Иные

I

      Они начинают!..       Спустя столько лет… они вновь начинают, не зная, какими последствиями это чревато…       И из бесконечных, запутанных каменных туннелей исчезла тишина. Она заполнилась громким и монотонным рокотом.       (Спустя столько лет…)       Первый отчёт из КУБа:       «ДВИГАТЕЛЬ ЗАПУЩЕН. СИСТЕМА ОХЛАЖДЕНИЯ ДВИГАТЕЛЯ ЗАПУЩЕНА. ПРОЖЕКТОРЫ ВКЛЮЧЕНЫ. СКОРОСТЬ ВРАЩЕНИЯ БУРА: ПЕРВАЯ МИНУТА — ДЕСЯТЬ ОБОРОТОВ В СЕКУНДУ, ВТОРАЯ МИНУТА — ПЯТЬДЕСЯТ ОБОРОТОВ В СЕКУНДУ, ТРЕТЬЯ МИНУТА — СТО ОБОРОТОВ В СЕКУНДУ, ЧЕТВЁРТАЯ МИНУТА — ТРИСТА ОБОРОТОВ В СЕКУНДУ, ПЯТАЯ МИНУТА — ПЯТЬСОТ ОБОРОТОВ В СЕКУНДУ (ПРЕДЕЛ УСКОРЕНИЯ). ПРЕДПОЛАГАЕМАЯ СКОРОСТЬ БУРЕНИЯ — ДЕСЯТЬ КИЛОМЕТРОВ В ЧАС. ПРОДОЛЖИТЕЛЬНОСТЬ ПЕРВОЙ ФАЗЫ БУРЕНИЯ — 180 МИНУТ».       Они начали…       Они вновь начали.       Земля сотряслась.

