тысяча увлекательнейших стратегий Фреда Уизли

       — Я ведь говорила тебе! — агрессивно отряхивая колени, крикнула Фестер.        Джордж, валявшийся неподалёку, тихонько застонал от боли, но всё же смог подняться. Он загнулся, одной рукой держась за живот, которым чуть не напоролся на забор.        — П-прости… — прокряхтел он. — Нужно будет взять то заклинание на заметку, — он закашлялся, — от Фреда буду закрываться.        Фестер закатила глаза; даже сейчас он шутит.        Несколько секунд назад они, всё же подобравшись к окну в нужную для них комнату, оба убедились в том, что мать Фестер не так-то проста — стоило им только приблизиться к окну, как их отшвырнуло на несколько метров.        — Где метлы? — тихо, но с жутким беспокойством спросила Фестер.        Джордж, с трудом выпрямившись, огляделся и издал истеричный смешок;        — Да вот… — он немного замялся. — Вернулись в первую ипостась.        Фестер, нахмурившись, проследила за его взглядом; Джордж смотрел на дерево, из которого торчали обломки мётел. Она безнадёжно фыркнула.        Они снова засмотрелись друг на друга, когда Джордж доковылял до неё; растрёпанной, покрасневшей, взволнованной и так часто дышащей Фестер нравилась ему ещё больше.        Он даже представить себе не мог такие чувства раньше; он ведь просто смотрит на неё, а ощущения такие… неповторимые. Внутри всё трепетало так, будто он не просто видел перед собой подругу, а стоял на краю невысокого обрыва, готовясь прыгать в тёплую воду. И это было взаимно.        Джордж протянул ей свою руку.        — Как доставать будем?

***

       — Эй! Аккуратнее там! — крикнула Фестер, опустив взгляд на Джорджа.        Он слегка шатнулся, так что она крепче вжалась в его плечи; заметив, что их палочки дома, они решили доставать мётлы самостоятельно, так что ей пришлось устроиться на плечах Джорджа, чтобы достать до мётел.        — Знаешь, а твоя сколопендра впервые в двери ворвалась без спецэффектов. И даже у меня лицо целым осталось. Странно…        Конечно, момент выдался крайне волнительным для обоих. Фестер жутко радовалась тому, что догадалась сегодня надеть джинсы, а не юбку. А вот Джорджа это расстраивало.        — Уф, помолчи там, — фыркнула Фестер. — Сам ей двери открыл.        — Ты скоро там? — спросил Джордж.        — Одна есть! — крикнула Фестер, скинув с дерева метлу Джорджа. — Та-а-ак, теперь чуть левее, — скомандовала она.        Джордж послушался и шагнул влево. Фестер чуть не упала, но Джордж успел перехватить её лодыжку, прижав обратно к себе. Она вскрикнула, испугавшись, а Джордж только хихикнул, уверенный в том, что удержит её в абсолютно любом случае.

***

       — Как люди вообще догадались начать целоваться? — спросил Джордж, плюхнувшись на диван, стоящий посреди новой квартиры.        Фред развернулся от окна к своему брату с крайне удивлённым выражением лица.        — Я должен сейчас спросить, почему ты об этом думаешь? — хихикнув, спросил Фред.        — Именно, — невозмутимо ответил Джордж.        Фред быстро оказался рядом с ним и вальяжно развалился на диване, закинув ногу на ногу.        — Малыш, расскажи-ка старшему братику, что тебя так тревожит, — притворно ласково попросил Фред, приобняв Джорджа.        Джордж тут же отсел от брата, злобно фыркнув.        — Просто не понимаю, с чего вдруг кто-то решил подойти и засунуть кому-то в рот свой язык. Впервые, я имею в виду, — Джордж глянул на Фреда, непонятливо смотрящего на него. Джордж вздохнул. — Ну раньше ведь не было поцелуев! Совсем никто не знал, что так можно, но в один момент кто-то решил просто сделать это…        — Ну… вообще… — Фред задумался, а после встрепенулся, — с чего ты спрашиваешь это?        Фред постучал пальцами по своему колену, задумавшись.

