This Time Around

      У Гермионы оставшаяся часть Рождественских каникул была заполнена делами. Она почти каждый день встречалась с Дамблдором, а мальчики были очень огорчены, что их не пускают на эти собрания. Когда они спрашивали об этом, Гермиона всегда давала им один и тот же ответ: — Вы всё скоро узнаете.       В свободное от встреч с Дамблдором время Гермиона готовилась к Т.Р.И.Т.О.Нам. Она постоянно была занята, часто уходила в библиотеку, когда ребята ещё спали. — Мы ведь всё ещё на каникулах, — сказал как-то утром Сириус, садясь перед Гермионой в библиотеке. — До экзамена осталось меньше пяти месяцев, вам тоже стоило бы начать готовиться. Я не собираюсь заниматься ничегонеделанием, как вы, — заметила девушка. — Ты не права. Скажи ещё, что ты учишь что-то новое… — Джеймс поддержал Сириуса. — Да, существует множество вещей, о которых вы ещё и не догадываетесь, — Гермиона обвела взглядом мальчиков. — А где Ремус? — Вчера было полнолуние, — ответил Джеймс, — он в Больничном крыле, отдыхает.       Гермиона нахмурилась, листая календарь. Она проверила — действительно, вчера было полнолуние. — Не может быть. Не могу поверить, что он не напомнил мне об этом, — она посмотрела на Джеймса и Сириуса. — Чем вы занимались вчера ночью?       Джеймс и Сириус ухмыльнулись, переглянувшись: — Это тайна мародеров, дорогуша. — Он не казался вам странным в последнее время? — Он всегда немного странный перед полнолунием, — промолвил Джеймс. — Нет, я имею в виду другое. Вам не кажется, что он… избегает меня? — Нет, я не заметил, — Сириус пожал плечами. — А мне показалось, что он стал раздражительным, — заметил Джеймс. — Но раньше-то он таким не был, — добавила Гермиона. — Не был, — согласился Джеймс. — Может быть, вам стоит поговорить с ним? — предложила Гермиона. — Как-никак, вы его лучшие друзья. — Я уверен, с ним всё будет в порядке, — отмахнулся Сириус. — Мерлин, мальчики, тем не менее, — вспылила Гермиона, — неужели это так сложно?! Ладно, забудьте, я сама узнаю, что с ним, — она покидала книги в портфель и вышла из библиотеки. Она направилась прямо в Больничное крыло. На одной из кроватей лежал Ремус. Девушка подошла к нему, поставила сумку на пол и села на край его кровати. — Привет, — сказал он улыбнувшись. — Не думал, что кто-то зайдет. — Я подумала, что тебе может быть одиноко, — ответила она. — Я забыла, что вчера было полнолуние. — Хотелось бы мне об этом забыть, — усмехнулся Ремус. — Ты не сердишься? — Гермиона засмеялась. — Нет, всё нормально. — Ты, наверное, уже привык к этому…       Они посидели молча, затем начали говорить в один и тот же момент. — Гермиона… — Ремус, я…       И засмеялись. — Продолжай, — кивнула Гермиона. — Только после тебя, — с улыбкой сказал Ремус. — Ладно, просто меня удивляет… это… Ты совсем не обиделся на меня? — Нет, — удивленно ответил Ремус. — А почему ты спрашиваешь? — Ты был каким-то тихим в последнее время, я подумала, что ты не хочешь общаться со мной, или что-то типа этого, — неловко закончила девушка. — Глупо, да? — Нет, не глупо, — быстро проговорил Ремус. — Я, действительно, мало общался с тобой в последнее время. Ты ведь была почти всегда занята, да и я тоже что-нибудь делал. Ты ни в чем не виновата. — О, ну, хорошо, — улыбнулась Гермиона. — Можешь приходить, говорить со мной, ты мне ничуть не мешаешь. — Ты мне тоже, — Ремус улыбнулся.       Они опять посидели в тишине. — Ты что-то хотел сказать мне? — спросила Гермиона. — Да… я… я забыл. — Эмм… ну, ладно, — Гермиона обвела взглядом помещение Больничного крыла. — Наверное, ты хочешь отдохнуть, мне стоит уйти… — Увидимся за обедом, — голос Ремуса звучал разочарованно. — Да, — Гермиона взяла свою сумку и пошла в сторону двери, — увидимся за обедом, — повторила она, обернувшись. — Гермиона, — окликнул её Ремус, девушка остановилась, — Хочешь, я научу тебя летать? — Хочу, — сказала она, на секунду задумавшись. — Великолепно, как насчет завтра? — Хорошо, — согласилась Гермиона. Когда она покидала Больничное крыло, сердце её бешено билось. «Странно», — подумала она, — «А ведь, я только согласилась завтра полетать с ним на метле».

