This Time Around

— Гермиона, нам надо поговорить, — сказал Сириус, поднимаясь с дивана. — Сейчас? Но мы можем опоздать на ужин, — девушка сделала шаг в сторону. — Нет, я хочу поговорить с тобой именно сейчас, — Сириус схватил её за руку. — Я не могу ждать, — Гермиона попыталась вырваться, но Блэк ещё крепче сжал её руку. — Прекрасно, — Гермиона смягчилась. — Я тебя слушаю. — Я не тот человек, который ходит вокруг да около, — начал Сириус. — Я знаю, какой ты. — Поэтому спрашиваю сразу, почему мы с тобой ни разу не говорили о том, что случилось той ночью? — прямо спросил Сириус. Гермионе не надо было переспрашивать, о чем он, она и так прекрасно понимала, о какой ночи идет речь. — Я не знаю, — Гермиона почувствовала себя неуютно. — Я бы не хотел, чтобы тебе было неприятно, — сказал парень тихо, — но я просто хочу узнать, что ты думаешь о наших отношениях. — Ты и я? — переспросила Гермиона. — Да, особенно теперь, когда ты и Ремус… вместе… — Ох, — вздохнула девушка, — слушай, я не уверена, что я и Ремус вместе. Но знай, я не хочу его ранить. — И тебе всё равно, что чувствую я, — голос Сириуса звучал обиженно.       Гермиона побледнела: — Сириус, я… Просто это не самая хорошая идея. Я люблю тебя, но как друга. Наши отношения всё равно ни к чему не приведут. Мы слишком разные. Я люблю книги и школу, а ты… — девушка покраснела, не зная как закончить предложение. — Это не значит, что я не хочу заботиться о тебе…       Лицо Сириуса сразу переменилось, из серьезного оно стало почти высмеивающим. — Гермиона, — сказал он с легкой усмешкой, — не старайся угодить всем, самой же хуже будет. Я тебе ничего не предлагаю. Напротив, я очень рад за тебя и Лунатика. Просто, я хотел убедиться, что не стану помехой между вами. — Ох, — удивленно вздохнула Гермиона. — Ремус на самом деле любит тебя, — сказал Сириус. — Он один из моих лучших друзей. Я думаю, ты права. В тот вечер мы немного забылись. Никто никогда об этом не узнает. — Хорошо, — ответила Гермиона с облегчением. Она молча встала и покинула общую гостиную. Выйдя, она начала искать комнату, где могла побыть бы одна. Вскоре она зашла в какой-то пустой класс и тут же закрыла за собой двери.       Гермиона села на пол и прикрыла глаза. Она никогда не хотела к маме сильнее, чем сейчас. Мыслей в голове было настолько много, что было просто необходимо поговорить с кем-то, кто сказал бы, что она поступила правильно, кто знал бы её очень давно.       Она поссорилась с Сириусом: независимо от того, что он сказал, Гермиона понимала, что он думал о другом. Гарри был лучшим актером, но Гермиона всегда знала, что он чувствует.       Девушка понимала, что тот поцелуй означал для Сириуса больше, чем просто поцелуй. Если бы она поняла это раньше, возможно, сейчас было бы все иначе. Она чувствовала к Ремусу то, чего не чувствовала ни к одному парню до этого, но в глазах Сириуса было что-то яркое, живое, и это очень притягивало Гермиону.