«Это ведь он из-за Фестер весь на нервах уже неделю?»

       Определенно.        — Просто так, — Джордж отстраненно пожал плечами. — Просто… это ведь нужно было додуматься до такого… так еще и теперь все хотят так делать…        — Скучаешь по Аддамс? — насмешливо спросил Фред.        Джордж едва не дёрнулся от упоминания Фестер и понял, что скрывать это от Фреда долго он в любом случае не сможет… да и смысла в этом нет.        — Да, — сухо ответил он.        — Значит, это её ты хочешь поцеловать? — удивлённо хмыкнув, спросил Фред.        Они не виделись больше двух недель, да и вообще стали редко видеться с того момента, как они совершили свой фееричный побег из Хогвартса. Однако за это время они уже успели сделать простенький ремонт в своей квартирке над новообретённым магазином.        Сегодня Фестер должна была прийти к ним, чтобы помочь убрать всё, что осталось после ремонта, и идти туда ей было очень страшно, зная способности парней к уборке…        И, к счастью для Джорджа, Фестер с грохотом вломилась в двери в самый нужный момент, очевидно споткнувшись о поломанный порог — его Фред обещал сделать ещё вчера, но, как всегда, предпочёл этому лишние минутки сна.        — О, привет, — поздоровалась Фестер, взбалмошно поправляя волосы и рассматривая пространство.        Увидев подругу, Джордж прикрыл рот рукой, чтобы не засмеяться слишком громко; волосы у Фестер были жутко растрёпанные, на макушке была маленькая шапочка из газеты, а в руках — потрепанная метла.        — Не стыдно так хреново летать, будучи подругой самого Оливера Вуда? — фыркнул Фред.        — Летать? — пытаясь отдышаться, спросила Фестер. — Куда летать?        Она вытаращилась на Фреда и Джорджа, бездумно переводя взгляд от первого ко второму.        Джордж не мог перестать улыбаться, смотря на Фестер; он безумно скучал всё это время, и видеть её сейчас казалось просто прекрасным подарком.        Особенно в этом таком нелепом, но до ужаса милом виде — красные щёки, вздернувшийся свитер, растрепанные волосы и широко раскрытые от удивления и интереса к новому жилищу друзей глаза.        Джордж внимательно наблюдал за тем, как неловко она выпутывает из метлы свои волосы; ему очень захотелось потрогать их прямо сейчас — они наверняка прохладные и такие приятные…        Он снова задумался о том, какая она другая.        Совсем не похожая на него — она и ниже, и худее, и тело у неё совсем другое, и волосы такие приятные, и кожа… и эти странные мысли только прибавляли интереса к ней — ему очень хотелось потрогать её везде, где только можно, почувствовать её полностью, узнать, какая она.        Но из теплых мыслей о том, как ласково он мог бы обращаться с ней, пришлось вернуться в суровую реальность.        — …идиот ты, вот что! Я к тебе тут убираться пришла, думаешь, у меня своих дел в школе мало?        Фестер едва не кричала, но Фред, вставший перед ней, выглядел совершенно умиротворённо.

«Опять шутят так, наверное», — подумал Джордж.