***

      На следующий день Ремус и Гермиона стояли посреди квиддичного поля. Гермиона нервно осматривалась, стараясь не пересечься взглядом с Ремусом. — Не нервничай так, — засмеялся Люпин. — Я не могу, — простонала девушка. — Я не могу поверить, что согласилась, чтобы ты научил меня летать. Я сошла с ума! — До такой степени, что доверилась мне? — Нет, я доверяю тебе, но я совсем не верю метле. — Давай я буду управлять метлой. — Я не знаю, — не очень уверенно сказал она. — Ну же, — Ремус приблизился к Гермионе, — я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось.       Он установил метлу так, чтобы Гермиона могла на неё забраться. — Сначала я буду впереди, так ты сможешь, не боясь, привыкнуть к высоте, но потом поменяемся местами. — Ну, ладно, — она обвила руками его талию и уткнулась лбом в спину Ремуса. — Я готова, — голос Гермионы звучал натянуто.       Ремус улыбнулся и плавно оттолкнулся от земли. Они взлетели высоко над квиддичным полем. Гермиона ещё сильнее обхватила талию Ремуса. — Как ты там? — спросил он. — Мм… хм… — невнятно ответила Гермиона. — Открой глаза… — Они открыты, — засмеялась Гермиона. — Ты себя хорошо чувствуешь? — Да, но, надеюсь, что ты не собираешься сделать нечто сумасшедшее? — Типа этого? — спросил Ремус, переворачиваясь на метле в воздухе. — Да! Что это было — финт?       Ремус засмеялся, позволив метле пролететь несколько футов без управления — Гермиона завизжала. — Ремус, — завопила она. — Что ты говоришь? — Это не смешно! — ответила девушка. — Что это за финт? — Финт? Что за финт? — переспросил Ремус, перемещаясь между обручами. — Это перемещение в Квиддиче. Оно какое-то другое, не такое, как ты делал. — Можем попробовать и другое, — предложил Ремус шутя. — Нет, нет, нет, — смеясь, запротестовала Гермиона.       Потом некоторое время они летали довольно спокойно. Хотя один раз случайно, а может и специально, Ремус сделал резкий переворот в воздухе, что заставило Гермиону снова вцепиться в него. Вскоре после этого они опустились на землю. — Ну что, Гермиона, готова поменяться местами? — Нет, — ответила девушка, но Ремус уже слезал с метлы. — Отлично, — Ремус, казалось, не замечает слов Гермионы. — Садись впереди, а я сяду за тобой.       Гермиона оседлала метлу и вскоре почувствовала, что Ремус сел сзади неё. Он обвил её талию руками. Не подумав, Гермиона оттолкнулась от земли, и метла начала медленно набирать высоту. — Отлично, — подбодрил девушку Ремус, — теперь постарайся плавно выровнять метлу.       Гермиона подвинула метловище, но вместо того, чтобы удерживать высоту, они поднялись в воздух ещё на несколько футов. — Не так, — сказал Ремус. — Это делается вот так, — он положил свою руку на руку Гермионы и выровнял метлу. — Попробуй. — У меня ничего не получится, — покачала головой Гермиона. — Ты делаешь всё прекрасно, просто расслабься.       Гермиона вздохнула, она почувствовала дыхание Ремуса за своей спиной. Он отодвинул волосы Гермионы в сторону, голова его находилась прямо над её плечом. Они никогда не были так близко друг к другу, на секунду Гермиона подумала, что они сейчас находятся в крайне двусмысленном положении. — Если хочешь лететь вниз, — голос Ремуса раздался прямо около её уха, — просто наклони метлу, — он наклонил корпус вперед, метла медленно начала снижаться. — Если хочешь остановиться, то сделай так, — он повернул метловище чуть-чуть влево, немного надавливая на руку и талию Гермионы. Метла остановилась. Их тела