влюбись в меня

Чонгук был в истерике. Это заняло слишком много времени. Чимин слишком долго возился. По словам его наставника, он был единственным выпускником, который еще не сдал выпускной экзамен. Единственный выпускник. Может быть, ему пора подумать о другой цели, предположил его наставник ближе к концу их встречи. То ли из чистого упрямства, то ли по глупости Чонгук решительно отказался, намеренно игнорируя озабоченное выражение лица своего наставника, когда тот уходил. На полпути домой началась паника. Чонгук, конечно же, не тянул время; он видел Чимина десятки раз с того дня в парке. Вечера в кинотеатре, ужины, кофе-свидания - он даже пригласил Ангела к себе домой на коктейль. Он никогда раньше не вкладывал в кого-то большие усилия, и это начинало проявляться. Сокджин не переставал приставать к нему по поводу его парня, Намджун подарил ему книгу об ангельско-демонических отношениях, а Юнги даже перестал сомневаться в его намерениях. Если Чонгук собирался встречаться с Чимином, он был бы в восторге. Но дело было не в этом. Дело было совсем не в этом. На его выпускном экзамене не было ограничения по времени, но он знал, что итоговый балл учитывал это. Он уже отстал от других выпускников по крайней мере на месяц, если не больше, и разрыв только увеличивался. Он чувствовал себя неудачником. Больше всего он чувствовал себя неудачником ночью, лежа в темноте и повторяя себе снова и снова, что сегодня ночью он не дотянется до перышка. Однако он закончит тем, что будет держать член в руке, морщась, когда тот болезненно покраснеет от его безответных усилий. Иногда по ночам он переворачивался на другой бок, отрицая это, и пытался заснуть с эрекцией. В другие ночи он смягчался, залезал под матрас и вытаскивал оттуда перо. После этого ему никогда не требовалось много времени, чтобы достичь оргазма. По крайней мере, Чонгук знал, что физическое влечение не было односторонним. Время от времени он ловил на себе взгляд Чимина, выражение его лица было беззащитным и греховным само по себе: прикрытые веки смотрели сквозь косо зачесанную челку, губы плотно сжаты, язык тычется в внутреннюю сторону щеки, прежде чем провести по нижней губе. А потом были коктейли в квартире Чонгука. Хотя он не продвинулся дальше ситуации, которая была в парке, вечер закончился тем, что Чимин был прижат к двери, его крылья обвились вокруг тела Чонгука, а Демон оставил маленькие укусы на шее Ангела. Оба они были твердыми, когда Чимин выскользнул из входной двери, одарив Чогнука лишь дразнящей улыбкой, прежде чем исчезнуть вниз по лестнице. Это была одна из немногих ночей, когда ему не нужно было перо, достаточно простого воспоминания, чтобы он задыхался несколько минут от удовольствия. Однако оставался вопрос - как ему помешать Чимину уйти? А еще лучше как ему убедить Чимина переспать с ним? Или ему нужно было пересмотреть весь свой план? Секс был не единственным его выбором. Были и другие способы пройти экзамен. Однако по какой-то причине его разум был зациклен на этом варианте и только на этом варианте. Даже его наставник сомневался в его способностях - "Это довольно лично, Чонгук, ты уверен, что справишься с этим?". Он упрямо стоял на своем, все это время прекрасно понимая, что будет единственным выпускником, достаточно безумным, который попытается соблазнить Ангела. Несмотря на свою уверенность, Чонгук понимал, что теперь отношения между ним и Ангелом изменились. Они с Чимином были совсем другими. То, что начиналось как нечто простое, возможностью не только сдать экзамен, но и уничтожить его физическую слабость, постепенно превращалось во что-то другое, нечто иное. Именно за выпивкой с Намджуном Чонгук достиг бездны. Они оба