22. анекдот: во время бракосочетания молодые стояли с таким выражением лица, что свидетелей хотелось назвать понятыми
21 мая 2021 г., 15:55
— Что, даже платье не хочешь красивое надеть? — занозисто спросил Фред, наклонившись к подруге.
— Фред, ты не можешь заткнуться хотя бы сейч…
— Всё нормально, Джордж, — Фестер успокаивающе погладила его по руке. — Это у него защитная реакция такая…
— На что? — хмыкнул Фред. — Это не мой лучший друг решил жениться, даже не пригласив меня на свадьбу.
Фестер только закатила глаза в ответ несмотря на то, что слова Фреда действительно задели её.
Потому что он прав — это случилось не с ним, да.
Это случилось с ней; в том письме, что он принес ей, было написано, что Оливер женится. Просто факт; ни приглашения, ни каких-либо объяснений.
Именно поэтому на следующее же утро, мигом собравшись, она отправилась в Дорсет.
Очевидно, Фред и Джордж поплелись за ней — Джордж сказал, что абсолютно уверен в том, что с ней что-то случится, как в тех детективах на кассетах его матери, где главные героини отправляются в незнакомую местность, чтобы спасти кого-либо, а в итоге попадают в лапы русской мафии.
… ну а Фред просто хотел попробовать свадебный торт.
— Мы, получается, без приглашения… — задумавшись, прошептала Фестер.
— Получается, так. Ты хоть знаешь куда нам нужно? — спросил Джордж.
— Ну, я знаю адрес Оливера. Письма мы ведь друг другу слали. Вот только каким образом мы туда доберемся?
— На мётлах? — предположил Фред, кивнув на метлу, что сжимал в руке.
Они стояли за углом непримечательного дома; Фестер осторожно выглянула из-за него, и отметила, что на улицах уже становится людно. Она покачала головой;
— Уже утро, маглы всё увидят…
Джордж начал постукивать пальцами по рукояти своей метлы, задумавшись;
— Предлагаешь оставить метлы здесь? Или притвориться уборщиками и пойти с ними, листья мести? — нахмурившись, спросил он.
— Нет, тупица, — ответила Фестер, — я предлагаю уменьшить их и положить в сумку.
— А это умно-о-о, — одобрительно протянул Фред. — Моё почтение, мадам, я всё это время думал, что у Вас нет мозга, — он протянул ей руку в знак почтения, на что она щелкнула зубами в сантиметре от его пальцев, заставив его отдернуть руку. — У тебя всегда так зубки режутся?
— Надеюсь нет… — хитро улыбнувшись, сказал Джордж.
Осознав причину его улыбки, Фестер смущённо улыбнулась, стыдливо отведя взгляд от Джорджа; она уж точно не собиралась противиться таким шуткам. Просто потому что не собиралась притворяться, что они ей не нравятся лишь для того, чтобы показаться кому-то «приличной», но смотреть ему в глаза сразу после услышанного достаточно трудно.
— Для тебя я их спрячу, — ответила она, стараясь не создавать неловких пауз, — если хорошо попросишь.
— Ля-ля-ля, я ничего не слы-ы-ышу, — закрыв уши, как ребёнок, пропел Фред. А потом резко стал серьёзным, — Ну и мерзкие вы, ребятки.
— А тебе, значит, так шутить можно? — возмутилась Фестер.
— Извини, но от самого сексуального парня Британии это звучит не так плохо, как от вас двоих, — самодовольно улыбнувшись, ответил Фред.
— Но ведь я…
— Итак! — Фред перебил Джорджа. — Каким образом мы доедем?
