Спасти короля

Мерлин без приключений быстро добрался до Камелота, где его с радостью встретили рыцари и слуги. Сдержанный Гаюс выскочил на лестницу, как молодой. Поприветствовав всех, Мерлин с Гаюсом направились в тронный зал. По пути Мерлин вкратце рассказывал лекарю о случившемся. Войдя в зал, он негромко закончил: — ...моя магическая сила пропала, и Артур велел ехать домой, чтобы разобраться, как ее восстановить. Моргана, сидевшая на троне, насторожилась: — Что ты сказал о магической силе? Мерлин улыбнулся Моргане, не обращая внимания на страшные глаза Гаюса и протестующие жесты сэра Леона. — Здравствуйте, миледи Моргана. Магические способности у меня, я маг. Артур знает, он не сердится. — А где он? — Подозрительно спросила Моргана. — Он велел мне ехать в Камелот, а сам остался освобождать короля Утера. — Где он остался? — Возле старого капища в лесах Одина. — В лесах Одина?! Ты бросил его одного в лесах Одина? — Миледи Моргана, к чему этот допрос? — Мерлин немного удивился. — С Артуром все в порядке. Он и Утер скоро будут здесь. — А ты, значит, колдун? — Да, леди Моргана, но сейчас... Моргана остановила его жестом: — Хватит! Твои слова все слышали: ты владеешь магией, ты бросил принца Артура в лесах его злейшего врага. Магия в Камелоте вне закона, а ты еще и предатель! Завтра утром ты будешь сожжен на площади! Стража, увести его! — Гаюс, что это было? Мерлин сидел за ржавой решеткой и удивленно смотрел на своего учителя и наставника. — Я не успел тебя предупредить, Мерлин. Леди Моргана начала борьбу с магией похлеще, чем это делал ее отец. Она за эти дни уничтожила трех магов. — Как это «уничтожила»? — Похолодел Мерлин. — Сожгла. Давай, выбирайся отсюда и прячься, пока Артур не вернется. — Ты разве не слышал меня, Гаюс? У меня нет сейчас силы, я ничего не могу сделать! Лучше пойди, поищи в книгах, что делать, как с этим бороться. Мерлин успел описать старому лекарю ту тварь, что отобрала его магию, как к решетке камеры подошел рыцарь и сообщил, что миледи Моргана требует узника для допроса. Закованного в цепи, которые весили больше, чем он сам, Мерлина доставили в тронный зал, где были только рыцари и Моргана. Девушка пронзила мага черным взглядом: — Расскажи, где король и принц! Этим ты облегчишь свою участь. — Миледи, я уже говорил вам, что они в пещере старого капища в лесах Одина. Артур пошел освобождать короля. — Почему ты не остался ждать их, как подобает хорошему слуге?! — Принц велел мне возвращаться. Моргана помолчала, недоверчиво поджав губы. — Я не верю тебе. Где вы были все это время? Только не говори, что искали капище! — Нет. Его Высочество попал в руки короля Одина, и эту неделю нам пришлось провести у него. — Как это «пришлось провести»? Он вас в гости пригласил, что ли? — Миледи, давайте об этом вам расскажет сам Артур, когда вернется. — Господа рыцари! Он нагло лжет нам в глаза! — Моргана встала и возмущенно взмахнула рукой. — Выпороть мерзавца, пусть расскажет правду! Сэр Леон встал и осторожно заметил: — Миледи, это слуга Артура. Он очень хорошо к нему относится, и я не думаю, что принц будет доволен вашими действиями. Моргана медленно подошла к Леону и прошипела: — Вот именно, он слуга, а не друг! И я не думаю, что Артур вернется. Этот маг, скорее всего, уничтожил и принца, и короля. — Она отвернулась от рыцаря и крикнула: — Стража! К палачам его! Думаю, тридцати ударов для начала хватит! Когда волшебника прицепили к какому-то деревянному столбу, он со страхом подумал: «Я же не Артур, я не выдержу». Первый же удар заставил его вскрикнуть и прогнуться всем телом. Мерлин сосчитал три удара, а потом боль внезапно отступила. Маг не понял, что случилось. Происходящее выглядело, как то заклинание, которым он спасал Артура от экзекуции на скотном дворе. Внезапно в голове сама собой родилась страшная догадка: боль ушла к Артуру. Мерлин не понимал, почему так произошло, он бы никогда не наколдовал ничего подобного, тем более, сейчас, когда магия покинула его. Каждый удар не вызывал никаких ощущений, а