были довольно пьяны, открыв бутылку виски, которую Сокджин прятал в дальнем шкафу, когда Намджун повернулся к нему, положил обе руки ему на плечи и сказал: "Ты не обязан этого делать, Чонгук". "О чем ты говоришь?" "Я не могу точно сказать, что ты планируешь, но думаю, что знаю. Тебе не обязательно это делать" Чонгук нервно моргнул. "Быть Архидемоном - это еще не все". "Да, это для меня всё" ответил он. "Нет, это действительно не так, даже для Демона есть что-то гораздо больше". Чонгук отступил назад, на мгновение забыв, что сидит на табурете, который с глухим стуком упал на пол. "Ты ни хрена не понимаешь, о чем говоришь". "Я знаю больше, чем ты думаешь". "И что это должно означать?" "Твой последний экзамен - Чимин. Не так уж трудно собрать все пазлы". "Отвали". Намджун даже не моргнул. На самом деле он был странно спокоен, и это заставляло Чонгука еще больше нервничать. "Ты уже завершил программу. Ты можешь найти место в любом круге ада, который захочешь. Это не должно так закончиться". Истерика нарастала, паника, которую он чувствовал с момента встречи со своим наставником, выплескивалась на поверхность, пока Чонгук не рассмеялся. Он смеялся до тех пор, пока у него не заболела грудь, и ему стало интересно, а не плачет ли он на самом деле. Намджун снова потянулся вперед, но Чонгук быстро увернулся от его рук, сделав шаг назад. "Чонгук, пожалуйста, подумай о том, что ты делаешь". "Что ты за Демон такой? Ты действительно принимаешь сторону Ангела вместо моей?" "Я не принимаю чью-то сторону, я просто говорю тебе, что есть и другие варианты". "Вот тут ты ошибаешься, Намджун". Это имя показалось ему горьким на языке. "Все уже сделано". "Не всё". На этот раз Намджун рванулся вперед, схватил Чонгука за руки и потащил его вперед. "Ты не смог этого сделать по какой-то причине. Ты заботишься о Чимине. Не делай этого с собой. Не делай этого с ним". Маленький кусочек Чонгука наслаждался верой Намджуна в него, в его человечность. Все остальное в нем восставало против этого. Как Демон может иметь человечность? Как мог Архидемон проявить милосердие? Это был корень его проблемы, этот маленький кусочек чего-то, за что он никогда не должен был держаться, призрак воспоминаний из прошлого дня. Он предположил, что это было целью последнего экзамена, чтобы погасить этот последний уголек в их душах, чтобы полностью принять то, кем они были как Архидемоны. Он знал, что нужно сделать. Он никогда раньше не лгал Намджуну, он был одним из немногих, кому Демон доверял без слов. Сегодняшняя ночь будет первой, и пока он говорил, ложь была горькой на вкус. "Ты прав, я знаю, что ты прав" сказал Чонгук, садясь на все еще стоящий стул Намджуна. Наклонившись вперед, он прижал ладони к глазам, потирая их, как будто плакал, и даже всхлипнул пару раз для пущей убедительности. "Все будет хорошо. Я пойду с тобой в Бюро по трудоустройству. Ты всегда интересовался отделом предательства". Чонгук кивнул, его мысли все еще лихорадочно метались, даже когда Намджун медленно провел рукой вверх и вниз по спине. "Я горжусь тобой". "Сейчас" Чонгук подумал про себя."Только на данный момент". *** Покидая квартиру Намджуна позже той же ночью, Чонгук чувствовал отчаяние, как копье в своем сознании, повторяя Чимин, Чимин, Чимин. Однако спешить было неразумно. Были вопросы, на которые Чонгук должен был ответить Чимину, вопросы, требующие разрешения. Он был уверен, что Ангел влюблялся в него, если уже не влюбился, но это не означало, что он готов бросить все ради него. По правде говоря, Чонгук ничего не мог сказать, чтобы убедить его сделать это, ему нужно было уничтожить его изнутри. Ему нужно было уничтожить все, что любил Ангел, пока не останется