2. лучшее нападение — это защита
16 декабря 2020 г., 03:32
Примечания:
в моей голове жужужу жужужужу
После этого всё пошло совсем уж не по планам. Фестер начала испытывать явно не дружеские чувства к одному из своих лучших друзей. А второй очень быстро начал об этом догадываться.
Джордж стоял в коридоре, мило беседуя с Ли, и ел грушу. А Фестер не могла отвести от него взгляда.
Каждый раз, когда она смотрела на него, все цвета будто становились ярче. Повышалась контрастность, все становилось более четким, но в то же время приятным для глаз. Вот и сейчас она наблюдала за тем, как Уизли просто ел грушу.
Но «просто» это было для всех, кроме Фесси.
Она никак не могла отвести взгляда от того, как его губы обхватывают фрукт; как он мило хмурится, чувствуя прохладное соприкосновение с зубами, как сок стекает по его длинным пальцам, как напрягаются его четко виднеющиеся скулы… О, Господи, она еле-еле смогла оторвать от этого взгляд, разворачиваясь лицом к окну.
Это невозможно терпеть; каждый раз, когда она просто смотрела на него, сердце начинало стучать очень сильно, ноги тут же подкашивались, а руки немели и появлялось нереальное желание подойти, потрогать его, обнять, или хотя бы просто быть рядом — вдыхать запах чистоты, что всегда был с ним, чувствовать тепло, которое она уже научилась классифицировать: тепло, как от солнца, и тепло, как от огня.
Тепло солнца было больше присуще Фреду — рядом с ним было так радостно и по-родному привычно. Оно было статичным и никогда никуда бы не делось, продолжая светить даже в самых темных переулках. Хотелось просто греться им, наслаждаться солнечным днем, а под вечер потихоньку сунуть в свой карман, чтобы оно было всегда рядом. Вот только слишком свободное оно — это тепло, чтобы его держать.
Тепло огня она впервые почувствовала от Джорджа — он буквально состоял из него. Необязательно было даже находиться близко, чтобы чувствовать этот жар, который исходил от него; такой, будто греешься у камина после мороза. Хочется дышать быстрее, практически обжигая легкие, чувствовать это ещё больше, даже когда понимаешь, что тебе слишком жарко. Что вот-вот сгоришь. Это только добавляло глупой, буквально панической необходимости ощущать его.
Она вздрогнула, когда он подошел к ней со спины, приобняв за плечо. Хотя нет, не он. Это не в его манерах; он сперва поздоровался бы, и только после этого решился дотронуться.
— Фред! Хватит так пугать, — шикнула она, разворачиваясь к другу.
— И это — храбрые и смелые Гриффиндорцы?
Он самодовольно улыбнулся, проводя языком по верхнему ряду зубов — так он делал постоянно.
— Чего ты хотел?
— Хотел спросить, какого ты пялишься на Джорджи уже минуты две, — прошептал он, наклоняясь над её ухом. — Хочешь, я тебе тоже грушу дам? Нам мама мно-ого прислала, — он хихикнул, прикрыв рот рукой, — или тебе не груша, а братец мой нужен?
— Ты и так все прекрасно знаешь, Уизли.
Она пихнула его плечом, чтобы он встал рядом с ней, а не сзади. Он так и сделал.
— Да не волнуйся, скоро мы сделаем так, чтобы вместо груши были твои губы, — задорно прошептал он, косясь на своего брата.
Фестер улыбнулась. Было приятно знать, что у неё есть такой друг, как Фред — который поможет буквально во всем. Даже охмурить своего родного брата.
И Уизли, и Фарси одновременно придвинулись друг к другу — спустя все время общения с ним, девушка успела перенять эту его привычку всегда быть очень тактильной.
Так что теперь они обыденно стояли бок о бок, деловито сложив руки на груди, и оценивающе смотрели на Джорджа, который, наконец-то, заметил это, и стал смущенно улыбаться, делая вид, что не обращает внимания.
— Ха-ха, у тебя уже и стратегия, наверное, выработана? — посмеялась она, поднимая взгляд на Фреда.
— Да хоть целая тысяча, — с улыбкой хмыкнул он.
С этого момента Фред стал всеми силами помогать подруге и приводить в действие тысячи своих стратегий. Но пока что не срабатывала ни одна.
Ещё хуже. У Джорджа появилась девушка — Кэти, черт её подери, Белл.
биение которого ей было так важно слышать и чувствовать.
— И давно ты все знаешь? — всхлипнула она, поднимая взгляд на Оливера.
— Разве это важно? — ласково спросил он, аккуратно вытирая её слезы своим большим пальцем. — Важно только то, что такая красотка, как ты, сейчас почему-то плачет вместо того, чтобы уплетать свой любимый тыквенный пирог,— Оливер медленно поцеловал её в макушку, приглаживая короткие волосы.
