Подростковые загоны

«Утро начинается не с кофе», — думает Феликс, просыпаясь от телефонного звонка. На экране высвечивались знакомые инициалы, которые альфа не хотел бы видеть до конца жизни. Черт бы побрал блядского Со Чанбина. Парень сбрасывает звонок и идет умываться. Больше занятия пропускать нельзя. Кусок в горло не лезет, поэтому Феликс просто натягивает одежду и плетется в университет. И вот специально попозже вышел, чтобы не натолкнуться случайно на свою проблему номер один, а этот, сволочь такая, у кабинета до последнего ждет. Феликсу еще минут семь пришлось стоять за углом, дожидаясь звонка на пару, чтобы Со мать его Чанбин свалил к себе в корпус. Нет, так просто Феликс ему не сдастся. — Хэй, Ликс, сюда! — Хан размахивал руками, призывая Феликса присоединиться к нему, что в итоге младший и сделал. — Ты где пропадал? Знаешь же, что занятия отрабатывать придется! — Джисон был как всегда громким и жизнерадостным. Хоть у кого-то все хорошо. — Да, приболел немного, ничего такого, — Феликс знает, что врать нехорошо, особенно друзьям, но иного выхода у него нет. — А чего не сказал? Мы бы хоть навестить пришли. Кстати, тут один старший заходил… передал тебе шоколадку. Такой заботливый. — Ха, шоколадка лишней не бывает, — довольно произносит альфа, но в то же мгновение отшатывается от неожиданного подарочка. От нее пахнет Со Чанбином, — Выкинь эту дрянь немедленно. Видеть ее не хочу. Резкая смена настроения настораживает Хана, но он делает так, как его просят. До конца дня Чанбин больше не дает о себе знать, а после занятий Феликс сразу же мчится домой. Этот настырный упырь каждый день передает через Джисона какие-то подарки. Хан уже действительно хочет обратиться за помощью, видя как друг реагирует на, казалось бы, безобидные передачки. Ликс просто умоляет Хана не брать больше ничего из рук того странного типа, но наивный и немного глупый Джисон все равно продолжает таскать шоколадки, перекус из столовой и эти чертовы письма с признаниями в любви… В один день там даже были цветы. Ну когда же он отстанет?! Для отвода недруга, альфа разработал целый план. Джи должен был помочь ему в этом. Всего лишь небольшой спектакль, чтобы Со Чанбин наконец понял, что Феликс нормальный альфа, который не желает иметь дел ни с какими Со Чанбинами. На большой перемене, Енбок и решил оживить свое детище. Он привел Хана в относительно спокойный коридор, написав предварительно сообщение своей проблеме. Они с Джи мило беседовали у одного из окон до того момента, как Феликс не почувствовал приближающуюся опасность. — Прости, Хан-и, но так надо, — альфа навалился на Джисона, вдавливая его в подоконник и приблизился к его лицу максимально близко. Омега был напуган подобным поведением друга и хотел возразить, но услышал злобное рычание где-то невдалеке, а в следующий момент сопротивляющегося Енбока тащили в неизвестном направлении.

***

— В какие игры ты играешь, Енбок? — Чанбин явно был зол. — Я ни во что не играю, это ты усложняешь мне жизнь своим существованием! Хватит меня преследовать! Я тебе еще тогда сказал, что не намерен иметь с тобой никаких дел. Я обычный нормальный альфа, а не омега! У тебя все в порядке с головой? Какого черта привязался?! — Я тебе уже говорил, что ты мне нравишься, и я не собираюсь отступать. Я полюбил тебя еще в самом начале нашего общения, думал, как сказать тебе об этом, но все пошло немного не по плану, и случилось то, что случилось… Если ты злишься за то, что мы переспали до начала отношений… — пытался смягчить ситуацию Чанбин, все сильнее вжимая Феликса в стену — Ты меня слушаешь, придурок? Каких к черту отношений? Я не собираюсь иметь дел с альфой! Я нормальный, мне омеги нравятся! Злюсь из-за секса? Да я бы не злился так сильно, если бы ты трахнул меня и забыл об этом! Под действием алкоголя и не такое бывает. Но ты придумал себе какие-то чувства и продолжаешь преследовать меня, постоянно напоминаешь мне об этом унижении, будто мне мало своих собственных воспоминаний. Я продолжаю об этом думать и ненавидеть себя за слабость. Ты еще и ухаживать пытаешься, будто я какая-то омега. — Смеяться над своими чувствами я даже тебе не позволю. Не хочешь, чтобы ухаживал как за омегой? Пожалуйста, найду другой способ. А то, что мы оба альфы — вообще не проблема. Не понимаю, почему тебя это так заботит? Тебе ведь понравилось, не отрицай. От удара Чанбин немного оступается. Зря он так, нужно было тщательнее подбирать слова.

***

— И, ты понимаешь, этот придурок вообще не видит никакой проблемы! По его мнению, все нормально, так и должно быть! Ты понимаешь, он… Чан внимательно выслушал шокирующий рассказ друга, стараясь не сильно громко удивляться — Чонин все еще спит. То, что Феликс позволил другому альфе сделать что-то подобное с собой было уже довольно невероятно. Но то, что он врезал ему только спустя полтора месяца — нонсенс. Обычно этот вспыльчивый ребенок бросался с кулаками за косой взгляд, а тут такое. — Да еще и красивый такой, зараза, что даже бить жалко. И в постели хорош. Ну, не то чтобы я хотел повторить, но он правда… — Ты сейчас расхваливаешь навыки трахнувшего тебя альфы? — Чан не скрывает смешка. Феликс осекся, осознавая смысл сказанного. И ведь, действительно, расхваливает… — Мне кажется, ты уже и не испытываешь к нему неприязни. Так, легкое раздражение из-за своего поражения. Он тебе нравится? — Нет, невозможно! Я никогда не полюблю другого альфу! Это мерзко. А что родители скажут, если вдруг что-то подобное произойдет? Они расстроятся ведь. — Тебя только это останавливает? Не зарекайся, друг, в жизни всякое бывает. — Херовый из тебя советник. Однако, слова Чана заставили его задуматься.