Апокалипсис в Овраге

Квартира Рехора никогда не была шумной; количество звуков в ней увеличилось, только пока все четверо Всадников пытались ужиться у вампира, но с тех пор, когда осталась только Голод, шум поднялся лишь раз – когда нужно было срочно заметать следы. Полтора дня после этого квартиранты не перекидывались ни единым словом; иногда Третья обращала внимание на тот факт, что чернокнижник разговаривает сам с собой разными голосами, но поскольку с самого начала пообещала себе не лезть не в своё дело, тема не поднималась. Несмотря на опасения, ангелы на пороге не появлялись и в окна не пикировали, что успокаивало Рехора, который всё же надеялся пережить надвигающиеся события в своей квартире, но нервировало Голод, которая вторые сутки находилась в оторванном от семьи положении. - Вы ведь не собираетесь спорить, что волнуетесь? – спросил наконец у вынужденной соседки вампир, когда они от скуки считали трупы голубей за окном. - «Волнуюсь»? – передразнила хозяина Третья, - Я в панике, если позволите откровенничать. - И почему же? - Разберём на простом примере. Представьте: у Вас есть семья, с которой Вы не разлучаетесь с незапамятных времён. Вы проходите вместе огонь, воду, медные трубы и райские кущи, но потом Вас вдруг раскидывает по всей Земле. Вы помните не сильно больше, чем «ничего», а семьи рядом нет, но случается чудо, и вы снова воссоединяетесь. А потом начинается конец света без Вашего ведома, и вот Вы уже заперты в квартире с малознакомым… с малознакомцем, без связи с семьёй и абсолютно без идей о том, что будет дальше. - Да, - Рехор цыкнул зубом, - Я бы, наверно, бегал кругами, кричал от страха и, возможно, поседел бы. - Ах, как Вы тонки и саркастичны. - Я без задней мысли. С неба с чавкающим звуком на подоконник упал голубь. Голод и Рехор синхронно склонили голову к плечу, глядя на кашляющую кровью и дергающую лапками птицу, которая уже через пять секунд перестала дышать и начала коченеть. Вампир печально поджал губы: - Вас также с Неба выгнали? - Нет, - спокойно отозвалась Третья, - Там было немного веселее. Сначала мы обучали ангелов: у нас был полный набор райских прав, а также поддержка начальства. Но потом количество людей стало увеличиваться почти неконтролируемо, и нас сослали работать «в поле». - Помнится, Ваша сестра на моё пятисотлетие устроила прекрасный геноцид. – покачал головой чернокнижник и добавил, встретив непонимающий взгляд Голод, - Я о Второй мировой. - Зря Вы снова с иронией, Война старалась. Только вот после этого мы стали нужны на Земле всё меньше и меньше, а потому нас отозвали в Рай. Но возвращать наши права нам не хотели, а хотели снова гонять в хвост и в гриву – «тренируйте нашу армию» и «отвечайте за демографию». Звучит легко, но омерзительно унизительно. Вспоминая опыт первого бунта, мы решили устроить второй бунт против райского тоталитаризма. Как Вы понимаете– Вампир и Всадница проследили взглядом ворону, утащившую труп голубя куда-то за поворот. - Как Вы понимаете, - продолжила Голод, - бунт наш вышел нам боком. Не буду называть имён, но один из учеников Войны сдал нас начальству, в обмен на это получив власть над армией Рая и меч Раздор, её артефакт. - Что ж, - хмыкнул Рехор, - Тогда даже как-то лестно, что свой серп Ваш брат оставил мне, а не какому-то ангелу в Раю в качестве трофея. - Как Всадница, «оставившая трофеем» свои весы в Раю, считаю Вашу ухмылку неуместной, - оскалилась Третья, - Да и корона Мор завалялась где-то там же под кустами. Возвращаясь к истории, нас чудом на Землю отпустил Пётр, предупредив, что мы можем очнуться в свежих могилах с провалами в памяти. С братом почти так и было, только там был морг, а не гроб. - А Вы? - А меня в реанимации вытащили. Потом в синагоге выходили, потом из одной церкви выгнали, а в другой распяли. - Попробуйте чернокнижие, - вдруг предложил Рехор. - Спасибо, я уже, у меня просто не-христианское. - улыбнулась в ответ Голод. *** - Шахат! Сделай нам чай и ответь начальству! – крикнула Фортуна куда-то в сторону кухни, в которую стабильно уже второй день выгонялась ангелица, когда пророчица с Всадницей хотели поговорить, - Итак, Мор, что такого особенного ты хочешь мне сообщить? - Твой сарказм неуместен, - огрызнулась Первая, - В то время как я хотела рассказать тебе о болезни, которую запустила по всему городу. - Уже по всему городу? – подняла бровь Тихея, даже не пытаясь прикрыть сарказм в собственном голосе. - Да, Фортуна. И прояви уважение к Всаднице, которая теперь может заразить не только человека. - Это ты о трупах птичек, покрывших наши улицы? Да, прелестная работа, Мор, спасибо за геноцид. «Шахат, что это за