лишь выбивал из мага только одно слово: «Артур! Артур. Артур... Арт... Ар...». Он сделал вид, что потерял сознание раньше, чем закончилось наказание. Когда Мерлина тащили в камеру, Моргана стояла в коридоре и с улыбкой смотрела на кровавый след на полу. За ее спиной раздался тихий сильный голос: — Вы перегнули палку, миледи. Артур этого не простит. — Артура уже нет, сэр Леон, и Утера тоже! А если вы еще позволите себе подобные замечания, то повторите судьбу этого слуги! — Я рыцарь, а не слуга, миледи. Вы не смеете угрожать мне подобными вещами. — Значит, я пересмотрю отношение к рыцарям в моем королевстве! Выйдя из пещеры, Артур почувствовал смутную тревогу, и она была связана не с отцом. Принц почему-то верил, что Утера отпустят, а переживал Артур из-за Мерлина. Отвязывая коня, принц ругал себя: «Он же совсем беспомощен без своей магии. Зачем я отправил его одного? Если с ним что-то случится, это будет моя вина. Венценосный осел ты, Артур!» Он мчался с такой скоростью, какую мог себе позволить, чтобы не загнать коня, не остаться на своих двоих. Весь вечер и всю ночь Артур был в пути. В какой-то момент принц почувствовал дикую боль в спине, словно плети в темной каменоломне снова прошлись по ней. Он остановился, спешился и схватился руками за ближайшее дерево. «Да что же это такое? — задыхаясь от боли, подумал принц, — Я цел. Ко мне никто не прикасается. Что же я чувствую? Неужели... неужели это боль Мерлина?! Что с ним?» Принц уперся лбом в ствол, считал резкие вспышки боли на спине и едва слышно шептал: — Давай, Мерлин, давай. Не бойся, я выдержу твою боль. Потерпи, я скоро буду. Потерпи... Когда Артур прошептал: «Двадцать семь», все закончилось. Принц упал на траву и позволил себе минуту передохнуть, а потом, пошатываясь, встал и, с трудом оседлав своего коня, отправился дальше. Слезы и уговоры старого лекаря, сдержанные, но решительные слова Леона и еще двух-трех рыцарей только заводили Моргану. Она с улыбкой выслушивала всех и наблюдала за сооружением костра на площади. Когда все было готово, она со вздохом объявила всем, что ничего изменить не может, и пригласила присутствующих последовать за ней, чтобы понаблюдать за казнью подлого колдуна, который столько лет жил при дворце. С Мерлина сняли цепи, вместо порванной и окровавленной ему дали новую и целую рубаху. А парня трусило, но не от страха, а от мысли, какую боль сейчас придется испытать Артуру. Весь остаток ночи волшебник анализировал, что случилось. Он несколько раз исцелял Артура, наполняя его своей энергией, отдавая ему свою силу, и, видимо, соединил себя и принца какой-то неведомой, прочной связью. Связью, которую он не контролировал. Судьба распределяла испытания между ними, выбирая сильнейшего. Вчерашняя боль перешла на Артура, словно зная, что принц в отличие от Мерлина выдержит ее. Когда его привязывали к столбу в центре будущего костра, Мерлин смотрел на бледного и дрожащего Гаюса, на рыдающую Гвен, на разгневанного Леона и на хмурых рыцарей Артура. Когда Моргана повторила обвинение, лишь вскинул бровь, попробовал загасить взглядом факел в руке палача и хмыкнул, когда ничего не получилось. Когда вокруг заплясали языки пламени, он начал тихо просить прощения у своего принца. Артур таки загнал коня. Несчастное дрожащее животное в пене и с мокрыми боками упало на камни площади, как только принц соскочил с него. В центре уже разгоревшегося костра Артур увидел красный шейный платок и черные волнистые волосы. — Мерлин!!! Принц выхватил меч, пытаясь им разбросать наваленный и горящий хворост и бревна, но от этого не было никакого толку. Помост, по которому мага подводили к костру, уже пылал. Артур взбежал по нему, не обращая внимания на горящую на спине рубашку, разрубил веревки на охваченных пламенем руках бессознательного Мерлина, взвалил его себе на плечо и почувствовал, как горящий помост ломается под их двойным весом. Артур и Мерлин упали прямо в костер, но принц был в сознании, поэтому, выбравшись из завала горящего дерева, он схватил своего волшебника