Потерянный якорь

— Значит, с твоим отцом сейчас все в порядке? — Он пришел в себя. Быстро восстанавливается. Врачи сказали, что ему нужно пару дней… Знаешь, все эти дни я будто во сне. — Эй, я понимаю тебя. Мой брат тоже попадал в реанимацию. Все будет в порядке, Хейли. На охоте всякое бывает. — Откуда ты знаешь? — Хейли тревожно улыбнулась, выравнивая шаг. Они с Эйданом просто гуляли по городу уже не первый час и только сейчас подошли к ее дому, но девушка даже не чувствовала усталости. Сейчас ей совсем не хотелось оставаться одной. И Эйдан это понимал. Эйдан, казалось, был совсем не против побыть рядом. Давно хотел. — Мы с братом тоже охотимся. Редко, правда. Райт кинула удивленный взгляд на парня. Почему-то только сейчас она задумалась, что она совсем ничего не знала об Эйдане. Но сейчас это даже не напрягало. Эйдан не вызывал у нее страха и приступа паранойи — этого было достаточно. — Не знала, что меня окружает так много охотников. Чем еще удивишь? Эйдан усмехнулся. Обаятельно, цепляюще. — Ты правда хочешь, чтобы я тебя удивил? Хейли только улыбнулась такому двусмысленному вопросу. Намеки она все еще не умела считывать. — Хочу. Расскажи о себе. Я хочу знать о тебе больше. Хейли подошла ближе. Она и правда хотела сблизиться. Как друг. Эйдан и правда умел притягивать к себе. — Зачем? — Мы же друзья? — неуверенно спросила Хейли, тут же встретившись с заинтересованным взглядом голубых глаз. — То есть… Мы можем ими стать. И ты мне нравишься. Райт не врала. Эйдан действительно ей нравился. С Эйданом было просто. Пусть он и не подпускал к себе. Хейли была такая же — она все понимала. Очень сложно открыться чужому человеку. Особенно, когда кроме брата у тебя никого и не было. — Мне не нужны друзья, — в непривычно резком серьезном тоне ответил Эйдан, но тут же на его лице появилась фирменная усмешка. — Не верю в дружбу. Между парнем и девушкой — особенно. Хейли вздернула бровь. В этом вопросе у нее совсем не было опыта, но почему-то ей наивно хотелось возразить Эйдану. Дружба может быть разной. Даже между полами. Даже между ними. — А что, если я докажу тебе обратное? — прозвучало как вызов. По крайней мере, Эйдан услышал именно это. — Лучше я тебе докажу, — девушка застыла, внезапно почувствовав на себе прикосновение чужих обжигающих губ. Вздрогнула. Не ответила. Отшатнулась. — Я… я пойду, — пролепетала она, уже даже не смотря на парня. Почему-то сейчас ей было даже страшно поднять глаза. Опять чертова нервозность. Опять удушающая паника. К горлу подкралась тошнота. Хейли почувствовала угрозу, почувствовала себя загнанной в угол. — Эй, расслабься. Я не сделаю больно. Хейли как будто окатили ледяной водой — она на ватных ногах попятилась к двери своего дома. Не хватало еще банальной фразы «тебе понравится». Сколько девушек слышали подобное от потенциальных насильников? Скольким действительно «не сделали больно»? Сердце Хейли забилось быстрее. Она снова просчиталась. Снова ошиблась. С Эйданом и правда не получится быть друзьями. От Эйдана надо бежать. Захлопывать дверь, пока не поздно. Но Хейли не успела. Как только трясущимися руками ей удалось открыть дверь, она тут же почувствовала, как чужое тело навалилось на нее, проталкивая внутрь дома, закрывая за собой дверь. Бежать было некуда. — Что ты делаешь?.. Девушка вжалась в стену. Затравленно посмотрела на надвигающегося на нее парня. Не было больше его фальшивой притягательной обаятельности. Вместо нее на лице Эйдана появилась звериная похоть, нетерпение, раздражение. Сейчас Эйдан казался совсем другим человеком. Человеком ли? Хейли всхлипнула, почувствовав крепкие руки на своей талии. Тело будто парализовало. Хотелось закричать, ударить, убежать. Но ноги, руки совсем не слушались. Сознание будто разом рассыпалось — Хейли чувствовала себя куклой. Безвольной покорной куклой, которой только и оставалось терпеть грязные чужие прикосновения и слушать уже омерзительно заевшее «тебе понравится, Хейли». Хейли не нравилось. Хейли хотелось расплакаться от собственного бессилия и унижения. Но вместо этого она отчаянно попыталась оттолкнуть совсем забывшегося парня. Казалось, его это только больше разозлило. Завело. Пальцы Эйдана быстро сомкнулись на ее шее. Райт захрипела. Из глаз невольно брызнули слезы. — Разве Скотт не говорил тебе, что сейчас в Бейкон Хиллс опасно быть девственницей? Про обряды тебе ничего не рассказывали? Ничего, я помогу тебе, раз МакКолл брезгует. Сознание девушки окончательно смешалось. Не хватало воздуха. Она совсем не понимала, о чем говорил Эйдан. Да и надо ли ей было понимать этого психа? Хейли почувствовала новый прилив унижения, когда ощутила руки Эйдана у себя под футболкой. Девушка инстинктивно сжалась, попыталась закрыться, но тут же вскрикнула — парень больно сжал ее грудь через лифчик. — Пожалуйста… Пожалуйста, не надо, Эйдан!.. Я не хочу… — хрипло, отчаянно прошептала Хейли, уже даже не надеясь образумить парня. Все ее просьбы он давно не слышал. Он слышал только ее страх. Ему это нравилось. Нравилось хоть где-то быть выше. Хоть где-то доминировать. Быть альфой. Но в один момент Эйдан замер. Ослабил хватку. Кинул взгляд на лестницу, ведущую на второй этаж. Оскалился. Хейли только позволила себе тихо вздохнуть полной грудью, как снова поймала на себе возбужденный тяжелый взгляд. Во взгляде Эйдана что-то изменилось. Парень снова приблизился к ее покрасневшей влажной шее. Горячо выдохнул, оставляя на шее глубокий засос. — Передай МакКоллу: до полнолуния осталось пять дней. Внутри Хейли все застыло. Перед глазами все поплыло. Глаза Эйдана вспыхнули алым. Райт совсем помешалась. Обмякла. Отключилась. Последнее, что она услышала: раздавшиеся мерные тяжелые шаги наверху. В ее комнате.