— Вот именно! Дорогая моя, ты такая красавица, но такая растяпа! — сказал откуда-то возникший за спиной Фред.
— Почему это я — растяпа? — грустно хмыкнув, спросила Фестер.
— Потому что ты кое-что уронила, — бодро прошептал Фред, стараясь не смотреть на заплаканную подругу, чтобы его голос вдруг не дрогнул. — Ох, так это ведь твое настроение упало! — Фред наклонился к её ногам и притворился, что что-то там нащупал. — Ничего, я подниму, — он выпрямился, и в руках у него оказалась какая-то колбочка с синей жидкостью. — Открой-ка рот, — прошептал он и подруга послушалась, непонятливо косясь на него.
Он без стеснения сжал рукой её щеки и влил ей в рот зелье. И тут она почувствовала, как открытых плеч вновь касаются длинные волосы.
Слезы снова полились из глаз, но теперь уже от счастья. Фестер в порыве радости кинулась обнимать своего спасителя.
Фредерик Уизли всегда найдет решение любой проблемы. Особенно если это касается его лучшей подруги.
***
— … таким образом, пересадить зубастую герань сложновато, если вы хотите сохранить свои руки в целости и сохранности, — договорила профессор Стебль, оглядывая весь класс и поправляя свою шляпку. — Именно поэтому Вы решили озадачить этим школьников? — фыркнул Ли Джордан, складывая руки на груди. — Разделитесь, пожалуйста, по трое, чтобы помогать друг другу. Все, кроме мистера Джордана! Он, как особо выдающийся ученик, поработает сегодня один, — протараторила Помона. Ли тяжело вздохнул, переглядываясь с Фредом и Джорджем. К последним как раз направилась Фестер, так как считала абсолютно естественным то, что они будут заниматься, как всегда, втроем. — Ну что, готовы потерять по паре пальчиков, парни? Она улыбнулась, внимательно оглядывая стоящий перед ними горшок с фиолетовым растением, на лепестках которого находились страшные, острые зубы. — Эм-м… — Джордж немного помялся, а Фред будто с отвращением приподнял брови и надул губы, — я, вообще-то, буду с Кэти, — сказал он, неловко закусив губу. Сердце Фестер будто пропустило несколько ударов. Удивление стало настолько сильным, что она была готова схватиться за мантию стоящего неподалеку пуффендуйца, чтобы не упасть. Но оно не понадобилось — Фред подхватил её под руку и увел, мрачно оглядываясь на брата. — Джонсон, мы побудем с тобой. Не против? — спросил Фред, на что девушка согласно кивнула, дружелюбно улыбнувшись. Фред отпустил Фестер, напоследок хлопнув подругу по плечу, и поставил горшок на столик напротив. Анджелина чуть испуганно покосилась на цветок, напяливая толстенные рукавицы, предназначенные специально для пересаживания подобных растений. — Я гляжу, ваш братец предпочел вам свою девушку и её подружку, — заметила она, кряхтя от того, сколько сил пришлось приложить к тому, чтобы вытащить из горшка цветок. — Фред, держи его, скорее! Уизли одним движением оказался у Анжелины и схватил цветок, охватывая его так, чтобы он не смог выбраться. Зубы растения к тому моменту уже оказались впечатанными в рукавицы на руках Джонсон, отчего её глаза грозились вот-вот выкатиться из-за испуга и волнения. — Вообще-то, Джордж — брат Фреда. Но не мой, уж точно, — спокойно проговорила Фестер, будто её это вообще не касалось, и подставила горшок под растение, тут же присыпав его землей, когда Фред и Анджелина опустили туда его корень. — Ну, первого мы уделали! — она с улыбкой подставила руку Фреду, чтобы он отбил. Старший Уизли тоже чувствовал, как на душе скребутся кошки из-за того, что его братец уж слишком часто стал забывать про него и Фесси, с которой он так старательно сводил их. Более того, Кэти всячески отговаривала Джорджа от общения с Фестер в принципе — к счастью, тут он пошел наперекор девушке. Хотя общение их, всё же, постепенно сводилось к минимуму. — А по вам и не скажешь. Всегда вместе были, — хмыкнула гриффиндорка. — В том-то и дело, что были, Джонсон, — Фред пожал плечами, — всегда знал, что Джорджи — приемный, — отшутился он, перехватывая второе растение. Фестер и Анджелина хихикнули, когда вспомнили, что Фред и Джордж — близнецы, и только один из них точно не мог быть приемным. Когда Джонсон схватилась за второе растение, дверь в теплицу открылась, запуская холодный январский воздух. Растения тут же недовольно запищали, но успокоились, когда открывший дверь гриффиндорец шагнул внутрь и закрыл её. — Мистер Вуд? Что-то случилось? — профессор Стебль ухнула, как сова, поднимаясь со своего