***
— Вы видите Оливера? — спросила Фестер, оглядываясь вокруг. Добраться до дома Оливера им всё же удалось: Джордж догадался превратить мётлы в велосипеды, и таким образом они, не вызывая особых подозрений у местного населения, доехали до нужного адреса. Вариант с велосипедами, конечно — лучшее, что можно было придумать в сложившейся ситуации, однако один минус всё же был. Это заняло слишком много времени, и свадьба уже началась. Фестер очень боялась опоздать. Всю дорогу мысль о том, что Оливер не стал бы жениться добровольно, не выходила из головы. Как это вообще возможно? Она ведь видела всё собственными глазами, он влюблен в Билла! — Пока что я вижу только всю сборную Гриффиндора по квиддичу, — нахмурившись, заметил Фред. — Что за херня… — О-о-о, — протянул Джордж, — и ОНА здесь! — Кто? — спросила Фестер, вглядевшись в сторону, куда смотрели парни. — Демельза… — прошептал Фред, не отрывая взгляд от темноволосой девушки в легком, но нарядном платье. — Оке-е-ей. И кто это? — спросила Фестер, развернувшись обратно к парням. — Старая подружка Фреда, — ответил Джордж, мягко укладывая руку на талию Фесси, — бегала за ним года два, даже с Роном специально подружилась. — Выглядит лет на четырнадцать. — Пятнадцать, — поправил подругу Фред. — Запомнил, сколько ей лет, значит? — едко посмеявшись, спросил Джордж. — Какая любовь… Алисия не заревнует? — Пф-ф-ф… просто запомнил, что она на год младше Рона. — Как будто мы поверим, что ты помнишь, сколько лет твоему брату. Фестер мимолетно улыбнулась; ей всегда нравилось слушать их забавные споры. Но улыбка исчезла, стоило лишь вспомнить, где и почему она находится. Она убрала с себя руку Джорджа, сжав её в своей, и потянула за собой, не забыв пнуть Фреда, чтобы он поплелся за ними. Все трое подошли к парню, с которым Фестер была знакома; он хорошо общался с Оливером и был на замене в сборной Гриффиндора. — Эй, Эндрю, — Фестер тихо позвала его, осторожно коснувшись его плеча. — Вот так встреча… — О, Фестер! — улыбнувшись, парень крепко обнял её. — Да уж, глупо было не ожидать встречи с тобой на свадьбе Оливера. Хотя, знаешь, я был удивлен, узнав, что невеста не ты… Джордж, отшатнувшись, недовольно посмотрел на Фреда, встретив такой же недовольный взгляд. Фестер, буквально физически почувствовав их недовольство, отстранилась от Эндрю, и, снова встав между парнями, сама обернула вокруг себя руку Джорджа, заставив того хихикнуть. — Приветик, — Фред поздоровался, махнув Эндрю рукой. Джордж показательно молчал. — Ты не знаешь где Оливер? — взволнованно спросила Фестер. — Э-э-эм… у себя, наверное? — То есть свадьба ещё не началась? — уточнил Джордж. — Вы не читали свои приглашения? — хитро улыбнувшись, спросил Эндрю. — Там всё написано. — А мы их и не полу… — Не читали! Мы их не читали, — Фестер перебила Джорджа, косо на него взглянув. — Оставили в Лондоне. Ну, нам пора… Она потянула обоих Уизли за собой, подхватив их под руки. Фестер недовольно фыркала, утаскивая за собой тяжкий груз в виде двух амбалов, но упрямо шла к своей цели. Попасть в дом было не трудно — входная дверь открыта. А внутри — знакомые лица. — Боже, да тут ведь весь Гриффиндор… — удивлённо прошептал Джордж. — Не только, — заметил Фред, кивнув в сторону Герберта Флита и Энтони Рикетта — пуффендуйцев. — Наблюдательно, — едко ответила Фестер. — Оливер ни с кем из них даже не общался… — Почему? Он точно был знаком с Флитом и Рикеттом. Они из сборной Пуффендуя, — сказал Джордж. — Был знаком. Но не общался, — возразила Фестер. — Думаешь, он позвал тех, с кем за все школьные годы поговорил несколько раз, но не позвал свою лучшую подругу? — выдохнув, спросила она. — Бред… Руки потихоньку начинали опускаться; Оливера не было видно, а кроме него всё, что тут происходит, объяснить