в карман фартука. Он встал, готовый подойти к бару. — Горячо, горячо, — оповестил Субина, проносясь мимо с подносом, на котором стояли две миски с курицей и соусом терияки. Тэхён подождал, пока тот пройдёт мимо, после чего наконец добрался до лапшичной станции и начал загружать собственный поднос. Ресторан потонул в суете. Гул от разговоров и звона посуды едва ли не сводил Тэхёна с ума, однако он наслаждался этим безумием. Это был своего рода высокоэнергетический хаос, беспорядочный на первый взгляд, но всё же… организованный. Пошаговая рутина была все той же, она лишь немного ускорилась. Ладно. Сильно ускорилась. В четверг вечером обычно было не многолюдно, ведь и студенты, и школьники сосредотачивались на своих заданиях в преддверии выходных, но, очевидно, с этой недели начался бейсбольный сезон. Пространство ресторана было заполнено шумными, потными болельщиками, отсвечивающими краской на лице и сине-жёлтыми майками, в цветах городской команды. Судя по их крикам, шло празднование первой в этом году победы. — Морепродукты и специальное блюдо со свиными косточками, — объявил Тэхён, ставя поднос на четвёртый столик и пододвигая девушкам миски. — Вам нужно что-нибудь еще? Напитки? Салфетки? — он действовал практически на автопилоте, не позволяя стрессу завладеть собой. — Нет, — ответила девушка с длинными волосами, собранными в хвост. — Хватит с тебя. Девушка с короткими волосами придирчиво оглядела Тэхёна с ног до головы, не скрывая своего недовольства. — Можешь уже позвать сюда Субина? — Это не его секция, — невозмутимо ответил Тэхён. Хотя даже если бы было наоборот, Субин не обязан тратить свое личное время. — И? — огрызнулась девушка с хвостом. — Мы хотим поговорить с ним. — Я подумаю, стоите ли вы его времени, — отрезал Тэхён, соответствуя их нахальному тону. Девушка протяжно втянула воздух, не ожидая такой враждебности. — Мы хотим хорошего обслуживания, а не хамского отношения, — процедила коротковолосая. — Субин тоже всего лишь хочет спокойно отработать свою смену, — Тэхён выдавил свою фирменную улыбку и пошел прочь прежде, чем они успели бы что-нибудь ответить. Он слышал их ворчание и жалобы, но не оборачивался. Тэхён немного жалел, что сорвался, но, если подумать, то столь небольшое количество выпущенного пара вполне оправдано. — Тэ-тэ, — Бомгю поманил его к прилавку, — подкрепление! Тэхен поменял направление и развернулся к бару. Вызов подкрепления означал необходимость в дополнительной паре рук, чтобы донести подносы к столику. — Это просто сумасшествие, — прокомментировал Бомгю. — Такими темпами меня отсюда вперед ногами вынесут. — Всё будет в порядке, — заверил его Тэхён. — До конца смены осталось не так уж много времени. Бомгю поднял один из подносов и погрузил его на своё плечо. — Мне всё равно, что будет через час. Меня больше интересует то, что происходит прямо сейчас. — Я здесь, — сказал Тэхён, как он надеялся, успокаивающим голосом, — прямо за тобой. Может, это сработало. Бомгю слегка улыбнулся, его щеки порозовели от напряжения, и он тут же отвернулся, возвращаясь к работе. — Следи за самой задней миской, — предупредил Тэхён. Он видел, как она медленно соскальзывает. — Ты так уронишь её. Бомгю поспешно выпрямился, не позволяя подносу накрениться и возвращая миску с креветками в нормальное положение. — Спасибо, — произнес он, замедляясь. Тэхён вернулся к бару, взял второй поднос и ещё раз хорошенько осмотрел чашки. Морские водоросли, грибы и копченая курица. Свинина, яйца всмятку и зеленый лук. Третья миска была наполнена вегетарианским блюдом с кабачками, капустой и бобовыми побегами. Тэхён взял поднос и последовал за Бомгю к большой веселящейся компании. — Внимание! — выкрикнул Бомгю. — Только что с плиты, для вас, ребята! — было похоже, что