ничего, кроме самого Демона. Даже без планирования, Тэхён стал для него самым важным преимуществом. Через несколько дней после встречи с Намджуном Юнги собрал их группу, чтобы объявить об официальном переселении супругов в Экус. Никому не нужно было спрашивать, все понимали, что Тэхён больше не желанный гость на Небесах. Они оба были счастливы, даже Чонгук мог это видеть. Тэхён чуть не плакал, когда они сделали это объявление, его улыбка была ослепительной, а Юнги ухмылялся позади него, крепко обхватив руками талию Ангела чуть ниже крыльев. В середине их объявления Чонгук осмелился взглянуть на Чимина, пытаясь оценить его реакцию. Пока он улыбался, в уголках его губ чувствовалась легкая неуверенность, легкая хмурость, возможно, это было замешательство, возможно, беспокойство, возможно, эгоистичное осознание того, что это повлияет на его дружбу с Тэхёном. Но он все еще улыбался. Немного выпив, чувствуя приятное опьянение, Чонгук сел рядом с Юнги, где его только что оставил Тэхён. Обхватив его рукой за плечи, он толкал Демона до тех пор, пока Юнги не оттолкнул его с силой. "Эй, хватит". "Итак, вы двое наконец-то сделали это официально? Как же это было?" "Ты серьезно спрашиваешь меня, как прошел секс?" "Ну конечно, а о чем еще, черт возьми, я могу тебя спросить, о твоей новой квартире что-ли?" "А я то думал, что Чимин помогает тебе повзрослеть". "В чем я тебе помогаю?" спросил Чимин, сел рядом с Чонгуком и положил голову на его плечо. "Помочь этому придурку вырасти, вот что" сказал Юнги. "Я думаю, он просто идеален" сказал Чимин, с обожанием улыбаясь им обоим. Хотя первой реакцией Чонгука было сухое хихиканье от приторно сладкого комментария, он просто закатил глаза. Эта реакция, казалось, удивила Юнги, который толкнул Чонгука локтем в икру, чтобы привлечь его внимание. "Ты рад, что официально живешь с Тэхёном?" спросил Чимин, явно не замечая молчаливого разговора двух демонов. "Честно говоря, мы все равно практически жили вместе. Я думаю, что это будет хорошо жить в Экусе, хоть и... Тэхён навещал меня в аду, но..." Юнги пожал плечами, как будто это было достаточно ясно для Чимина, и он понимающе кивнул. "Я спрашивал Юнги, как там секс" перебил его Чонгук, ухмыляясь Чимину, который покраснел красивым розовым цветом. "Чонгук, серьезно?" пробормотал Юнги. "Да ладно, мы все знаем правду. По крайней мере, дайте нам большой палец вверх или большой палец вниз". "А оно того стоило?" тихо, почти нерешительно спросил Чимин. Глаза Чонгука метнулись к нему, но Ангел смотрел вниз, на свои колени, где он крепко сжимал руки. Юнги, казалось, сжалился над Ангелом. Глубоко вздохнув, он кивнул. "Конечно, оно того стоило, я люблю его. И это два больших пальца вверх, мерзкий грубиян". Вскоре после этого Тэхён прервал их разговор и с внушительной улыбкой вытащил Юнги на танцпол. Они исчезли в толпе людей, оставив Чимина и Чонгука одних. Воздух между ними был тяжелым, даже электрическим, и это ощущение усилилось, когда Чонгук повернулся и схватил обе руки Ангела, держа их между своими. "А ты никогда не подумаешь о том, чтобы переехать в Экус?" мягко спросил Чонгук, и оба они понимали, что за этим вопросом кроется: Ты отдашь все это ради меня? "Ты же знаешь, что я состою в Братстве. Я потеряю свою работу" прошептал Чимин, его голос был едва слышен из-за громкой музыки. "А как насчет твоего положения? Я полагаю, им не понравится, что их Архидемон живет в Экусе". "Ну ..." он солгал уже во второй раз, но почему-то с Чимином все было по-другому, и желчь всё поднималась вверх по его горлу. "Вообще-то на следующей неделе мы с Намджуном идем в Бюро по трудоустройству, чтобы обсудить другие возможности". При этих словах Чимин