двигались совершенно синхронно. Они были одним целым сейчас, даже их сердца в этот момент бились в унисон. — Видишь, у тебя всё получается, — мягко сказал Ремус, когда они уже около получаса прокружили над полем. — Может, пора спускаться? — Да, — Гермиона почувствовала, что очень устала. — У тебя действительно хорошо получалось, — сказал Люпин. Приземлившись, Ремус и Гермиона решили побродить вокруг озера. — Да ладно, — засмеялась Гермиона, — я чуть не упала в обморок от страха. — Ты просто сама не хочешь верить, что я прав, — ответил Люпин. — И меня это очень удивляет. — Почему?       Ремус пожал плечами: — Ты редко сомневаешься в чем-то, а на метле чересчур волнуешься. — Я не волнуюсь, — нетерпеливо сказала Гермиона, — просто не люблю летать и всё.       Ремус засмеялся. — Не любишь или боишься? Я не могу поверить. Это говорит девушка, которая готова бросить вызов Сама-Знаешь-Кому. А если он догадается, чего ты боишься? Гермиона закусила губу: — Ты думаешь, я не боюсь Его? — Похоже на то, — ответил Ремус.       Гермиона не понимала внезапную перемену в его настроении. — Что с тобой такое? Если хочешь, можешь вернуться в школу. Или ты хочешь поссориться со мной? — Нет, — сразу ответил Ремус, — это будет слишком глупо с моей стороны. Обижаться на девушку, которая собирается рисковать жизнью, чтобы сохранить мир. — Стой, — сердито перебила его Гермиона. — Почему ты так говоришь? Ты правда думаешь, что у меня есть выбор? Или ты хочешь, чтобы я позволила им снова умереть? — Нет, но ты же уже изменила ход истории, почему бы просто не оставить всё как есть? — Потому что я не могу! — закричала Гермиона. — Но я не понимаю почему?! — Ремус тоже повысил голос. — Правда, не понимаешь, — Гермиона, вздохнув, нахмурилась.       Ремус опустил плечи. — Извини, — сказал он, удивляясь тому, что начал кричать на неё, — я не хотел ссориться с тобой. — Забудь, — Гермиона продолжила путь вокруг озера. — Нет, подожди, — Ремус подбежал к ней. — Мне действительно очень жаль.       Гермиона не останавливалась. — Я сказала, забудь!       Ремус догнал её и обнял за талию. Он удивился: глаза Гермионы были полны слез, хотя она отчаянно старалась не заплакать. Ремус потупился, не зная, что сказать. Гермиона глубоко вздохнула, и слезинка покатилась по её щеке, но она тут же смахнула её рукой. Девушка закрыла глаза и опустила голову. Ремус посмотрел на Гермиону — она была такой красивой сейчас, стоя рядом. Ему захотелось поцеловать её, но он, не в силах пошевелиться, просто стоял и пристально смотрел на Гермиону.       Через несколько секунд Грейнджер открыла глаза и пошла прочь. Она была смущена. — Подожди, — крикнул Ремус. Он подбежал к ней, притянул к себе и нежно поцеловал. После поцелуя, он неуверенно посмотрел на девушку. Она улыбнулась. — Я думала, что ты никогда не решишься, — сказав это, Гермиона сама поцеловала Ремуса. — Пошли со мной, — проговорила девушка, отойдя от него. Она взяла Ремуса за руку и побежала прочь от озера к замку. — Куда ты меня ведёшь? — спросил Ремус. — Хочу показать тебе кое-что, — просто ответила девушка. Они поднялись на седьмой этаж.– Подожди тут. — Гермиона, — начал Люпин. — Жди, — перебила его Гермиона. — Я не уверена, получится ли у меня… — Что?       