I burn to the ground when I see your eyes

Эдди зашел домой, громко захлопнув за собой дверь. Бросив рюкзак возле входа, он прошел на кухню и увидел очередную записку от матери: «Срочно вызвали на работу. Буду дома завтра к обеду, не скучай». Быстро пробежав по листку взглядом, Эдди скомкал его и забросил в дальний угол комнаты. Поднявшись на второй этаж и зайдя к себе в комнату, Каспбрак устало упал на кровать. В голове было куча мыслей о сегодняшнем дне в школе, дне рождении, соулмейте, о котором Эдди уже успел позабыть. Бесспорно, вся эта шумиха вокруг соулмейтов казалась парню довольно интересной, но он не хотел сильно зацикливаться на этом, так как считал, что если суждено, то они с соулом обязательно встретятся и неважно, где и когда это произойдет. Эдди всю свою жизнь жил с матерью, которая не то, что опекала его, а самостоятельно делала за сына каждый шаг, протаптывая безопасную дорогу в будущее. Когда Эдди достиг осознанного возраста (а конкретно – тринадцати лет), он наконец начал понимать, чем все это время занималась его набожная мамаша. Эдди почти каждый день вспоминал, насколько тяжелыми были (и есть) его отношения с Соней. Когда он был помладше, то мать часто замахивалась на него, и почти всегда подобные скандалы доходили до драк. Отец Эдди ушел из семьи, как только его жена вступила в какую-то непонятную секту, которая была связана с церковью, собственно из-за которой семья постепенно стала разваливаться. Эдди ежедневно терпел оскорбления со стороны матери, частые побои, из-за чего он никогда не носил футболки, потому что иначе даже слепой заметит синяки, что держались довольно продолжительное время. С возрастом к Эдди начало приходить понимание, что он имеет полное право дать отпор. И он помнит этот день так, словно это было вчера. Приближался очередной скандал и Эдди, не вытерпев, высказал Соне все, что думает. В ту ночь он сбежал из дома, оставшись с ночевкой у Беверли. Собственно, только она и знает о тяжелых отношениях Эдди и его мамы. На следующее утро, когда Каспбрак вернулся домой, мать чуть ли не на коленях молила его о прощении. Эдди сделал вид, что простил ее, но на самом деле это далеко не так. Он любил Соню только потому, что она его мать, потому, что так надо, но на деле он не испытывал к ней абсолютно никаких чувств. Ни любви, ни ненависти, ничего. Его мать просто существовала в его жизни и, как бы странно это ни звучало, оба старались игнорировать присутствие друг друга, когда они пересекались. Та боль, что она причиняла ему все детство, дала о себе знать в подростковом возрасте, когда Эдди толком не мог постоять за себя и защититься от нападков своих сверстников. На данный момент Соня отчаянно старается строить из себя заботливую мамочку, готовя Эдди завтраки и оставляя милые записки на холодильнике, но, опять-таки, все эти порывы необоснованной любви проявляются только тогда, когда Эдди не находится рядом с ней. Каспбраку это было противно, он считал, что со стороны их семья выглядит как постановка в дешевом театре, поэтому предпочитал не заводить разговоры о семье, это была его самая больная тема. Так что он даже рад, что не так часто видится с матерью, потому что тогда внутри наступает еще большая пустота, которую Эдди не в силах заполнить. Беверли всегда говорила, что Эдди нужен человек, который полюбит его больше, чем просто как друга, и только тогда он перестанет ощущать ту темноту, которая переполняет его. И Эдди доверял Беверли, она всегда давала правдивые советы и всегда оказывалась рядом в нужное время. На данный момент она является самым близким и дорогим для Эдди человеком. Что касается этого Ричи Тозиера… Эдди искренне недоумевает, почему он дружит с остальными Неудачниками. Точнее, как те дружат с ним. Потому что этот человек невыносим. Прошел один учебный день, а Каспбрак уже успел устать от болтовни Ричи даже не общаясь с ним. Для Эдди так же оставалось загадкой его поведение, казалось, что у него биполярочка. Сначала почти