       — Поэтому ты так и не научилась летать? — злобно, но самодовольно хмыкнув, спросил Фред.        — Повторяю ещё раз: это обычная метёлка для уборки, придурок, я не летела сюда! А споткнулась я о ваш грёбаный поребрик, тоже мне, два взрослых парня, никто сделать ничего нормально не может!        — Успоко-о-ойтесь, — протянул Джордж, встав с кровати. — Ты же знаешь, что Фестер умеет летать. Вспомни хотя бы ту четырехчасовую игру на заднем дворе.        — Хотя бы один мозг у вас двоих имеется, — фыркнула Фестер, стянув с себя кофту.        — Что у тебя за шапочка? — хихикнув, спросил Джордж.        Фестер улыбнулась и даже не успела ответить ему; Джордж мигом оказался рядом и крепко обнял её.        — Пойду принесу ведро и швабру, — хмыкнул Фред.        Конечно же, все трое понимали, что уйти он поторопился совсем не из-за тряпок.        — Это меня Хью научил, — промычала Фестер, уткнувшись в шею Джорджа. — В таких маглы ремонт делают.        Джордж тихонько посмеялся.        Оба чувствовали, как от ощущения друг друга так близко они слабеют; хотелось просто плюхнуться на диван и без конца обниматься.        — Я скучал, — тихо признался Джордж, — очень сильно… даже подумал, что было бы лучше доучиться. Только бы тебя видеть каждый день.        Фестер вздрогнула, когда Джордж медленно провел пальцами по её руке, отодвигаясь от неё, и прильнула к нему, обхватив руками его шею, не позволяя парню отойти.        Джордж сначала заметно растерялся, но тут же, радостно заулыбавшись, снова обнял подругу.        — Разве у таких крутых самостоятельных парней, как вы, есть время скучать по каким-то там сокурсницам? — насмешливо спросила Фестер, уткнувшись в плечо Джорджа.        На лестнице, находящейся перед Фестер, показался Фред; за ним следом летели ведро, швабра, тряпки и несколько чистящих средств.        Заметив, как знойно обжимаются Джордж и Фестер, Фред, облокотившись на перила лестницы, закатил глаза, что не осталось без внимания Фестер, выглядывающей из-за плеча Джорджа.        Она, улыбнувшись, показала Фреду средний палец. Уизли ответил тем же.