Гермиона сосредоточилась и прошла три раза перед стеной, напротив которой висел гобелен, где Барнабаса Безбашенного били тролли. Ремус очень удивился, увидев, что перед ним появилась большая дверь с медной ручкой. Гермиона потянула его за собой, они зашли в комнату за дверью. Девушка радостно захлопала в ладоши, в то время как Ремус неуверенно осматривался вокруг. — Получилось, — счастливо прошептала она. — Я просто не была уверена, что всё получится. — Я не понимаю, о чём ты говоришь, — засмеялся Ремус. — Где мы? Я никогда не был в этой комнате. — Это Выручай-комната, — радостно ответила Гермиона. Она медленно начала прохаживаться вокруг вещей, находящихся в комнате. Стол был полон всяких устройств, которые обычно находятся в кабинетах ЗОТИ — это были вредноскопы, детекторы лжи, треснутый проявитель врагов; пол комнаты был усыпан подушками. — Мм… — нараспев промычала Гермиона. — Гермиона, почему ты привела меня сюда?       Гермиона пересекла помещение, взяла Ремуса за руку, отвела на середину комнаты и остановилась около одной из подушек. — Сядь, — приказала девушка. — Расскажи мне об этом месте, — попросил юноша. — Насколько мне известно, это единственная комната в замке, которая есть не всегда. — Почему? — Потому, что эта комната появляется только в том случае, если она действительно нужна. — А зачем тебе комната полная книг по Защите и детекторов? — Я хотела, чтобы ты увидел это. Я хочу, чтобы ты понял, почему я стремлюсь участвовать в войне с Волан-де-Мортом. — И почему? — Когда война только началась (это было на пятом курсе, через год после того, как Волан-де-Морт возродился), Министерство начало очень активно вмешиваться в дела школы. Министр Магии сам назначил нам нового преподавателя Защиты от Темных Искусств. Она была лишь марионеткой, не учила нас защитным заклинаниям… — Гермиона рассмеялась. — Наши уроки были настолько ужасными… Как можно бороться, не используя магию?! И я решила, что нам надо учиться ЗОТИ самим. Я убедила Гарри, что он должен собрать группу людей, которые согласятся учиться под его началом, и мы начали тренироваться. Мы встречались тайно, потому что Министерство выпустило новый декрет о том, что нельзя создавать организации или общества без особого на то разрешения. — Мерлин, — потрясенно воскликнул Ремус, — неужели всё было так плохо, как ты говоришь? — Да, — кивнула Гермиона. — Летом перед пятым курсом мы потеряли одного студента, он был убит Волан-де-Мортом, а Гарри вернулся еле живой. А Министерство запретило нам изучать то, что могло спасти нам жизнь. Это был самый ужасный год в школе. А последние два года были… — Гермиона искала подходящее слово, — трудными, — закончила она просто. — Так ты научилась Защите тут? — Не совсем, — Гермиона улыбнулась. — Мы создали свой мини–орден, ОД, я вступила в него. Мы все были студентами, поэтому не могли состоять в Ордене Феникса. Не считая меня, Гарри, Рона, Джинни, Фреда и Джорджа никто вообще не знал о существовании Ордена Феникса. — А кто эти люди? — как-то странно спросил Ремус. — Ты рассказывала о Гарри и Роне, но сейчас ты перечислила и других. Что представляет собой ОД? — Джинни, Фред и Джордж Уизли — это сестра и братья Рона. ОД — это Отряд Дамблдора. Летом после пятого курса на наш отряд начались нападения, — Гермиона нахмурилась, её голос дрожал. — Троих из нас убили. — Мне жаль, — Ремус осторожно сжал её плечо. Девушка глубоко вздохнула: — Волан-де-Морт убил их, пока они были ещё очень молоды и неопытны. Но он не рассчитывал, что мы будем так ожесточенно сопротивляться. — Что случилось с остальной частью отряда? — Мы были возвращены в школу, для нашей же защиты. — Я не знал, — Ремус говорил извиняющимся тоном. — Я