открытым текстом посылает Эдди нахуй, а потом подкидывает записочку с просьбой о встрече. Причем да, это Ричи хотел встретиться, но при этом он не сказал Эдди ни слова. Вообще ничего не сказал! Он как кретин таращился на Каспбрака своими огромными глазами, похожими на блюдца, и молчал. А Эдди это еще больше раздражало. Раздражало то, что он не понимал агрессии со стороны Тозиера, адресованной только ему. И, конечно, Эдди никак не хотел связываться с Ричи, потому что именно таких людей он просто на дух не переносит. Каспбрак, провалившись в свои мысли, почти уснул, как вдруг вздрогнул от звука уведомления на телефоне. Дотянувшись до него, он увидел сообщение, что пришло ему в директе от пользователя «birdsoffreedom». «Это Стэн, привет. Слушай, хотел сказать, что несмотря на поведение Ричи, я хочу, чтобы ты стал моим другом». Эдди слегка удивился тому, где Стэн смог найти его инсту, но Каспбраку, как бы он ни хотел это признавать, было приятно, что Стэн по-прежнему желает подружиться с ним. Сказать честно Эдди думал, что после его короткой речи в столовой никто из Неудачников не будет навязываться с общением, а после и вовсе забьют на него. «Привет. Тогда давай дружить? :)» Дальнейшее общение ребят затянулось вплоть до позднего вечера. Они обсуждали абсолютно все: кино, музыку, искусство, политику, личные увлечения каждого. Эдди совсем не заметил, как быстро прошло время, и как вскоре он провалился в сон. *** Прошло полторы недели учебы. Эдди по-прежнему близко общался только со Стэном, изредка мог перекидываться фразами с Биллом и Майком, не более. А еще Эдди все больше казалось, что именно Стэн его соулмейт. У него были мысли, что он поспешил с выводами, и что еще нужно немного времени, чтобы понаблюдать за поведением Уриса и точно убедиться в своих догадках, но уже сейчас он был практически уверен в этом. Дело в том, что, начиная буквально с самого первого сообщения, отправленного Стэном, Эдди не покидало чувство того, что они знакомы целую вечность. Каспбрак был не из тех, кто на пустом месте делает определенные выводы, и если бы у него спросили, откуда в его головушке появилась такая теория, то он бы с легкостью привел несколько аргументов, которых хватило бы для того, чтобы собеседник замолк и молча начал кивать головой, мол «Да, ты прав, отрицать такое крайне глупо». Ну или Эдди бы просто послал человека нахер, не желая ничего доказывать, будучи уверенным в своих догадках. Их со Стэном интересы были очень схожи. Вкусы в музыке, кино, литературе (оба до ненормального любили фэнтези, превозносили его выше остальных жанров и молились на полку с книгами), их взгляды на жизнь во многом совпадали. Казалось, что это один и тот же человек, но с разной внешностью. Хоть они и знакомы всего неделю, Эдди был уверен в том, что в будущем Стэн станет таким же близким для него человеком, каким являлась Беверли на данный момент. Зайдя в школу, Каспбрак уже по привычке подошел к своему шкафчику и, открыв его, увидел маленькую записку. Тяжело вздохнув, настроение Эдди резко упало вниз, потому что он заранее знал, какие лестные слова, адресованные ему, он сейчас увидит. «А ты присовываешь своей мамусе, чтобы она бежала заступаться за тебя?» Эдди скомкал записку и поспешно спрятал в рюкзак, так как за спиной послышались смешки. Он обернулся и поймал на себе несколько взглядов и, стоило Эдди заметить, все тут же отвернулись от него, будто не пялились пару минут назад, ожидая увидеть реакцию на оскорбление. Подобные записки он получал с середины прошлой недели из-за инцидента, связанного, угадайте с кем? Точное попадание – Ричи Тозиер собственной персоной. Все произошло в среду. Соня, которая хочет казаться любящей матерью, до ненормального холящая и лелеющая своего ненаглядного сынка, вдруг решила подвезти Эдди в школу. Эдди успел тысячу раз пожалеть о том, что вышел из своей комнаты на десять минут раньше обычного, потому что именно в тот момент он пересекся с матерью. — Ты уже