***

      Через два дня большая часть студентов, в том числе Лили и Питер, вернулись в школу. Как только Лили снова приехала в Хогвартс, Гермиона обрела в её лице нового союзника, и мальчишки больше не находили оправданий, чтобы тянуть с подготовкой к экзаменам. Хотя Джеймс и Сириус нередко придумывали новые поводы, всё же девочкам иногда удавалось заставить их сесть за уроки.       Примерно два раза в неделю семикурсники собирались в библиотеке, вокруг большого стола, заваленного книгами.       Но тем не менее, Гермиона находила время и на личную жизнь. После того дня Выручай-комнате они с Ремусом стали неразлучны. Чувства, новые для них обоих, захватили их. Они могли провести вдвоем всю ночь, уходя после ужина, гуляя и беседуя обо всем на свете.       Иногда Гермиона ловила на себе взгляд Ремуса, и если он замечал это, они начинали хихикать. — Что это вы такие странные? — спросил Джеймс, взглянув поверх книги по трансфигурации. — Разве мы странные? — Гермиона сделала вид, что удивилась. И сделав сосредоточенное лицо, уткнулась в книгу. Вздохнув, она попыталась продолжить читать. Ремус протянул ей кусок пергамента, на котором он записывал важные для себя факты из книг. Гермиона взглянула на него и прочитала: «Приходи через две минуты в Запретную секцию».       Ремус медленно встал из-за стола, все были так заняты чтением книг, что никто не заметил, как юноша вышел. Гермиона посидела ещё около минуты, затем пошла к Запретной секции, где увидела Ремуса, прислонившегося к стене. — Тебе чем-нибудь помочь? — спросила Гермиона, придавая своему голосу серьезность. — Да, помоги мне немного отдохнуть, — произнес Ремус с усмешкой. Гермиона подошла к нему и страстно поцеловала. — Я никогда не занималась этим в Запретной секции, — хитро улыбнулась Гермиона. — А в каких секциях ты этим занималась? — Ремус засмеялся. — Осторожней, — прошептала Гермиона, услышав голос библиотекаря совсем недалеко от них.       Они перешли в другую секцию. Гермиона нахмурилась. — Вот то, что ты искал, Ремус, — сказала она громче обычного и подтолкнула Ремуса к столу, так как библиотекарь всё ещё смотрел на них.       Гермиона и Ремус дошли до стола и плюхнулись на стулья, хихикая. — Что на этот раз? — нетерпеливо спросил Джеймс. — Забудь, — ответил Ремус, притягивая к себе книгу, на его лице всё ещё играла довольная улыбка. Гермиона взглянула на книгу, которую вытянула наугад из книжного шкафа. Она называлась «Экспериментальные Зелья».       Она открыла её и начала листать. Девушка не могла не улыбнуться некоторым зельям, описанным в книге. Многие из них очень изменились к её времени.       Гермиона уже собиралась отложить книгу, как вдруг её осенило. Она снова открыла сборник и начала бешено перелистывать страницы. Она просмотрела книгу дважды, но не нашла зелье, которое надо пить оборотням в полнолуние. Гермиона захлопнула сборник. Мысли в голове пролетали со скоростью света.       Это зелье ещё не изобретено в это время, догадалась Гермиона. Но ведь ей всего-то нужно найти необходимые компоненты и вспомнить состав. Грейнджер схватила чистый лист пергамента и начала что-то там строчить.       Когда Гермиона закончила рецепт, её сердце уже не билось с такой бешеной скоростью. В составе зелья было шесть ингредиентов, которые Гермионе надо было где-то найти, потому что они не продавались студентам. Девушка взглянула на Джеймса и Сириуса и улыбнулась. По крайней мере, она знает, кто может помочь ей достать нужные ингредиенты.