не мог бы никто. Фестер пыталась сдерживаться, но всё равно чувствовала, как мышцы по всему телу судорожно напрягаются от нервов. — Фесси… — испуганно прошептал Джордж, притянув Фестер к себе. — Родненькая, кажется, свадьба начинается… Она оглянулась; по лестнице, ведущей на второй этаж, спускалась, очевидно, невеста — очень красивая девушка в пышном белом платье. У неё были волнистые рыжие волосы, собранные в высокий хвост. Девушка выглядела так, словно с обложки журнала вышла. — Эй, — Фестер пихнула сначала Фреда, за ним — Джорджа, — она случайно не из вашей семейки? — спросила она, взглядом вцепившись в её рыжие волосы. — Как смешно… — хором ответили парни. А Фестер стало легче. «Ну, хотя бы невеста красивая. Не Билл конечно, но на крайний случай…» Фестер пригладила растрепанные волосы, быстро заправила футболку в джинсы, пытаясь привести свой внешний вид в минимальный порядок, прокашлялась и подхватила парней под руки, важно выпрямившись; — Ну что, будете на этот вечер моими кавалерами?***
Невеста, как оказалось, вышла к своим подругам — их было трое, и все обсуждали предстоящее мероприятие. Виновница торжества была чем-то сильно недовольна; Фестер как бы невзначай передвигалась следом за ней, прячась то за Фредом и Джорджем, то за массивными украшениями. Она прислушивалась внимательнее каждый раз, когда слышала имя Оливера, пытаясь узнать хоть что-то о его местоположении, но ничего не выходило; невеста всё время обходила эту тему стороной. Фред, когда ему надоело подслушивать вместе с подругой, ушел к своей знакомой, о которой они говорили, когда только явились сюда — вместе они успешно опустошили бутылку вина. Фестер, глядя на это, печально вздыхала; ну, хотя бы Джордж рядом. Младший Уизли не отходил от неё ни на шаг; когда невеста Оливера оборачивалась в сторону Фестер, он прикрывал её, выскакивая вперед или затаскивая за ближайший угол. Когда Джордж сделал это в первый раз, он поцеловал её, убедившись, что девушка, от которой они прятались, заглянула за этот угол. Оправданием этого поступка стала очередная фразочка о том, что он видел такое в фильмах. Фестер узнала, что свадьба начнется вечером — об этом говорила парочка знакомых когтевранцев. Гости, как она успела заметить — либо студенты Гриффиндора, либо члены сборных по квиддичу с разных факультетов. И это было очень подозрительно; Фестер хорошо знала и помнила, с кем Оливер общался, а с кем нет, и людей, которых он мог бы назвать настоящими друзьями… их здесь не было. А гости со стороны невесты? Фред, Фестер и Джордж специально присматривались и обсуждали гостей — они не узнали от силы человек пять, не считая трех подружек невесты. Вечер приближался. Фестер стояла рядом с уже пошатывающимся Фредом, всё ещё разглядывая присутствующих в поисках Оливера. Ситуация безумно раздражала всех, кроме Фреда — ему сейчас хоть танком по голове проедься, всё равно счастливый будет. Что естественно; после первой бутылки вина пошла вторая, затем третья, четвертая… — А свадьба ведь ещё даже не началась, — заметила Фестер, вышедшая из украшенного заднего дворика вслед за Фредом и Демельзой. Фред глянул на неё, рассеянно улыбнулся, и принял из рук Демельзы сигарету, не реагируя на замечание подруги. Сделав первую затяжку, он глянул в небо, явно намекая на то, что в разговоре, начинающемся с осуждения, совсем не заинтересован. — И что? Фестер оказалась обескураженной его простым ответом. — Ты уже пьяный. — И что? На этот раз Фред улыбнулся, а Фестер нервозно сложила руки на груди. — Нормальные люди не пьют без повода. — И что? — засмеявшись, повторил Фред. — Повод ищут только идиоты. У «нормальных» людей он всегда есть. — Боже… — Фестер закатила глаза, не удержавшись. Возможно, это совсем не её дело, но то, что