Всё, что мы держим в ладонях своих

Раньше Чонин считал, что самым странным в его жизни была мать, не давшая ему по самое не хочу за вызов к директору однажды в старшей школе. Затем самым странным в списке странностей стал его лучший друг, напившийся до такой степени, что неловко залез на лавочку в парке и при всех признался в любви к бездомному, которого видел первый раз в жизни. Потом это место занял момент, где он встретил Ту, чьё имя начинается на «Н». Ну а дальше случился хозяин, попросивший на него наступить пару раз ещё где-то в самом начале кукольной жизни. В общем, забавных и не очень странностей в жизни Яна было много. Но Чан на фоне клуба оказался самым странным, что Янки наблюдал в своей жизни. После того, как Бан рассказал про звонок от Лин Джинг и Пита — тех самых продавцов из ювелирного магазина — время прошло достаточно быстро, и Чонин не заметил наступления выходных. А раз они настали, значит, пора было заняться поисками браслета, о котором парень успел позабыть из-за других событий. Вообще-то Ян так разленился, что даже уже хотел плюнуть и сходить в другой раз, но Кристофер лишь закатил глаза и буквально вытолкнул его на улицу. И вот теперь они стояли перед самым обычным клубом. И именно в тот момент, как они как раз-таки и встали перед входом, Янки понял всю странность Чана — такого занудного, слишком доброго и вечно уютного Чана. Парень даже одет был так, как обычно не одевался: белоснежная футболка, жутко узкие чёрные джинсы, кожанка и… чёрт возьми, это же перчатки без пальцев! Да, это было очень… необычно, но Чонин решил ничего не говорить на этот счёт, хоть ему было неловко понимать, что на фоне такого дерзкого Бана он выглядел ещё большим ребёнком в своих длинных шортах и сером худи. Конечно, это слегка смущало и заставляло ворчать себе под нос, но делать было нечего. А потому Ян спросил именно то, что его волновало чуть больше, чем это всё: — И что мы будем делать, когда войдём? — он скрестил руки на груди и посмотрел на сосредоточенного Чана, который явно что-то обдумывал. — Найдём АйЭма, поговорим с ним и уйдём, — пожал он плечами. — Так просто? — вскинул бровь Чонин и хмыкнул. — Ну да, — Бан перевёл взгляд с яркой неоновой вывески на парня и спросил: — А что? — Мы идём в клуб, в котором подпольщики работают, — шаркнул ногой Янки, откидывая мешающий камешек в сторону. — Вряд ли всё так просто. — А у нас есть выбор? — развёл руки в стороны Кристофер. — Надо попробовать.  — Ладно, тогда идём, — схватил Чана за руку Ян и потащил в сторону входа, где уже образовалась небольшая очередь. — Э-эй, стой, — тут же упёрся Бан. — Надо всё-таки обдумать, что мы будем делать! — Да на месте разберёмся, — лишь отмахнулся Чонин. — Что попросту стоять? Сам же говорил, что у нас нет выбора! — Но меня всё равно это слегка… напрягает, — передёрнул плечами Чан. — Ох, Чан, ты казался таким смелым на словах, — закатил Ян глаза. — Ты хоть раз можешь побыть крутым парнем, а не занудой? — Эй! — возмутился Крис. — Идём! — Янки снова потянул парня за собой, и на этот раз тот всё-таки оторвал ноги от асфальта и пошёл за ним. Парни встали в очередь, состоящую из разношёрстной молодёжи, выряженной в свои лучшие тряпки, сияющие блёстками, пайетками и какими-то цацками. Они постоянно взрывались смехом, о чём-то болтали, но быстро рассасывались, проходя в клуб один за другим. А потому очередь Чана и Чонина пришла даже слишком скоро. И тогда они увидели просто огромного мужчину-вышибалу, что из-под своих солнцезащитных очков с малюсенькими чёрными линзами смотрел на них ничего не выражающим взглядом. — Приветики, — неловко улыбнулся Бан вышибале, помахав ему рукой, из-за чего Ян мысленно ударил себя ладонью по лбу. — Стоять, — преградил своей огромной тушей вход амбал. — Сюда без приглашений нельзя. Кристофер растерянно посмотрел на Янки, который также посмотрел на него. Бан уже хотел было дёрнуть парня за руку и отойти, чтобы обдумать дальнейшие действия, как Чонин лишь вздохнул и, поманив амбала пальцем, шепнул: — Слышь, мы к АйЭму, — он осмотрелся, словно их могли услышать. — Дело срочное, так что лучше нас здесь не задерживай, — и, засунув руки в карманы толстовки, распрямился, победно улыбаясь. — Ты ведь слышал о ТИП? — Проходите, — тут же отступил мужчина, пропуская парней внутрь. — Ищите Чжухона. Он проведёт вас к АйЭму, — добавил он и выпрямился, сложив руки впереди, словно ничего и не говорил. Они зашли в тёмный коридор, в конце которого уже плясали тени, отбрасываемые разноцветными прожекторами, и из конца которого слышались отрывки песен. Чан и Чонин пошли дальше, но последний, поймав на себе внимательный взгляд, поднял голову и спросил: — Что? — Как? — недоумённо уставился на парня Бан. — Мне кажется, мало кто знает, что здесь работает АйЭм, поэтому он понял, что мы можем пройти, раз знаем эту информацию, — пожал плечами Ян. — Он не из-за этого нас пропустил, — нахмурил брови Крис. — Что такое «ТИП». — Три императора подполья — организация, о которой мало кто знает, — ответил Чонин. — А ты откуда знаешь? — Мой друг один из его лидеров, — хмыкнул Янки. — И… «приветики»? Серьёзно? — вдруг сменил тему парень. — Ну а что? — не понял Бан. — Так, Чан, послушай меня, — остановился Чонин и повернулся к парню. — Как бы ты клёво сейчас не выглядел, мы в клубе. — И? — Веди себя соответствующе! — ткнул Чана в грудь указательным пальцем Ян. — Да что за претензии? — возмутился Кристофер. — Я веду себя нормально! — Нет, ты ведёшь себя как занудный старик! — упёр руки в боки Янки. — Это обидно вообще-то! — Зато правда! — резонно заметил Чонин. — И что ты предлагаешь? — Чан скрестил руки на груди. — Попробуй хотя бы вечер побыть крутым, — улыбнулся Ян. — Но… — Или тебе слабо? — чуть