II Элир произносит слово

      Он шёл домой по освещённым улицам Александрополиса. Дом располагался в районе, образующем некую середину между Сердцем гигантского города и его же краем, что обнесён Стенами. Впрочем, до дома ему дойти уже не удастся, ибо с первыми лучами солнца его тело будет найдено на выходе из парка девушкой, решившей начать бегать по утрам.       Приближалась ночь, и Элир Друсер покинул школьную дискотеку поздним вечером, в 22:47. Да, долгая выдалась вечеринка, но если бы вы днём раньше спросили у Элира: «Хочешь ли ты пойти на школьную дискотеку?», то он бы вам дал отрицательный ответ. Он никогда не любил такие мероприятия. Будь то поэтический вечер в узком кругу друзей или дискотека школьного уровня. Годом раньше до своей смерти Элир нашёл себе друга. Не просто друга, а друга-единомышленника. Почти абсолютного единомышленника. Это довольно редкое явление, когда взгляды двух людей практически во всём совпадают. Но друг Элира был более открытым человеком, чем сам Элир. Он, в отличие от Элира, любил любого рода вечеринки. Обожал их так же, как и поэтические вечера в узком кругу друзей. Позже он и самого Элира приобщил к вечеринкам и дискотекам. Но кто же знал, что первая дискотека Элира — Праздник начала зимы, первое декабря — станет для него последней? Никто. Даже то нечто, что сеет смерть в таких, как Элир Друсер, и которое трибунал-инспектор Ронор Глисеас Оуэн прозовёт Иное, тоже не знало.       И теперь освещённые городские улицы сменились менее освещённым парком, фонари в нём встречались реже. Впрочем, стоя у одного из них, увидеть второй не составляло труда. Элир шёл по брусчатой тропе мимо деревьев, лавочек, редко встречающихся фонарей и мусорных бочков. Он шёл и думал о дискотеке, она ему понравилась, хоть он на ней и не танцевал. Ему пришлось по нраву проведённое там время. Разумеется, это далеко не лучшее мероприятие, которое посетил Элир за свою жизнь, но оно сойдёт. Он не жалел потраченного времени. А теперь, направляясь домой, он планировал, что будет делать до ночи. Спать? Ни в коем случае! Почитать что-то из художественной литературы? Возможно. Посмотреть фильм? Ужастик? Action? Fantasy? Более возможно. Вы спросите, почему не спать? Ответ прост: Элир будет делать всё, что угодно (в рамках разумного, разумеется), чтобы вновь в его голове хаотично и монотонно (что вместе наиболее хаотично) не зазвучали иные голоса. Элир начал слышать их в конце лета. Сперва списал это на галлюцинации, последовавшие за громкой музыкой в наушниках, но потом они вновь начали звучать. И в абсолютной тишине, и во сне, и наяву. Всё чаще. Везде. Постоянно. Элир так и не понял, о чём вечно вторили эти голоса. Они будто делали это на неизвестном языке. Элир даже предположить не мог (боялся), какую информацию они пытаются донести до него. Именно в конце лета Элир тосковал, так как его друг (единственный лучший друг, к которому Элир стремился) уехал в центральную часть города — Сердце Александрополиса — на волонтёрские работы, которых было так много, что Элир на некоторое время потерял связь с другом. И тогда в парня ворвались голоса.       Элир оглянулся вокруг, обведя взглядом присыпанный снегом парк. Да, зима только началась, а снег уже выпал. Впрочем, для Александрополиса это вообще нередкое явление, когда снегопад может случиться даже летом. Зима в этом месте идёт круглый год, лишь температура скачет от пятидесяти градусов ниже ноля до десяти градусов выше ноля в зависимости от времени года. Разумеется, в соответствии с текущими сезонами увеличивается-уменьшается длина дня-ночи. Так, с начала этого декабря солнце стало исчезать за горизонтом приблизительно в 17:48. К Новому Году это число должно достигнуть просто 17:00.       На улице поднялся сильный и холодный ветер, из-за чего Элир сунул руки в карманы куртки и ускорил шаг. Но даже завывание ветра не заглушило вновь приходящие голоса. Сегодня для Элира они стали ещё отчётливее. Если всегда это было бессловесное бормотание, то сейчас Элир понимал, что далёкий иной шёпот складывается в буквы, буквы — в слова. Парня охватил страх, сдавивший его грудь. Он думал, будто кто-то живой прямо сейчас стоит за его спиной и нашёптывает. Но это не так.       «О, нет… опять!» — пронеслась мысль у Элира в голове, и он прошептал навстречу обжигающему ледяному ветру: — Заткнитесь, заткнитесь!.. Замолчите!!!       И голоса на мгновение стихли.       Элир не рассказывал своей матери о голосах. Впрочем, ничего бы это не изменило. Он бы всё равно умер. Какая разница где? Или здесь, в парке, или там, в отделении для психически больных людей, которое расположилось в больнице, что стоит в Сердце.       Элир никому не рассказывал про голоса, отчаянно надеясь на то, что они исчезнут сами собой.       И вновь голоса принялись звучать в голове Элира. С новой силой. Парень начал разбирать возникающие в голове буквы. А также слово, которое строилось из этих букв.       Элир встретит свою смерть, такую же загадочную, какие последуют дальше, около центра городского парка, там, где фонарного света меньше всего.       (Иные голоса диктуют буквы, буквы собираются в слово, слово несёт смерть.)       И что-то неописуемое парализовало ноги Элира. Парень упал на колени и смог лишь на них устоять. Он судорожно согнулся пополам, схватившись руками за голову, закрыв уши, наивно думая, что голоса исходят извне. В каком-то смысле Элир оказался прав. И неправ одновременно.       — Заткнитесь… — пробормотал он, а в голове звучало: «Да когда же это кончится!..»       Скоро.       Скорее, чем можно себе представить.       И впервые голоса утихли сами. Элир слышал лишь завывание ветра и гудение трансформатора, что заставлял светиться лампочки во всех фонарных столбах парка.       «Неужели закончилось?» — подумал парень, и это стало самым большим заблуждением в его жизни.       В ноги вернулась сила, и Элир поднялся на них, оглянулся по сторонам, надеясь, что никто не видел его «припадка», и двинулся дальше. Но не успел он сделать и трёх шагов, как рот сам раскрылся и произнёс сакральное слово, которое нашёптывалось иными голосами целых полгода. И на этом всё кончилось для Элира Друсера. Он увидел невообразимый и неописуемый ужас, который даже бога смерти заставит поседеть. Элир не успел даже испугаться, как резко всё оборвалось. Его глаза закатились, оставив лишь мёртвые белые шарики, он резко упал на бок и больше не вставал. Последнее чувство, которое Элир испытал в своей жизни — чувство слепящей боли в сердце, будто его сдавили и резко разорвали. И даже свет фонарей не стал свидетелем конца Элира, ибо, когда парень невольно произнёс последнее слово (которое я вам пока что преднамеренно не стану озвучивать), в трансформаторе случился небывалый скачок напряжения, отчего тот попросту сгорел, лишив энергии всех фонарных столбов городского парка.       Так встретил свою смерть (открывшую новую серию смертей) Элир Друсер в 23:07 1 декабря 2999 года от Обрушения Великого Моста (от Исчезновения), что когда-то давно соединял город-государство Александрополис с остальным миром (который называется сейчас Утерянным Светом или Зоной Неизвестности). Впрочем, это другая история, о которой мы поговорим позже.