***

      На следующий день, когда все отправились на тренировку по Квиддичу, Гермиона догнала Джеймса и Сириуса. — Эй, парни, подождите, — окликнула она их.       Джеймс и Сириус, остановившись, обернулись. — Что случилось, Гермиона? — нетерпеливо спросил Джеймс. — Мы можем опоздать на тренировку. — Это не займет много времени, — девушка порылась в кармане и вытащила пергамент. — Вы можете найти эти ингредиенты для меня? — Гермиона отдала пергамент Сириусу и в ожидании уставилась на мальчиков. — Для чего тебе это нужно? — глаза Сириуса расширились от удивления. — Я не могу вам этого сказать, — ответила Гермиона. — По крайней мере, не сейчас. — Это имеет отношение к Ордену? — поинтересовался Блэк. — Нет, это для меня лично, — уверенно сказала девушка. — Ты точно не хочешь сказать для чего тебе всё это надо? — дразнящим голосом повторил Сириус. — Вы, двое, поможете мне найти это или нет?       Джеймс снова просмотрел список: — Я не знаю… Некоторые ингредиенты очень дорогие. — Я боялась этого, — лицо девушки тут же омрачилось, плечи опустились. — Забудьте всё, о чём я вас просила, вам пора на тренировку, — она пошла в сторону замка. — Гермиона, постой, — окликнул её Сириус, она обернулась, — я сделаю всё, что в моих силах, — быстро проговорил он. — Я не могу обещать, но…       Гермиона не дала ему закончить, она подбежала к нему и крепко обняла. — Сириус, большое спасибо, я знала, что могу рассчитывать на тебя. — Нет проблем, — пробормотал он, чувствуя, что его уши заливаются краской. — Да и ещё, мальчики, я надеюсь, что это между нами. Я не хочу, чтобы Ремусу стало известно о моей просьбе. Заранее спасибо, — поблагодарила Гермиона и убежала.       Джеймс и Сириус переглянулись. — Что? — настороженно спросил Сириус. Джеймс продолжал пристально смотреть вслед девушке. — Джеймс, — повторил Сириус.       Джеймс ничего не ответил, и они вместе пошли на поле для Квиддича. Сириус шел быстро, он ничего не говорил, потому что знал, сейчас Джеймс обязательно начнет первым, тот просто не мог долго идти молча. — Знаешь, — начал Джеймс, Сириус усмехнулся своим мыслям: Джеймс-таки первым нарушил тишину, — Ремус и Гермиона отдалились от нас. — Да, — подтвердил Сириус. — Ты мой самый лучший друг, Бродяга.       Сириус нахмурился, удивляясь теме разговора, выбранной Джеймсом. Джеймс глубоко вздохнул: — Я думаю, что ты должен оставить Гермиону. Ремус очень любит её, и, в конце концов, она станет его девушкой. — Я понимаю, к чему ты клонишь, — без единой эмоции ответил Сириус, — но я ничего не делаю в отношении Гермионы. Я понимаю, что Ремус чувствует к ней и, — добавил Сириус немного обиженным голосом, — что она чувствует к нему. — Я вижу, как ты смотришь на неё, — спокойно сказал Джеймс. — К тому же ты сам рассказывал, как целовался с ней всего пару недель назад. — Мы с ней уже поговорили на эту тему, — Сириус вздохнул. — И?.. — Договорились, что не будем никому рассказывать об этом. И я буду благодарен, если и ты не будешь упоминать об этом. — Эй, — возразил Джеймс, — Я просто пытаюсь… — Я прекрасно понимаю, что ты пытаешься, — голос Сириуса дрогнул, он глубоко вздохнул. — Ты прав, она просто совершенно другая, она больше подходит Лунатику. А у него не так уж и много девушек, — последние слова Сириус произнес несколько высокомерно. — Так ты ничего не чувствуешь к ней? — Сохатый, эй! Ты сам попросил меня оставить её. Она просто одна из тех многих девушек, которые мне симпатичны. Я целовался с ней? Да, и что? Я счастлив за неё и Ремуса. Но, честно говоря, меня не очень волнует, с кем она встречается, — Сириус дошел до квиддичного поля и поспешил к раздевалке.       Джеймс проводил его взглядом, он прекрасно понимал, что Сириус обманывает его как никогда.