оживился, его спина выпрямилась, а глаза устремились на Чонгука. "Я не знал, что ты мог бы рассматривать другие варианты". "Наверное, у меня никогда раньше не было повода их рассматривать". Чонгук почувствовал себя так, словно его ударили ножом, словно с его рук капала кровь, а пульс замедлился до небытия. "Давай потанцуем" наконец сказал Чонгук, выскользнув из кабинки и потянув за собой Чимина. Он не понимал, почему не может поговорить об этом с Чимином. Ему придется сделать гораздо хуже, чтобы закончить свой экзамен, но по какой-то причине он не хотел, чтобы сегодняшний вечер был испорчен. Разговор действительно выявил одно ключевое препятствие, стоявшее на его пути - Братство Ангелов-хранителей. Он не винил Чимина за его преданность, он чувствовал то же самое по отношению к программе Архидемона, но это ограничивало его следующие шаги. Удивительно, но войти в контакт с Братством оказалось несложно, а еще проще было получить руководство для принятия в качестве полноправного Ангела-хранителя. Он никогда не предполагал, что эти документы будут храниться публично в библиотеке всех мест. Но вот он сидит за одним из длинных деревянных столов и листает различные инструкции. Он добрался до конца в течение часа, а затем вернулся к началу. Это не могло быть так просто. Это действительно невозможно. Он знал, что Братство было строгим, каждый человек, занимающий Небеса, Ад, и Экус знал это, но казалось, что кандидата скорее выгонят из программы, чем примут. То, что Чимин добрался так далеко, было поистине небесным чудом. Установка была несложной. Каждый месяц после начальной подготовки Чимин назначался к одному человеку на Земле, к кому-то из группы риска, и ему поручалось защищать его. Основываясь на исследованиях Чонгука, казалось, что эти задачи могут быть такими же простыми, как помочь им избежать автомобильной аварии, или такими же сложными, как убедить их не лишать себя жизни. Чтобы быть полностью принятым в Братство, Ангелу нужно было спасти 2000 человек, на который ушло бы более 150 лет. У Чимина это число составляло 1245. Но он не дотянет и до 1246-го. Чонгук прекрасно все организовал, но, несмотря на все свои усилия, он не смог присутствовать во время разрушения надежд и мечтаний Чимина. Это было слишком рискованно. Любой другой Демон был хорош, это была их работа - вмешиваться в дела Ангелов, но если Чонгук будет замечен там, Чимин никогда не простит его. Итак, Чонгук ждал дома, отсчитывая минуты и секунды, пока Ангел не постучал в его дверь. К тому времени, когда Чимин приехал, был уже вечер, и прошло несколько часов после того, как это должно было произойти. Его стук был громким и в то же время осторожным. Наклонив голову из стороны в сторону, Чонгук повел плечами вперед и назад, направляясь к двери, стряхивая с себя все выражения, которые могли бы сказать: "Я знаю, почему ты здесь". "Чимин?" спросил он, широко распахивая дверь. "Что ты здесь делаешь?" Он сделал вид, что смотрит за спину Ангела, как будто ожидал увидеть там еще кого-то, а потом посмотрел прямо на него. Чимин выглядел ужасно. Он дрожал, казался меньше и более хрупким, чем когда-либо прежде. Его крылья, блестящие, яркие, мягкие крылья, были насквозь пропитаны водой, по ним скользила грязь. Его лицо было бледным, что подчеркивало следы слез на щеках и то, как налились кровью его глаза. "Что случилось?" спросил Чонгук, притягивая Ангела к себе и крепко обнимая его. "Они...я...