Апокалипсис в Овраге

Когда Война уходила, спал почти весь дом, лишь Рехор читал книгу при осторожном свете старого торшера на тонкой витой ножке. Раздор не разбирала рюкзак, с которым приехала - бросила его на пороге и теперь забрала оттуда же, даже не перепроверив вещи. - Куда ты идёшь? - Голод выглянула из комнаты бесшумно, сонная и уставшая. - Так я тебе и сказала, - фыркнула Война, накидывая на плечи пальто. - Я ведь всё равно узнаю. Рыжая посмотрела на сверкающие в темноте глаза сестры, почти кинула на плечо рюкзак, последний раз оглядела сверкающий в предрассветных сумерках коридор убежища и произнесла, вздохнув: - К старому другу. И тихо закрыла за собой дверь. *** Засыпавший разрушающимся, город проснулся в обломках. Когда человек в бегах, он склонен верить, что небо ему помогает, но когда бежит Всадник, он надеется, что небо ему хотя бы не мешает, а потому то, что метро всё ещё работало, Войне показалось добрым знаком. Пассажиров практически не было, а те, кто были, одинаково смотрели на мир заплаканными глазами, отличаясь лишь количеством ссадин и переломов. Прерываемые гулом поездов в тоннелях раздавались телефонные звонки: - Ало, мам? Ты в порядке? А как там папа? - Коль, ты как? Держись, брат! - Доченька, как ты? Не боишься? К тебе скоро тётя приедет, я пока не могу, но приеду, обязательно. Война старалась не вглядываться в глаза окружающих, лишь бросала скользящие взгляды в поисках "хвоста" или крыльев у пассажиров. Поезд медленно вёз их под землёй через эпицентр событий прошлого вечера, скрывая за железными стенками и каменными станциями развалившиеся дороги, вывороченные с корнем деревья, оборванные провода и разрушенные пути, над которыми не кричали даже вороны. *** Профессор Лисовская единственная жила на первом этаже в невысоком домике на территории сельскохозяйственного университета, где теперь преподавала. Сам университет занимал размашистую площадь, в которую в ходило несколько километров дорог, множество зданий, сотни гектаров леса, поэтому у Лисовской было где разгуляться так, чтобы никто не заметил несколько съеденных куриц или следы лап животных, которых в этом лесу отродясь не было. Профессора Лисовскую любили все студенты за её острые шутки, глубинные знания, интересные истории на лекциях и всегда быстрые хитрые глаза, от которых до сих пор не укрылась ни одна шпаргалка. - А кто это курил за две пары до моей? - строго спрашивала порой профессор, и половина группы воровато прятали глаза, зная, что от Лисовской ничего не укроется. Однако, никто даже не допускал мысли, что профессором престижного университета может быть оборотень-лиса. Лиса была высокой, тонкой, конечно же рыжеволосой, невероятно быстрой и лукавой до невозможности, но отличительными её особенностями были мудрость и бережливость: Лиса была артефактчиком. По стенам её маленького дома были развешаны всевозможные амулеты от шаманских бубнов до старинных ковров, черепов и колец. Вся квартира была освещена мягким жёлтым светом и пахла невообразимым соединением разных видов специй и чая. Сейчас же Лиса сидела на диване, завернувшись в один из множества пёстрых пледов, и слушала свою новую гостью. *** Война шла по переходу, и шаги её глухим гулом отражались от стен; холодный воздух потрескивал после пришествия небесных гостей, сотрясался от монотонного скулежа: - Подайте копейку! Подайте копейку! Слова отскакивали от облицовочного камня, сливались и сваливались под ноги Раздора. Вскоре она увидела источник нытья - им оказался завёрнутый в кучу шерстяных замызганных тряпок мужчина с испитым лицом и заплывшими глазами. Сидел он в невообразимой скрюченной позе на каком-то кусе картона, перед ним лежала шапка, на которой одиноко поблескивали несколько монеток и мятая сотенная купюра. Рыжая только хмыкнула, проходя мимо, но за поворотом остановилась. "Попрошайка? В шесть утра? Не рано ли?" Резко развернувшись на скользкой поверхности перехода, Война выскочила из-за угла обратно и увидела необычную картину: несчастный бедняк теперь что-то быстро печатал в телефоне последней модели. Точным ударом ноги Раздор выбила аппарат из рук пьяницы, схватила беднягу за горло. - Кто тебя подослал? - в глазах Войны горел огонь; мужичок обомлел, - Кто дал тебе телефон? Говори! - Мих-... Мих-... - начал заикаться пьяница, но тут же был брошен обратно на свою картонку. - Беги, - прорычала Раздор, - И надейся, чтобы я тебя больше не увидела. Два раза повторять не пришлось: скользя по камню перехода, мужчина побежал прочь от демонической рыжей бестии, которая смогла одной рукой оторвать его от пола, обещая самому