наклонил голову вбок Янки. — Ну да, ты же такой старый! Куда тебе до крутых парней! — Ладно, хорошо, — глубоко вздохнул Бан. — Хочешь, чтобы я вёл себя круто? — Ага, — кивнул Чонин. — Но потом не жалуйся, — указал куда-то парню в переносицу Чан и толкнул дверь, ведущую в клубное помещение. Янки лишь хихикнул, особо не веря, что Крис сможет вести себя ещё как-то, кроме как занудно. — Давай разделимся и поищем Чжухона, — вдруг предложил он. — Думаю, так будет проще. — Окей, — лишь пожал Чонин плечами и тут же скользнул в беснующуюся толпу. Янки не то чтобы не любил клубы, но особо в них не тусовался, а потому, никогда не проникаясь этой атмосферой, он не был сейчас в восторге от тел, что толкали его и пытались танцевать, превращаясь в подобие бушующего океана, в котором парень чуть ли не тонул, как не был в восторге и от оглушительно громкой музыки и разноцветных огней, бьющих в лицо и слепящих глаза. А ещё было довольно жарко и накурено, и дым, подсвеченный неоновыми огнями, красиво мерцал под потолком. Чонин, получив пару несильных ударов в бока локтями, вышел на более свободное пространство, куда толпа его буквально выплюнула. Ян выдохнул с лёгким облегчением и, посмотрев по сторонам, заметил Чана, что сидел у барной стойки и болтал с очень подозрительным барменом, чьи глаза даже с такого расстояния блестели хищными огоньком и чей ярко-красный маллет горел свечой. Но Бана, кажется, ничего не смущало, потому что он попивал какой-то коктейль и над чем-то смеялся. Ян слегка нахмурился, а затем пожал плечами и стал осматриваться. Найти какого-то там Чжухона казалось целью почти невыполнимой. Ну серьёзно, искать незнакомца среди кучи незнакомцев! Янки понятия не имел, у кого нужно спрашивать. Если подумать, наверное, Чжухон — шишка важная, а значит, надо искать его среди людей, похожих на важных шишек. А есть ли тут такие? Чонин снова огляделся и поймал взглядом группку молодых ребят, отличавшихся от остальных дорогими шмотками, кожаными диванчиками, на которых они восседали, и огромным количеством бутылок с алкоголем на низком столике. И Ян двинулся к ним, потому что всё равно не видел больше вариантов. — Эй, — подойдя к группке, окликнул парень, и все тут же посмотрели на него. — Вы, случаем, не знаете, где я могу найти Чжухона? — Ли ищешь? — из цепких рук красивой блондинки в золотом платье выпутался какой-то рослый парень с щетиной и растрепавшимися зачёсанными назад волосами. Чонин решил, что это, вероятно, был лидер компашки. Тот вышел вперёд и встал перед ним, сжимая в руках стакан с поблёскивающей тёмной жидкостью. Этот парень засунул одну руку в карман и, подбоченившись, спросил: — А зачем он тебе? — Не твоё дело, — нахмурился Ян, скрестив руки на груди. Ему не понравился отвратительно-похабный взгляд, которым лидер его не осмотрел, а буквально вылизал с ног до головы. — Он нужен мне, так что, будьте добры, подскажите, где я могу его найти, — без малейшего проблеска дружелюбности в тоне голоса сказал он. — Ох, а что ты такой грубый, малыш? — заломил брови парень, слегка пошатываясь. — Я те не малыш, придурошный, — вмиг ощетинился Чонин, ещё больше нахмурив брови. — Я ищу Чжухона. Скажешь, где он, или нет? — Да зачем тебе он, милый? — не воспринимая Яна всерьёз, усмехнулся лидер. — Ты ведь здесь явно новичок, так что… — он огладил указательным пальцем щёку парня, но тот резко дёрну головой, отталкивая чужую руку. — Присядь к нам, я заплачу тебе за выпивку. — Да пошёл ты, — закатил Чонин глаза. — Так скажешь или нет? — А у тебя острый язычок, — лидер наклонился к самому уху Янки, дыша на него перегаром. — Если найдёшь ему правильное применение, то, так и быть, я скажу, где Ли. — Понятно, найду сам, — вздохнул Ян и уже хотел было развернуться, чтобы уйти, но его притянули за талию и прошептали: — Ну не отказывайся так сразу, — лидер хихикнул. — Поверь, тебе понравится, малыш, — и как только он сказал последнее слово, кто-то толкнул его с такой силой, что лидер отлетел назад и повалился на столик, с которого полетела вся выпивка. — Эй, — грозно пробасил Чан, обхватывая замершего в удивлении Чонина за талию и притягивая к себе. — Малыш он только для меня. Понятно? — спросил он, а казалось, что резал своим стальным тоном. Ян посмотрел на Бана, и совсем не узнал, потому что от того самого занудного, слишком доброго и вечно уютного Чана вообще ничего не осталось, и перед ним стоял некто с давящей и крутой аурой. Вот тебе и просьба побыть хоть немного крутым. — Ч-чан? — неуверенно пробормотал Янки, но Бан лишь нагнулся к нему и, едва касаясь своими губами его уха, томно проговорил: — Крис, детка, просто Крис. — Ты чё? — тем временем, подвыпивший лидер полностью осознал, что произошло, и под смех его компании приподнялся, зло смотря на Чана. — А ну иди… — договорить он не успел, потому что Бан толкнул его ногой в грудь, возвращая в полулежащее положение на столе. Кристофер отпустил Лиса и, с силой ударив ногой по поверхности стола между ног лидера, нагнулся и сказал: — Этот милый парень, — указал Бан на Янки, — спросил у тебя, где Чжухон, — и угрожающе понизил тон. — Так ты расскажешь ему то, что он хочет? — Да знаешь, что я с тобой!.. — вспылил парень, но Чан взял его за грудки. — А знаешь, что я могу с тобой сделать? — прорычал он и нагнулся к его уху, что-то шепча. — Л-ладно, — пробормотал лидер, вмиг теряя всю свою смелость. — Но где Чжухон я вам не скажу! — воскликнул он. — Он вон там, — вдруг указала своим наманикюренным пальчиком та самая блондинка, игриво хихикая. Парни посмотрели в указанном направлении и увидели бармена, с которым Крис недавно весело болтал. — Он не сказал мне, — лишь на секунду удивился Бан и развернулся к блондинке, чтобы поблагодарить: — Спасибо. — Обращайся, — послала