я не могу..." поначалу он заикался, но потом его слова медленно перешли в рыдания, а голова крепко прижалась к груди Чонгука, которая быстро промокла насквозь. Гладя рукой Чимина по спине, Чонгук закрыл дверь и впустил Ангела внутрь, усадив их обоих на диван. Подняв его, он посадил Чимина к себе на колени, пытаясь притвориться, что не чувствует боли в сердце, когда Ангел крепко свернулся калачиком и прижался лицом к шее Чонгука. Чимину потребовалось почти двадцать минут, чтобы снова заговорить, хотя его голос был грубым, когда он наконец заговорил. "Они выгнали меня из Братства". "Как? Почему?" "Я не смог его спасти. Это было... клянусь, я сделал все, что мог. Я сделал все, что мог". "Я ничего не понимаю. Чимин, сделай глубокий вдох вместе со мной. Вдох, а теперь выдох. Еще раз. Вдох, а теперь выдох". "Я должен был остановить его, это была моя единственная работа. Я всегда их останавливаю, этого не должно было случиться. Но они не слушали, они не слушали меня". Его безумная энергия царапала Чонгука. "Клянусь, его как будто толкнули. Он не собирался прыгать. Он сделал шаг назад, а потом просто..." Во всех сценариях, придуманных Чонгуком в его голове, он никогда не думал, что Чимин действительно догадается, что произошло, даже если это была чистая удача. Не так уж трудно было найти Демона, более чем готового слегка толкнуть человека от края моста. "Ангел тебя просто не увидит" сказал он Демону, который засмеялся слишком уж радостно, спускаясь на Землю. "Всё будет в порядке, всё в порядке". "Нет, нет, это не так! Ты не понимаешь. Они выгнали меня из Братства. Прошло больше ста лет, и они вышвырнули меня вон. Я никогда не ошибался, ни разу. Как они могли это сделать? Разве нет второго шанса?" Чонгук откинул назад волосы Чимина, а затем осторожно вытер то, что осталось от его слез. "Прости меня, малыш. Мне очень жаль". "Малыш" явно обезоружил Чимина, который слегка подпрыгнул у него на коленях. "Я могу что-нибудь сделать? Как я могу помочь?" "Просто... просто...можно мне остаться здесь на ночь?" "Конечно не здесь. Ну же, пойдем наверх приляжем". Подняв Чимина, он отнес его в спальню и осторожно положил на кровать. Поправив одеяло, он стащил с Чимина ботинки, расстегнул брюки и снял их. После этого Чонгук разделся, бросив свою одежду на пол, а затем забрался в постель и обнял его. Подтянув одеяло обратно, он прижался ближе, их ноги переплелись, голова Чимина покоилась на его плече. "Давай спать, утром все будет лучше". "Нет, не будет" прошептал Чимин, шмыгая носом. "Но у тебя всё еще буду я. Я всегда буду с тобой". Он заметно успокоился, сделав глубокий вдох. "Обещай мне, что никогда не бросишь меня". "Никогда. Обещаю". Чонгук не знал точно, сколько времени понадобилось Чимину, чтобы заснуть, но он оставался там, пока не убедился, что Ангел уснул, прежде чем выскользнуть из кровати и направиться обратно в гостиную. Сев на диван, он некоторое время смотрел на темный камин, а потом закрыл лицо руками. Все встало на свои места, теперь уже недолго осталось ждать. Так почему же он так себя чувствует? *** Их отношения изменились после того, как Чимина выгнали из Братства. Они перешли от нескольких вечеров в неделю к тому, чтобы быть вместе каждый день. К концу месяца, казалось, половина вещей Чимина была в его квартире, разбросана по мебели и висела в шкафу. Но что больше всего удивило Чонгука, так это то, насколько он не был этим обеспокоен. Он находил джинсы Ангела в своей прачечной и вовсе не был против. Он не был против того, чтобы каждое утро мыть две кофейные кружки. Ему было все равно, что его простыни пахнут ванилью и апельсином. В кои-то веки его квартира показалась ему настоящим домом. Даже Юнги прокомментировал это, когда однажды днем он зашел к ним, чтобы доставить любимые пирожные Чонгука из Экуса, любезно предоставленного Тэхёном. "Значит, вы с Чимином вместе?" "Полагаю, да". "Ну, он практически живет с тобой". "Наверное, так оно и есть, не знаю. Что