проснулся? — с улыбкой произнесла Соня, хлопоча у плиты и одновременно с тем наливая чай. — Выспался? Я приготовила твой любимый завтрак – блинчики с медом. — Действительно, откуда же тебе знать, что я терпеть не могу мед, — еле слышно пробормотал Эдди, недовольно морща нос. — Что? — все так же доброжелательно спросила Соня. — Ничего. Спасибо, — он натянуто улыбнулся, сев за стол. — Кстати, медвежонок… — начала миссис Кей, — я хотела подвезти тебя сегодня в школу. Эдди, в это время пивший чай, поперхнулся им, быстро поставив кружку на стол. Пытаясь откашляться, он одновременно молился, что ему послышалось. Его мать? Соня Каспбрак? Хочет? Подвезти? Его? В? Школу? Нет. Никогда. Эдди никогда на это не согласится. Это будет позор, потому что он знает Соню, как облупленную. Все эти непонятные вспышки любви, материнский инстинкт, из-за которого обычно страдают другие (в частности Эдди, да), заставят всю школу ржать до конца дней над ее сыночком. Такая себе перспектива, знаете ли. Так что нет, Эдди никогда не пойдет на это. — А чего это ты вдруг… — хриплым голосом произнес Эдди, все еще пытаясь откашляться и надеялся, что его лицо сейчас не цвета вареного рака. — Чего это ты так расщедрилась? Тебе разве не на работу? — Сегодня я пришла раньше обычного, — Эдди начала раздражать улыбка, с которой Соня, кажется, не собиралась расставаться. — Так я подвезу тебя? — Ээ… Д-да, давай. «Что я сейчас сказал?» — со страхом подумал Эдди, после почувствовав, как сильно сжал кулаки. Ну все. Все, можно попрощаться с репутацией «классного парня, по которому будут сохнуть все девчонки, и которому преподы будут ставить оценки за его красивые глазки», потому что это конец! Эдди готов был вырыть себе могилу прямо во дворе и заживо закопать самого себя, ведь он уже чувствовал, какой позор ему предстоит пережить, потому что его мать всегда при людях начинает разыгрывать сценки, показывая, какая у нее прекрасная семья, состоящая только лишь из одного сына, которому она пытается отдавать всю свою любовь, но при этом частенько избивала его раньше, надеясь, что никто не заметит, потому что так говорила церковь и ее сектантские сестры, с которыми она целыми днями тусовалась непонятно где вместо того чтобы по-настоящему проводить время со своим сыном, как это делают все адекватные родители. — Я жду тебя на улице, — сказала Соня и, вскочив с места, вышла из комнаты. Как только Эдди остался один, он шумно выдохнул и, запрокинув голову, продолжал надеяться, что все это всего лишь сон. *** «Буквально через минуту я сдохну», — пронеслось в голове Эдди, который одновременно с этим составлял план, как беспалевно открыть машину и выпасть оттуда, а если повезет, то еще и под колеса. Подъехав к школе, Каспбрак увидел кучу народа возле входа и на полянке, на которой обычно собирались все старшеклассники. Взглядом он нашел Неудачников, причем были они в полном составе – Стэн, Билл, Майк и Ричи. Они вчетвером что-то яростно обсуждали, и никто из присутствующих на улице не обращал внимания на только что прибывшую машину. Пока что. Эдди быстро подхватил рюкзак и вышел из машины, желая поскорее раствориться в толпе. Пока он еще не успел закрыть дверцу, послышался щелчок с другой стороны. Все. Теперь точно можно сдохнуть. — Эддичка, медвежонок, — нарочито громко позвала Соня. — Сладкий, ты ничего не забыл? Эдди замер, сердце ушло в пятки. Он видел, как на него устремились взгляды некоторых учеников, в том числе и Неудачников. Каспбрак, стараясь оттянуть время, медленно обернулся на свою мать, чувствуя, как багровеют щеки, и как начинает дергаться глаз. Да, нервишки знатно расшатались за шестнадцать лет совместной жизни с Соней. Эдди захлопнул дверцу машины и подошел к матери, чмокнув ее в щеку. Та довольно улыбнулась и, потрепав сына по волосам, села в машину и уехала. У Эдди же ноги будто приросли к одному месту, все происходило как в замедленной съемке. Наконец поняв, что он не сдвинулся ни на шаг, парень быстро пришел в