она ему воздушный поцелуй и протянула визитку. — Позвони мне, — сделала она жест, обозначающий телефон, и подмигнула. Чан лишь мило ей улыбнулся, развернулся, и они с Лисом пошли в сторону барной стойки. И пока Бан сминал визитку с номером, по которому никогда не позвонит, Ян всё ещё не мог отойти от произошедшего. Он сверлил хозяина настолько очевидным взглядом, что тот повернул к нему голову и спросил: — Что? — Крис, ты чего? — всё-таки задал тревожащий вопрос Чонин. — Ну ты же сказал мне вести себя круто, — лишь пожал плечами Чан. — Вот я и веду. — Н-но… — хотел было что-то сказать Ян, но Бан приобнял его за плечи и хитро улыбнулся. — Да ладно, тебе же нравится, — хохотнул он и снова нагнулся к его уху. — Нравится, когда я зову тебя своей деткой? — Д-дурак, что ли? — вмиг залился краской Янки, пихая парня в бок. — Ты так очаровательно смущаешься, — отстранился Кристофер, победно смеясь. — Всё! — воскликнул Чонин, размахивая руками. — Всё, хватит вести себя круто! Я понял, понял! — Нет уж, детка, сам напросился, — покачал головой Чан, пронаблюдав ещё один приступ смущения у Лиса. Парни подошли к барной стойке, которая вся светилась благодаря встроенным светодиодам, и Чан, не церемонясь, тут же спросил у бармена: — Хэй, так ты и есть Чжухон? — А что? — бармен, протирающий стакан, вскинул взгляд, и Янки убедился, что глаза у этого парня даже слишком хищные и внимательные. — Я же спрашивал, — развёл руки в стороны Бан, но бармен лишь неопределённо пожал плечами, продолжая протирать стакан. — Мы ищем АйЭма. — Зачем? — беззлобно и со скрытым интересом спросил тот самый Ли Чжухон. — Мы от Лин Джинг и Пита, — сообщил Чан. — Слушайте, если вы тут по какой-то ерунде, то лучше бы вам развернуться и уйти, — вдруг резко стукнул стаканом о поверхность стойки Ли. — Мы кое-что ищем, — не растерялся Янки. — И в поисках нам может помочь только АйЭм. — Это не говорит мне о ваших намерениях, — серьёзно сказал Чжухон, и Ян подумал, что, наверное, этот парень охранник АйЭма, раз так печётся об этом. — Скажу тебе кое-что… — поманил пальцем Чан бармена и снова начал что-то шептать на ухо. Ли сначала недоумённо глянул на Бана, а затем разразился громким смехом. — Ладно, пойдёмте, — уже весело улыбаясь, махнул Чжухон рукой. Он вышел из-за барной стойки и, махнув какому-то парнишке рукой и попросив того подменить его, повёл парней за какую-то не особо приметную чёрную дверь. Оказавшись в абсолютно пустом коридоре, Чжухон без слов двинулся дальше, и парни беспрекословно пошли следом. И лишь поднявшись по лестнице, пройдя ещё немного по другому коридору и завернув за угол, они оказались перед большой резной дверью. Ли глухо сказал: «Вип-комната» и, открыв дверь и шагнув первым, бросил: — АйЭм, к тебе гости, — и прошёл в сторону большого стола. — Да-да, я знаю, — послышалось не особо внятное бурчание. Чонин шмыгнул вперёд Чана, потому что ему слишком интересно было увидеть этого АйЭма, но оказалось, что тот сидел в кресле, что было развёрнуто к стене, а потому того видно не было. Чжухон махнул рукой, попросив подождать минутку. Этого времени хватило, чтобы Ян смог рассмотреть вип-комнату полностью. В общем-то, это был просто кабинет, который тонул во мраке настолько, что видно было почти ничего. Единственное, что выдавало вип-комнату, — полностью стеклянная и затонированная стена слева, открывавшая вид на танцпол. Видимо, стекло было звукоизолирующем, потому что в комнате стояла полнейшая тишина. Впрочем, вскоре она закончилось. АйЭм, передав Чжухону какие-то бумаги, развернулся и, расплывшись в улыбке и оперевшись о стол, протянул: — Привет. — Здрасте, — поздоровался Янки, рассматривая молодого парня с пепельными волосами и пирсингом левой брови в виде двух шариков. Чан лишь кивнул и встал рядом с Лисом. — Я вас ждал, — АйЭм сложил руки в замок и упёр локти в стол. — Но при этом нам всё равно пришлось Вас искать, — вскинул бровь Чонин. — Надо же было вас немножко проверить, — лишь пожал плечами парень. — Лин Джинг и Пит рассказали мне о том, что вы ищите, — он откинулся на спинку кресла. — Но не могли бы вы рассказать мне побольше об этом. — Я ищу браслет, — начал рассказывать Ян. — Его сделал один ювелир в единичном экземпляре. Вообще-то их было три подобных, но один из них принадлежал моей семье. — Магнолия, Роза и Вива, — протянул АйЭм и хмыкнул, потерев подбородок. — Я слышал о них. — Мы ищем Розу, — сказал Чонин. — Поможете её найти? — У меня много связей, так что я могу помочь, — повёл парень плечами. — Но вы должны понимать, что найти эту вещь будет очень сложно. Так что я помогу, но за стоящую плату. — Что Вы хотите? — в разговор наконец-то вступил и Чан, вышедший вперёд. — Денег? — Нет-нет-нет, — тут же замахал руками АйЭм, заломив брови. — Влияние. Мне нужно ещё больше влияния, чем у меня есть сейчас. — Как же мы сможем дать Вам влияния? — не совсем понял Чонин. — Ты не сможешь, а вот он — да, — парень указал на Бана. — Я достаточно осведомлён о том, чем занимаются твоя семья и друзья. Да и разве твой босс не является генеральным директором «CH»? — Ладно, я договорюсь обо всём, — лишь пожал Крис плечами. — Только найдите браслет. — Вот мой номер, — положил на край стола свою визитку АйЭм. — Позвони мне позже, и мы всё обсудим. — Конечно, — кивнул Чан, взяв визитку и положив её в карман джинсов. — Тогда мы, пожалуй, пойдём. — Проводи их, Чжу, — мило улыбнулся парень Чжухону, и тот кивнул. Чонин только сейчас заметил, что Ли похож был больше не на охранника, а на цепного пса, готового вцепиться тебе в глотку, если хозяин прикажет. Он прошёл к парням и повёл их на выход. Уже в коридоре, когда они шли обратно в клубный зал, Чжухон расслабленно улыбнулся и сказал: — Вы ему