себе начать новую жизнь, никому не служить и не верить тем, кто называет себя англами. Телефон хрустнул под каблуком ботинка Войны. *** - Лиса, - высокая статная девушка поклонилась, - Разреши передать тебе поклон от всей Стаи. - Рада снова видеть тебя, Рысь, хоть и не рада поводу, по которому ты явилась, - ответила формальностью на формальность Лиса, - Сядь рядом, не бойся, я не причиню тебя зла в моём доме. Рысь ещё раз кивнула, опустилась на скрипучий мягкий диван и откинула пару упавших на глаза русых прядей, которые выбились из наспех собранного узла волос. - Итак, ты теперь глава Стаи, - начала Лиса, - Каковы твои действия? - Думаю, нам стоит почтить память Пумы, - серьёзно проговорила Рысь, - У Стаи есть провиант, поэтому неделю мы можем спокойно не охотиться. - Мудро, - кивнула Лисица, - А что вы думаете делать с последствиями ночного шторма, Рысь? - Если Вы позволите, Лиса, я отвечу Вам честно: я пока не знаю, что с этим делать, поскольку от вчерашнего шторма Стая понесла только одну потерю - нашу предводительницу, которая... - Я знаю, как погибла Пума, - лукаво улыбнулась Профессор, - Это героический поступок - вместо состайницы самой встать под падающее дерево. Я горжусь ей. Отчего-то эта фраза неприятно кольнула Рысь: как, какая-то городская лисица и позволяет себе "гордится" одной из Стаи? "Кем она себя возомнила?" Новая Глава нехорошо сверкнула зеленоватыми глазами, стянула губы в нитку, но ни слова не сказала против. - Я рада, что Вы понимаете нас Лиса, - холодно процедила Рысь, - Однако, я забыла спросить, как Вы сами перенесли вчерашний шторм? - Спасибо, Рысь, я в полном порядке, - Лисица лениво провела рукой по стене, - Правда, несколько дорогих для меня артефактов разбилось, и если бы Вы были так любезны... Лиса лукаво улыбнулась, искоса посмотрев на Главу Стаи, которая медленно белела, продолжая сверкать глазами. - А что для нас? - также лукаво вдруг оскалилась Рысь. Настала очередь для Лисы начать закипать: мало того, что пришедшая к ней на поклон кошка хочет что-то у неё просить, так она ещё и не верит, что Лиса оплатит их труд! Лиса, которая долгие годы помогала Стае всем, чем могла! "Какое неуважение!" - А не кажется ли тебе, - почти прошипела Лисица, - Что этот вопрос неуместен? Не слишком ли много я уже сделала для вас, чтобы сейчас ты спрашивала с меня что-то? Ты шла за моей помощью, не так ли, Рысь? - Да, - ощетинилась Рысь, - Но не ожидала, что ты станешь нам навязывать свою власть! - Да как ты смеешь! Оборотни вскочили с места, бешено сверкая глазами. На холках у обеих стала появляться стоящая дыбом шерсть, ногти обращались в когти, зубы медленно вытягивались в клыки. - Ты ещё слишком юна, чтобы командовать, - гавкнула Лиса. - Мы справимся и без тебя, старуха, - прорычала в ответ Рысь. Неизвестно, что бы произошло дальше, если бы вдруг в дверь не раздался быстрый стук-пароль и женский крик: "Лиса, открой!" *** Война ввалилась в дом Лисы и тут же наткнулась на злой взгляд статной русоволосой девицы, втягивающей когти в руки и приглаживающей шерсть на холке: - Лиса, что за Иную ты пустила в дом? Кто это? - Просто крылатая, - нашлась быстрее хозяйки дома Раздор, - Я тут иногда живу по старой дружбе с госпожой Лисой, которая спасла мне жизнь и стала моей наставницей. - Полагаю, я снова спасла тебе жизнь, - отозвалась Лиса, входя в комнату, - Хотя из-за тебя мы чуть друг друга не убили. - Скорее, из-за её прихода мы только друг друга и не убили, - фыркнула со своего снова занятого места на диване Рысь; Война с наставницей тихо хмыкнули, понимая, насколько Глава Стаи ошибается. - Раз уж я тебя спасла, Рыжая, - Лиса опустилась рядом с Главой, - То приготовь завтрак. Ты же знаешь, в моих руках кухонное дело горит. А Вас, дорогая, прошу принять мои искренние извинения, - Лисица взяла за руку Рысь, елейно заглянула в глаза, - Этот шторм и гибель нашей любимой Пумы так ужасно на меня повлияли, но мне так стыдно было в это признаться! Я просто не могла сразу понять, что Вы достойны этой Стаи, а сейчас, когда Вы встали на их защиту, я не вижу Главой никого, кроме Вас! - Благодарю, - смущённо улыбнулась Рысь, - Я очень хотела бы оправдать Ваши надежды. Простите и Вы меня, я слишком тяжело переживаю нынешние перемены в наших жизнях... Через пять минут оборотни уже обнимались на пороге дома, клялись друг другу в вечной дружбе и обещали всегда быть рядом. Закрыв за Рысью дверь Лиса выдохнула, снимая с себя маску елейного восторга, и направилась в маленькую кухню, где Война, стыдливо поджав крылья, уже замешивала тесто для блинов. - А теперь объяснитесь, юная леди.