пригретого места на креслице. Фестер довольно улыбнулась, понимая, как же дорожат её другом все преподаватели. Особенно это выражалось в поведении МакГонагалл — она, будучи крайне заинтересованной в квиддиче, хранила его, как бриллиант, защищая от всех преподавателей. — Здравствуйте, профессор... э-эм... да. Мне, если Вы не против, нужно поговорить с мисс Фарси, — Оливер улыбнулся своей такой родной для Фестер улыбкой, смущенно глянув на неё. Фред и Джордж фыркнули так громко, что это услышала, кажется, вся теплица, так что после этого оба с таким же успехом засмеялись. Фестер цокнула языком, осуждающе глядя на Фреда — на Джорджа смотреть сейчас и вовсе не хотелось. Она не раз замечала, как близнецы недовольно косятся на Оливера. И они, как люди, которые лишь последним делом будут скрывать свои эмоции в пользу порядочности, все время колко подшучивали над его взаимоотношениями с Фестер, открыто заявляя, что они ревнуют свою подругу. Когда Помона разрешила Вуду на некоторое время забрать Фарси с урока, он довольно улыбнулся, а девушка оглянулась теперь уже и на Джорджа, который стоял, одной рукой приобняв Кэти, и осуждающе смотрел на подругу. Та, не замешкавшись, глянула на него своим самым убийственно-презренным взглядом и вышла из теплицы вместе с капитаном Гриффиндора по квиддичу. — Приве-е-ет, — она обняла друга, носом вжимаясь в его шею, отчего он засмеялся, согнувшись от щекотки, — ты чего хотел? Фестер отпрыгнула от него, потирая руки от холода — в теплице они работали в одних лишь рубашках и джемперах, а на улице, как никак, зима. Заметив это, Оливер, покопавшись в своем огромном рюкзаке, к которому точно были применены чары незримого расширения, выудил оттуда свою мантию и снова накрыл ею плечи подруги. Она довольно улыбнулась, укутываясь в неё. — Может, тебе стоит оставить её себе? Будешь иногда давать поносить, и все. Всё равно она чаще на тебе, — он ловко закинул рюкзак за плечо. — ... и смотрится лучше, если честно, тоже на тебе, — он подмигнул ей. — Я обдумаю твое предложение, — улыбнулась Фестер. — Обдумай лучше знаешь что? — Оливер чуть наклонил голову, наблюдая за реакцией подруги. Та отрицательно махнула головой. — На Рождественский бал с Уизли собираешься? — спросил он, взволнованно прикусив губу. — Да нет… Как-то не думала еще, с кем, — она пожала плечами. На самом деле она наверняка знала, что пойдет с Оливером. Каждый год они ходили на Рождественский бал вместе — это уже стало традицией. Вуд, по непонятным причинам, не приглашал на бал никого, кроме неё, что странно — имея такую популярность в школе он, наверняка, не получил бы отказа. — Значит со мной! Отказы не принимаются! — хихикнул Вуд, беря руки Фестер в свои, согревая. — Утешь своего старенького друга, пусть все думают, что на него всё ещё засматриваются такие красивые и молодые девушки, как ты. Следующим уроком должно быть зельеварение. Туда и направлялась Фарси. — Фестер! Стой! Подожди, пожалуйста, — к ней подбежала Чжоу Чанг — третьекурсница-когтевранка. Фестер остановилась, с вопросом взглянув на девочку. — Я собираю список пар на Рождественский бал. Мы хотим узнать, кто занят, а кто так и не нашел себе пару, чтобы разбить на пары одиночек. Таким образом никто не будет один, — она дружелюбно улыбнулась. — Тебя уже кто-нибудь пригласил? — Да. Оливер Вуд, — ответила она, умиляясь тому, что она придумала. — Вау… — она смущенно поправила волосы, — тебе повезло. Оливер — очень популярный парень, — сказала она. — Ты не напомнишь свою фамилию? Как только Фарси открыла рот, чтобы ответить девочке, почувствовала, как на её плечи падают две ладони, а над её головой появляется ещё одна — рыжая. — Уизли! Её фамилия — Уизли, разве не очевидно? — выкрикнул Джордж, наклоняясь через Фестер к Чжоу. Фестер вся раскраснелась, когда поняла, чьи руки чувствует на себе. В нос снова ударил этот неописуемый, нереальный запах свежести — такой сильный, будто ментолового зелья в нос капнули. В животе все приятно закрутилось, когда своим пальцем он, сам того не понимая, провел по её слабому месту — шее. — Это не моя фамилия, — фыркнула она, когда заметила, что когтевранка уже начала записывать «её» фамилию. С одной стороны было безумно приятно, что Джордж рядом с ней, касается её, так ещё и свою фамилию примеряет. Но стоит лишь вспомнить его, обнимающего Кэти, и… — Хорошо-хорошо! Аддамс. Её фамилия — Аддамс, — хихикнул