***

       — Скучно.        — Скучно?        — Скучно!        Ребята уже полчаса как закончили убираться. Квартира без мусора оказалась совсем пустой, так что все просто сидели на полу — кровати было всего две, и они решили, что так будет справедливее.        — А чего вы ожидали от пустой квартиры, в которую пришли помогать делать ремонт? — цокнув, спросил Фред.        — Вы могли бы, например, приготовить чего-нибудь, как делают нормальные люди, — фыркнула Анджелина.        — Да ладно тебе, — заступилась за парней Фестер. — Они же мальчики.        — Что за гендерные стереотипы? — подорвался с места Ли. — Я вот, например, всегда готовлю для гостей. Помнишь, ты ко мне приезжала, и весь мой пирог умяла? — Фестер кивнула, улыбнувшись воспоминаниям. — Пф-ф-ф, то-то же.        — Ну хорошо, хорошо, — Фестер приподняла руки, сдаваясь, — я немного не так выразилась, — она хихикнула, — они же Уизли.        — Уже больше похоже на правду!        — Ну так чего вы хотите делать? — спросила Алисия.        — Я хочу вернуться в школу и позаниматься зельями, — Фестер пожала плечами.        Джордж, услышав это, чуть ли не подорвался со своего места.        — Зачем возвращаться? — спросил он. — Я могу помочь. У меня старые учебники всё ещё валяются где-то в коробках.        Уизли взволнованно улыбнулся, а Фестер расслабленно выдохнула. Конечно, на это она и рассчитывала; сидя в Хогвартсе за учебником по зельям в одиночку, она не раз вспоминала о том, как интересно было учиться вместе с Джорджем. А ведь раньше она об этом даже не задумывалась.        — О, ну… я не против.        Когда они поднялись в комнату Джорджа, им пришлось наложить на дверь несколько заклинаний, потому что остальные решили достать бутылку апероля и теперь казались уж слишком шумными — скуку, на которую они жаловались, как рукой сняло.        — Как там школа? — спросил Джордж.        Он придвинул два стула к небольшому столику, стоящему в углу полупустой комнаты, и сам сел слева. Фестер плюхнулась рядом.        — Ну, как обычно, — ответила она.        Джордж нахмурился.        — Как обы-ы-ычно? — протянул он. — Совсем-совсем ничего не изменилось?        Фестер прекрасно понимала, на что он намекает. И именно поэтому решила не отвечать так, как он того хотел бы.        — Ну, конечно. Разве что-то изменилось?        Она не смогла сдержать улыбку и Джордж, заметив это, выдохнул, догадавшись, что она говорит так специально.        — Уверен, что с уходом двух весёлых, остроумных и жутко сексуальных парней там стало намного скучнее.        Фестер с улыбкой закатила глаза, а Джордж достал из коробки, стоящей неподалёку, учебник по зельям за седьмой курс, который так и не закончил.        — Как ты собрался объяснять мне программу, которую сам не изучал? — поинтересовалась Фестер.        — Разберёмся. Сомневаешься в моем мастерстве?        — Ничуть…        Для того, чтобы помочь Фестер сейчас, не нужно было сильно утруждаться, она сама начала неплохо разбираться в Зельеварении; всё это время она всё ещё помогает Невиллу, что способствует развитию и её собственных способностей к предмету, да и теперь, когда не приходилось отвлекаться на Фреда и Джорджа в Хогвартсе, времени на изучение предмета у неё было гораздо больше.        Поэтому Джордж, толком не вмешиваясь, просто разглядывал подругу, изредко косясь на её записи, чтобы проверить, всё ли правильно. И всё было так.        Фестер, разумеется, замечала, что Джордж с неё глаз не сводит. И это было приятно, но… так странно.        В последнее время они стали видеться намного реже из-за внезапно появившейся занятости обоих; но это только подогревало их интерес друг к другу.        Она даже начала задумываться о том, что нужно было уходить с ними — у них с Джорджем только-только начали развиваться какие-то отношения, а теперь… а теперь всё, что у неё осталось — вечерние обсуждения того, как сильно она скучает по нему с Анджелиной и Алисией; девочки уже составили «расписание» — два дня нытьё Фестер выслушивала Джонсон, затем два дня её заменяла Спиннет.        Когда обе страшно уставали или Фестер решала вывалить весь буйный поток сознания кому-то за шиворот в гораздо более агрессивной форме, чем обычно, девочки просили Ли подменить их.        В такие дни и Фестер, и Ли обычно прокрадывались в гриффиндорскую гостиную уже под утро, в стельку пьяные и оба заплаканные.        — Как там Билл? — тихо спрашивает Фестер, чтобы хоть немного разбавить гнетущую тишину.        — Занят вечно, — Джордж пожал плечами. — А ты сама разве с ним не общаешься?        Джордж развернулся лицом к столу, всё же заставив себя оторвать взгляд от Фестер. Но сел он так близко к ней, что их руки и ноги соприкасались; этот, казалось бы, такой невинный жест заставил сердца обоих биться в разы быстрее.        — Я сейчас совсем никому не пишу. Только Оливеру, — Фестер печально выдохнула. — Экзамены…        Джордж огорчённо выдохнул.        — Что ты собираешься делать после учёбы?        Этот вопрос застал Фестер врасплох. В последнее время она очень много думала о том, чем хочет заниматься после учебы; оценки по всем предметам она привела в относительный порядок, так что выбор был большой. Однако…        — Я думала стать лекарем… — ответила Фестер. Джордж явно удивился. — Нужны высокие оценки по Зельеварению, ЗОТИ, Травологии и Трансфигурации. Кажется, всё сходится, — она скромно улыбнулась.        — Я всегда видел тебя в других профессиях… — задумчиво сказал он.        Фестер, поставив точку, закрыла учебник и свернула пергамент. Отложив его в сторону, она развернулась к Джорджу, закинув ногу на ногу, и с интересом наклонила голову.        — В каких же?        — Ну… — Джордж тоже развернулся к ней. Из-за того, что они сидели очень близко друг к другу, их руки соприкоснулись, и Джордж не стал отказывать своему желанию прикоснуться к ней — провел пальцами по её руке, остановившись на пальцах. — Могла бы стать невыразимцем или нарицателем, например.        Фестер, опустив взгляд на свою руку, лежащую на её ноге, переплела их с Джорджем пальцы. Это заставило его смущенно улыбнуться, покосившись на их руки.        От того, что они теперь могли чувствовать друг друга, оба ощутили неожиданное тепло и расслабленность; Джорджу очень захотелось сказать ей что-то очень важное, когда он почувствовал всё это от одного лишь её прикосновения.        Свободной рукой Фестер откинула назад недавно отрезанную в порыве нахлынувшей тоски челку и вгляделась в лицо Джорджа; он внимательно рассматривал её, и это явно мешало сосредоточиться, поэтому она стеснительно хихикнула, прежде чем ответить;        — Чтобы быть нарицателем нужно уметь предска…        — Ты мне нравишься, — Джордж перебил её, тут же испуганно отвернувшись и прикрыв рот рукой.        Фестер резко вдохнула; в груди всё сжалось, а рука, которой она держала его за руку, сама по себе резко напряглась, а затем безнадежно расслабилась.        Из груди вырвался глубокий взволнованный вздох, и Фестер просто уставилась на Джорджа, неспособная сказать ни слова.        Джордж истерично хихикнул, не отрывая взгляд от пола; его будто кипятком облили.        Он понятия не имел, каким образом решился признаться ей, но в последнее время он действительно много думал об этом, и его чувства казались вполне очевидными… так зачем их скрывать?        Более того, он уже целовал её; они ведь не могли вечно притворяться, будто ничего не было… а значит это всё в конце концов должно было случиться в любом случае.        Джордж чувствовал себя на грани истерики. Он кое-как сдерживал эмоции; всё тело напряглось, и он замер — казалось, если толкнуть его пальцем, он тут же навернется со стула, совершенно не контролируя своё тело.        Когда он снова засмеялся, Фестер совершенно позабыла о собственных ощущениях;

