Вырвана с корнем. Часть 2. В тени.

Кем бы ни был проложен невероятный тоннель, соединяющий две галактики, они предусмотрели даже возможность гиперсвязи сквозь него. Сигнал был на удивление чётким и передавался без задержек, что свидетельствовало о невиданных скоростях, создаваемых внутри тоннеля, как для материальных частиц, так и для энергетических волн. Ронда отвела «Дьюбэк» на несколько тысяч километров от края гравитационной аномалии и продолжала управлять беспилотниками. Вот и задержавшийся зонд прошёл путь целым и невредимым. Ронда сделала вывод, что путешествие такого рода требовало предельного мастерства в управлении кораблём — провести в пространственный разрыв небольшой объект — задача относительно несложная, главное, не терять скорость. Другое дело — крупный звездолёт типа «Дьюбэка». Навигационному компьютеру, даже такому мощному, здесь нельзя доверять. Только живой пилот высшей квалификации способен чётко маневрировать между опасными границами аномалии… Когда все три беспилотника собрались вместе, Ронда дала им команду следовать по проложенному асогианцами гипермаршруту. Когда «Майнок» и стервятники ушли в гиперпространство в далёкой галактике, сигнал стал затухать. Мусорщица несколько встревожилась. — Что такое? — она стала нервно крутить реостат усиления сигнала. КС-35 предположил: — Возможно, ослабление сигнала вызвано отсутствием в той галактике ретрансляторов. Доподлинно неизвестно, пользуется ли тамошнее галактическое сообщество гиперсвязью. Нельзя вообще быть уверенными в наличии там какого-либо сообщества. В голокроне нет данных на этот счёт. Ронда шлёпнула себя ладонью по лбу. — Ну, конечно! Сколько осталось времени до расчетного выхода из гиперпространства? — Пятнадцать часов до конечной точки гипермаршрута плюс трое суток на субсветовых двигателях до самой планеты. — Ясно. Я пойду отдохнуть, КейСи, я уже двое стандартных суток не спала. Сигнализируй мне, если случится нештатная ситуация. — Понял. Еле волоча ноги, мусорщица добралась до каюты. Мозг, до поры всецело поглощенный решением единой задачи, сейчас переключил внимание на потребности организма и сигнализировал о них дичайшей усталостью и болью во всём теле. Ронда еле смогла раздавать и проглотить несколько пищевых кубиков и выпить стакан воды, как чуть ли не замертво рухнула на свою койку. Сон её был долгим и крепким. Когда мусорщица, умывшись и вновь съев три пищевых кубика, вернулась в кабину, она нашла там КейСи, неизменно следившего за голограммами. — Что-нибудь случилось за время, пока я спала? — потирая глаза, поинтересовалась Ронда. — Вы спали двадцать часов, капитан Стергис, — монотонно отчеканил дроид. — Аппараты вышли из гиперпространства и направляются к цели. Я получил с них изображения искомой системы. — Ну-ка, ну-ка… — Ронда торопливо открыла пакет данных с «Майнока» и стервятников. Перед ней предстало зрелище небольшой жёлтой звезды и бархатная чернота неба с несколькими яркими точками — планетами. — Совсем как на Корусанте! — поразилась она. — КейСи, это будет мой новый дом! Мы улетим туда на «Дьюбэке»! Протокольный дроид издал тихий скрип и заметил: — Капитан, пока вы спали, я позволил себе провести анализ замеров, произведённых «Майноком» во время перехода. Для успешного путешествия такой корабль, как наш, должен иметь корпус с рёбрами жесткости из квадания как минимум, а также три тяговых двигателя мощностью в пятьсот единиц каждый, при том, что суммарная мощность даже нашего реактора не превышает семисот единиц, а на двигатели остаётся немногим меньше. Маневренность также нуждается в доработке. — Да-да, знаю, знаю, КейСи. Пока полёт откладывается, да и не хочу я просто так срываться в неизвестность. Я хочу побольше разузнать о том мире. Асогиане были там довольно давно — многое могло измениться… Некоторое время Ронда просто сидела в кресле, смотря перед собой и не шевелясь, так что КС-35 тихонько постучал её по плечу: — Капитан Стергис! — Что тебе, КейСи? — мусорщица очнулась от оцепенения. — Посмею спросить — у вас всё в порядке? Нет проблем в системе? Ронда засмеялась: — Нет, КейСи. Это усталость — просто после той безумной гонки, стремлений починить всё как можно скорее, мне требуется отдых. Ты сможешь проследить за установкой горизонтального лифта? — Разумеется, капитан. Если ситуация станет невыполнима для моих алгоритмов, я вызову вас. Насчёт разведчиков также не волнуйтесь — я дал команду им и навигационному компьютеру на пакетную передачу и приём данных. — Спасибо, КейСи. Честное слово, тебя мне прислала сама Сила, мой верный робот! Оставив его за главного, мусорщица решила посвятить свободное время неспешной прогулке