понравились. — С чего Вы так решили? — поинтересовался Чонин, выгнув бровь. — Его услуги стоят дороже, — кинул на парня взгляд Ли и толкнул дверь. Ли пропустил их и, как только парни вновь оказались в клубном зале, закрыл дверь, сам оставшись по ту её сторону. Чан и Чонин оглянулись, но ничего не сказали. Ян посмотрел на всё беснующуюся толпу и, выдохнув, обратился к Бану: — Ну, поехали домой? — А может… — призадумался Чан. — Не хочешь немного отдохнуть? — и повернулся к Янки. — В смысле? — не понял Чонин, который вообще-то очень даже хотел домой. — Ну раз уж мы в клубе, почему бы не расслабиться? — расплылся Бан в улыбке и взял парня за руку. — Я, конечно, не любитель этого, но сегодня я не зануда, так ведь? — Мне семнадцать, — скептично заметил Ян. — Кого это волнует здесь? — прыснул Чан. — Пить я тебе всё равно не позволю, а вот просто повеселиться… И со смешком он повёл Лиса к барной стойке, за которую сел и за которую усадил парня. Он помахал бармену и сказал ему: — Вишнёвую бомбу, — и указал на Чонина. — А ему сок, пожалуйста. — Даже если ты ведёшь себя круто, часть твоего занудства всё равно никуда не уходит, — вздохнул Янки, смотря на то, как бармен точными и заученными движениями начал делать им напитки. — Это забота, — лишь хмыкнул Крис, принимая из рук бармена свой тёмно-бордовый коктейль. — Ну да, ну да, — закатил Ян глаза, обхватывая губами трубочку в своём бокале с соком. — А вот теперь из нас двоих на зануду больше стал похож именно ты, — рассмеялся вдруг Чан и хотел сказать что-то ещё. Его прервала маленькая женская ручка, похлопавшая Бана по плечу. — Э-э, привет, — протянула миленькая высокая девушка с прямыми тёмными волосами и забавной чёлкой, как только Чан обернулся к ней и двум её подбадривающим подругам. — Привет, — улыбнулся девушке Бан, прекрасно понимая, зачем она к нему подошла. — М-м, я Ёбин, — промычала явно застенчивая девушка, потеребив края водолазки руками. — Часто здесь бываю, но тебя вижу впервые, — она подняла взгляд на парня. — Может, потанцуем? — Ты очень красивая, Ёбин, — ласково сказал Чан, заправив девушке выбившуюся прядь волос за ухо, и добавил: — Но я здесь с самым очаровательным парнем, которого ни за что не брошу здесь одного. — А, ой, извини, — только заметив за Баном испепеляющего её взглядом Чонина, стушевалась девушка. — Я не знала, — и густо покраснела. — Ничего, — снова широко улыбнулся ей Чан и, услышав разочарованные возгласы подружек, обратился к бармену: — По коктейлю милой девушке и её подругам, — он заплатил за их заказ. — Спасибо, — кивнула девушка и ушла с подругами к другому краю широкой барной стойки. — Я бы не был против, если бы ты потанцевал с ней, — хмуро буркнул Чонин, шумно втянув в себя сок через трубочку. — С тобой танцевать мне кажется более удачной идеей, — хохотнул Крис и взял парня за обе руки. — Идём, — кивнул он на танцпол. — Что, нет! — тут же заупрямился Ян. — Я не хочу танцевать, — попытался он вырвать руки из чужих ладоней. — Да и не умею! — И правда, кто из нас зануда? — рассмеялся Чан и всё-таки вытащил парня на танцпол как раз в том момент, когда заиграло что-то более медленное, чем было до этого. Чонин буквально упал в объятья Кристофера, но тут же отпрянул, смотря из стороны в сторону прямо на дрыгающийся народ. Ян посмотрел на вполне себе сносно танцующего Чана и вроде как даже сделал пару странных движений. А затем почему-то мысленно посмеялся с себя же и, широко улыбнувшись, обнял Бана за шею, тут же сказав: — Насчёт АйЭма. Ты правда сделаешь это? — Что именно? — Чан обнял парня за талию и сказал: — Если ты про влияние, да пожалуйста. Так его всем разрекламирую, что ему от этого деваться некуда будет, — фыркнул он. — Это не так сложно. — Но всё равно немного муторно, разве нет? — поинтересовался Янки. — Всё нормально, — помотал Кристофер головой. — Я же делаю это для тебя. — Почему ты так добр ко мне? — смотря парню в глаза, спросил Чонин. — Потому что ты замечательный? — ответил Чан так, словно говорил очевидное. — Я всё равно не понимаю, — покачал Ян головой. — Чт… — Эй! — вдруг перебил Бана громкий возглас. Парни посмотрели в сторону кричавшего и увидели недалеко у стены того самого парня, которого Чан недавно ударил. Он стоял и тыкал в них пальцем, показывая двум громадным амбалам. — Это они! — проревел он сквозь музыку. — Чё? — выгнул бровь Чонин, и амбалы, выглядящие так, словно готовы без вопросов ударить тебя, выкинуть из клуба и избить до полусмерти, внезапно кивнули тому парню и двинулись в их сторону. Кристофер и Янки переглянулись и одновременно выпалили: — Бежим. Они вылетели из клуба быстрее, чем предполагали, и буквально кинулись бежать по дороге и бежали до тех пор, пока не поняли, что за ними точно нет погони. Отдышавшись, они вдруг взорвались таким диким хохотом, что редкие прохожие стали обходить их стороной. — Ты видел их лица? — хохотал Чонин. — Это было так смешно! Они похоже реально хотели нас отделать! — М-да, это точно, — хохотнул Чан. — Сам-то этот дурень не решился ко мне подойти, — покачал он головой. — Пойдём, прогуляемся, — и потянул парня по дороге. — А знаешь, Чан, — игриво хохотнул Ян, выбежав перед парнем и став идти спиной вперёд. — Ты и правда можешь быть крутым. — Рад, что теперь я не зануда, — улыбнулся Бан. — Ты зануда, но теперь крутой зануда, — поправил Янки. — Спасибо и на том, — вздохнул Чан, покачав головой. — Знаешь, я тебе благодарен на самом деле, — вдруг сказал Чонин, мило улыбаясь. — В моей жизни Янки мало кто… заступался за меня и действительно заботился, — попытался точно рассказать обо всём, что он чувствовал, Ян, который за это время действительно успел проникнуть теплотой к Бану. — Так что ты правда очень хороший. Спасибо. — Лисёнок… — протянул