«Что-то это мне напоминает…» — подумала она.

       Ту самую ночь в гриффиндорской гостиной. Тех самых ночных перхт.        Нужно его успокоить.        — Джордж, — она тихо позвала его, аккуратно сжав его руку, другой ладонью дотронувшись до его лица. Он поднял на неё взгляд, пытаясь сдерживать истеричный смех. — Всё хорошо, милый, пожалуйста, не волнуйся, — ласково прошептала она.        Фестер начала максимально нежно перебирать прядки мягких волос, и Джордж охотно подставлялся под её прикосновения, хоть и не мог до конца осознать происходящее.        — П-прости, — заикнувшись, прошептал он. Фестер чувствовала его жуткое волнение, поэтому сдерживала жгучее желание расспросить его обо всём. — Мне было так сложно всё это время без тебя, я постоянно вспоминал ту ночь, когда поцеловал тебя, помнишь? Я подумал, что лучше бы не делал этого, потому что мне теперь так не хватает этих ощущений…        — Всё хорошо, — Фестер не прекращала убеждать его.        Внутри все будто горело — настолько приятно было слышать эти слова от Джорджа. Подумать только… она ведь ждала этого момента не один год, всё это время имея возможность лишь мечтать о том, чтобы иметь такие взаимоотношения с ним, а сейчас все мечты сбывались.        И поверить в это было практически невозможно.        Джордж схватился за руку Фестер, которой она гладила его волосы, и поднес к своим губам, оставив несколько ласковых поцелуев.        Он потерся щекой о её ладонь, словно кот, и довольно улыбнулся; несмотря на разрывающее изнутри волнение, он смог немного расслабиться, ощущая её так близко.