по техническим шахтам под обшивкой корабля — туда она ещё не залезала. Эти узкие коридорчики сетью пронизывали всё подобшивочное пространство гигантского звездолёта и служили, помимо сервисных целей, каналами для многочисленных трубопроводов и кабелей. В отличие от главных коридоров и переходов между уровнями, технические шахты были освещены тускло, одиночными лампочками, что не мешало Ронде ориентироваться, тем более, она включила трекер на планшете и регулярно сверялась с планом корабля, где именно она находится. Иногда она останавливалась и валилась на пол, прижимаясь спиной к ледяной поверхности внешней обшивки. Но долго так сидеть было нельзя — одежда буквально примерзала к дюрастали, а стоило прикоснуться незащищённой кожей — существовал риск ободрать её до голого мяса. Однажды Ронда совершила такую ошибку, и теперь ходила с перевязанной левой ладонью, на которой лежала гелевая бакта-повязка. Но именно эта неприятность натолкнула её на оригинальную идею. Добравшись до каюты, она включила горячую воду в душевой, дабы прогреть помещение, а сама открыла программу трехмерного моделирования и специальным пером принялась чертить сложные схемы трубопроводов, подводящих к двум огромным овальным цистернам… Ронда давно потеряла счёт времени — здесь, близ аномалии, оно могло вести себя самым непредсказуемым образом. Она не выходила из каюты — всё питание хранилось здесь же, пока камбуз был непригоден к работе. Словно одержимая, она чертила что-то, программировала, вела расчёты на мощном движке корабельного компьютера. Ей было всё равно — пусть даже там, в остальной Галактике, пройдёт не одна сотня лет… Об отдыхе, помимо элементарной физической потребности в сне, она позабыла. Видимо, решила она, покой не её удел. Постоянно в движении, поиски чего-то, гонка за некой целью — вот что приносило ей хоть какое-то облегчение. Даже сама цель не столь важна — важен путь к ней. Когда все нужные проекты были сохранены, Ронда позволила себе вернуться на капитанский мостик. КС-35 неизменно дежурил там и, различив капитана в холодном полумраке, отрапортовал: — Час назад «Майнок» прислал пакет данных. Его миссия завершена, и он с грузом образцов и собранными медиаданными летит обратно. Зонд-1 и зонд-2 решено оставить на дальних орбитах планеты как ретрансляторы и дополнительные источники текущей информации. Раз в три месяца они будут архивировать собранные сведения и по команде пересылать нам. Ронда шлёпнула себя по лицу и яростно потёрла глаза. — О, Сила! Сколько времени прошло? С момента отправки беспилотников? Дроид сверился с хронометром. — Согласно корабельным часам — пять месяцев. Я счёл, что для миссии с возвращением этого достаточно. — О, Сила!.. — громко простонала Ронда. — Я словно в анабиоз впала. Видимо, это аномалия так действует на меня. Едва «Майнок» вернётся — немедля летим на Беспин. Не взыщи, КейСи, но я хочу к людям. — Это объяснимо. Я же не живой организм. — И к ситхам деньги — я истрачу всё, что накопила, но перестрою «Дьюбэк», чтобы он не был похож на склеп. — Резонно. В любом случае, стоит набраться терпения и дождаться прилёта «Майнока». После пяти месяцев добровольного заточения и одержимой работы, несколько часов ожидания показались мусорщице короче секунды. Когда аппарат проходил сквозь межпространственный тоннель, она замерев следила за голограммой, боялась даже вздохнуть. Малейшая ошибка — и несколько месяцев ожидания сарлакку в утробу. Когда же «Майнок» просигнализировал о приближении, Ронду словно ветром сдуло с кресла — на горизонтальном лифте, который успели смонтировать дроиды, она помчалась в трюм. По пути она напялила старый скафандр, хотя он, в принципе, не требовался. Вот брюхо корабля снова разверзлось в стороны, принимая в себя маленький серебристый самолётик. С трепетом Ронда извлекла из контейнера герметично запаянные капсулы с водой, воздухом и почвами из разных уголков далёкой планеты. Сердце у неё сжималось в груди от осознания того, что стоявший перед ней дроид только что вернулся с другого края Вселенной, с планеты, которую Ронда определила как свой новый дом — далеко от Империи, Восстания, лишений и горя. Боясь, что в образцах могут быть опасные микроорганизмы, Ронда поторопилась упрятать капсулы в герметичный контейнер, переделанный из корпуса списанного РИТЭГа. Она намеревалась сразу же после Беспина отправиться на Камино — единственную планету в этой Галактике, где смогли бы провести полноценное молекулярно-генетическое исследование и оценить возможную микробиологическую обстановку на далёкой планете. Это было делом ближайшего будущего. Главное, что сейчас стояло на повестке дня — расшифровка