и таки вытащил его из пламени. Тяжело дыша, он сел рядом и начал руками гасить огонь на одежде Мерлина. Леон вылил ведро воды на голову принца. Тот выпрямился и вытер лицо руками, на его щеках играли желваки. Он показал на Мерлина: — Аккуратно отнесите к Гаюсу! Гаюс! Когда старый лекарь подошел к принцу, Его Высочество даже не обернулся к нему: — Ты вылечишь его. Ты восстановишь его силу. Не слушая клокотанье Гаюса, Артур взбежал по лестнице и направился в тронный зал. Огромные двери открылись с такой силой, что присутствующим показалось, что они сейчас слетят с петель. Едва сдерживаясь, Артур подошел к трону, на котором восседала улыбающаяся Моргана. — Что ты себе позволяешь, Моргана?! Это же Мерлин! Кто дал тебе право так поступать с ним? — Он маг, Артур. Он не сумел объяснить, где вы, поэтому я решила, что он сгубил вас своей магией. — Уверенная в своей правоте девушка ухмылялась брату. — И чего ты так волнуешься из-за какого-то слуги? Я за минуту найду тебе нового! Лучше бы она молчала! Принц опустил голову, словно пропустивший удар соперника бык. — Какой-то слуга?!! К твоему сведению, — Артур почти прикасался указательным пальцем к носу сестры, — если б не этот «какой-то слуга», меня бы здесь не было. Артур отошел от трона и перевел дыхание: — Стража! Миледи Моргану в подземелье! Леон! — Принц подождал, пока рыцарь приблизится к его плечу, — Как ты мог допустить это? Исчезни с глаз моих хоть на день, а то я за себя не отвечаю! Когда стали неслышны возмущенные крики Морганы, Артур подошел к трону и встал справа от него. Он осмотрел притихших придворных и четко распорядился: — Костер с площади убрать. Площадь очистить. Сегодня или завтра вернется король, я хочу, чтобы было чисто и празднично. Мне нужен слуга... — Принц нашел глазами в толпе слугу отца. — Джон, приготовь мне ванну и обед. Жду вас всех здесь вечером. Нам есть, что обсудить. Наследник престола решительно вышел из тронного зала. Вечером перед придворными предстал свежий, чистый и привычный Артур. Все так же стоя рядом с троном, он выслушал, что происходило в королевстве за эти дни. Дела были привычными и обыденными, но о них нужно было знать, так как это касалось жителей Камелота. Принц дал несколько распоряжений, разрешил один спор и почему-то вспомнил в этот момент всегда задорную улыбку Мерлина. Когда Артур приказал вернуть старые цены на хлеб, двери тихо отворились, и в зал вошел Мерлин. Он был бледный, без привычного шейного платка и шел очень осторожно, словно испытывал боль при каждом шаге. В воздухе повисла такая тишина, что слышен был писк комара под потолком. Слуга не дошел несколько метров до своего принца и с трудом склонился: — Ваше Высочество... Артур несколько секунд молча смотрел на мага, а потом подошел к нему и опустился на колени. — Прости меня, Мерлин. Я не сумел защитить тебя, когда это потребовалось. Ты столько раз спасал меня, а я не сумел. Прости меня. — Артур... Ваше Высочество... — Маг протянул к принцу руки, словно хотел заставить его подняться. Принц увидел на руке сильный ожог и закусил губу. Эти руки столько раз спасали его, защищали, исцеляли... Артур готов был разрыдаться. Он осторожно взял израненную руку, поцеловал ее неповрежденную тыльную сторону и повторил: — Прости меня, Мерлин. Прости, если можешь. Внезапно пальцы Мерлина дрогнули, и Артур увидел, как тонкие золотые нити из них легко оплели его кисть и так же легко развеялись. Бледный маг улыбнулся и прошептал: — Вернулась сила. Вернулась магия. Вставай, Артур, я прощаю тебя. А пока пойду в твои покои, приведу себя в порядок. Утер услышал, как в темноте звякнули и разлетелись его цепи, он на секунду перестал контролировать происходящее и оказался в лесу возле мирно пасущегося коня. Он оседлал его и неспешно поехал домой. Король радовался и печалился одновременно. Его печаль вызывало то, что принц преклонил колени перед Мерлином. И попросил прощения у слуги. Утер сжал губы: этот поступок спас его, но такое поведение было недопустимым для особы королевской крови.