он, глядя на озадаченную третьекурсницу. — Фарси, — хмыкнула Фестер, и когтевранка наконец-то записала правильную фамилию. К ним тут же подбежал Фред. — А моя — Уизли, — он заметил, как недоверчиво глядит на него Чжоу. — Ну-у, правда, Уизли! — страдальчески протянул он. — И я тут услышал, что мисс Фарси идет с Вудом, так что меня запиши в ряды тех, кто встретит старость с двадцатью кошками. Фестер раскраснелась, понимая, к чему он клонит, и скинула с плеч руки Джорджа, хоть и не хотелось, разворачиваясь к Фреду. — Фредди, прости-и, — умоляюще протянула она, неловко укладывая свои руки на его запястья, — я и не подумала, что ты со мной хотел… — Ну а с кем ещё? У Джорджа появилась подружка, — он недовольно хмыкнул, уставившись на брата. — Думал, хотя бы, как друзья, сходим вместе. А у тебя, оказывается, уже есть любовник в лице самого крутого игрока в квиддич всего Хогвартса, по совместительству одного из самых популярных парней школы, — говоря это он также смотрел на Джорджа. Теперь-то Фестер поняла — это ещё одна «стратегия». Фред точно наблюдал, заревнует ли Джордж. В классе зельеварения Фестер, как всегда, заняла для Джорджа место рядом с собой. Вскоре он плюхнулся рядом. — Ну что, готова чувствовать себя самым тупым на свете человеком следующие полтора часа? — спросил он, вытаскивая из сумки учебник. Её учебник. Он так и не забрал у неё свой, чтобы ей было проще. — Рядом с тобой я всегда чувствую себя умнее как минимум одного человека, — с улыбкой ответила она. Джордж тоже улыбнулся подруге, пока не увидел, как к ним приближается Кэти. Подойдя к ним, она расставила руки на столе прямо перед ними и нагнулась к Джорджу, который сидел привычно близко к подруге — из-за этого она тоже видела, как злобно девушка смотрит на своего парня. — И чего ты здесь расселся? — спросила Белл. — Эм-м… Я всегда сижу с Фестер на зельях, — промычал Джордж. — Так ведь было до того, как появилась я, да, милый? — она ласково провела рукой по его щеке, и он поцеловал её ладонь. — Пойдем, сядешь со мной, — Кэти самодовольно глянула на Фестер, пялящуюся в парту. Сердце Фестер сжалось до боли сильно, и ей пришлось поднять взгляд в потолок, чтобы не позволить слезам хлынуть из глаз. Под столом она нервно сжала свою юбку, даже не волнуясь о том, что та помнется. Девушка все ещё надеялась, что Джордж не бросит её. — Прости, но я не… — Джордж чуть замешкался, когда отвечал ей, а Кэти до жути злобно и презренно глянула на Фестер. Та ответила ей тем же — подобные взгляды были своеобразным коньком Фестер, так что у неё получилось ещё лучше, чем у Кэти. Последняя, удивленно вздернув брови, отвернулась обратно, к Джорджу. Он, в свою очередь, посмотрел на Фесси. Она кивнула самой себе, не оборачиваясь на Уизли; встала, горделиво махнув мантией на манеру Снейпа, и села рядом с Ли Джорданом, замечая на себе опечаленный взгляд младшего Уизли, на которого она в ответ посмотрела точно так же, как на его девушку, которая теперь довольно прижималась к нему. От этого Джордж почувствовал, как защемило сердце, поэтому быстро отвернулся. — Я надеюсь, ты не против, Ли, потому что больше мне тут никто не рад, — рассержено пробормотала Фестер, усаживаясь на стул. Она с силой бросила учебник на парту, создавая небольшой шум, на который обернулись некоторые ученики. Но ей было все равно. Она грустно хмыкнула, тряхнув головой, и открыла учебник. — Не против, конечно. Тоже бесит Кэти? Сделала из Джорджа чертового придурка. Он уже и с друзьями время провести не может без гоняний слюней вместе с нею. Вчера они так долго целовались в нашей комнате, что я подумал, они вот-вот… — Заткнись, твою мать, Джордан! — шикнула Фестер. — Страница семьсот восемьдесят третья, — прошипел Снейп. — К концу урока я жду от вас конспект как минимум на двадцать восемь листов. — «Зелье для излечения фурункулов», — Фестер шепотом прочитала название главы.«Положите в ступку 6 змеиных зубов, измельчите змеиные зубы пестиком в мелкий порошок, положите в котёл 4 меры полученного порошка, нагревайте котёл 10 секунд на сильном огне, взмахните волшебной палочкой, оставьте зелье настаиваться в течение 33-45 минут, добавьте в котёл 4 рогатых слизня, 2 иглы дикобраза. Помешайте 5 раз по часовой стрелке. Взмахните волшебной палочкой, чтобы закончить приготовление зелья. Зелье необходимо снять с огня, прежде чем добавить иглы дикобраза, иначе оно даст обратный эффект.»
