Подростковые загоны

Феликс уже больше двух месяцев скрывается от своих друзей и знакомых. Ему это уже правда надоело, но один настойчивый парень не дает ему нормально жить. Это так чертовски странно. Ему срочно нужно выговориться. Пройдясь по знакомому маршруту, альфа подходит к дому своего лучшего друга. Хорошо, что Чан дал ключ от своей квартиры, и младший альфа может беспрепятственно попасть внутрь, даже если друга там не окажется. Но, войдя в квартиру, Феликс обнаруживает, что хозяин все же на месте. Он не проверяет комнаты, ведь, если в доме тишина, значит, Чан спит. — Чан, я к тебе… Что за нахер?! На кровати лежит Чан, явно голый, на его спине красуется куча отметин, недвусмысленно намекающих, чем занимался альфа прошлой ночью, а рядом с ним сопит то самое «нечто», которое и заставило Феликса слегка прихереть. — Ты, че, с альфой? Ты… Чан! Вставай, козлина! Я думал, ты… А ты!.. Какого черта вокруг меня столько ненормальных развелось? — Не ори, чудовище. Разбудишь ребенка — я тебя на шаурму пущу. — Да как не орать?! Ты, блять, альфу трахнул… или… Или это он… тебя? — Чонин не альфа, кретин. Кем нужно быть, чтобы так думать? И, если бы ты не вел себя как гребаный социопат, ты бы знал, что мы встречаемся. Иди в гостиную, я сейчас. Чан аккуратно выбирается из-под одеяла, ежась от холода. Он натягивает ткань на оголенное плечико своего омеги и идет одеваться, стараясь не шуметь. Феликс находится на своем обычном месте — в правом углу большого мягкого дивана. — Поговорить нужно. Тишина давит. — Ну, говори. — Да погоди ты, дай с мыслями собраться… Помнишь тот день… Ну, вечеринку у Хенджина? Чан понимающе кивает и взглядом пытается заставить друга говорить дальше. — Я переспал с альфой…