Фред ведёт себя так, не могло не раздражать; они сюда не на праздник явились. Происходит черт пойми что, а он так спокойно сидит и потягивает вино с сигаретами на пару с влюбленной в него подружкой. «Прекрасно…» — Ты-ы-ы меня никогда не понимаешь, потому что ты скучная и зла… — Творец должен быть голодным и непонятым, братец, — Джордж, подошедший сзади, перебил Фреда. — Или ты снова забываешь «Сто величайших высказываний»? Ту книгу, что бабушка заставила нас выучить за лето у неё дома… Джордж, тихо посмеявшись, подошел вплотную к Фесси, обернул руки вокруг её живота, мягко поцеловал в щеку, нагнувшись, и поправил спавшую с плеча шаль. Фестер вздрогнула от того, как резко меняется температура вокруг, когда он — такой тёплый — оказывается рядом. — Творец… и что же ты творишь, Фредди? — тихо спросила Демельза, косо глянув на Джорджа. Кажется, с ним у неё не лучшие отношения… — Пока рядом с тобой — полную херню, — фыркнула Фестер, злобно глядя на гриффидорку. — О-о-о, мамочка, не ругай моих друзей, я сам винов… — Фред не успел закончить очередную едкую реплику. Кажется, его затошнило. Фестер и Фред мигом подхватили его под руки и затащили в дом; сейчас было не так уж важно, что их туда не звали и попадаться всем подряд на глаза — не лучшая идея. Они быстро поднялись на второй этаж и, к огромному счастью, успели пихнуть Фреда в уборную. Джордж сморщился, когда за дверью послышались характерные звуки, а Фестер, горько выдохнув, осмотрелась; всё в спокойных тонах, большая часть мебели из темного дерева. Именно о такой квартире мечтал Оливер; он много раз рассказывал об этом Фестер. «Значит, адресом не ошиблись… ну, где же он?» Фестер подошла к окну, когда Джордж, недовольно цокнув, зашел в ванную к Фреду, поскольку тот начал тихо выхныкивать его имя. За окном оказалось достаточно темно. Гости собирались под белоснежным, освещенным навесом. Вокруг него стояли серебристые канделябры, и когда Фестер перевела взгляд на свечи, что только зажглись, она тихо вскрикнула; в глаза будто кинули кучу маленьких раскалённых стёклышек — боль была резкой, противной. Глаза закрылись сами по себе, а от испуга сердце забилось, как сумасшедшее, только усугубляя ситуацию. Фестер схватилась за стоящую неподалеку тумбочку; из глаз полились слезы, и свободная рука сама по себе прижалась к ним, вытирая их, но ничего не помогало. Открыть глаза всё ещё казалось чем-то невозможным. Она тихо запищала от боли, закусив собственную губу, и присела на пол, надеясь, что её никто не услышал. Через несколько мгновений боль поутихла, но в глазах всё так же неистово жглось; открыть она их смогла, хоть и через боль, но единственное, что видела — мутные круги. Проморгавшись, она снова смогла видеть более-менее ясно видеть. … и слышать. А услышала она разговор… Оливера и его матери. «Оливер!» Прислушавшись, она тихо пробралась к темному закоулку, в котором её точно не будет видно. Разговор Оливера и его матери шёл о свадьбе, и, судя по приглушенности голоса Оливера, он находился в комнате, а мать — за нею. Фестер с трудом подавила в себе желание подойти и прекратить этот разговор, услышав, как грубо женщина разговаривает; тон голоса такой, будто ей мерзко говорить что-то собственному сыну. В конце концов, закончив разговор громким пинком двери, женщина пронеслась мимо Фестер, не удосужившись даже взглянуть в её сторону. Из ванной, к счастью, никаких звуков от Фреда и Джорджа не слышалось, так что ничего не привлекло её внимания. Фестер убедилась в том, что женщина вышла, когда услышала звук открывающейся двери, а затем и весёлые крики с улицы. Разбирать, что там кричат, не было времени — она тут же ринулась к Оливеру. Выйдя из-за угла, Фестер увидела несколько дверей — все одинаковые, и узнать, за какой