Кристофер, тронутый маленьким признанием парня. — Ян Чонин, — солнечно улыбнулся Янки, сам особо не веря, что кому-то после стольких лет называл своё имя. — Что? — переспросил Бан, сначала до конца не осознав услышанное. — Так меня зовут, — хихикнул Ян и отвернулся. — Чонин. Чан пару секунд удивлённо пялился в спину парня, а затем сам улыбнулся и сказал: — Я знаю. — Что? — удивлённо воскликнул Чонин, резко повернувшись к Крису. — Откуда? — О том, что ты иногда разговариваешь во сне, я узнал ещё в первые дни нашего знакомства, — ответил Чан, посмеиваясь. — Так ты всё время знал, как меня зовут, и даже не сказал? — возмущённо упёр руки в боки Янки. — Ну да, — лишь пожал плечами Бан. — А почему? — любопытство парня всё равно перевесило все возмущения. — Ну-у, возможно, мне нравилось называть тебя лисёнком? — сделал наигранно задумчивый вид Чан. — А ну иди сюда! — тут же налетел Чонин на парня, но тот заключил его в объятьях настолько крепких, что вырваться уже не представлялось возможным. — Эй-эй-эй! — рассмеялся Кристофер. — Тебе срочно нужны обнимашки! — Ну блин, — поворчал Ян, попытавшись пару раз вырваться и всё-таки расслабившись после всех неудачных попыток. — Называй меня теперь по имени, хорошо? — пробормотал он, когда они пару секунд простояли вот так. — Хорошо, — кивнул Чан. — Это очень важно, между прочим, — пробурчал Чонин, словно оскорблённый тем, что Кристофер не понимал всей значимости момента. — Почему? — Стадия Доверия, — вздохнул Ян. — Когда Янки называет своё имя, это означает, что он доверяет своему хозяину. Так что это очень важно. — Так ты мне доверяешь? — не смог не улыбнуться Бан. — Угу, — слабо кивнул Янки. — Спасибо, что доверяешь мне, Чонин, — шепнул Кристофер так ласково, что Ян точно понял, что парню не всё равно. — Я ценю это. — Повтори, — тихо попросил Чонин. — Что? — не понял Бан. — Что именно? — Моё имя, — немного смутился Янки. — Чонин, — повторил Чан и, заметив, как парень покраснел, спросил: — Эй, тебя это смущает, что ли? — Нет, — буркнул Ян, уткнувшись Кристоферу в шею. — Как скажешь, Чонин, — хихикнул Бан. — Но я думаю, что это мило, Чонин, — добавил он. — Ты очаровательный, Чонин, — и пустил контрольный. — Эй, перестань! — не выдержал Ян, отпрянув и толкнув парня в плечо. — Да ладно, Чонин, — выпустил из своих объятий Янки Чан и пошёл вперёд. — Но это правда мило, Чонин. Не надо этого стесняться, Чонин. — А ну иди сюда! — громко возмутился Янки и погнался за сорвавшемся с места Кристофером. Но несмотря на все свои возмущения, Чонин действительно был счастлив.

***

Минхо волновался, что, конечно же, было для вечно пофигистичного и часто просто злого на всё и вся мастера довольно странным явлением. А началось всё с лёгкого дискомфорта и дурацкого звонка в один самый обычный день. Ли сидел в мастерской и делал очередную куклу, когда это произошло. Ему было довольно скучно, но вместе с тем и тревожно, что признавать парень не хотел. Просто он думал, думал, думал о чёртовом журналисте Хан Джисоне, которого, вероятнее всего, сильно обидел, накричав и грубо выставив за дверь, что Минхо понял уже после того, как Хан не появился на четвёртый день после случившегося. Так надолго этот парень не исчезал, а потому понятно было, что всё это действительно его обидело. Вообще-то, где-то в глубоко внутри мастер понимал, что должен этому радоваться, так как именно этого он всё время и желал, но из-за ощущения неправильности сделать этого он не мог. Да, ему хотелось, чтобы этот самый чёртов журналист Хан Джисон пришёл и сказал, что всё, блин, нормально. Подумав об этом, Минхо влепил себе пощёчину. «Может, написать ему?», — посетила ещё одна мысль мастера. И ладонь снова встретилась с щекой. В итоге Ли просто решил откинуть все мысли куда подальше и просто продолжить свою работу. Ну серьёзно, думать о Хан Джисоне, который столько надоедал ему? Минхо ещё не настолько сошёл с ума. Всё, никаких больше журналистов, никаких ночных визитов, никаких бывших друзей. Теперь только спокойствие. Пусть этот парень и дальше обижается! Какое ему — мастеру — дело? А чувство неправильности скоро пройдёт и Минхо ещё с этого не раз посмеётся. Верно же? Верно? «Да, я схожу с ума, — безутешно выдохнул Ли, взяв в руки телефон. — Я просто спрошу, придёт ли он снова. Только для того, чтобы убедиться, что этот придурок больше мне не помешает…» Мастер открыл контакты, чтобы написать журналисту и всё-таки узнать, что с ним, но остановился. Перед его глазами вдруг снова пронеслась картина, где Тени вертелись вокруг ничего не понимающего журналиста и всеми силами пытались ему навредить. А что, если это случится снова? Минхо думал об этом больше, чем о том, что Хан на него обиделся, и ни раз воспроизводил этот момент у себя в голове. С какой целью Тени это всё делали? И почему именно Хан Джисон? С Кэтрин и владельцем «Чёрного Джека» такого не было, а при них Ли никогда не носил повязку. Что-то тут было не так, но что? Тени хотели позлить кукольника? Или что-то иное? Минхо не знал. Он почти ничего не знал. Единственное, что он точно понимал, — ему страшно. Страшно, что это случится снова. Конечно, признавать это было тяжким делом, ведь ему было страшно за Хан Джисона, а об этом даже думать было смешно. Но Минхо думал и… принимал. Мастер уже хотел заблокировать телефон и отложить его куда подальше, но вдруг скользнул взглядом на пробковую доску, на которой висели две рисунка — корявенький портрет мастера, нарисованный Джисоном, и сам Джисон, уже нарисованный кукольником. Минхо выдохнул и закатил глаза, вновь включив телефон. Да, ему просто надо было убедиться. Ли снова залез в контакты, но… журналист оказался быстрее, ведь на экране загорелось его имя. «Ха! И почему я волновался?», — скривился