ты хочешь от меня услышать?" "Намджун рассказал мне о бюро по трудоустройству. Когда ты уезжаешь?" Каждый раз, когда ложь росла, Чонгук остро вспоминал, чем все это закончится. Он дружил с Юнги с самого детства и, честно говоря, не мог припомнить ни одного случая, когда бы Демон не присутствовал в его жизни. Было бы ужасно потерять его, и он не был настолько наивен, чтобы думать, что их дружба сохранится после всего этого. "Через неделю или около того. Я еще не сказал об этом программе, мне нужно сделать это в первую очередь". "А почему ты этого не сделал? Ты что, боишься?" Чонгук пожал плечами, так было проще. "Ну, в любом случае, я горжусь тобой. Ты вернулся из той программы совершенно другим человеком, а это тот самый Чонгук, которого я знаю". "Не говори..." Чонгук начал, прежде чем замолчать. "Спасибо, я полагаю. Конечно, я не совсем понимаю, что сейчас происходит в голове Чимина". "Я не думаю, что тебе стоит беспокоиться об этом". "А почему бы и нет?" "Чимин приходил вчера и все время говорил о тебе. Я клянусь, что это почти заставило меня заткнуться. Этот ангел явно влюблен в тебя. Я думаю, он ждет, что ты сделаешь шаг вперед". "Шаг вперед?" "Ты серьезно собираешься притворяться, что не понимаешь, о чем я говорю?" "Хм, да?" "Ну, скажем так: он спрашивал Тэхёна, каково это заниматься сексом с Демоном, когда они думали, что я ничего не слышу". "Бинго" подумал про себя Чонгук, хотя и не мог остановить теплого вздутия в животе при мысли о Чимине, лежащем перед ним, обнаженном, корчащемся, крепко сжимающем простыни. "Хорошо. Хорошо, я понимаю" сказал Чонгук, мягко толкнув Юнги в плечо и рассмеявшись, когда Демон опрокинулся и чуть не упал с дивана. "Я займусь этим делом". "Чертовски верно" рассмеялся Юнги, вставая и беря свою куртку. "Ладно, мне пора бежать. Тэхён сегодня рано заканчивает работу". "Наслаждайся" сказал Чонгук, тоже поднимаясь с дивана и провожая Юнги до двери. Он был удивлен, когда Демон внезапно повернулся к нему и положил обе руки ему на плечи, сжимая их. "Я действительно горжусь тобой" сказал он с мягкой улыбкой, прежде чем исчезнуть за дверью. Еще одна колотая рана в сердце. *** Все детали встали на свои места неделю спустя, когда Чонгук однажды вечером встретил Чимина на вокзале, удивив Ангела большим букетом белых пионов. Чимин весь сиял улыбкой и краснел, принимая подарок, с изумлением глядя на цветы. "Они прекрасны" выдохнул он. "Ммм, Я знаю кого-то красивее" сказал Чонгук, удивленный тем, что ему удалось произнести этот комплимент, даже не задохнувшись. Однако вместо того, чтобы позволить этому комплименту задержаться в воздухе, он обнял Чимина за талию и поцеловал прямо там, посреди главного железнодорожного вокзала Ада. Когда он отстранился, Ангел сидел с отвисшей челюстью, его глаза блестели, зрачки были широкими и темными. "Вот это приветствие" сказал Чимин, слегка запыхавшись. "Ну что ж" пожав плечами, сказал Чонгук, застенчиво ковыряя носком ботинка цемент. "Ты готов к нашему свиданию?" "Конечно. Это все просто немного формально". "Ну, у меня есть к тебе очень важный вопрос". "Вопрос?" "Мхм". "Ну и куда же мы тогда идем на это свидание?" "В мою квартиру". "Что?" "Я приготовлю тебе ужин. Что ты об этом думаешь?" "Мне нравится эта идея, очень нравится". "Тогда пойдем, малыш" обняв Чимина за талию, он повел его вниз по лестнице и вывел из здания вокзала. Они говорили ни о чем и обо всем сразу, пока шли несколько кварталов до квартиры Чонгука, половину времени смеялись, прижимаясь друг к другу, чтобы избежать холода. Чонгук жил в старой части города, в высоком и узком здании, построенном из темно-серого камня, который обычно не использовался после того, как вышел из