в Бомгю встроен какой-то ментальный переключатель — тот маленький замученный щенок, что стоял за прилавком недавно, полностью исчез. Его плавно сменил шумный и уверенный в себе официант, который мог безо всякого напряжения вписаться в любой разговор посетителей и шутить, заставляя всех катиться со смеху. — Обязательно загляните к нам ещё, как только команда снова выиграет! — когда гуляки зааплодировали и чокнулись стаканами с содовой, Бомгю взглянул на Тэхёна. — Пять, шесть и семь часов, — перечислил он, имея в виду положение сидящих вокруг стола. — Огромное спасибо. — Мне не сложно, — Тэхён последовал указаниям, расставляя миски перед посетителями. — Нужно что-нибудь ещё? — наверное в тысячный раз за день спросил он. — Напитки? Салфетки? — никому ничего нужно не было, так что Тэхён отступил назад, решив, что дальше Бомгю справится и сам. Они установили короткий зрительный контакт, прежде чем Тэхён оставил его. У него были и свои посетители, как-никак. Времени прохлаждаться не было. Девушки за четвертым столиком заметили, что он приближается, и обе притихли, просверливая Тэхёна обиженными, колкими взглядами. Тот взглянул одной из них прямо в глаза и ярко улыбнулся, что заставило её отвести взгляд. Как только она посмотрела в другую сторону, Тэхён стер улыбку со своего лица. Его удивляло, как мелочно вели себя эти девушки лишь потому, что не могли поболтать с Субином. Если они хотят поговорить с ним, то разве не понятно, что для достижения их цели невыгодно приходить в час пик? Зачем же идти на такие неприятные меры, чтобы просто поболтать? Тэхён уже было открыл рот, чтобы спросить одинокого посетителя за вторым столиком, не нужно ли ему что-нибудь, как вдруг услышал тихое «прошу прощения» откуда-то сбоку. Это было всё равно что услышать, как падает булавка. Стоя посреди шумного переполненного ресторана, Тэхён не мог понять, как вообще услышал эти два слова, и, тем более, почему он решил, что они адресованы именно ему. Он развернулся к первому столику. За ним сидело двое молодых людей в стильных кожаных куртках, что делало их похожими на участников какой-нибудь кавер-группы. У одного из них были прямые чёрные волосы и широкие плечи, он не вылазил из телефона, который разрывался от уведомлений. Более свободная одежда, казалось, подошла бы ему больше. Второй выглядел моложе, его волосы были чуть более пушистыми и вьющимися. Как раз он-то и смотрел на Тэхёна с широкой улыбкой. Тэхён не знал их, но не мог отделаться от ощущения, что кожаная куртка и столь резкий стиль одежды не подходят им, они выглядели слегка неловко. Будто одежда им не в пору, или же этот наряд имел цель произвести на кого-то впечатление или запугать. — Добрый вечер, — поприветствовал их Тэхён, снова натягивая улыбку. — Сегодня здесь немного шумно, наша команда выиграла, — он достал из кармана блокнот и ручку. — Что я могу вам предложить? Никто из них не ответил. Тэхён переводил взгляд с одного на второго. Может, он просто прокрутил эти слова в своей голове, но не сказал вслух? — Возможно, вы захотите попробовать аперитив? — он не запорол произношение в этот раз. Парень-мобильник даже не поднял головы. Он, казалось, участвовал в оживленной дискуссии в групповом чате и совершенно не был заинтересован в заказе. Кудрявый, напротив, смотрел на Тэхёна и улыбался так, словно они давно знакомы. Это было схоже с ситуацией, когда вы находитесь в торговом центре, и вдруг к вам подходит кто-то, кого вы не знаете, но этот человек определенно знает вас, а потом вдруг оказывается, что вы вместе ходили в среднюю школу. Как-то так. Прищурившись, Тэхён внимательно рассматривал парня, пытаясь вспомнить, ходили ли они в одну среднюю школу. В голову ничего не приходило. — Вам нужно время, чтобы изучить меню? Улыбка