находился Оливер, было невозможно. Пока она не услышала… как он плачет. В груди неприятно заныло от услышанного, и Фестер заметила, как её рука дрогнула, коснувшись холодной ручки двери; она никогда не была сильна в ситуациях, когда нужно было поддержать кого-то — у самой всегда накатывались слёзы, а все мысли куда-то улетучивались, и она совсем не понимала, что ей нужно сказать. Но сейчас ей нужно было собраться ради человека, который поддерживал её с самого начала её обучения в Хогвартсе. И она приоткрыла дверь, аккуратно заглянув в неё; Оливер, сидящий на кровати, резко зажал рот рукой, чтобы не издавать звуков, и вытер слёзы рукавом белой рубашки. — Оливер, это я… — тихо сказала Фестер, — можно? — Д-да, — громко хныкнув, ответил Оливер. Фестер шагнула в комнату, осторожно прикрыв за собой дверь. Оливер впился в неё обнадеженным взглядом, не имея никаких сил сдерживать тихие всхлипы. Смотреть на друга в таком состоянии было жутко больно, но Фестер, печально вздохнув, нашла в себе силы присесть рядом. Она обняла его, и Оливер уткнулся лицом в её грудь, продолжая тихо всхлипывать. Фестер не торопила его; сейчас ему, наверняка, нужно просто проплакаться. Она старалась вложить всю свою любовь и нежность в аккуратные поглаживания — по голове, плечам, спине. Со временем Оливер перестал плакать. К тому моменту Фестер начала чувствовать, как промокшая рубашка прилипает к телу, напоминая о причине её нахождения здесь. — Оливер… — тихо позвала Фестер, — … золотце, что происходит? — Мама… — хрипло прошептал Оливер, пока Фестер привстала, чтобы наколдовать ему немного воды, — … она думает, что Нелл… моя н-невеста… из богатой семьи, и она устроила всё это… чтобы объединить наши семьи и… — … и кошельки, — догадалась Фестер, вдумчиво вглядываясь в стакан с водой. — Правильно, — Оливер принял стакан и постарался не закашляться, когда сделал глоток воды. — Ты сказал, что она только думает об этом. Почему? — взволнованно спросила Фестер, усаживаясь обратно. Оливер прерывисто вздохнул перед тем, как продолжить. — Потому что родители Нелл думают о том же. Она тоже не хочет выходить за меня, — Оливер поднял на подругу полные печали глаза. — Её родители думают, что я получаю достаточно много денег, раз стал капитаном такой известной команды… Скулы свело от шока и злости. Как это вообще возможно? Подобное было популярно несколько столетий назад, но не сейчас же… Всё это вполне в духе матери Оливера; она, как и женщина, родившая Фестер, всегда гналась за напускным успехом и стремилась создать видимость богатства и собственного превосходства. Вот почему здесь только студенты Гриффиндора и ребята с других факультетов, играющие в квиддич; приглашениями явно занималась его мать, особо не интересующаяся кругом общения собственного сына. Вот почему свадьбу откладывали до самого вечера; Оливер, в силу своего характера, наверняка упирался и не хотел выходить из комнаты всё это время. Не потащит ведь она его за волосы… Вот почему Фестер не пригласили; мать Оливера стала недолюбливать её ещё давно, как только узнала о том, что её семья вовсе не являлась богатой. Верить в происходящее не просто не хотелось — это было буквально невозможно, но собраться с силами Фестер всё же пришлось; кто-то из них с Оливером должен придумать хоть что-то дельное. Но придумать ничего хорошего не вышло; выхода из данной ситуации не существовало в принципе, и единственное, что пришло в голову Фестер — схватить самые нужные вещи Оливера, сесть на метлы и улететь, подхватив с собой обоих Уизли. — Почему мы не могли сделать всё краси-и-иво? — хныкал Фред, сидевший на одной метле с братом — самостоятельно он, как бы хорошо не управлялся с полетами по трезвости, сейчас лететь не смог бы. — Нужно было подождать до момента, когда священник спросит, есть ли кто-нибудь, кто против… эффектно выбежать в центр, схватить Оливера и улететь! Фестер и Джордж переглянулись, улыбнувшись очередным глупостям от Фреда. — Ты придумываешь очень хорошие планы, Фред! — крикнула Фестер. — Больше так не делай.***