моды пять веков назад. Войдя внутрь, он увидел, как Чимин маневрирует вверх по лестнице, вынужденный слегка наклониться влево, чтобы разместить свои крылья в неангельском коридоре. "Входим" сказал Чонгук, отпирая входную дверь и распахивая ее настежь. Чимин вошел первым, почти сразу же остановившись и тяжело дыша. Свечи были повсюду: на книжной полке, на столе, на полке над потрескивающим камином, а также на полу, образуя дорожку, ведущую в кухню. Тихая музыка просачивалась по всей квартире, нежная инструментальная пьеса играла на древнем проигрывателе, который Чонгук украл с Земли в юности. "Что это такое?" прошептал Чимин, шагая дальше внутрь, следуя по дорожке из свечей. "Это наше свидание". Когда он добрался до кухни, Чимин снова остановился, его глаза метались по сторонам, словно пытаясь охватить все одновременно. Цветы были повсюду: пионы, гвоздики, лилии, красные розы, белые розы, незабудки, полные стебли и лепестки, разбросанные по полу и прилавку. На столе лежала белая скатерть и две серебряные свечи на длинных ножках, завернутые в цветущие фиалки. "Ты сделал это для меня?" спросил Чимин, пробегая рукой по прилавкам и собирая на ходу горсть лепестков. "Конечно, я сделал. Ты это заслужил". Возможно, это была единственная вещь, которую Чонгук сделал для Ангела, и которая не была ложью. Чимин действительно заслужил это. Он заслужил один единственный вечер, когда он будет чувствовать себя любимым, и Чонгук собирался дать ему это. "Это очень красиво. Я просто ... я сбит с толку". "Ну, я всегда хотел удивлять и радовать" усмехнулся Чонгук, подходя к Чимину сзади и обнимая его за талию, положив подбородок ему на плечо. "Иди налей себе бокал вина, а я сейчас начну измельчать овощи". "О, мужчина, только после моего сердца". "Ах, Чимин, у меня уже есть твое сердце". Чимин на мгновение задумался, а потом нерешительно кивнул. "А у тебя есть мое, глупый Ангел" добавил он. Поцеловав Чимина в щеку, Чонгук отступил назад и начал вынимать кастрюли и сковородки из их соответствующих шкафов. Он редко готовил, но Сокджин подарил ему несколько ценных рецептов, прежде чем он уехал, чтобы начать обучение Архидемона, и сегодня был подходящий момент, чтобы попробовать их. Взяв разделочную доску, Чонгук начал резать морковь, складывая ее в небольшую миску сбоку. Чимин всегда находился в нескольких футах от него, наблюдая за ним с улыбкой, подперев подбородок ладонью. "Я и не знал, что ты умеешь готовить" сказал Чимин. "Я Демон со многими талантами". "Не думаю, что кто-нибудь когда-нибудь готовил мне ужин раньше. Не как на свидание" "Для меня большая честь быть первым. Вот" он протянул ему кусочек морковки и засмеялся, когда Чимин откусил от него кусочек. "Я даже не думаю, что Юнги сделал что-то подобное для Тэхёна" тихо сказал Чимин, словно удивляясь. "Ну, может быть, я просто люблю тебя больше". Чимин поперхнулся морковкой и несколько секунд кашлял, пока его широко раскрытые от шока глаза не остановились на Чонгуке. С другой стороны, Чонгук смотрел на него так, словно он в одиночку создал Вселенную. "Ты не можешь просто так говорить мне такие вещи". "А почему бы и нет? Я же не лгу". Тихий голосок в его затылке прошептал: "Ты действительно не лжешь?", но он не обратил на это внимания. "Скажи еще раз". "Я люблю тебя". "Я действительно никогда не думал, что ты мне это скажешь. Помнишь, как ты предупреждал меня о том, что будет, если быть с Демоном? Я подумал: Вот и всё, Чимин. Он говорит тебе сдаться. Но вот...