собранных «Майноком» медиаданных. Сжимая в руках блок памяти с записанными данными и мчась назад в кабину на лифте, Ронда сформулировала для себя амбициозную задачу — изучить язык аборигенов далёкой планеты. Наконец, память из «Майнока» была подключена к компьютеру, данные перегружены, началась дешифровка. Горя нетерпением, Ронда открыла первые готовые файлы — панорамные снимки видов планеты в разных её частях. Её взору предстало лазурно-голубое небо, серо-белые облака, а земля под ними… она была совершенно разной — на одном снимке виднелись горы, высокие, с заснеженными вершинами, на другом — бескрайнее синее море, словно на тропической планете Скариф. Где-то планета напоминала погибший Алдераан своими степями, не знавшими границ, а где-то — инфернальный Мустафар… Но самое главное — на одном из снимков запечатлелся город, большой, высокоразвитый, достойный называться частью продвинутой индустриализированной цивилизации. Тем не менее, в том городе не наблюдалось ни высоких небоскребов корусантского масштаба, ни репульсорного транспорта, ни тем более звездолётов. Очевидно, аборигены находились всё-таки на более низкой ступени развития, нежели представители здешнего галактического сообщества. Чем больше Ронда вглядывалась в картинки с далёкой планеты, тем чаще она замечала, что жившая на ней цивилизация была далеко не так идеальна, как нарисовало ей воображение. Дроиды запечатлели не только красоты природы и технологические достижения тех людей, но и уродливую изнанку в виде разрушенных войнами городов, изуродованных свалками мусора ландшафтов, самих аборигенов, участвующих в изуверствах. Ужас медленно затемнял душу мусорщицы. Расшифрованные следом перехваченные из местной интрасети видеофайлы не добавили Ронде оптимизма. Даже не зная языка, она поняла, что затерянный рай в чужой галактике вовсе не является таковым. Та планета скорее напоминала ей Империю, но сжатую до масштабов одного космического островка. — Нет, нет, это невозможно! — Ронда залилась слезами разочарования. — И там эти проклятые ситхи, или как они зовутся… Я-то думала, что увижу на том краю Вселенной обещанный мне тихий уголок, который смогу назвать домом. КейСи, если бы ты знал, как мне больно! Как больно разочаровываться! Дроид безэмоционально ответил: — Вы правы, капитан, я не могу чувствовать боль, но я должен заметить, что та планета очень похожа на всю нашу Галактику, такая же несовершенная. Вообще нет ничего совершенного. Я сам несовершенен. Капитан размазала по щекам выступившие слёзы и спросила дроида: — Есть ли хоть где-то в этой клятой Вселенной тихий и спокойный уголок, где нет тьмы? Есть ли идеальное место? — А стоит ли пытаться его искать? Может быть, просто достаточно найти спокойную область, на которую влияние местных ситхов не так велико? Такая на той планете есть. Ронда подняла на дроида глаза. Тот открыл последний добытый «Майноком» файл, в котором отобразилось северное полушарие планеты, точнее, обширная равнина, заполненная бескрайними хвойными лесами, а на юге — степями. Ронда засмотрелась на фотографии и не замечала, как постепенно высохли слёзы. Позабыв свою печаль, она решила ознакомиться со всеми материалами, добытыми по этому региону. Долгие часы ушли у неё на просмотр отснятых «Майноком» видео, прослушивание звуков речи аборигенов. КС-35, видя увлечённость капитана, сам запустил двигатели и направил звездолёт прочь из центра Галактики. Только когда за бортом засверкали синие вспышки гиперпространства, мусорщица смогла оторваться от исследования. — Ты сам запустил гипердвигатель? — удивилась она. — Я осмелился. Наша следующая остановка — сектор Аноат, Беспин. Я помню, как вы говорили о том, что там «Дьюбэк» починят. Не хотел прерывать вас. — Спасибо тебе за всю помощь, КейСи! Теперь я не сомневаюсь — мне тебя послала сама Сила! — Ронда вскочила с кресла, бросилась к дроиду и крепко обняла его. Робот, не ожидавший такого разворота событий, замер на месте — в его алгоритмах не была прописана реакция на проявление подобных эмоций по отношению к нему. — К сожалению, моей программой не предусмотрено проявление каких-либо эмоций. Дроиды неспособны переживать и чувствовать, — констатировал он. — Я знаю, КейСи. Запиши себе, что ты дорог мне не как вещь, но как помощник, коллега, если пожелаешь. И это — моя благодарность. Мы доползём до Аноата, выведи корабль из гиперпространства не вблизи самой планеты, надо закончить переплавку, чтобы освободить трюмы — в захламлённом виде мой корабль просто откажутся чинить. Слежение за курсом я поручаю тебе, а сама — начну-ка изучать язык того народа с равнины. Уж очень мне хочется понять, о чём они говорят…