Всю дорогу до дома Фреда и Джорджа Оливер вёл себя странно; Фестер частенько отрывалась от дороги, чтобы поглядывать на него, несмотря на то, что в таком состоянии лететь было и без того сложно. Оливер то улыбался, то похныкивал, пребывая в абсолютном шоке от происходящего. Так или иначе, Фестер практически чувствовала, что он полностью доволен ситуацией — когда они пробирались из дома на задний двор, к мётлам, Оливер беспрерывно благодарил Фестер, Джорджа и Фреда за то, что они прилетели за ним. Он был до жути удивлён их появлением, потому что даже не высылал им приглашений, не желая того, чтобы они наблюдали этот позор. Всё, что происходило, казалось чем-то безумно странным; что-то среднее между детской шалостью и взрослым, жутко важным решением. Они буквально выкрали Оливера с его собственной свадьбы. Но никаких сожалений не было ни с чьей стороны. — Вот бедняга… — прошептал Джордж, присаживаясь на лестницу рядом с Фестер. — Почему он не мог просто отказаться от этой свадьбы? Фестер перевела взгляд на Оливера, сидящего на диване рядом с Фредом. Последний изо всех сил пытался утешить своего теперь уже товарища, проникнувшись к нему и его истории чувствами. — Потому что его семья никогда не приняла бы того, что он влюбился в Билла, — тихо, чтобы Оливер не услышал, сказала Фестер. — Да и он сам не хочет этого принимать. А эта девушка… он ещё когда мы были на шестом курсе сказал мне, что она просто удобный вариант. Джордж устало вздохнул и уложил голову на плечо Фестер, уткнувшись в её шею. Тихо хихикнув от щекотки из-за его горячего дыхания, Фестер приобняла его, накрыв своей шалью. Его близость успокаивала её; даже руки дрожать перестали. — Ничего… всё будет хорошо, — прошептал Джордж. — Заставляешь меня считать тебя эгоистом. — Эгоистом?! Почему? — нервно хихикнув, возмутился Джордж. — Я тут, если что, тебя поддержать пытаюсь! — Потому что ничего не будет хорошо. Он взрослый, и за все свои годы не смог принять себя, — она грустно хмыкнула. — «Всё будет хорошо» … так говорят те, кому хочется казаться хорошим человеком, но лениво задумываться о том, как действительно утешить человека. Джордж, сдвинув брови, просто молчал несколько секунд, а потом воодушевленно вздохнул. — А если я знаю, что всё правда будет хорошо? — бодро спросил он. Фестер только печально выдохнула в ответ. — Никогда не поздно принять себя. А когда у тебя есть… любимый человек… сделать это куда проще. Билл поможет ему с этим. Его слова действительно задели Фестер; что-то внутри будто щелкнуло, она буквально физически чувствовала, что он говорит это не просто так. Он сам пережил это. Это очень ценно — осознавать, что «любимым человеком» в его случае выступала, безусловно, она, но как ответить на это действительно стояще, она не знала. … поэтому решила отшутиться. Дурная привычка, доставшаяся от Фреда. — Это ты из-за Кэти понял? Она тебе помогла принять себя с таким клювом? Рассмеявшись, она легонько щелкнула пальцами по его носу. Джордж рассмеялся и прижал Фестер ещё ближе к себе, чтобы удерживать её руки. — Ещё одна такая шутка… — И что? — Фестер перебила Джорджа, прикладывая все усилия к тому, чтобы выкрутиться из его рук. — Превращу тебя в скорпиона, и заставлю спариваться с твоей этой Мойрой! — Вообще-то скорпионы со сколопендрами не спариваются. Они их едят… — подстроив испуганное выражение лица, оповестила Фестер. — Так даже лучше, — хихикнув, ответил Джордж.
Примечания:
ничево вам нискажу не разговариваю с вамиии