мы здесь". "Я уже не тот демон, каким был тогда" Небольшой голос сзади был шептал: "Разве не тот же?", но он снова не обратил на это внимания. "Это я и сам вижу. Я думал, мне понравился тот Чонгук, но я люблю этого". Он улыбнулся, помахав палочкой сельдерея Чимину, и тот рассмеялся. "Позволь мне закончить готовить для тебя, иначе мы будем ужинать в полночь". Ужин был простым, но романтичным, и даже Чонгук мог признать, что это было приятно. Он не мог не думать о вечерах, которые обычно проводил в одиночестве, молча глядя на камин и поедая холодный суп из контейнера. Присутствие Чимина в его жизни, за его столом, смеющегося, пока он водил ногой вверх и вниз по ноге демона, было новым опытом, успокаивающим опытом. Он знал, что все это закончится, но это не означало, что он не сможет наслаждаться этим, по крайней мере сегодня вечером. "Есть ли какая-то особая причина, по которой ты запланировал такой романтический вечер?" спросил Чимин, когда они оба расслабились на диване со стаканом портвейна в руке. "По правде говоря, да". "И что же это за причина?" "Ты нервничаешь?" спросил Чонгук, медленно потягивая портвейн и наслаждаясь тем, как краснел Чимин. "А должен?" "Зависит". "От чего? Перестань дразнить меня". "Ладно, ладно" сказал он, хватая одеяло со спинки дивана и накидывая его им на колени. Поставив свой бокал с портвейном на кофейный столик, он потянулся к бокалу Чимина, а затем крепко взял руки Ангела в свои. Твердо посмотрев на него, он вздохнул, прежде чем сказать: “Я хочу то, что есть у Юнги и Тэхёна. Я хочу тебя все время. Я хочу тебя полностью. Я хочу, чтобы ты перестал ускользать отсюда утром. Я хочу, чтобы ты перестал отстраняться каждую ночь, когда я тебя целую. Я хочу по-настоящему любить тебя". "Я-" "Только не говори мне, что ты об этом не думал. Я не переставал думать об этом уже несколько недель". "Конечно, я думал об этом". "Что же теперь может нас остановить? Как будто звезды выстраиваются в очередь за нами. Все, что нам нужно сделать, это совершить прыжок". Когда Чимин собрался заговорить, Чонгук наклонился вперед, положил ладони на щеки Ангела и продолжил: "Я хочу навсегда остаться с тобой. Пожалуйста, скажи "да" ". Чимин плакал, но в отличие от предыдущих слез, пролитых в этой квартире, он улыбался и смеялся прямо сквозь слезы. "О'Кей, да, да. Давай сделаем это. Я тоже хочу остаться с тобой навсегда". Не успел он опомниться, как Чонгук тоже заплакал, прижавшись лбом ко лбу Чимина и прижимая к себе тело Ангела. Наклонив голову, он наклонился для поцелуя, еще одного поцелуя и еще, используя свое плечо, чтобы толкнуть Чимина обратно на диван, пока тот не оказался сверху. "Подожди, подожди. Только не здесь" наконец сказал Чонгук прямо в губы Чимину, отступая назад и вставая. Потянувшись вперед, он поднял Ангела на руки и понес его в спальню. Когда они переступили порог, тело Чимина напряглось, как будто он внезапно понял, куда они идут и что собираются делать. Но когда Чонгук положил его на кровать, он почувствовал, как напряжение Чимина медленно испаряется, пока единственным напряжением, которое он ощущал, были бедра Ангела, сжимающие его. Их одежда исчезла быстро, бессловесно, и единственным звуком было их дыхание. Исчезли все мысли о программе Архидемона, исчезли все мысли о его лжи, его обмане. Все, о чем мог думать Чонгук, это теплый, потный, соблазнительный Ангел под ним, умоляющий трахнуть его. А позже, когда Чимин заплакал под ним, когда он достиг пика, а вскоре за ним последовал Чонгук, он мог думать только о том, как сильно любит этого Ангела, его Ангела. Чимин заснул почти сразу же после того, как Чонгук вымыл их обоих, его тело плотно прижалось к нему, дыхание было ровным, на лице стояла легкая улыбка. Вот оно, кульминация всего, сказал он себе, глядя на тени на потолке. С этого момента план был прост. Чонгук должен был праздновать. Но вместо этого он чувствовал тошноту.