***

Вечеринка в самом разгаре, все выпивают, веселятся. Чан, вон, друга нового нашел. Он как-то слишком сильно симпатизирует Чонину. Настораживает. Но сейчас Феликс слишком пьян, чтобы думать об этом. Единственное, что его волнует в данный момент — где здесь сортир? Нужная комната находится спустя пару минут, но, при осмотре, оказывается занятой, хоть бы двери закрывали. — О, Енбоки, привет, — немного пьяно здоровается Чанбин. Он старший из клуба Феликса. — Привет, хен. Ты надолго? — А? Нет, нет, можешь делать свои дела, я отвернусь. Сил встать вообще нет, — Чанбин звучит почти трезво, только буквы слегка растягивает. — Ладно. Феликс запирает дверь в уборную, чтобы не было недопониманий. Его пьяный мозг совсем не осознает, что так может возникнуть еще большая неловкость. Присутствие Чанбина его совсем не смущает — они оба альфы, чего стесняться, это как в общественном туалете. Звук от пряжки ремня разносится по всему небольшому помещению, а за ним слышится и звук расстегивающейся ширинки. Хоть Чанбин и обещал не пялиться, но Феликс уловил боковым зрением, что именно это он и делает. Неотрывно смотрит, не давая сосредоточиться на процессе. — Слушай, может, все-таки, отвернешься? Это отвлекает. Чанбин кивает головой и, наконец-то, отворачивается. Когда Феликс заканчивает и собирается натянуть штаны, он улавливает движение со стороны альфы. Чанбин поднимается с кафельного пола и подходит совсем вплотную, окончательно напрягая младшего альфу. — Знаешь, ты мне с первого дня понравился. Ты такой милый, но в то же время сильный и независимый. Настоящий альфа. У меня мурашки по всему телу, как только взгляну на тебя, — Чанбин кладет свою руку на все еще оголенный член Феликса, заставляя того вскрикнуть в ужасе. — Отвали, извращуга! — Тсс, не кричи так, а то кто-нибудь придет и помешает нам. Ты же этого не хочешь? — Именно этого я и хочу! Какого черта? Чанбин слегка сжимает руку, вызывая тихий стон у парня. Феликс не может поверить, что все это происходит с ним. Ему всегда казалось, что хен немного странный, но, чтобы ЭТО. Он бы в жизни не подумал, что Чанбин из этих. Он вел себя как обычный альфа, помогал во время тренировок, подсказывал, проявлял заботу, как старший о младшем. Правда, он был слишком тактильным временами, но это можно было списать на обычные шутки. Пиздец. Феликс попытался развернуться, чтобы нанести удар и вырваться, но старший альфа был гораздо сильнее и крепко удерживал руки парня. А говорил, что нет сил встать. Чанбин продолжал сжимать и разжимать член альфы, пока тот не поддался и не отреагировал на ласку. Дыхание юноши участилось, а по вискам начал стекать пот. Это все неимоверно пугало и злило младшего альфу, но сопротивляться такому напору он не мог. Взрослый альфа подавлял своей внутренней силой, заставляя подчиниться, словно маленького слабого омегу. Феликс откинул голову на плечо Чанбина, признавая свое полное поражение. Старший оставлял короткие мягкие поцелуи на шее альфы, спуская его штаны. Енбок уже совсем не сопротивлялся, наоборот, хватался руками за чужую шею, подавался бедрами вперед, тянулся к мягким губам Чанбина, оставляя на них мокрые поцелуи. Чанбин развернул младшего к себе и, заставив обхватить ногами талию, прижал его к стене. Пальцы скользнули между ягодиц альфы, вызывая стон и легкую дрожь. Феликс быстро привык к чувству наполненности и уже через мгновение сам насаживался на длинные пальцы альфы. Чанбин следил за малейшими изменениями на лице своего любовника, стараясь уловить, если что-то пойдет не так. Но сведенные к переносице брови и приоткрытый рот явно выражали наслаждение. Тихие постанывания ласкали слух. Язык альфы проскользнул внутрь чужого рта, чтобы отвлечь от проникновения. Медленные аккуратные толчки не доставляли абсолютно никакого дискомфорта. Тело младшего альфы дрожало в руках Чанбина, полностью растворяясь в ощущениях, отдаваясь на растерзание. Старший альфа оставлял алые отметины на шее и груди своего партнера, стараясь дать понять, кому он теперь принадлежит. Разрядка накрыла обоих одновременно, словно яркая ослепительная вспышка. Чанбин аккуратно опустился на пол, все еще удерживая Енбока в своих руках. Они оба тяжело дышали, пытаясь прийти в себя. Феликс упирался лбом в плечо любовника, стараясь побыстрее прийти в себя. Наконец, обретя возможность контролировать свои движения и мысли, Феликс осторожно приподнялся, вытаскивая из себя уже мягкий член и вставая на дрожащие ноги. Младший альфа поднял с пола свои джинсы и, быстро натянув их, собрался на выход. — Енбок, — Чанбин, вероятно, хотел что-то сказать, но его прервали. — Больше не приближайся ко мне, иначе я так просто это не оставлю, — у него не было сил на разборки. Ни физических, ни моральных.

***

Три дня Феликс не посещал университет. Он просто не мог смириться с тем, что позволил этому чертовому альфе прикоснуться к себе. Это было самым большим унижением в его жизни. Енбок даже подумывал совершить самоубийство, чтобы очистить свою честь, но решил, что это будет слишком просто. Для начала нужно отомстить тому ублюдку, который решил, что это все будет отличной идеей. Феликс ложился спать полный решимости, что завтра, с самого утра, как только увидит эту уродскую морду блядского Со Чанбина, он тут же превратит ее в кровавое месиво. Но на утро Феликса ожидал сюрприз. Курьер передает ему посылку. Любопытство берет верх, и Феликс решает пропустить еще один день в пользу загадочной вещицы. В коробке обнаруживается завтрак из любимого кафе Феликса и коллекционная фигурка, одна из тех, что выдают при сборе купонов. Феликсу не хватало только этой. Немного погодя, альфа находит записку. «Прости за тот вечер, это все действие алкоголя. Я не должен был так торопить события. Но я обещаю исправиться и ухаживать за тобой, как полагается. Ты мне нравишься, поэтому так просто ты от меня не отделаешься. Приятного аппетита.

Со Чанбин»

Феликс поперхнулся последним кусочком клубничного торта. Какого черта этот неадекватный творит? Они оба альфы, они не могут быть… Ну, типа, вместе, как альфа и омега. Этому тупому старшему следовало забыть все произошедшее той ночью как страшный сон. Но, нет, он придумал себе какое-то «нравишься» и собрался ухаживать за донельзя опозоренным Феликсом. Когда он вспоминает, насколько приятными были прикосновения «блядского Со Чанбина», желание удавиться возрастает в разы.