мастер, уже было решив проигнорировать звонок. Но что-то подсказало парню всё-таки ответить на него. И когда Минхо принял звонок, из трубки послышалось громкое и душераздирающее: — МАСТЕР, ПОМОГИ. ПОМО… АААА. — Чт… — совсем не понял Ли, даже трубку от уха оторвав и посмотрев на телефон сощуренными глазами. — МАААСТЕР, ПОЖАЛУЙСТА, ПОМО… — Эй, что слу… — Ли переложил трубку к другому уху и нахмурился. — ПОМОГИ. — Что… что случилось? — абсолютно не понимая, что делать, спросил мастер. — Пожалуйста… — теперь уже сдавленно прошептал Хан. — Так, скажи мне, где ты? — серьёзно спросил Минхо, осознав, что, вероятно, журналист попал в полную жо… — Магазин… со звездой… — Что? С какой зве… — А! — снова громко вскрикнул журналист. — Скажи нормально! — Я не… АААА. — Джисон! — воскликнул Ли, не выдержав. — Джисон! Чёрт, — ругнулся Минхо, когда трубку бросили. Мастер вскочил со стула и выбежал из мастерской раньше, чем подумал. «Магазин со звездой, магазин со звездой, магазин со звездой…», — крутилось в его голове, пока он бежал по лестнице вниз. Ли вспомнил только один магазин, где в название буква была стилизована в звезду, и находился он недалеко от его дома. Ну, зацепок больше не было, поэтому парню ничего не оставалось, кроме как бежать туда, запихнув мысли о том, что он шёл спасать придурошного журналиста, который его вообще-то неимоверно бесил, куда подальше. Минхо пробежал детскую игровую площадку, гаражи и выбежал прямо к задней части того самого магазина, когда услышал крики, на звуки которых и пошёл. — Джисон? — спросил он. — Мастер? Мастер, я здесь! — крикнули ему, и Ли завернул за угол, чтобы тут же застыть. И ударить себя по лбу ладонью. Мастеру вдруг открылась просто уникальнейшая картина, где Хан Джисон сидел на корточках на крышке мусорного бака, вжавшись в стену, и дрожал, смотря на… тявкающую на него чихуахуа. Маленькая собачонка изо всех сил орала и подпрыгивала на лапах, но добраться до парня в силу своих размеров не могла. Минхо, как не смотрел, опасности в этой мелочи не увидел, а потому он лишь вздохнул и подошёл ближе, несмотря даже на то, что чихуахуа стала гавкать и на него самого. Кукольник обратился к журналисту: — Серьёзно? — Мастер, — протянул Джисон плаксиво, — ты пришёл. — Я… — еле сдерживал гнев Ли. — Я думал, с тобой что-то случилось, — прошипел он. — Со мной и случилось! — воскликнул Хан, указав ногой на чихуахуа, а затем ещё больше вжался в стену, когда собачонка тявкнула на него особенно громко. — Это… это чихуахуа! — не выдержал Минхо. — Даже маленькая собака способна укусить! — Она тебя боится больше, чем ты её! — фыркнул Ли. — Она хочет меня сожрать… Ударь её! — указал на собачонку Джисон, сжавший ещё больше. — Ты что, реально хочешь, чтобы я ударил собаку? — вскинул бровь Минхо. — Зачем насилие? — скривился вдруг Хан и, осознав сказанное, выдохнул: — Нормально живу. — У тебя что, биполярка? Определись уже! — возмущённо цокнул Ли. — Эй, хватит шутить про биполярное расстройство! Оно не так работает! — Тебе-то известнее, психованный ты мой. — Ты такой грубиян, — плаксиво протянул журналист. — Ой, да иди ты, — махнул рукой на парня мастер и развернулся, чтобы уйти. — Эй, ты куда? — Обратно в мастерскую, — кинул за спину кукольник. — Не бросай меня! — жалобно всхлипнул журналист. — Я оставил все дела, потому что думал, что тебе реально нужна помощь, — развернулся Минхо, уперев руки в боки. — Так мне и нужна! — возмущённо бросил Джисон. — Иди сюда, — и подозвал парня к себе. — Ладно, — сквозь зубы прошипел Ли и подошёл к Хану. Не успев вообще ничего сообразить, тот развернул его к себе спиной и залез на неё, оплетя всеми конечностями. — Эй, ты чего творишь! — воскликнул Минхо, чисто на автомате подхватив парня под бёдра. — А как, по-твоему, я пойду дальше? — обхватив парня руками за шею, спросил Джисон. — На своих двоих? — недовольно бросил мастер. — Тут эта собака! Я не пойду! — Тогда никак! — фыркнул Ли, тем не менее чуть подбросив парня, чтобы поудобнее перехватить его. — Как же ты меня бесишь. — Когда-нибудь ты признаешь, что я тебе нравлюсь, — вскинул подбородок журналист. — Я тебя сейчас скину, — проворчал кукольник. — Ладно-ладно, молчу, — хохотнул Джисон. — Блять, сука, нахуй, пиздец! — воскликнул он, когда чихуахуа подпрыгнула, пытаясь укусить парня за зад. — Кажется, ты недавно говорил мне, что ругаться матом не очень круто, — хохотнул Минхо, на самом деле наслаждаясь беспомощностью парня. — Ладно, я готов признать, что мат — это не ругательства, а просто очень эмоциональные слова! — всхлипнул Хан. — Только не отдавай меня этому злу… — Это просто чихуахуа, — покачал мастер головой и развернулся к собаке, в глаза которой посмотрел настолько грозно, что та, поджав хвост, тут же убежала. — Однажды ты мне за всё заплатишь, — парень со вздохом пошёл дальше. — Натурой? — поинтересовался журналист. — Если что, эт я могу. — Рабством, — буркнул Минхо. — Ой, мастер, ты слишком сегодня раздражительный, — заломил Джисон брови, крепче обняв парня за шею. — Больше, чем обычно! И это при том, что ты всегда, как ёж! Это же ужасно! — Просто я надеялся, что ты больше не придёшь, но вот незадача! — зло выдохнул Ли, но уже тише добавил: — Я думал, что ты обиделся на меня. — Что, за что? — вскинул бровь Хан, не поняв, что мастер имел в виду. — Ну, я же выгнал тебя тогда, и ты не приходил несколько дней, — пояснил Минхо. — Оу-у, так ты всё это время думал обо мне, — умильно протянул журналист, и потёрся своей щекой о чужую. — Тц, говорю же, я надеялся, что ты больше не придёшь, — проворчал Ли, дёрнувшись. — Ах, мастер, ты правда думал, что меня это остановит? — хмыкнул Джисон. — Я понял, что у тебя что-то случилось, и не стал настаивать, — стал рассказывать