Время пострелять

      Ванцзы всю свою жизнь считал, что его сложно чем-то выбить из колеи. Да и не было прецедентов. А тут, посмотрите, нашелся один. Тащит, словно на буксире, совершенно незнакомого человека к палатке с мороженым. Кто вообще так поступает? Ванцзы — уважающий себя Бог, в конце концов! Но, если бы его кто-то спросил, то в свою защиту он мог сказать, что был обескуражен и абсолютно точно озадачен. Что ему теперь делать? Он мог бы сейчас применить Силу и просто исчезнуть, но отчего-то не хотелось этого делать. Орган, что зовется сердцем, подсказывал, что нужно следовать за алой лентой в волосах, за бесконечным пустым трепом и серыми глазами. А, может, это было чутье. Кто его знает? Но факт оставался фактом — Ванцзы позволил взбалмошному и чересчур громкому человеку буксировать себя к одной из земных радостей. И можно было только представить, как нелепо выглядел Вэй Усянь, хватаясь рукой за пустоту позади себя и разговаривая с невидимым собеседником. Но его, похоже, это ничуть не волновало. Он с напором ледокола продолжал прокладывать им путь сквозь потную людскую толпу.       Добравшись, наконец, до палаточника с холодильником, Вэй Усянь ненадолго замолчал, давая Лань Ванцзы передышку. За благоговейную минуту тишины Купидон попытался проанализировать ситуацию, в которой оказался. Холодный и чистый ум никогда не подводил. Но, похоже, сегодня день сюрпризов, потому что в голове было пусто. Ванцзы даже мог сравнить ее с пустыней, по которой сирокко гоняет перекати-поле. Отчего-то все его внимание было сосредоточено на точеном профиле, длинных ресницах и родинке под губой. О, Силы Небесные! Ванцзы только заметил эту родинку, а внутри все уже свербело, чесалось и отчаянно просило коснуться ее хоть кончиками пальцев.       Ванцзы качнулся, оторопело уставившись на Вэй Усяня. Что только что произошло? Ему захотелось коснуться чужой кожи, хоть на пару секунд ощутить ее тепло? Отчаянная паника, вперемешку с ужасом, охватила Купидона. Он…чувствует? Ладони мигом вспотели, а пальцы пробила мелкая дрожь. Ванцзы схватился за ткань пиджака в том месте, где, по идее, сейчас бешено заходилось сердце. Этого не может быть. С кем угодно, только не с ним. Нет-нет-нет. Все это просто жара. Да, чертова земная погода. Ему голову напекло, вот и мерещится всякое.       Купидон качнул головой и применил Силу, скрываясь от Вэй Усяня совершенно беспардонным способом. Тот, наконец, выбрав мороженое, повернулся было к своему спутнику. Но наткнулся на пустоту. Ванцзы тяжело дышал, смотря на парня. Почему-то он не мог отвести взгляд. Никогда с этого дня.       Вэй Усянь моргнул пару раз, изучая колыхание воздуха перед собой, озадаченно посмотрел на два стаканчика мороженого в своих руках. Он, окончательно добивая Ванцзы, задумчиво улыбнулся и широко лизнул шоколадное. Купидону казалось, что его бросило в пот.       Парень тем временем, наслаждаясь своим лакомством, обогнул толпу, скопившуюся у палатки, и направился в центр города.       — Жаль, что молодой господин так быстро исчез, — пробормотал он, обращаясь к фисташковому пломбиру. — ему бы понравилось.       Ванцзы, сам себя не понимая, шел за ним следом, невидимый и разбитый. Он просто не мог заставить себя уйти. Вэй Усянь резко взял влево и подбежал к мальчишке, что играл у фонтана, и отдал ему второй стаканчик мороженого. Ребенок с благоговением и чистой радостью посмотрел на взрослого и тут же принялся уплетать за обе щеки неожиданный подарок, забыв даже поблагодарить господина. Парень рассмеялся, потрепал мальчишку по голове и двинулся дальше. Лань Ванцзы тоскливым взглядом проводил мороженое, очевидно, предназначавшееся ему. Внутри что-то неприятно колыхнулось.

***

      Потеряв в толпе Вэй Усяня, Ванцзы решил вернуться в Облачные глубины, чтобы успокоить дух. Потрясений на сегодня было достаточно. И кто знает, чем его удивит второй подопечный. Нет уж, не сейчас.       Проведя всю ночь в медитации и потратив полчаса на сон, Купидон, полный энергии и непонятной настороженности, направился прямиком к Цзян Ваньиню.       Тот нашелся в своем офисе. Он задумчиво перебирал какие-то бумаги, пребывая в скверном расположении духа. Ванцзы понял это по тени раздражения на его лице и складке меж бровей. Парень тихо что-то бурчал себе под нос и делал пометки в блокноте. Купидон встал напротив стола, прямо на линии взгляда человека. Но Цзян Ваньинь и бровью не повел. Ванцзы нахмурился. Он предполагал, что если Вэй Усянь его видит, то и его пара тоже будет. Но что-то шло не так.       Все еще пребывая в смятении, Ванцзы для собственно успокоения встал за спиной человека и щелкнул пальцами у того над ухом. Но парень с глазами цвета нежной фиалки не отреагировал на Купидона. Ванцзы даже потыкал в него пальцем, в будущем обещая наказать себя переписыванием правил за такое фривольное поведение. Но нет, человек совершенно ничего не замечал, лишь хмурил свое красивое лицо, склонившись над бумагами. Его телефон разразился стандартной мелодией звонка, от громкости которой Ванцзы крупно вздрогнул, а на экране появилось лицо Вэй Усяня. Цзян Ваньинь коротко и нежно улыбнулся, смотря на изображение. Потом, вмиг вернув свое прежнее выражение, он принял вызов.       — Что? — В голосе скользило напускное раздражение.       Ванцзы нахмурился уже в который раз. Еще немного, и это войдет в привычку. Он не слышал, что отвечали на том конце, но очевидная показная неприязнь сбивала Купидона с толку. И вот с этим человеком он должен связать Вэй Усяня? В целом, Ванцзы было все равно. Только в памяти неожиданно возникли серые глаза и родинка под губой. Руки снова зудели. То, как парень повел себя минуту назад, поселило зерно сомнения в душе мужчины.       — Придешь, чтобы опять докучать мне? Пф, — Цзян Ваньинь закатил глаза, — мне все равно.       Он отключил звонок и вскочил с места, принявшись наводить порядок в кабинете.       Ванцзы нахмурился еще сильнее. У него даже брови заболели. Но, в конце концов, это не его дело — то, как ведет себя этот юнец.       Отчего-то нестерпимо захотелось фисташкового мороженого.