Вырвана с корнем. Часть 2. В тени.

Ронда полюбовалась на собственное сочинение. Кажется, она ничего не упустила. Весь рассказ дожа Уруса превратился, спустя три часа её стараний, в сорок страниц дневника, который она сохранила в защищённой ячейке памяти корабельного компьютера. Во время написания дневника она приметила, как это занятие помогает ей снять с души тяжёлый груз эмоций и воспоминаний. Что ж, в таком случае, это станет для неё постоянной практикой — когда будет время. Время! То, чего у нее как раз было в обрез. — КейСи, запускай стартовый двигатель. Мы отправляемся. Дроид послушно подчинился. Ронда сама встала за управление, и «Дьюбэк» неторопливо поднялся над поверхностью планеты. Мусорщица увеличила высоту до пяти километров и повела звездолёт на восток. — Мы не выходим в космос? — прозвучал в тишине металлический голос дроида. — Не сейчас, КейСи. Проверь лучи захвата — мы должны наполнить наши трюмы. Будь готов включить донные дефлекторы и открыть грузовые люки, а также отключи гравитацию в трюмах. Мы наведаемся в Пикселито, пора обыскать тамошнюю имперскую свалку по-настоящему. Вскоре они были на месте. К счастью, в этом полушарии была ночь, над Пикселито сгустились сумерки. Отключив все огни и двигаясь только на репульсорах, «Дьюбэк» буквально подкрался к городским окраинам, насколько это было возможно для корабля почти в километр длиной. Ронда командовала находившемуся в трюме КейСи: — Будь готов грузить обломки. Захватывай их лучом и тащи внутрь. Всё нужно провернуть быстро, пока имперцы не почуяли. Ронда подвела разверзнутую пропасть грузового люка к той части свалки, где местный гарнизон складировал списанную технику. — Включай лучи, КейСи. Тяни всё в трюм. Наведём тут порядок, — улыбалась мусорщица, поднося комлинк ко рту. Дроид нажал кнопку на пульте в кабине управления погрузочным оборудованием, и все разбитые танки, остовы шагоходов и обломки крейсеров взмыли вверх, чтобы быть поглощёнными бездонными трюмами корабля-мусоропереработчика. Ронда посмотрела на радар. — О, имперцы уже нарисовались. Закрывай люки, КейСи, мы для начала неплохо поработали. Я увожу корабль в космос. Возвращайся в кабину. К счастью, «Дьюбэк» успел опустошить свалку до того, как имперский гарнизон снарядил истребители. На всех двигателях старый корабль вышел в космос. Ронда торопливо вводила в компьютер координаты точки назначения — на радаре уже обозначился пущенный вдогонку разрушитель. КС-35 включил голограмму на вспомогательном пульте в грузовом отсеке и по громкой связи доложил: — Они открыли стрельбу. Пока хвостовые дефлекторы держат удар, но ресурсы этого корабля весьма ограниченны — Мы успеем уйти. Ключ на старт, — Ронда повернула тумблер, и «Дьюбэк» исчез из виду. Дроид всмотрелся в индикаторы скорости и удивлённо просигнализировал: «Так быстро! И куда мы летим?» — На Татуин. Рогма мне рассказывал — та ещё хаттова помойка. Но для нас местечко что надо. Хаттов свалки и мусор не интересуют, имперское присутствие там чисто формальное. И деталями для нашей баржи разжиться можно. Я планирую оснастить «Дьюбэк» камуфляжем и доделать ремонт систем жизнеобеспечения — кое-какие отсеки в нём до сих пор необитаемы, там космическая холодища и утечки воздуха. А компьютер у него — умница, пока лучшее, что есть в этом корабле. Вскоре дроид добрался до кабины. Ронда передала управление ему. — Следи за траекторией, а я посмотрю, что мы ухватили с маластерской свалки. Движки у этого корабля так себе, до Татуина ползти почти трое суток. Первым делом надо будет потратиться на мощные двигатели, иначе полжизни проведу в космосе… Не отключай связь, КейСи. Если что не так — вызывай меня. Мусорщица сбегала к себе в каюту, где надела под рабочий комбинезон термобельё, а лицо закрыла маской — в трюме не работала теплоизоляция и стоял дикий космический мороз. Ворча про себя, что готова потратить не один миллион датариев на системы отопления, Ронда через пятнадцать минут быстрым шагом добралась до трюма. Даже