***

Хейли проснулась поздно. Не сразу смогла открыть глаза. Все тело ломило. По всему телу разливалась тупая усталость — будто она и не спала вовсе. Полежав еще несколько минут, девушка все-таки приподнялась со своей постели. Сразу заметила, что спала она не раздеваясь — в том, в чем и вернулась домой. Заметив, что футболка безнадежно испорчена — порвана в двух местах, Хейли мелко задрожала. Разом все вспомнила. Райт подошла к зеркалу. Посмотрела на себя. Мертвенно бледное, опухшее от слез лицо, порванная одежда — этого Хейли будто бы не замечала. Все ее внимание было устремлено на багровый засос, въевшийся ей в шею. Хейли брезгливо провела по нему дрожащими пальцами. Мерзко, грязно. Больно. Хейли шумно выдохнула. Она не будет плакать, нет. Самое страшное ведь так и не произошло. Все в порядке. Сейчас с ней все в порядке. — Нет! Нет-нет-нет-нет!.. «Не в порядке! Все не в порядке!..» Хейли в истерике сорвала с себя несчастную футболку, обессиленно сползла на пол. Прижала колени к обнаженной груди. Хейли была не в порядке. Давно. Теперь еще и сломана. Хейли не знала, сколько она так просидела — на часы она не подумала посмотреть даже когда проснулась. Райт совсем потеряла счет времени. Сейчас это было неважно. Сейчас для Хейли вообще все стало неважным. Девушка наконец поднялась с пола, нашла в шкафу водолазку с высоким горлом. Надела, стараясь не прикасаться к шее. Хейли чувствовала себя грязной. Хейли понимала, что ни один душ сейчас не приведет ее в чувства. Ни одна одежда не скроет метки на ее теле. Хейли чувствовала себя обплеванной. Хейли чувствовала себя виноватой. Это все она. Она виновата. Она доверилась. Она подпустила Его ближе к себе. Хейли было мерзко. Мерзко от самой себя. Глупая. Глупая, наивная идиотка. От самобичеваний девушку отвлек только звук мобильника. Хейли посмотрела на экран. Скотт. Хейли снова тихо всхлипнула. Не сдержалась. Он ведь предупреждал. Он ведь предупреждал насчет Эйдана. Он ведь… …пытался ее защитить. А она все отмахивалась. Убегала, пряталась. Считала себя самой умной и проницательной. Считала себя сильной. Хейли стало совсем жаль себя. Ослепленную, униженную, разбитую. Хейли была не готова сегодня встретиться с ребятами. Не готова снова пойти к отцу. Хейли хотелось закрыться в ванной и ждать. Ждать, когда с нее сотрется, смоется вся та грязь, которая въелась, комьями вросла в нее за эту злосчастную ночь. Хейли вздрогнула, когда внизу раздался звонок в дверь. А вдруг… Эйдан? Девушку затрясло. Второй встречи с ним она точно не переживет. Она теперь вообще не знала, как после произошедшего заявиться в школу. Продолжить жить как ни в чем не бывало. Продолжить жить в мире мужчин, где каждый, оказывается, может причинить тебе боль: унизить, придушить, заклеймить. Хейли не хотела. Не хотела так жить. Экран телефона снова загорелся, но Хейли на него уже не обращала внимания. Хейли вся превратилась в слух. Вдруг Он еще здесь?.. Хейли сжалась. Даже не думала двинуться с места. Полицию вызывать не вариант — что она им скажет? А если Эйдана там и вовсе нет — просто почтальон пришел? А может… Может и правда ответить Скотту? Скотт всегда умел подобрать нужные слова, умел успокоить, отрезвить. Хейли словно в припадочном отчаянии схватилась за телефон как за единственный мнимый шанс здесь и сейчас не сойти с ума. — Скотт… — дрогнувшим слабым голосом позвала она парня через трубку. — Хейли? Что случилось? Открой мне, я внизу. Хейли поежилась. От одного уже его мягкого голоса сразу стало немного легче, но в то же время в девушке проснулась тупая тревога: а он что здесь делает? Зачем пришел? — Я… Я сейчас… Хейли не понимала, почему так резко подорвалась. Еще минуты назад она никого не хотела видеть. Она хотела забыться. В холодном душе. Желательно как минимум на сутки. Но МакКолл уже не первый раз переворачивал мысли и