себя и направился ко входу в школу. Он видел, как подсмеивались ученики, слышал, как ему вслед кричали «Поцелуй за меня свою мамочку» и прочие гнусности, которые было бы противно слышать каждому. Эдди глянул на Неудачников. Стэн, Майк и Билл с сожалением смотрели на Каспбрака, а Ричи ржал вместе с остальными, изредка переводя взгляд на Эдди. Хотелось прямо сейчас провалиться сквозь землю и желательно навсегда. Каспбрак зашел в школу и направился в кабинет истории. На миг он обрадовался, что ученики, которые находились в здании, не видели того, что только что было. Хотя подсознательно Эдди понимал, что скорее всего кто-то уже снял его на видео, достав телефон в тот момент, когда Соня окликнула сына. И он был уверен, что вскоре об этом узнает вся школа. Ура. *** Прошел первый урок, в течение которого в Эдди постоянно прилетали бумажные самолетики и записки с напоминанием о том, что произошло буквально час назад. Под конец занятия Эдди перестал как-то реагировать на них, даже не поднимал те записки, что не долетели до его парты. После урока он дождался Стэна, и они вместе направились в столовую. — Это была твоя мама? — осторожно спросил он, боясь, что своим вопросом поставит друга в не очень удобное положение. — Кто же еще, — сухо ответил Эдди. — И так происходит всегда? — Нет… знаешь, короче, там все сложно. Расскажу потом как-нибудь. Зайдя в столовую, друзья намеревались пройти к буфету, как вдруг Эдди услышал оклик в свою сторону. — Так ты каждый день прочищаешь трубы мамусе? Или вы вместе расписание составили? — обернувшись, перед Эдди стоял никто иной как Ричи Тозиер. Раздражение тут же из уровня «набожная мамаша» переросло в «конченый ублюдок». — А тебе практики не хватает? — съязвил Эдди, глянув на Ричи. Стэн в это время пытался оттащить друга куда подальше, понимая, что, если он этого не сделает, назреет скандальчик. Собственно, начало положено. — Чего ты пристал ко мне? — не дав ответить, продолжил Эдди. — Мы все выяснили еще в прошлый раз. Отвали, ладно? — Каспбрак развернулся и вышел из столовой под насмешливый взгляд Ричи и других учеников. *** Эдди зашел в уборную и, умывшись, посмотрел в зеркало. Оттуда на него глядел мальчик пятнадцати-шестнадцати лет, с непривычно растрепанными волосами и помятым воротником на рубашке. Карие глаза как-то странно бегали из стороны в сторону, губы были слегка приоткрыты, а брови немного нахмурены. Руки крепко сжимали края раковины, казалось, она вот-вот с громким грохотом упадет на пол. Обеспокоенность в миг сменилась раздражением. И нет, тот мальчик не злился на всю ситуацию в целом. Он давно перестал реагировать на свою мать и на прочие вещи, что она обычно вытворяла. Он злился на другого. И у него был один вопрос. Почему? Почему этот другой начал цепляться именно к нему? Зачем он старается разыгрывать непонятные спектакли на глазах у всей школы? Чего он этим добивается? Хочет самоутвердиться за его счет? «Если это так, то ниже падать ему уже некуда», — пронеслось в голове Эдди. Да, Ричи Тозиер раздражал своим поведением многих людей. Умение вовремя заткнуться или хотя бы просто держать свой язык при себе у него отсутствовало. Эдди выворачивало только от одного его вида: вечная ухмылка, которая ни на секунду не сходила с его лица, глаза, казавшиеся непропорционально расположенными из-за очков, растрепанные волосы, будто Тозиеру совсем незнакомы такие понятия, как «ухоженность» и «гигиена». Но вместе со всем этим у Каспбрака в голове крутился еще один вопрос, который не давал ему покоя: почему гребаный, мать его, Ричи Тозиер, постоянно пялится на него? Эдди во время урока часто ловит на себе его взгляд, либо же в столовой, хоть и сидят они чуть ли не в разных концах помещения. Это ставило Эдди в ступор и, например, если поведение Стэна он уже хоть как-то понял за три дня обучения, то с Ричи все было намного сложнее. Он загадочная личность, и своей загадкой (которую, Каспбрак уверен, удалось разгадать лишь единицам), притягивает