беглого взгляда хватило, чтобы понять — большая часть добытого отправится в печь. Однако, намётанный глаз Ронды ухватил среди всего этого технологического хаоса несколько вполне годных элементов — то был рабочий гиперпривод среди обломков какого-то старого истребителя, сенсоры, датчики… Самым лакомым куском оказались обломки имперского крейсера. Ронда, вооружившись канатами и когтями, лично залезла внутрь валявшихся в трюме обломков. Почти сутки непрерывного труда не пропали даром — мусорщица демонтировала из крейсера уцелевшую систему видеонаблюдения, которую планировала установить в жилых помещениях «Дьюбэка». Приборная панель, уцелевшие детали — всё это добро можно сбагрить на Татуине старьёвщикам. Уже падая с ног от усталости и голода, Ронда увидела валявшийся в углу сепаратистский летательный аппарат «Раптор» — тот, что валялся в её каюте, когда она только начала обживать «Дьюбэк». Она непременно займётся работой над ним, как только опустится на планету — под палящим зноем двойного татуинского солнца корпус корабля очень быстро прогреется. Вернувшись в каюту, Ронда сбросила неуклюжую рабочую форму и буквально накинулась на оставшиеся в запасе пищевые кубики. Нужно немедленно привести в порядок камбуз, решила она. На Татуине этим и надо заняться. Жуя пищу прямо в постели под толстым шерстяным одеялом, Ронда составила себе план работ — смонтировать на корабле систему наблюдения, провести в трюм отопление и перебрать «Раптор». Запустив руку под кровать, она вытянула оттуда тяжёлый блок — мозг робота, подарок Маз Канаты. Дальнейший фронт работ раскинулся перед ней широкой дорогой. Засыпая, она уже мысленно собирала из имеющихся деталей новый беспилотный летательный аппарат с интеллектом дроида и способный действовать независимо, и в то же самое время безоговорочно слушающийся её команд. Она не стала дожидаться приземления на Татуине. Вновь закутавшись в тёплые одежды, она потащила сумку с инструментами и начала сборку прямо в трюме. Когда пальцы замерзали, она включала принесённый с собой автономный теплогенератор и прижимала ломившие от холода ладони к его горячей поверхности, рискуя получить ожог. Время от времени становилось совсем невмоготу, и она убегала в обитаемую часть корабля — отогреваться. Неимоверных усилий стоила ей сборка летательного аппарата. Но результат стоил стараний — когда «Дьюбэк» на своих видавших виды двигателях дополз до Татуина, Ронда уже завинчивала последние технологические люки в корпусе получившегося беспилотника. Загрузить в него программы и установить связь с корабельным компьютером было делом несложным. Посадив звездолёт в пышущем жаром Дюнном море Татуина и распахнув трюмы, дабы скорее выгнать прочь космический холод, Ронда сидела с планшетом в руках перед беспилотником и настраивала его. — Ты не будешь простым тупым автоматом — у тебя слишком сильный процессор — приговаривала она. — У тебя будет особая миссия — и особое имя. Майнок. Назову тебя — Майнок. Ты сможешь действовать сам, пока я не повелю тебе слушаться меня… Прописав алгоритмы и протестировав их, Ронда завершила установку. Поднеся планшет к губам, она отчётливо произнесла: — Майнок, ты слышишь меня? Дроид отозвался текстом на экране: «Слышу, капитан Стергис». — Я протестирую тебя. Облети вокруг корабля. Дроид проворно снялся с места и нырнул в люк. Ронда могла видеть на экране его полёт — машина исправно выполнила команду. Капитан получила Майноку отправиться на более дальнее расстояние. И беспилотник слушался. Добравшись до кабины, мусорщица пересела за компьютер и включила интерфейс управления дроидом. — Теперь я буду твоим мозгом, а ты моими глазами, — чётко проговаривала она в микрофон и пристально, до боли в глазах, всматривалась в голограмму того, что видели перед собой фотосенсоры дроида. Впрочем, видеть было практически нечего, кроме песка вокруг до горизонта, да самого «Дьюбэка». «Майнок» двинулся на северо-запад — на радаре звездолёта там обнаружились огромные массы металла. Ронда