— Обратный эффект… — прошептала Фестер. Это зелье точно может ей пригодиться.***
— Орхидеус, — прошептала Фестер. Из её палочки тут же появилась тоненькая ниточка света, а уже через секунду из этой ниточки сплелся целый букет орхидей. МакГонагалл восторженно хлопнула в ладошки. — Думаю, свой зачет перед новогодними каникулами Вы получили, — она улыбнулась, пальцем поправила очки, и развернулась к Фреду. На столе перед ним, благодаря усердному обучению от Фестер, занявшему всю ночь, стоял такой же пышный букет. — Вы, мистер Уизли, тоже начали делать успехи в трансфигурации. Очень приятно видеть, что Вы наконец-то направили свои способности в нужное русло! — Спасибо, профессор, — Фред пожал плечами, а когда МакГонагалл отошла, радостно развернулся к подруге. — Мы это сделали! Теперь, когда зачет у нас в кармане, мы можем спокойно… — он прервался, тут же погрустнев, — а… ты ведь не едешь с нами… Фред явно говорил о том, что Фестер отказалась ехать на каникулы к ним в гости. Если раньше она думала о том, что всё же сможет приехать к ним за несколько дней до возвращения в Хогвартс, то сейчас об этом и речи не шло — Джордж позвал к ним домой Кэти. А видеть, как они обжимаются, не хотелось от слова «совсем». — Не обижайся, Фредди. Ты ведь знаешь, почему так, — она виновато улыбнулась, погладив друга по голове. Фестер прекрасно понимала, что слова никак не помогут — она ведь практически оставляла его одного, зная, что Джордж вечно будет со своей подружкой. — Я ещё подумаю, хорошо? Она увидела, что Уизли буквально в секунду расцвел на глазах, точно как два букета орхидей, стоящих перед ними. Он очень волновался о том, что будет делать в одном доме со своим братом и его раздражающей девушкой. Куда он без поддержки лучшей подруги? — Сделаем упор на то, чтобы проучить Прыща, или на то, чтобы Джорджи наконец-то заметил, что рядом с ним есть идеальный для него вариант замены Прыща? — нагнувшись, спросил Фред, когда они шли в гостиную факультета. Прыщом Фред, Ли и Анджелина теперь называли Кэти Белл, обосновывая это тем, что она такая же противная. Фестер сторонилась такого обращения — каким бы человеком не была девушка её возлюбленного, она, всё же, заслуживала хоть какого-то уважения. … по крайней мере так она думала до того, как проснулась за день до Рождественского бала. А проснуться пришлось от громкого смеха Анджелины. — Что случилось? — нахмурившись от резкого света, спросила сонная Фестер. — Ты что, не видишь?! — крикнула Джонсон, хватаясь за живот от смеха. Анджелина напугала Фестер — её поведение навряд ли можно счесть нормальным. Она смеялась практически истерически, когда кинула в подругу какой-то запиской, лежащей до этого рядом с водой, которой Джонсон запивала свои таблетки с утра. Фестер потерла глаза, пытаясь сонным взглядом уловить буквы:«Раз уж вы все такие шутники, пусть смех преследует вас весь день.
С любовью, для друзей Джорджи, от Кэти Белл.»
— О-о-о, черт! Анджелина, сиди здесь, я сейчас! — взволнованная Фестер мигом помчалась в спальню к парням, опасаясь, что её догадки насчет того, что Кэти подмешала всем зелье смеха, будут верны. — Фред! — она крикнула имя друга, когда пулей залетела в их комнату. Парни спокойно сидели каждый на своей кровати. Один Джордж стоял посреди комнаты, схватившись за голову. Когда Фестер вошла в комнату, все оглянулись на неё и лица всех троих выражали неподдельное удивление. Может, потому что она в пижаме? Фред громко икнул, прикрыв рот рукой, когда увидел подругу, а Ли чихнул. Джордж обернулся к ней, устало потирая щеку. — Это — твоих рук де… — он не успел закончить свой вопрос, так как его рот раскрылся в удивлении, как только он увидел подругу. — Да что здесь происходит?! Фестер испуганно глянула в зеркало; её ранее русые волосы теперь были ярко-желтого цвета, так ещё и обрезанные по уши. Фред снова икнул, а Ли чихнул, и тогда до неё дошло: для них Кэти выбрала зелье чихания и икоты. — Я убью её! — вскрикнула Фарси, пинком открывая дверь, чтобы выйти в коридор. Джордж попытался остановить её, схватив за руку, но она увернулась, так что ему оставалось только побежать за ней, и это, пожалуй, первый раз, когда он не мог успеть за ней, а не наоборот — настолько быстро она рванула к Кэти. Та как раз-таки сидела в гостиной, на диванчике, рядом с Лавандой Браун. — Ты чертова курица! — прошипела Фестер, грозно надвигаясь на Белл. — Что-то не так, желтоголовая? — подстроив тоненький голосочек, спросила Кэти, послав воздушный