конгломерат?» - раздался в голове ангелицы голос Михаэля, - «Напомни, какая у тебя задача?» - Ты задаёшь слишком много вопросов одновременно, брат мой, - огрызнулась вслух убийца, зажигая огонь под чайником. «Это что ещё за речи?!» - Это не конгломерат, а я втираюсь в доверие. Моей задачей стоит привести к тебе Войну. – устало пробурчала ангелица. «А что ты вместо этого делаешь?» Шахат тяжело вздохнула, вдруг подумав, что Михаэль слишком импульсивно на всё реагирует, но мысль эту мастерски скрыла от брата и чужих ушей. - А я вместо этого пытаюсь строить стратегию и идти окольными путями с меньшими потерями, как меня и учили. «Кто тебя учил?» - Ты, брат мой. – холодно бросила Шахат и выключила закипевший чайник. - А ещё я модифицировала болезнь. – с нажимом произнесла Мор, - Теперь ей могут заразиться и ангелы тоже. - Но… - А Шахат мы не скажем, - заговорщицки прошипела Первая за секунду до того, как в комнату без стука вошла убийца с чашками чая в руках. Фортуна поняла, что дело пахнет керосином ещё утром, когда мимо их окон вдруг стали проноситься души голубей, так что теперь она внимательно следила за каждым шагом и словом Всадницы; на убийцу ей было почти плевать, встреча с Первой показала, у кого в руках реальная власть. Мор внимательно оглядела собравшихся в комнате и откашлялась: - Ангелу Всадника не убить, - ни с того, ни с сего начала она, быстрым жестом остановив Шахат, - Потому что Всадник выше ангела в любой иерархии. Кого бы из моей семьи вы ни хотели отправить к вашим работодателям, у вас на это не хватит сил. Убить мою семью могу только я. Так что, девочки, если у вас был подробный план и список жертв, вы можете спокойно выбросить его. Тихея очень хотела верить, что тень быка с красными глазами позади Мор ей только кажется, но пророкам никогда ничего не кажется. Всадница производила впечатление дорвавшегося до власти кровавого тирана, и от этого ощущения без того маленькая комната сужалась до размеров спичечного коробка, а по стенам начинали плясать аморфные существа и силуэты зубастых тварей и остроконечных шпилей. Власть здесь была у Мор, и Мор это прекрасно понимала. *** - Маг! Рысь настойчиво постучалась в комнату Смерти, от чего старая дверь печально заскрипела в петлях. - Маг, ты срочно нужен! - Ну что там? - Четвёртый открыл дверь также порывисто, как Глава Стаи в неё стучала. - Кошка. – кратко начала Рысь, - Лихорадка, сыпь на шее, кашляет кровью. На обычную болезнь не похоже, пахнет порчей. - Где она? - В ванной пока. Куда её? - Ко мне ведите. Вскоре в комнате Смерти собралась почти вся Стая, со скорбными лицами глядящая на и без того бледную, а теперь совершенно белую Кошку с кровавыми подтёками на подбородке, красными пятнами на шее и чернеющими усталыми глазами. - Ну и что мы тут стоим? – спросил Тигр после недолгого молчания, - Маг, ты знаешь, что с этим делать? - Я пока не уверен… - протянул Четвёртый, теряя терпение из-за наличия в комнате посторонних. - Но у тебя уже есть варианты, что это может быть? - По городу расползается новый вирус, и я думаю, что перед нами именно он. И он заразен. - Но… - Тигр, заткнись! – рявкнул Смерть. - Выйдите все. – мягко сказала Рысь, обращаясь к Стае, - Кошке нужен покой, а Магу – тишина. Пойдёмте, мы здесь пока ничем не поможем. И, дёрнув Тигра за рукав домашней кофты, Предводительница первой вышла из комнаты; за ней в тягостном молчании потянулись её состайники, и наконец в комнате остались всего двое. Смерть вздохнул и обернулся к карте, на которой красными крестиками обозначал места, где чувствовал повышенную активность Жнецов, собирающих души умерших вместо него: юго-восток почти полностью скрылся под красными штрихами, следом за ним «алела» периферия Столицы, включая район, где обосновалась Стая. Четвёртый вздохнул снова, теперь уже менее обречённо, но как врач, вынужденный сказать семье, что скоро их родного отключат от аппарата жизнедеятельности. - Кошка, ты только не переживай сильно, ладно? – тихо попросил Смерть, опускаясь на пол рядом с кроватью и поджимая под себя тощие ноги, - Мне кажется, я знаю, что с тобой. Мне не особо хочется в это верить, но я чувствую здесь почерк самой Чумы. - Да? Той самой? – тихо спросила Кошка, еле разлепив веки. - Да, той самой, из Откровений. Скорее всего. – Четвёртый пробормотал что-то невнятное, заполняя паузу для раздумья своим голосом, - Исцелить я тебя не могу, но... Зато могу сдержать болезнь живой и мёртвой водой. На вкус не очень, зато ты будешь жить. Чума скоро отпустит этот город, надо потерпеть и бороться. Но пока Смерть призывал к терпению, один из воинов Рая вдруг заметил у себя признаки странной болезни.