он. — А не приходил я потому, что босс дал мне задание написать ещё одну статью, и я ездил в деревню брать интервью у местного чудо-ребёнка. В итоге оказалось, что все жители — секта, которая чуть не скормила меня их «магическому» козлу. Было весело! — М-да, — лишь многозначительно вздохнул кукольник. — А ты чем занимался? — с любопытством спросил Хан. — Опять же, надеялся, что ты больше не появишься, — закатил Ли глаза. — Куклы я делал, что ещё? — По моему мнению, это бесполезная трата времени, потому что ты всё равно делаешь какой-то ужас. — А ты не думаешь, что такое собственное мнение лучше не выражать? — нахмурился Ли. — Или хотя бы спросить, можно ли это делать! — Не вижу ничего плохого в том, чтобы это делать, — лишь пожал плечами Хан. — Ладно, раз уж мы поднимаем проблему собственного мнения в общении, то, думаю, для начала стоит обратиться к теоретическому смыслу высказывания. — О нет, можешь не продолжать, — тут же скривился мастер. — Нет уж, ты сам начал, — махнул рукой журналист. — Напряги мозги, мастер, сейчас будет очень заумно, — предупредил он и начал: — Как утверждает великая мировая сеть, мнение — понятие о чём-либо, убеждение, суждение, заключение, вывод, точка зрения или заявление на тему, в которой невозможно достичь полной объективности, основанное на интерпретации фактов или эмоционального отношения к ним. Прежде всего, хочу заметить и подчеркнуть, что в этом вопросе «невозможно достичь полной объективности», а это значит, что даже сказанное мной дальше будет иметь субъективный характер, — парень сделал вид, что поправляет очки, и продолжил: — Теоретическое положение очень легко доказать примерами как из жизни, так и из литературы. Самое простое: в разговорах с людьми мы используем свой жизненный опыт для подтверждения или отрицания определённой ситуации. С этим, прежде всего, связанно собственное мнение. Ты утверждаешь, что человек должен спрашивать о том, может ли он высказать своё мнение, но это невозможная часть общения, ведь на мнении строится сам разговор. Например, человек может прислать что-то, другой же отвечает, основываясь на своём мнение, так как без него ответ будет сух и бессмысленен. Человеку либо нравится, либо не нравится, либо и вовсе всё равно, — он слегка прокашлялся и ещё более заумно сказал: — Смоделируем ситуацию. Ты присылаешь фотографию, на который ты в новой одежде, приписывая, что ты выглядишь в ней хорошо. Я так не считаю и не вижу ничего плохого в том, чтобы высказать своё мнение об этом. Ты считаешь, что я поступаю неправильно, потому что человек может потерять уверенность в себе, но не значит ли это, что этот самый человек не имеет своего собственного мнения? В любом случае, если я промолчу или скажу, что ты выглядишь замечательно, не будет ли это лицемерно? На таком простом «главное, что тебе нравится» растёт неискренность и неестественность, которая разрушает общение. Я признаю, что границы обязаны быть. К каждому человеку нужно найти свой подход, но это не значит, что, если твой друг слишком мягкий и обидчивый, ты должен спрашивать его о том, можно ли ему высказать своё мнение. Это звучит, как минимум, дико, потому что все мы люди и не обязаны такой чести, чтобы у нас спрашивали, можно ли собеседнику говорить. В нашей стране, повторюсь, задокументированная в Конституции свобода слова, которая никак не связана с высказыванием Бакунина: «Свобода одного человека заканчивается там, где начинается свобода другого». Свобода воспринимается в другом ключе. Свобода слова в печати — это другое. В общении мы все равны. Из выше сказанного можно сделать вывод, что мнение — это нормально. Но я также хочу добавить, что прекрасно понял, о чём ты говорил. Все мы обижаемся на чьё-то мнение, но это не так страшно. Ты можешь попросить аргументировать его, если оно тебе непонятно или напоминает оскорбление. Повторюсь, все мы люди, поэтому в этом нет ничего плохого, — закончил парень. Затянулось недолгое молчание, в конце которого Минхо выдохнул тихое: — Я ничего не понял. — Я тоже, — снова пожал плечами Хан. — Но звучало по-умному, согласись. — Ты просто псих, — покачал головой мастер. — А что там с Неизвестным? — О, он звонил мне как раз в тот момент, когда «магический» козёл жрал мои трусы! — воодушевлённо сообщил журналист. — И что он сказал? — Следующая наша цель — По, — хмыкнул Джисон. — Кто это? — Ким Хонджун — один из моих бывших друзей, — ответил Хан. — И что нам делать с ним? Снова сводить его с кем-нибудь? — Нет, там всё более трагично, — вздохнул журналист. — Он рос в довольно бедной семье, поэтому образование для него было единственным способом выйти из бедности, но после того, как его исключили из школы, По… — Джисон сделал неопределённый жест руками и продолжил: — В общем, он стал горбатиться на нескольких работах. Потом кое-как уехал в другой город за лучшей жизнью, но по случайности встретил одного гада, который стал ему «другом», — показал он в воздухе кавычки. — Ну, и? — Как же объяснить всё, что произошло дальше… — задумался журналист. — Короче, этот «друг» предоставлял эскорт. И По влюбился в одного из парнишек, что этот человек предоставлял. И там всё понеслось, закрутилось, заскандалилось! — Нормально говори, — цокнул Минхо. — Любимый Хонджуна в прошлом по неосторожности убил человека, который был из мразей и который пытался его изнасиловать, а этот «друг» помог ему скрыть это, но оставил улику, и когда парни пытались уйти, он начал их шантажировать. В итоге он забрал паспорт Кима, и тот теперь пашет на этого «друга» в автомастерской. — Но зачем это тому человеку? — вскинул Ли бровь. — Почему было просто не отпустить их? — Говнюк просто, — почесал подбородок журналист. — Ладно, — кивнул кукольник. — И что будем