***

      Сириус принес Гермионе всё, что требовалось для зелья, даже раньше, чем она ожидала. Девушка едва скрывала волнение. — Теперь расскажи мне, что ты собираешься с этим делать, — спросил Сириус, когда они вдвоем сидели вечером в одной из классных комнат.       Гермиона закусила нижнюю губу. — Ну, ладно, — медленно произнесла она. — Только пообещай, что никому не скажешь. — Обещаю, — сказал Сириус с усмешкой и наклонился к ней в ожидании. — Это зелье поможет Ремусу. — Оно из будущего? — насмешливо поинтересовался парень — Да, это Волчье противоядие. — Он больше не будет перевоплощаться? — спросил Сириус, заинтересовавшись. — Нет, будет, — грустно ответила девушка. — Но это поможет ему сохранять сознание даже в обличии волка. — Правда? — слова произвели на Сириуса впечатление. — Значит, он будет неопасен? — Да, он будет неопасен. — Это изумительно! — Сириус сел на стол. — Ага, — Гермиона широко улыбнулась. — Изумительно, — повторил Сириус. — Ты понимаешь, как это важно для него в будущем? — Понимаю. — Когда зелье будет готово? — Думаю, что я успею к полнолунию. — А когда расскажешь об этом Ремусу? — Как только зелье будет готово, — Гермиона пожала плечами. — Оно опасно? — Зелье? Нет, если я сделаю его правильно. — А если ты ошибешься? — осторожно спросил Сириус. Гермиона промолчала. Блэк присвистнул. — Я не могу сделать его неправильно, — уверенно произнесла Гермиона. — Я не дам ему зелье, если оно может навредить. — О, у тебя всё получится, — быстро проговорил Сириус. — Тебе не нужна помощь?       На самом деле Гермионе не нужна была помощь, но Сириус смотрел на неё с таким воодушевлением, что она не смогла отказать. — Нужна, — любезно сказала девушка. — Я планирую приступить завтра после ужина. — Где? — В замке есть одна комната… — с улыбкой сказала Гермиона. — Встретимся на седьмом этаже. — Я буду там, — заверил Блэк.

***

      Следующим вечером Сириус и Гермиона сидели в Выручай-комнате. Гермиона работала, а Сириус ходил кругами, рассматривая помещение, которое теперь напоминало темницу, где в шкафах стояли зелья. — Это удивительно, — повторял Сириус. — Мне не верится, что мы на седьмом этаже.       Гермиона склонилась над шипящим котлом, перемешивая его содержимое. — Сириус, не мог бы ты передать мне крылья пикси? — Ох, да, — Сириус вспомнил, что вызвался помогать Гермионе. Он взял одну из бутылочек и протянул девушке. — Пожалуйста.       Она высыпала немного из бутылочки себе на руку, затем стряхнула это в котел. — Хорошо, — пробормотала она сама себе. — Теперь подождем пятнадцать минут и добавим следующий компонент.       