захотела разведать, что это. Для удобства, решила она, надо будет в дальнейшем собрать для управления беспилотником специальные трёхмерные очки-дисплей с датчиками поворотов головы. Металл на сканерах оказался гигантской имперской свалкой прямо посреди Дюнного моря. Ронда подскочила в кресле — вот удача для переработчицы мусора! Нужно скорее перегнать «Дьюбэк» туда! Вскоре огромный корабль «утюжил» свалку масштабами десятикратно больше собственных размеров. Ронда еле успевала распихивать покорёженные куски металла по углам трюма. «Майнок» кружил по огромному помещению среди обломков. Для облегчения транспортировки Ронда включила антигравитационное поле и вместе с дроидом парила среди многотонных остовов различных транспортных средств, словно в космосе. По комлинку она держала связь с КС-35, сидевшим за пультом управления трюмным оборудованием. Такая работа была Ронде даже в удовольствие — кувыркаться в пространстве без притяжения, когда многотонные конструкции совершенно ничего не весят, и она может лихо расшвыривать их, как воздушные шары… Ценных деталей тут было мало, хотя… Перебирая обломки одного лёгкого грузовика, мусорщица наткнулась на любопытный предмет — старый, но целый гермоскафандр времён ещё Республики. Разумеется, она отремонтирует его и однажды отправится в нём на прогулку в открытый космос! Ценную находку она оттащила в угол, за пределы антигравитационного поля. Туда же угодили детали корабельных компьютеров — ценные вещи, которые можно было продать с большей выгодой, чем при переплавке. Переплавка… Ронда сочла, что добытого металла пока хватит для запуска печи. Поэтому, вернувшись в кабину, она вывела корабль на орбиту и запустила процесс переработки металла. Чтобы печь работала эффективнее, ей пришлось отключить двигатели — почти вся энергия реактора уходила на растопку. Но в условиях невесомости, вакуума и пронизывающих космических излучений вторичный металл приобретал особые свойства, становился чище от примесей, прочнее и в целом качественнее, чем если бы был выработан на планете. Ещё один немаловажный плюс — бруски переплавки получились по размеру намного плотнее и компактнее, чем объёмные куски металлолома. Ронда торжествовала, хотя за работу печи пришлось истратить изрядное количество топлива — КПД реактора был невысок. Пришлось разжиться топливом у джавов — на него Ронда выменяла добытые части компьютеров. Теперь её баки были полны. Пока шла плавка, мусорщица выстроила маршрут своей экспедиции, как она называла теперь то, как ей приходится жить. Первым делом она заглянет на расположенный рядом Кристофсис — по данным архивов, там происходили знаковые сражения Войн клонов, а значит, могла остаться годная техника, а именно — дроиды, то, что станет обслуживающей командой «Дьюбэка». После Кристофсиса её путь лежал к Беспину, точнее, в Облачный город, обитель роскоши, азартных игр… и охочих на её товар угнотов, а также не криворуких мастеров-корабелов, которые решат проблему со слабыми двигателями. Конечно, ради этого придётся расстаться с выигрышем в гонке, но разве не ради одной главной цели она так упорно старается добыть деньги везде, где это возможно? Ронда размышляла над этим, ковыряясь во внутренностях «Майнока», отлаживая работу его репульсора. Стоп! Если она и починит «Дьюбэк», доберётся до центра Галактики, что дальше? Какие её ожидают физические условия? Как она вообще должна оборудовать корабль, чтобы его не раздавило неимоверной гравитацией в ядре? На какой скорости вести полёт, если, по её уразумению, там имеет место колоссальная временная аномалия? И даже если всё пройдёт успешно и она приведёт корабль к таинственной планете, что там? Данные с древнего голокрона могли устареть… На эти вопросы она и призвала ответить «Майнок». Он станет её разведчиком, а для верности, она сконструирует ещё два беспилотника. И она даже знала, где планирует добыть их. Беспин в её планах отходил на дальнюю перспективу. Придётся сделать крюк, а то и не один. После Кристофсиса…