поцелуй Джорджу, стоящему позади. — Можешь рассказать мне о все-е-ех своих проблемах... — О-о, да! У меня есть проблема. И она сидит прямо здесь, черт подери, передо мной! — она наклонилась к Кэти, продолжая шипеть от злости. — Даже не думай, что я не нашлю на тебя летучемышиный сглаз, если ещё раз увижу около своих друзей! — она развернулась к Джорджу. — А ты! — Фестер ткнула его в бок. — Угомони свою чертову подружку, Уизли, пока я отведу твоего брата и твоего лучшего друга в лазарет. А то, знаешь, они под действием сглаза от твоей любимой, сейчас страдают от икоты и чихания! Фестер даже не стала оборачиваться на Джорджа, который, нервно поджав губы, виновато смотрел в пол, когда она уходила обратно в комнату, утирая слёзы трясущейся ладонью. И что такого они сделали Кэти? Неужели она пытается запугать их, чтобы все перестали общаться с Джорджем? Ну уж нет, не на тех нарвалась.***
Наступило жутко долгожданное утро перед Рождественским балом. Вот только ждали его все по разным причинам. Большинство — из-за бала. Но вот Фред, Ли, Анджелина и Фестер… — Кэти, ты чего кри… — Джордж взволнованно выбежал из комнаты в факультетскую гостиную, услышав крики своей девушки. — О, черт… — он удивленно поднял брови, а губы скривились, как от страха, когда он увидел, что её лицо усыпано огромными волдырями. — Как это вышло, Кэти, милая? В этот же момент Фестер спокойно попивала чай с Ли, Анджелиной и Фредом. Пока младший из близнецов Уизли бегал вокруг своей любимой и не замечал своих друзей, те довольно улыбнулись друг другу и праздно чокнулись чашками чая. Все четверо выглядели воистину самыми счастливыми. — Действительно. Как же… — шепотом начал передразнивать своего брата Фред. — … это вышло, Кэти, милая? — закончила кривляния Фесси. Оба довольно закинули ногу на ногу и, отставив чашки, фирменно скрестили руки на груди, переглянувшись с остальными проказниками — Ли и Анджелиной. — Теперь она выглядит снаружи так же, как и внутри, — хмыкнул Джордан. Кэти чуть ли не плакала; гнойники на её лице вскипали и лопались, стекая по лицу, Джордж не мог решить, успокоить её и потащить к мадам Помфри, или самому бежать в уборную, так как от вида девушки его явно подташнивало. Он злобно глянул на друзей, прекрасно понимая, чьих рук это дело.***
— Я даже и не знаю, что делать с этими соплями вместо волос, — возмущенно выдохнула Фестер, крутясь у зеркала. Спасти ситуацию, устроенную Кэти, частично помогло заклинание «колорум». Теперь цвет волос Фарси выглядел более-менее приемлемо. А вот длина… тут не помогали ни бигуди, ни плойки. Все выглядело до ужаса печально — волосы, не имея прежнего веса от длины, ужасно пушились. Их пришлось собрать заколками. — Зато у тебя очень красивое платье, — подметила Анджелина, заботливо поправляя подол бордового шелкового платья подруги. Его прислала крестная мать Фестер. И с размером она немного ошиблась, так что пришлось ухитриться, перешивая тонкие лямки. Но получившаяся работа смотрелась действительно неплохо. Анджелина выглядела ничуть не хуже — её, слава Мерлину, сохранившиеся длинные волосы очень красиво легли на стройные плечи, а бежевое платье потрясающе сочеталось с цветом её кожи. — Ва-а-ау, — протянул Фред, когда увидел спускающихся с лестницы в женские спальни подруг, — а вот и самая интересная часть сегодняшнего торжества, — он подошел к Фестер и дотронулся до ткани её платья. — Ого. Мягенько. Девушка улыбнулась и попыталась шагнуть вперед, но чуть не упала, вовремя схватившись за Фреда. Туфли ей, к сожалению, подбирала тоже крестная. И так же не совсем угадала с размером. — Фре-е-ед… — шепотом протянула девушка, когда половина гостиной уставилась на них. — Всё, понял, — кратко ответил он, подставляя подруге локоть. Она тут же ухватилась за него, и Фред довел её до Оливера, глаза которого при виде неё чуть ли не выкатились из орбит. — Ну, мистер Вуд, передаю вам сокровище всех семи морей, — Фред отпустил руку Фестер и наклонился над Оливером. — Вести себя с ней плохо разрешаю, только синяков не оставляй, — прошептал он, тут же хихикнув. Гриффиндорка недовольно цокнула, ткнув Уизли локтем в бок. Фред так и не нашел себе пары, а та, кого для него выбрала Чжоу, ему явно не симпатизировала, поэтому Фесси сразу предупредила Оливера о том, что оставить своего друга в одиночку она не может. — Ты чудесно выглядишь, Фесси, — Оливер ласково взял её за руку. — И даже новая прическа ничего не испортила! Фестер ответила одной лишь улыбкой и