Кудрявого дёрнулась. Он неуверенно посмотрел на Парня-мобильника, но тот продолжал сидеть в телефоне. Кудрявый перевёл взгляд обратно на Тэхёна и снова улыбнулся. И вдруг Тэхён что-то увидел: мельчайшая, неестественная искорка моргнула в воздухе над головой Кудрявого. Как вчера, у бассейна. Или прямо как тогда, когда они с Ёнджуном пели вместе. Тэхён не был полностью уверен, но его преследовало очень сильное предчувствие, что прямо сейчас кто-то сотворил магию. — Эй, вы, там! — послышался громкий выкрик. Тэхен даже не успел собраться с духом, когда Субин вдруг врезался в него сзади. Он положил руку на плечо Тэхёна и встряхнул его так сильно, что тот чуть не полетел на пол. — Субин, — прохрипел он, пытаясь высвободиться из хватки. — Полегче. — Хочешь, я обслужу этот столик вместо тебя? — прошептал Субин Тэхену на ухо. Его глаза сияли. Он, должно быть, услышал что-то очень волнующее… но что именно? — Нет, я прекрасно справляюсь, — отказался Тэхён. — Ненадолго, — настоял Субин и ещё раз встряхнул Тэхёна. — Ты можешь взять на себя один из моих. Тэхёну было страшно даже представить, как он будет бегать на другой конец ресторана. — Возвращайся в свою секцию. — Нет, я хочу быть здесь, — Субин наконец убрал руку с Тэхёнова плеча и хлопнул ею по столику, склоняясь перед Кудрявым. В абсолютном контрасте с агрессивной позой, его голос прозвучал игриво-сладко: — Если вы вдруг захотите остренького, я рекомендую нашу курочку с соусом терияки. Тэхён фыркнул. — Курочка терияки совсем не острая. — Для тебя, — Субин сердито зыркнул через плечо, а затем снова посмотрел на Кудрявого. — Если вам захочется чего-нибудь по-настоящему горячего- — Не слушайте его, — заговорил Тэхён, пытаясь спасти ситуацию. — Для него даже томатный сок острый. Субин застонал и снова посмотрел на Тэхёна. — Он острый! — Нет. Даже если очень сильно напрячь воображение. Субин пожал плечами. — Ты просто устойчив к томатному соку. Но он правда острит! Тэхён не мог отыскать во всем происходящем ни капли логики. Он не собирался вступать в дискуссию прямо перед посетителями, но… — Как поживает твое любимое блюдо из халапеньо? Как ты вообще можешь есть это, не морщась? — Не знаю. Мне просто нравится. Парень, которого Тэхен окрестил Мобильником вдруг оторвался от своего телефона. Это действие не было каким-то особенным, но Тэхён не мог не проследить за ним. Парень-мобильник кивнул в сторону Кудрявого — ещё одно неуловимое движение, которое Тэхён смог уловить лишь потому, что уже смотрел на них. Улыбка Кудрявого полностью померкла. Теперь, когда напускное счастье покинуло его глаза, они выглядели совсем по другому. — На самом деле, — начал он, — я думаю, что сегодня тут для нас шумновато, так что мы пойдём. Оба посетителя встали, собираясь уходить. Что ж, интересное развитие событий, Тэхён с радостью готов был их отпустить. Одним столом меньше. Субин отреагировал противоположно: — А-а, вы уверены? Эта суета скоро утихнет. Парень-мобильник и Кудрявый уже собрали все свои вещи. — Возвращайтесь обязательно! Приходите до четырех, чтобы попробовать специальное блюдо. Можете попробовать наше веганское блюдо! — продолжал Субин. — Спасибо, — ответил Кудрявый вежливо, стараясь остановить словесный поток Субина. — Возможно, мы придем. Субин растерял весь энтузиазм. Видимо, ему потребовалось немало усилий, чтобы разочарование не отразилось на лице. Он отошёл в сторону, освобождая посетителям проход.  — Тогда хорошего вечера. — И вам того же, — произнес Кудрявый, уходя. Тэхён был уверен, что прямо перед тем, как двое в кожанках завернули к парадной двери, он услышал: — Кай, мы ищем лиса, а не кролика. И может быть, только может быть, тот, которого зовут Кай, ответил: — Доверься мне, Чонгук. Если я чую лиса, значит, он здесь.