***

       — И как я мог не замечать этого так долго… — Джордж удивлённо уставился в потолок, а затем развернулся к Фестер. — И как ты не разлюбила меня, понимая, какой я тупой, раз не заметил твоих чувств?        — Я люблю тебя не из-за твоих способностей к мышлению, — ответила Фестер, так же развернувшись к нему.        — Точнее их отсутствия, — поправил Джордж.        Фестер буквально разрывалась на маленькие кусочки от эмоций; уже около тридцати минут они с Джорджем, кое-как успокоившись, лежали на его кровати совсем близко к друг другу, держась за руки и хихикая над собственными откровениями.        Джордж рассказывал о том, как он тайком разглядывал её, о том, как чуть не начал планировать убийство собственного брата, когда Фред додумался провернуть тот самый подставной «поцелуй».        Фестер же имела гораздо больше моментов, которые наконец-таки могла позволить себе вывалить ему. И она делала это; рассказывала всё, взбалмошно и не по порядку, с невообразимым количеством эмоций и так по-настоящему.        В груди всё ещё жутко щемило. Она не могла поверить в то, что действительно рассказывает ему всё, что происходило с ней всё это время; всё, что так тревожило её. И Джорджу, что главное, было до жути приятно слушать всё это.        — Нужно было сделать это раньше, — понуро признался Джордж. — Сразу после того, как я поцеловал тебя… я хотел всё рассказать, но ты была так занята своими тёрками с матерью, сколопендрой и всеми этими твоими загадочными заварушками, что напрягать тебя своими чувствами было бы, наверное, жесть как эгоистично.        — Ну да... зато теперь, когда ко всем этим проблемам прибавились экзамены, мне будет проще, — съязвила она.        Джордж грустно выдохнул, накрыв лицо свободной рукой. Фестер рассмеялась, глядя на его отчаяние.        — Я очень тупой, — тихо промычал Джордж, не убирая рук с лица. — Теперь всё будет не так, обещаю… — он придвинулся к ней, приподнявшись на локтях. — Я не прошу тебя стать моей девочкой только из-за того, что… я не знаю, — он, хихикнув, двинулся так, что теперь буквально нависал над ней. — Я не хочу ограничиваться тем, что мы будем друг для друга парой, — он ласково провел пальцами по её щеке, — я хочу, чтобы мы были самыми близкими друзьями, чтобы могли говорить друг другу обо всё-ё-ём. От рассуждений насчет того, трахает мой брат твоего лучшего друга или наоборот, до твоего любимого фильма, — он тихо посмеялся, опустив взгляд на её губы, — а ещё я хочу тебя поцеловать.        Слышать это было до боли приятно. До. Боли. Приятно.        Всё тело ныло, изнемогало; от его запаха, от его тепла, от его слов, от его близости, от его к ней чувств. От него целиком и полностью.        Фестер почувствовала, как по щеке скатывается слеза.

«Вау, слёзы радости…», — подумала она. — «Никогда не думала, что у меня такое будет».

       Джордж опечаленно дует губы, глядя на это, но улыбается в ответ, когда Фестер начинает смеяться.        А в следующую секунду она почувствовала его теплые губы на своей щеке. Он целовал её — даже в щеку — так нежно и трепетно, что Фестер была готова разлиться лужицей и засохнуть, слившись с постельным бельём. Просто от того, насколько рядом с ним жарко.        Не удержавшись, Фестер издает неприятный писк, когда он целует её шею; это было что-то совершенно новое и, безусловно, приятное... но щекотное.        Поцелуй был совершенно невинным и коротким — простым прикосновением губ, но этого хватило, чтобы внизу живота разгорелся неистовый огонь.        Она вжалась бёдрами в кровать, пытаясь хоть немного успокоиться, чтобы не позволить себе лишнего, и Джордж явно заметил это; самодовольно улыбнулся и аккуратно коснулся её губ своими, осторожно уложив руку на внутреннюю часть её бедра.        Заметив, что Фестер совсем не против, он переместил руку выше и завел её под поясницу, заставив её приподняться.        Фестер засмеялась прямо в его губы, отчего у него надулись щёки, и оба громко засмеялись, когда Джордж всё же перевернул её, придерживая за поясницу, так, чтобы она оказалась сверху.        Ни он, ни она никогда не подумали бы, что рядом с кем-то им будет комфортнее, чем в одиночестве. Но это было так.        — В поцелуях тебе ещё нужно попрактиковаться, конечно, — шутливо подметил Джордж.        — Обязательно попрактикуюсь с кем-нибудь, прежде чем поцелую тебя ещё раз, — съязвила она.        В комнате было темновато, но Фестер всё же удалось заметить, как взгляд Джорджа скользит по ней, а руки прижимают крепче к себе. И от осознания того, что она сидит на его бедрах, в такой интимной обстановке, начинает кружиться голова.        — Не успеешь, — отвечает Джордж.        — Поче…        Фестер не успевает задать свой вопрос; Джордж, приподнявшись, снова целует её, прижимая ближе к себе.        Его губы дарят ей непередаваемые ощущения, двигаясь нежно, но так умело, синхронно с руками, гладящими её спину; всё происходило спокойно, размеренно, даже медленно — они оба просто наслаждались друг другом, растягивая эту сладость.