и подумать не мог, что твоя жизнь была настолько… сложна. Я представлял её совершенно иначе. — Нет причин извиняться. Даже если в самом страшном отрезке войны было хоть какое-то маленькое счастье, маленькая радость, я делала всё возможное, чтобы Рон и Гарри обратили на него внимание. Я всегда так живу. Я концентрирую внимание на позитивных сторонах своей жизни. — Теперь я понимаю, почему ты хочешь вступить в войну, но всё ещё считаю, что это не самая лучшая идея. — Я знаю, что ты чувствуешь. Я то же самое чувствовала по отношению к Гарри, который постоянно сражался с Волан-де-Мортом.       Ремус покачал головой и улыбнулся: — Ты одна из самых замечательных людей, с которыми я был знаком.       Гермиона покраснела, а Ремус немного нагнулся вперед и поцеловал девушку. — Я хотел поцеловать тебя ещё тогда, в Хогсмиде. — Почему же не поцеловал? — Гермиона застенчиво улыбнулась. — Я не был уверен, что нравлюсь тебе, — Ремус пожал плечами. — Нравишься-нравишься, — Гермиона засмеялась. — Я никогда не чувствовала такого прежде. — Я тоже. Ну, а чем ты теперь предлагаешь заняться? — Ты можешь проводить меня в гостиную Гриффиндора.       Парень взял её за руку. — С удовольствием, — улыбнулся он. Гермиона напоследок ещё раз оглядела комнату.

***

Они всё ещё держались за руки, когда пришли в гостиную. Джеймс и Сириус в это время играли в плюй-камни. Они оба с интересом посмотрели на Гермиону и Ремуса, когда те вошли. В глазах Сириуса сверкнула какая-то странная искра, когда он увидел, что Гермиона держит за руку Люпина. Она быстро выпустила руку юноши и произнесла: — Пойду, подготовлюсь к ужину, — и скрылась в комнате для девочек. — Ну… — медленно начал Джеймс, стараясь скрыть усмешку, — что ты нам расскажешь, Лунатик? — Она сказала, что я ей нравлюсь. — Ты говоришь, как девчонка, — поддразнивая, произнес Джеймс. — Мне всё равно, — ответил Ремус. — Она самый удивительный человек из тех, кого я когда-либо знал. — Вы целовались? — тихо спросил Сириус. — Да.       Джеймс беспокойно переводил взгляд с одного парня на другого. — Замечательно, — сказал он не в тему. — Теперь вы будете встречаться? — Я не знаю, — неопределенно ответил Ремус. — Как не знаешь? — удивился Джеймс. — Она сказала, что ты ей нравишься, вы целовались, какие проблемы? — Может, она не захочет встречаться со мной, — Ремус нахмурился. — Почему это? — поинтересовался Сириус. — Ну, а если она… ей нельзя… — Ремус пожал плечами. — Слушай, — начал Сириус, — бери пример с меня: мне нравится девушка, я нравлюсь девушке — мы встречаемся. — Но что я буду делать? — неуверенно спросил Ремус. — Я ни с кем не встречался до этого. — Ходите куда-нибудь вместе, почаще оставайтесь наедине… — Оставайтесь наедине, — повторил Ремус, в его голосе звучали нотки раздражения. — Но где? — Пошли, я тебе покажу места, где провожу время с Лили, — Джеймс засмеялся и встал с дивана. — Сириус, пойдешь с нами? — Нет, думаю, вы и вдвоем прекрасно справитесь. — Ну, ладно, — Джеймс и Ремус направились к выходу. Как только Сириус остался один, он повернулся лицом к лестнице, ведущей в спальни для девочек, и начал ждать Гермиону. Она появилась примерно через пять минут. — О, Сириус, — промолвила девушка, — а где все? — Гермиона, нам надо поговорить, — сказал Сириус, вставая с дивана. — Сейчас? Но мы можем опоздать на ужин, — девушка сделала шаг в сторону. — Нет, я хочу поговорить с тобой именно сейчас, — Сириус схватил Гермиону за руку. — Я не могу ждать.