оглядела всех присутствующих — весь Гриффиндор выглядел как никогда красиво; первый и второй курс возвращался в свои комнаты — для них бал уже прошел отдельно от старших курсов, и выглядели они ничуть не хуже, чем старшие. — А вот и наша сладкая па-арочка, — протянул Фред, просовывая руки в карманы своих узковатых черных джинсов. Старший Уизли не стал наряжаться, как обычно демонстрируя всем свой характер, мол «смотрите, как мне всё равно на ваши праздники». — Они выглядят довольно красиво, — Оливер пожал плечами, а Фред и Фестер одновременно резко развернулись к нему с убийственно-рассерженными взглядами. — Ну, то есть, если бы Кэти не была такой стервой… — Вуд мгновенно поправился, демонстративно выпрямляясь, когда заметил на себе взгляд Джорджа. Младший Уизли, шедший под руку со своей спутницей, выглядел неотразимо. Фарси едва сдержалась, чтобы не пустить слюни в восхищении; из всех его прекрасно выделяла простота. Он не пытался нарядиться так, чтобы переплюнуть других, как делали многие. Джордж просто надел то, что захотел — и это была та самая белая рубашка, заправленная в черные джинсы. Фестер сильнее сжала руку Вуда, когда Джордж, глядя прямо на неё, приподнял руку, чтобы поправить волосы, из-за чего его рубашка задралась и немного выправилась из джинсов, оголяя низ его живота, так как последняя пуговица не была застегнута. Нервный взгляд Фарси заметил, как обычно, лишь Фред. — Слушайте, пора спускаться, я думаю, — сказал он, кивая Ли и Анджелине, стоящих вдалеке, чтобы они следовали за ними. Большой зал был украшен до мелочей; видимо, этим занимались домовики — они любят праздники и всегда придают им огромное значение. Свет в зале был приглушен, столы ломились от различных угощений, а на фоне восторженных вздохов учеников слышалась тихая, но завораживающая музыка. Шагать на каблуках было трудно. Но Оливер значительно облегчил эти мучения — он буквально-таки тащил Фестер на своей руке. Рядом довольно шагал Фред, из-за чего позади слышались возмущенные перешептывания, которые только забавляли старшего Уизли. — Как думаете, здесь пекут тыквенные пироги лучше, чем наша мама? — спросил Фред, наклоняясь к своему младшему брату — Рону и сидящему рядом с ним Гарри Поттеру. — Сомневаюсь, что хоть кто-то готовит вкуснее, чем миссис Уизли, — хмыкнул Гарри. Фестер все смотрела на Джорджа. Какой же он красивый. Как же она его ценит. Было больно задумываться о причинах тому, что он выбрал не её, поэтому она приложила все силы к тому, чтобы оторвать от него взгляд. Она нервно постукивала ногтями по бокалу. В мыслях все равно, какого-то черта, только он — ямочки на его щеках, когда он улыбается, его большие и такие глубокие глаза, медовые, нежные волосы… О, Мерлин… В центр зала вышел Дамблдор. — Уважаемые студенты. В первую очередь я хотел бы поздравить вас с наступающим Рождеством. Желаю всем провести его в кругу семьи и близких для вас людей, ведь как встретится следующий год — так он и пройдет, — дальше слушать долгую речь совсем не хотелось. Вновь разинуть уши пришлось только к её концу. — Все мы знаем, что каждый факультет подготовил свой, особенный танец в честь торжества. Настало время показать свои таланты. Когтевран, прошу вас первыми! Теперь в центре зала оказались студенты Когтеврана — костюмы и платья каждого сияли небесно-голубым цветом. Их танец был не настолько эффектен, как костюмы, переливающиеся в полумраке самым наилучшим образом — от них было трудно оторвать взгляд. — Ну, обваляться блестками, как курица в панировке, и мы могли, — цокнул Фред, недовольно складывая руки на груди. — Ну ты и ханжа! — Рон свел брови. Оливер улыбнулся, наблюдая за веселой компанией, и крепче сжал руку Фестер. От этого обоим было спокойнее — они были рядом. И этого вполне хватало. Следующим факультетом был Слизерин, а за ним и Пуффендуй, выступление которого смогло-таки впечатлить придирчивого Фреда. Вскоре МакГонагалл вызвала свой факультет. Ноги немного подрагивали, когда Оливер уверенно вел Фестер в центр зала. Гриффиндор должен был танцевать полонез. Это особый и очень старый вид танца, где партнеры постоянно меняются. А это значит, что Вуд не сможет быть все время рядом. Это совсем не радовало… Когда свет почти совсем погас и началась музыка, Фред со смущенной улыбкой глянул на подругу, одним взглядом указывая на красивую девушку, которая, судя по его лицу, сама подошла к нему. Фестер вздернула брови, и с улыбкой прикусила губу, одобрительно покачав головой. Уизли