желания Хейли с ног на голову. — Хейли… — Скотт ничего не успел сказать, как девушка буквально накинулась на него. Прижалась. Забилась. — Прости, прости меня… — Хейли едва не впивалась тонкими пальцами в его куртку, боясь, что он оттолкнет; боясь, что он ее оставит. Сейчас. Оставит ее одну. — Хейли! Хейли, успокойся. Все хорошо, слышишь? Что случилось? Что-то с отцом? Почему ты не отвечала? Девушка невольно подняла глаза на парня и… улыбнулась. Безумно. Отчаянно. — Все хорошо. Просто… побудь рядом. Пожалуйста. У меня, кажется, нервный срыв. Скотт нахмурился. Отстранил от себя Хейли. Поморщился. Будто от нее чем-то пахло. Кем-то пахло. — Ты вчера была с Эйданом? Хейли отшатнулась. К горлу снова подкатила тошнота. Противно было даже слышать его имя. Страшно. Больно. — Н-нет… — Хейли в каком-то исступлении замотала головой, будто уже начиная в чем-то оправдываться. Будто виновата она была не только перед собой, но и перед Скоттом. — Мы… Мы просто встретились в больнице и он проводил меня до дома. Все. А как ты… — Угадал. Вы же неплохо общаетесь, да? Скотт пристально смотрел на девушку. В его карих глазах Хейли отчетливо читала неверие. Неверие и ложь. Он тоже лгал. Ей все лгали. Но… ведь и она не лучше? Скотт подошел ближе. Взгляд скользнул по прилипшей к телу водолазке. Хейли поежилась. Сейчас ей казалось, что она совсем обнажена. Обнажена перед Скоттом. Он видит разливающиеся синяки, он видит грубые засосы. Он видит, что ей холодно. Больно. Больно обнажаться перед ним. И, наверное, поэтому Скотт сейчас молчит. Только смеряет ее пустым взглядом. Больше не допытывается, не мучает. Просто проходит внутрь дома. По запаху еще раз убеждается, что Эйдан не просто проводил Хейли до дома. — Стайлз сказал, ты собиралась искать фотографии у своего отца. Что-то нашла? — голос Скотта звучал надломленно, напряженно. Он стал словно чужим. Как вчера Эйдан. Хейли быстро отмахнулась от сумасшедших мыслей. Скотт — не Эйдан. Он ее не тронет. Не тронет ведь?.. — Я не буду ничего искать, — Хейли попыталась ответить без предательской дрожи в голосе. Не получилось. — С моим отцом все в порядке — это был несчастный случай. Твой Питер здесь не причем. Скотт переменился в лице. Нахмурился. Но в следующий момент коротко улыбнулся. Фальшиво обнадеживающе. — Хорошо. Ты права. Я тоже думаю, что это несчастный случай. Я просто зашел проверить, как ты. Тебе не нужно так переживать о случившемся — все ведь закончилось хорошо. «С тобой ведь все хорошо, Хейли?» Хейли стояла и слушала Скотта будто в забытьи. Будто в бреду. — Да, все хорошо, — Хейли опять натянула на себя фальшивую улыбку. — Все хорошо. — Извини, у меня сегодня еще смена у Дитона. Я вечером к тебе еще зайду. Ладно? Хейли улыбнулась. Сдавленно. Через силу. Если Скотт не уйдет прямо сейчас, она точно разревется. От страха, от бессилия, от собственной жалости к себе. От эгоистичного паршивого желания удержать рядом с собой Скотта — чтобы не уходил. Чтобы остался. Чтобы защитил. Но Хейли сдержалась. Тихо попрощалась, проводила Скотта без истерик. Он не должен видеть ее такой. Он и так видел слишком много. Хейли не знала, что никакой работы у Дитона у МакКолла сегодня не было. Хейли не знала, что Скотт без ее обрывочных лживых объяснений все понял. Хейли вся пропахла Эйданом. Пропахла его похотью. Пропахла своим страхом. Скотту не нужно было оттягивать горло ее несчастной водолазки, чтобы увидеть там алеющую отметину. Насмешливое послание ему. Скотт не будет дожидаться полнолуния. Не будет дожидаться, когда его самого схватят за горло. Скотт больше не хочет быть за мир и за любовь. Не получается. Скотт проигрывает. А страдают другие. Скотту душно, Скотту больно. Скотт хочет рычать, выть. Но близких этим не спасешь. Хейли не успокоишь. И себе легче не сделаешь. Скотту нужно было действовать. Как давно предлагал Питер.