Венценосец

      Башня Мстителей       На этот раз, как и положено, Мэтт заявился к парадному входу, вынул из скрытого кармашка на молнии пропуск и провёл им над панелью у двери. Огонёк мигнул зелёным (скорее всего — Мэтт не видел), дверь тихо щёлкнула, и Мэтт, распахнув её, зашёл в вестибюль.       — Добрый вечер, господин Сорвиголова, — поприветствовала его молоденькая сотрудница ЩИТа, дежурящая за стойкой. — Могу я вам чем-нибудь помочь?       Мэтт улыбнулся ей, с удовольствием слушая ускорившийся от одного только его вида пульс. Он вкладывал много сил, чтобы хорошо выглядеть в облегающем костюме, и было приятно знать, что кто-то оценил результат. Он подумал, не снять ли маску — большинство агентов ЩИТа могли узнать его личность, просто запросив из базы, — но решил не делать этого. В конце концов, он здесь как адвокат Тора, ни к чему отвлекаться.       — Меня интересует, здесь ли сейчас Тор. Нам нужно обсудить кое-что.       — Здесь, сэр. Хотите, я вас провожу?       — Спасибо, не надо, я сам найду. Просто скажите номер апартаментов.       — Хорошо. Апартаменты господина Тора на восемьдесят седьмом этаже. Разрешите мне хотя бы проводить вас до лифта? Некоторые этажи недоступны из вестибюля, даже кнопок нет, и…       — И-и?       — Ну, я не уверена, что кнопки в местном лифте соответствуют положению о доступности для инвалидов. Пожалуйста… если среди ваших друзей есть законники, не говорите им, — попросила она, и Мэтт усмехнулся: не знает.       — Спасибо, проводить до лифта будет весьма кстати. Я очень благодарен за вашу заботу.       Она предложила ему руку, и жар смущения поднимался всё выше по её шее к щекам, а сердце неслось вскачь. Скорее всего, она знала, что в этом нет необходимости — он же Сорвиголова, ради всего святого! И всё же Мэтт позволил ей вести и даже войти с ним в лифт.       — Первая дверь по левой стороне, — сказала она, нажав нужную кнопку, задержалась на миг, но всё же выскочила из лифта, прежде чем тот закрылся.       Агенты ЩИТа всегда столь профессиональны, подумал Мэтт, вдыхая её томительный запах. Конечно, он просил не сопровождать его, но она всё равно могла бы остаться. И он бы не возражал. Стоило наконец признаться самому себе, что он весь день только и делал, что отвлекался. Даже пока был в суде, его мысли то и дело соскальзывали на темы, далёкие от адвокатских дел.       Лифт быстро достиг нужного этажа, и Мэтт очутился перед дверью в резиденцию Тора. Он осторожно постучал, подозревая, что тот может уже спать. Время позднее. Что, если и впрямь спит?       Однако долго ему беспокоиться не пришлось, поскольку дверь распахнул радостный — и снова полуодетый — Тор. Мэтт на миг засомневался, достаточно ли у Тора рубашек. В следующий миг он ощутил исходящий от Тора жар, услышал, как перекатываются под кожей его грудные мускулы, и поблагодарил Бога, что слеп. Да, перед ним стояло чудо из чудес и он не мог им в полной мере насладиться, и, возможно, при других обстоятельствах его бы это опечалило или заставило завидовать тем, кому повезло больше, но прямо сейчас Мэтт был благодарен, что не сходит с ума от сенсорной перегрузки. Но даже если вид крепкого асгардского пресса ему недоступен, удерживаться от желания поправить положение штанов прямо на пороге апартаментов всё равно пришлось — как и жалеть, что явился в костюме Сорвиголовы, который, по слухам, не оставлял места воображению. Только и оставалось, что сосредоточиться на кружке в руке Тора, откуда пахло чем-то экзотическим и высокоградусным, и пытаться распробовать на расстоянии, уж не асгардский ли это эль, о котором он столько слышал накануне.       — А! Друг Мёрдок! — грянул Тор. — Отрадно видеть тебя снова! Но почему ты явился в том же костюме?       — Мне немного не по себе приходить сюда в другом, — неловко рассмеялся Мэтт, стаскивая маску. — У Мэтта Мёрдока не так много причин для визитов в это здание. Возвращаю одолженное, — сказал он, протягивая одежду. — Спасибо тебе ещё раз, что помог прошлой ночью.       — Разумеется! Раз уж ты здесь и в более ясном уме, не желаешь ли узнать подробности, за которыми приходил вчера? Я потратил добрую половину дня, чтобы их собрать.       — Да, было бы неплохо, спасибо, — снова улыбнулся Мэтт. Ему было тепло от выпитого в компании Фогги и Карен… И от идущего от Тора жара. Интересно, Тор что-то для этого делает или он по природе своей горячее простых людей? Мэтт постарался сосредоточиться на деле и на том, чтобы унять разошедшийся пульс, а не на том, что в ушах снова звучит ритм подводного барабана.       Тор задержал взгляд на тёмных волосах и обрисованных мощных мышцах стоящего перед ним мужчины. У Мэтта Мёрдока… У Сорвиголовы было два образа: официальный красный и вот этот, повседневный чёрный. Едва ли больше, чем просто водолазка и штаны. Какая с них защита, подумал Тор и тут же вспомнил, что Сорвиголова — простой смертный, лишённый суперсилы и неспособный быстро излечиваться. Просто человек, который знает, как нанести удар, но которого отец никогда не учил, что порой не стоит подниматься, если тебя повергли. И Тор не мог не уважать его. Дух Мёрдока подобен духу викингов Мидгарда, некогда чтивших Тора. И пусть сам он из иных земель и верит в иного бога, сила в нём та же. Сила и страсть. И жажда.       — Друг Мёрдок…       — Мэттью, — перебил его Мэтт. — Или даже просто «Мэтт». То есть, раз уж мы друзья, тебе, наверное, стоит звать меня по имени, — улыбнулся он, беспокоясь, не выглядит ли улыбка слишком напряжённой.       — Мэтт. Могу я предложить тебе выпить?       Мэтт поспешно подавил смущение, чтобы не покраснеть.       — Сомневаюсь, что мне стоит пить из этой кружки, — деланно рассмеялся он.       Ответный смех Тора был искренним, глубоким, идущим от самого сердца, и его вибрация отозвалась у Мэтта в подреберьи и даже ниже.       — И впрямь, не стоит тебе, — мигом посерьёзнел Тор. — Не смертным пить асгардский эль. Я делил его со Стивом и Баки, но их метаболизм… ускорен. Мне жаль, но ты можешь умереть после единственного глотка. Но, — он развернулся и направился к кухонной стойке, — хранитель этой башни в достатке снабжает нас припасами. Полагаю, это придется тебе по вкусу.       Достав из шкафчика бутылку скотча, Тор налил Мэтту стакан, и он вежливо пригубил. Скотч, понятное дело, оказался хорошим — меньшего от Тони Старка, любителя выпендриться всеми возможными способами, ожидать не приходилось. Впрочем, сейчас Мэтт был ему за это безмерно благодарен.       — У меня есть бумаги, которые ты просил, но вдруг ты желаешь послушать историю? В твоём кабинете я упустил многие детали.       — Конечно, Тор, спасибо. Это не помешает.       — Садись, друг Мэтт, — широким жестом указал Тор на диван.       Мэтт осторожно опустился, но потом откинулся на подушки. Зачастую мебель была слишком груба и неудобна, но здесь выделанная кожа будто льнула к нему. Ещё раз мысленно поблагодарив Тони Старка, Мэтт отпил из бокала и приготовился слушать.