задорно подмигнул ей, заставляя застенчиво отвести взгляд в сторону Ли Джордана, стоящего с Анджелиной. Он тоже подмигнул Фесси. И с чего это они? Оливер сжал одну руку на её талии, а другой оттянул руку, и шагнул влево, утягивая девушку за собой. Танцевать с Вудом приятно — он не был сильно высоким, так что сейчас было очень удобно ухватиться за его шею, а его спортивное телосложение позволяло ему тянуть весь танец на себе. Он легко поднимал её, кружил и бережно опускал вниз; так, будто делал это не для зрителей, а для неё. — Ты очень красиво двигаешься. Главное не переживай, — шепнул Оливер, когда, поцеловав её руку, «передал» свою спутницу в заботливые, но чересчур шаловливые ручонки Фредерика Уизли. — Главное не продырявь мне новые туфли своими шпильками, — сказал он, неумело умещая руку чуть ниже её талии — видимо, просто не знал, как правильно. И вот здесь в действие пришлось вступать самой Фестер. Она, с трудом дотянувшись до шеи старшего Уизли, потянула его на себя, затем вперед и влево. Было не совсем удобно чувствовать, как всем телом она соприкасается со своим лучшим другом, так что она немного покраснела. Фред неловко приподнял её, чуть не уронив на самого себя, и в этот момент Фесси заметила недовольный взгляд МакГонагалл на них двоих. — Я тебя, конечно, люблю, Фредди. Но танцуешь ты отстойно, — прошептала ему Фарси, когда он, насмешливо поцеловав её руку, переложил её в ладонь Финнигана. — С меня должок, если отдавишь ей все ноги, Симус, — прошептал ему Фред. Третьекурсник явно волновался, поэтому танец с ним получился совершенно неловким на уровне чувств, хотя со стороны смотрелся очень даже хорошо. Следующим напарником стал Джордан. С ним танцевать было еще легче, чем с Оливером — они с Фестер были примерно одного роста, так что немного похихикивали, переглядываясь друг с другом, а вот закружить подругу в воздухе для комментатора квиддича было тяжко. Последним оказался Джордж. Теперь Фестер поняла, почему Джордан подмигивал ей, и кое-как удержалась от того, чтобы вмазать ему, когда тот целовал её руку, передавая в руки Джорджа. Сердце будто перевернулось несколько раз, когда Джордж прижал её к себе. Поскольку он был гораздо выше, голова Фесси легла на его теплую грудь, от чего ноги мгновенно подкосились. Не держал бы он так крепко — она бы упала. В голове смешалась куча мыслей, когда она почувствовала его теплые пальцы на своей ладони. И снова этот жар, от которого хотелось вжиматься в него ещё больше. Подумать только: дотронуться до его шеи — как давно она этого хотела, а теперь выдался такой шанс. Она делала все максимально нежно, желая передать ему все свои чувства через этот танец настолько, насколько это вообще возможно. Так хотелось поднять взгляд на его красивое лицо. Заглянуть в такие родные и одновременно чужие глаза, ещё раз представить, насколько мягкие и нежные его губы. Вот-вот заплачет. Перед глазами все поплыло, когда она почувствовала, как его руки сильнее сжимаются на её талии, приподнимая вверх. И она наконец взглянула на него — эмоций на его лице совсем не было. Ему это все безразлично. От этого стало больно, ведь она прекрасно понимала, что он специально ведет себя так — они почти не разговаривали с того самого момента, когда они поэкспериментировали с лицом Кэти. Но разве это не было справедливо после того, что делала она? Когда музыка кончалась, она еле сдерживала слезы. Как только Джордж поцеловал её руку, ещё более безразлично, чем малознакомый ей Симус, она вышла из зала, даже не стараясь скрыть своих слез. Она встала за углом в коридоре, отчаянно пытаясь отдышаться и успокоиться. Оливер побежал за ней. Кажется, это и есть нервный срыв; она навряд ли могла бы сказать точно, из-за чего плачет. Наверное, просто узел в груди затянулся слишком уж туго, да и ком в горле не позволял нормально дышать. — Я все понимаю, Фесси, — прошептал он, раскрывая руки для объятий. Оливер прекрасно понимал, что сейчас ей не нужны слова. Она мигом впечаталась в грудь парня, продолжая плакать, не думая даже о том, что испачкает его белую рубашку. Фестер просто не понимала — почему? Почему Кэти, а не она? Она ведь всегда была рядом, всегда! Что только она не была бы готова сделать для него — она за ним и в Азкабан бы отправилась, если он нарушил бы закон; да она сама нарушила бы закон для него, испробовала бы на самой себе все трое непростительных, если так нужно было бы д-л-я н-е-г-о. Но в этом некого винить, раз так решило его сердце,