***

Подвал.              Холодно, скользко, неприятный запах сырости за прошедшие годы стал настолько насыщенным, что от него кружилась голова.              Фестер неуверенно делает шаг вперед и кое-как удерживается на ногах — повсюду валяются отколотые куски каменного пола, о которые в темноте приходилось спотыкаться. Ей казалось, что она должна найти что-то…              С трудом вглядевшись в то, что она могла видеть впереди, Фестер пыталась нащупать перед собой хоть что-то. Пальцы пачкались в грязи, мёрзли от ледяных камней, но она не переставала искать… и нашла.              Ключ.        А когда проснулась — увидела, что сколопендра сидит на ней.        Она кое-как сдержалась, чтобы не вскрикнуть — снова странности, и снова Мойра тут как тут. Злобно выругавшись, Фестер грубо сбросила с себя сколопендру и встала с кровати.        Жутко хотелось воды.        Она спустилась на первый этаж, мысленно отчитывая парней за выбор дома с такими страшными ступеньками — было очень сложно спуститься с них не вниз головой, к верху задницей.        ... каково же было её уныние, когда вместо кухни на первом этаже она увидела пустое помещение.

«Точно! У них же тут магазин будет...»

       Фестер явно перепутала их новый дом с «Норой». Однако она вовсе не пожалела, что спустилась — на единственном кресле, находящемся внизу, сидели Фред и Алисия. Точнее Фред... а Алисия... ну, на нём.        Фестер почувствовала, как щеки краснеют и горячеют, а пальцы становятся холодными. В таком виде она своего друга ещё не видела... И хоть выглядело это дело достаточно красиво и романтично, без ревности не обошлось.        Она наигранно громко прокашлялась. Алисия вздрогнула, когда Фестер включила свет.        — Ну выключи свет, не трать электроэнергию, — хныкнул Фред, снова прижав к себе Алисию. — Уже закончили проводить краш-тест новой кровати Джорджа?        Он продолжил целовать её.        — Я сейчас очень больно кого-то ударю, — злобно фыркнула Фестер.        — Ты не у себя дома, веди себя поскромнее, — хихикнула Алисия, оторвавшись от губ Фреда.        Фестер, не стесняясь, подошла к креслу, на котором они были, и уселась на подлокотник кресла, внимательно уставившись на них, пытаясь смутить Алисию.        — Всё, что их — и моё тоже, — сказала Фестер. — А сейчас... Дорогая, извини, но мне нужно украсть у тебя вот это, — Фестер показала пальцем на Фреда.        — Зачем? — недовольно спросила Алисия.        — Может, лучше присоединишься? — спросил Фред.        Фестер встала, успев дать ему подзатыльник.        — Мне нужно домой. Срочно. И это серьёзно, — сказала она. — Я схожу за водой и вернусь сюда. Будь собран, пожалуйста, мне к семи нужно в школу вернуться.        — Какое наглое поколение пошло, — хмыкнул Фред, когда Алисия всё-таки встала с него. — В следующий раз я с тебя плату за аренду возьму! Полночи у нас дома провела, ещё и командует! — прокричал вдогонку Фред.        — Джордж уже взял. В полной мере, дорогой!