людей, поднимая интерес к себе и заставляя их думать о нем. Думать о нем. — Твою мать, — с испугом пробормотал Эдди. — Я в дерьме. *** Каспбрак шел по полупустому коридору, так как большинство учеников находились в классах. На него все так же косо смотрели, и Эдди продолжал удивляться, какие же люди все-таки злопамятные. Проходя мимо одного кабинета, Эдди четко услышал голос Стэна. Громкий голос Стэна. Он не смог разобрать, что Урис говорил из-за шума, который стоял в коридоре, но незаметно приоткрыв дверь, Эдди увидел Ричи, и кстати больше кроме них двоих там никого не было. Они о чем-то спорили, и в один момент Тозиер как-то резко подошел к Стэну, казалось, что он вот-вот ударит его. Каспбрак, немедля, ворвался в кабинет. — Что за хрень тут происходит? — Эдди подошел к одноклассникам, оттолкнув их друг от друга. — Она не происходила до тех пор, пока у нас в школе не появился новенький, — Ричи перевел глаза на Эдди. — Подслушивать некрасиво, кстати. — Ничего я не слышал, — на миг опустив взгляд вниз произнес Каспбрак. — Объясните нормально, что- — Иди куда шел, — перебил Ричи. — Твоя мамуля уже заждалась, наверное. Или ты собирался звать ее на подмогу? — в его глазах появился какой-то жестокий блеск. Он не отводил взгляда от Эдди. — Да что с тобой такое? — с раздражением проговорил Эдди. — Ты всегда засчет других самоутверждался? Потому что по-другому не можешь поднять свою самооценку? В этот момент Ричи резко подошел к Эдди, схватив его за ворот рубашки. Он был почти что на голову выше Каспбрака, поэтому Ричи тут же приложил Эдди к стене, встав напротив него. Эдди же от неожиданности издал тихий, сдавленный стон, но тут же поднял глаза на Тозиера. — Ричи, ты чт- , — начал было Стэн, но его перебили. — Помолчи, Урис, — ответил тот, мельком глянув на друга. — Зачем ты пришел сюда? — Ричи тихо обратился к Эдди, казалось, что даже рядом стоящий Стэн не мог услышать, о чем он говорил. — Зачем, блять, ты вообще здесь появился? — в глазах Ричи уже не было той злости, а наоборот, какое-то отчаяние, что ли. — У тебя на всех новеньких такая ненормальная реакция? Или я тебе за три дня успел чем-то не угодить? — Эдди говорил почти шепотом, внимательно оглядывая Ричи. — Успел, — таким же тоном ответил Тозиер. — И чем же? — Тем, что ты вообще существуешь. Ричи отпустил Эдди, отойдя в сторону. Каспбрак мигом посмотрел на Стэна, который, в свою очередь обеспокоенно смотрел на него. Тозиер подошел к парте, на которой лежал его рюкзак, подхватил его и направился к выходу. Остановившись возле дверей, он повернул голову в сторону. — Передавай своей мамуле привет, она стала знаменитостью этой школы. И ты вместе с ней, — Ричи покрутил телефон в руках, показывая его Эдди. После этого он вышел из класса, громко захлопнув за собой дверь. *** Прошло полторы недели с того случая. В течение этого времени Эдди постоянно подкидывали записки с шутками о его мамке, старшеклассники не упускали возможности и стебались над ним на переменах. А все благодаря обожаемому Ричи Тозиеру, который любезно разослал то видео всей школе. И после этого Ричи продолжал постоянно пялиться на Эдди. А Эдди продолжал не понимать, что, мать его, не так с Тозиером и почему этот ублюдок не выходит у него из головы. Эдди было интересно узнать причину такого странного поведения его одноклассника, но в то же время он вообще не хотел с ним пересекаться и уж тем более разговаривать, так что здесь палка о двух концах. Эдди ненавидел Ричи, но в то же время проявлял интерес к личности Тозиера, желая узнать его ближе, но знал, что в этом плане он никогда не переступит через себя. Эдди ни за что не пойдет первым на контакт, и вряд ли захочет общаться с Ричи, даже если тот первый предложит дружбу. Тозиер ненавидел Эдди, но вместе с тем ему нравилось наблюдать за ним. И он чувствовал, как отчаяние все больше поглощает его, и только за это он ненавидел Каспбрака. За то, что тот вообще появился в его жизни, доставляя сплошные проблемы.