Девушка сняла котел с огня и вытерла лоб, на котором выступили капельки пота, тыльной стороной ладони. — Ты хорошо помнишь, как готовить это зелье? — спросил Сириус. — Я вот никогда не могу запомнить что-то типа этого. — У меня фотографическая память, — произнесла Гермиона извиняющимся тоном. — И ты помнишь каждое зелье, которое готовила? — недоверчиво поинтересовался Сириуса. — Да, — ответила Гермиона. — Но я никогда не делала это зелье прежде. — Но как ты можешь его помнить? — Сириус был поражен. — Я знаю, что делаю, — сказала Гермиона. — Я запомнила рецепт этого зелья ещё на третьем курсе, когда узнала, что профессор Люпин… то есть Ремус — оборотень. Тогда я прочитала всё, что касается оборотней. — Зачем? — Это было необходимо. Я не знала, был ли кто-то ещё осведомлен о том, что он оборотень. А он проводил много времени с Гарри, и я хотела понять его. — Ты не доверяла ему? — Я этого не говорила, — Гермиона насупилась. — Ты должен меня понять. Нет, не важно, ты не поймешь, даже если захочешь. — А ты попробуй объяснить.       Гермиона покачала головой: — Это слишком длинная история. Я попытаюсь объяснить в двух словах. Для меня было важно, чтобы Гарри окружали надежные люди. Зная секрет Ремуса, я начала беспокоиться, поэтому решила узнать всё, что связано с этим. И, слава Мерлину, я узнала о существовании одного зелья. — Его ты сейчас и готовишь. — Именно, — счастливо ответила Гермиона. — Теперь, я смогу быть рядом, когда он превращается. — Ты действительно думаешь, что это хорошая идея? — Сириус прищурил глаза. — Конечно, почему нет? Действие зелья продлится всю ночь в полнолуние, поэтому его разум будет с ним, а следовательно, я смогу находиться рядом, как ты, Джеймс и Питер, ведь Ремус не будет опасен. — Ну, а если он не захочет, чтобы ты была с ним? — Почему это не захочет? — Ну, мало ли, — Сириус пожал плечами, Гермиона открыла рот, чтобы ответить, но тут заметила, что пятнадцать минут истекло, и зелье пора снимать с огня. — Мерлин, я чуть не проворонила, зелье могло перекипеть! — девушка сняла котел с огня, добавила что-то и снова поставила на огонь. — По-моему, готово.       Сириус подошел к ней и взглянул на зелье: — Не выглядит аппетитным. — Оно и не должно быть аппетитным, — Гермиона сморщила нос, зелье пахло не приятней, чем выглядело. — Я так думаю, — добавила она. — Теперь мы должны рассказать об этом Ремусу и заставить его выпить эту гадость? — поинтересовался Сириус. — Он выпьет, — уверенно ответила девушка. — Но нам не стоит трепаться об этом. Зелье пока не изобретено, и Дамблдор не обрадуется, узнав, чем я тут занимаюсь.       Сириус приподнял одну бровь: — Так ты не спрашивала у Дамблдора разрешение? — Гермиона покачала головой, Сириус усмехнулся. — Удивила, я и не думал, что у тебя есть смелость на безрассудные поступки. — Они не безрассудные, — запротестовала Гермиона. — Я должна была сделать что-то для Ремуса. Я не хотела упускать шанс, а профессор Дамблдор просто не узнает об этом. — Легче просить прощение, чем разрешение. — Примерно это я и имела в виду. Пошли. — Что будешь делать с остальной частью зелья? — Не беспокойся, — успокоила девушка, — Оно будет здесь, возьму, когда понадобится ещё. — Хорошо, а когда расскажешь Ремусу? — Завтра ночью, — Гермиона спокойно улыбнулась, хотя ей самой не терпелось поделиться с Ремусом.