с этим делать? — Надо поговорить с По, а дальше поймём, что делать, — лишь пожал плечами Хан. — Хорошо, — согласился Минхо. — И когда мы этим… Ай! — воскликнул Ли, когда ему в висок что-то прилетело. Оба парня повернули голову и увидели маленького мальчика с игрушечным пистолетом в руках, который смотрел на них настолько чисто и невинно, что Джисон не смог не умильнуться. Но мастера это, кажется, взбесило, потому что его глаза стали настолько злобными, что мальчишка вздрогнул и отступил. Ли кинул: — Слышь ты, — и стал надвигаться на ребёнка, в уголках глаз которого уже поблёскивали слёзки. — А ну не смей плакать, жалкое оправдание жизни, — прорычал Минхо, и малыш, снова вздрогнув, вмиг разревелся, и под ним растеклась лужица. А Ли, хмыкнув, как ни в чём не бывало, пошёл дальше. — Э-э, мастер, — прокашлялся Хан. — Мне кажется, или это было слишком? — Будет знать, как взрослым мешать, — проворчал кукольник. — Ты и правда слишком раздражён и напряжён! — воскликнул журналист, попробовав расслабить плечи парня лёгким массажем. — Нормально всё со мной, — буркнул Минхо, дёрнув плечами. — Нет, я серьёзно, ты чего? — Джисон заинтересованно заглянул мастеру в глаза. — Я сделал что-то не так? — Да ты всё делаешь не так! — грубо бросил Ли. — Ну мастер, — ткнул парня в щёку Хан, — ну расскажи. — Просто… — глубоко вдохнул Минхо, чтобы хоть немного перестать злиться. — Просто не делай так больше. — Как? — вскинул бровь Джисон. — Просто… — Ли выдохнул через зубы, не желая говорить. — Никогда не пугай меня так, — всё-таки сказал парень. — Я думал, что с тобой правда что-то случилось, думал, может, это Неизвестный. — Ах, мастер! — протянул Хан. — Так тебе на меня не всё равно! — Заткнись, — буркнул кукольник. — Ладно-ладно, клянусь великой Проституцией, что больше не буду так делать! — приложил ладонь к груди Хан. — Или клянутся на Конституции?.. — призадумался парень. — Я уже забыл… — Придурок, — прыснул Минхо и снова поудобнее взял парня, подкинув его. — Есть хочешь? — Конечно! — согласно закивал Джисон. — Ну что ж, придётся тебя накормить, — покачал головой Ли, всё равно слегка улыбаясь. — О, кстати, — что-то вспомнил Хан, что Минхо тут же не понравилось, — ты называл меня по имени. — И что? — Всегда так делай, ладно? — Ещё чего, — выплюнул Ли, и они вступили в очередную словесную перепалку. Но для себя Минхо понял, что готов откармливать этого парня хоть до размера слона, называть его по имени и выслушивать дурацкие речи, лишь бы с ним и дальше всё было в порядке. Да, мысленно ладонь снова встретилась с щекой.

***

Возможно, Хёнджин сейчас поступал не очень правильно с точки зрения своего положения в истории, а, быть может, и с точки зрения морали. Ну это как посмотреть, конечно, но факт был — Хван совершал нечто неправильное. Нет, сам парень считал, что его маленькая «шалость» вообще не несёт в себе чего-то плохого, и даже наоборот — она решит очень многое в будущем, по его мнению. Мелкое свершение обычно стоит в начале перед чем-то бесконечно важным, а потому Хёнджин верил, что его поступок оправданный. Правда этот поступок надо было ещё совершить и совершить так, чтобы Сынмин вообще ничего не заметил и не понял. А это оказалось сложнее, чем Хван думал, потому что пока он искал то, что искал, в нижней полке шкафа в гостиной, Ким зашёл и спросил: — Ты что-то ищешь? — он подпёр косяк и скрестил руки на груди. — Что? — высунул голову из шкафа Хёнджин, чуть не ударившись об дверку, и посмотрел на своего парня. — Ты что-то ищешь? — повторил Сынмин, вскинув бровь. — А, э-э, мою старую проектную работу, — выдал первое, что пришло в голову, Хван. — Та, что про уголовный кодекс, помнишь? Ты, случаем, не видел её? Красная папочка такая, — попытался показать что-то руками он. — Кажется, ты кинул её куда-то в ящик рабочего стола, — ответил Ким. — А зачем тебе старая проектная работа? — Друг попросил, — лишь пожал Хёнджин плечами. — Зачем? — задал ещё один логичный вопрос Сынмин. — Так, это что за допрос? — хохотнул Хван, широко улыбнувшись. — Это я на юриста учусь, а не ты, между прочим. — Да я просто спрашиваю, — закатил Ким глаза. — Ты любишь постоянно что-то замышлять! Тебе напомнить случай с профессором Чхве на первом курсе? — Ой, не надо, — тут же скривился Хёнджин. — Всё правда без замыслов. Друг пишет диплом по этой же теме, и он попросил мне ему помочь. — Точно? — Ну да? — развёл руки в стороны Хван. — Ладно, — вздохнул Сынмин, поверив своему парню. — А ты куда? — спросил Хёнджин, заметив, что Сынмин был в выходной одежде, а не в домашней. — В университет, — ответил Ким. — Хочу с профессором встретиться и поговорить насчёт темы для диплома. — А-а, — протянул Хван. — Тогда на обратном пути зайди в магазин, хорошо? Сахар закончился. — Конечно, — улыбнулся Сынмин и уже хотел уйти, как Хёнджин остановил его, сказав: — А поцеловать? — и постучал указательным пальцем по губам. — Ага, — снова закатил глаза Ким, но к Хвану подошёл и коротко его поцеловал. — Люблю тебя, — улыбнулся Хван. — Я тебя тоже люблю, — хихикнул Сынмин и всё-таки пошёл в прихожую. — Пока. — Пока, — помахал рукой Хёнджин и, как только послышался хлопок входной двери, продолжил свои поиски, закончившиеся только тогда, когда в его руках оказался потрёпанный фотоальбом, весь излепленный стикерами и исписанный милыми надписями. Хван провёл по передней стороне переплётной крышки ладонью и открыл альбом. Он пролистал пару страниц, скользя взглядом по счастливым лицам, пока не остановился на одном фото, где парень широко улыбался, показывая большие пальцы вверх. Это был Ли Минхо. «Ничего плохого не случится, если я им немного помогу…», — подумал парень, вытаскивая фотографию из альбома. Да, у Хёнджина определённо был какой-то план.