***

      Гермиона и Ремус молча сидели на краю кровати Люпина, наклонившись друг к другу. Гермиона попросила Сириуса увести мальчишек, чтобы они ей не мешали. Она уже протянула Ремусу зелье и теперь ждала его ответ.       Ремус вертел бутылку в руках, будто не верил, что зелье действительно способно помочь ему. — Ну, — начала Гермиона после нескольких минут тишины, — Что ты думаешь? — Я не знаю, что и думать, — мягко ответил Ремус. — Я не могу выразить это словами.       Гермиона улыбнулась, рассматривая его профиль. — Ты рад? — в голосе девушки звучала надежда.       Он посмотрел на неё и закрыл глаза — Это самая замечательная вещь, которую кто-либо делал для меня. Мне жаль, что я не могу объяснить, что чувствую… — Ты можешь ничего не говорить, — улыбнулась девушка. — Я счастлива, что сварила его для тебя. Я хотела бы сделать для тебя большее, — девушка прижалась губами к его щеке. — Полнолуние через два дня. Ты должен начать принимать это зелье уже сейчас.       Ремус откупорил бутылку и сделал глоток: — Фу, какая гадость! — Я знаю, — мягко рассмеялась Гермиона. — Может мне перемешать его с сахаром или с чем-то другим… — Нет, — Гермиона продолжала улыбаться, — Тогда оно будет сладким, но бесполезным. — Фу, ужасно, — Ремус сморщил нос. — Это действительно поможет мне… ну, сама понимаешь как? — Да, и значит, что я смогу быть с тобой во время твоих превращений! — Ремус с испугом посмотрел на неё, но Гермиона, казалось, не замечала его взгляда. — Я знаю, что мальчики думают, что это большой риск, они убегают из Хогвартса в Хогсмид… А теперь я могу пойти с вами. — Эмм… Гермиона, — попытался перебить девушку Ремус. — Скажу по правде, — продолжала Гермиона, не слыша его, — я не откажусь от ночных приключений, — усмехнулась она, — по которым очень скучаю. Мы с Гарри и Роном не раз делали ночные вылазки. — Гермиона… — Я так волнуюсь, — Гермиона улыбнулась. Она наклонилась и быстро поцеловала Ремуса. — Я лучше пойду, не хочу, чтобы меня увидели в спальне мальчиков с тобой наедине, — резво спрыгнула с кровати и побежала к двери. Она выбежала из комнаты, а Ремус так и не успел сказать ни слова.       Он не знал, сколько просидел в одиночестве, пока мальчики не вернулись. — Надеюсь, мы не помешаем? — крикнул Джеймс из-за закрытой двери. — Нет, она уже ушла, — Ремус повернулся в сторону двери. — Она отдала тебе его? — спросил Сириус. — Да, — Ремус показал наполовину отпитую бутылку.       Сириус усмехнулся. — Что это? — странным голосом поинтересовался Питер.       Ремус нахмурился и поставил бутылку в свой шкаф: — Ничего.       Питер взглянул на Сириуса, потом перевел взгляд на Джеймса. Джеймс и Сириус улыбались. — Они знают, — обиженно сказал Петтигрю, — а я нет, почему? — Это не важно, Питер, — сказал Сириус раздраженным голосом. — Всё ясно. Вы втроем знаете, но не хотите говорить мне. С тех пор, как я вернулся с каникул, вы стали очень странными.       Три мальчика переглянулись, затем одновременно достали из своих чемоданов пижамы и начали переодеваться. — Что вы делаете? — заныл Питер. — Я сделал что-то не так? — Нет, — в голосе Джеймса чувствовалась досада, — просто мы не хотим ссориться. — Это значит, не хотим ссориться? Когда три твоих лучших друга одновременно отворачиваются от тебя? — Питер переводил взгляд с одного мальчика на другого, но ни один из них не посмотрел на него. — Это она? Да? Она наговаривает на меня, чтобы мы поссорились?       Ремус напрягся и медленно повернулся к Питеру: — Почему ты так думаешь?       Питер немного остыл, но он все ещё был очень обижен. — Вы знаете, кто она.       Ремус подошел к Питеру. — Ремус, — громко сказал Джеймс и покачал головой. Питер отошел в сторону от Люпина. Петтигрю посмотрел в спину своим друзьям, которые опять занялись своими делами. — Я хочу, чтобы эта грязнокровка вернулась туда, откуда пришла! — закричал Питтегрю и выбежал из комнаты.       Джеймс, Сириус и Ремус переглянулись. — Это не очень хорошо, — громко сказал Джеймс, — Питер пока ничего не сделал. — Пока, — заметил Сириус. — Но… — настаивал Джеймс, — мы не должны так себя вести с ним, это неправильно! — Джеймс, он виноват в твоей смерти. Он расскажет всё Тому-Кого-Нельзя-Называть. — Но я жив! — ответил Джеймс. — Пока, — повторил Сириус. — Мы наказываем его за то, чего он пока не делал, — настаивал на своем Джеймс. — Мы поступаем неправильно, я уверен, Гермиона согласится со мной. — Я так не думаю, — покачал головой Сириус. — Нет, Сириус, Джеймс прав. Гермиона не одобрит то, что мы сделали, — заметил Ремус. — Он только что назвал твою девушку грязнокровкой, — закричал Сириус, — а ты защищаешь его?! — Он был сердит, — рассуждал Ремус. — Ну и что, я тоже, — ответил Сириус. — Но я не могу забыть, что она рассказала нам, я уверен, так же это не может забыть ни один из вас. — Я не говорю об этом, — покачал головой Джеймс, — но мы должны хотя бы попытаться вести себя с Питером нормально. — Что? После того, как узнали, что Питер в будущем будет виноват в смерти многих из нас? Я не могу сделать это. — Попытайся, — попросил Ремус, — а то будет только хуже. Если мы все отвернемся от него, он пойдет прямо к Сам-Знаешь-Кому. Если мы останемся друзьями сейчас, то можем сохранить нашу дружбу и в будущем.       В это время Питер стоял, прижавшись ухом к двери, и слушал разговор, открыв рот.