Ivan Kupala Day or The Search for the Fern Flower

Долгий перелёт сменился долгой поездкой на поезде. И всю дорогу Америка то и дело ловил на себе пристальные взгляды России. - Чувак! Хватит пялиться на меня! – громко отвечал Америка. Россия, ради приличия, отводил взгляд, но уже через секунду снова возвращал своё внимание попутчику. Спустя какое-то время они прибыли на станцию. Это место с уверенностью можно было назвать глушью: людей поблизости видно не было. - Ладно, Руски, - обратился Альфред к Ивану, скептически взглянув на него. – Что-то я не вижу никакой вечеринки. Здесь только ты и я. Нарочно меня сюда затащил?! - Америка, почему ты мне не доверяешь? – улыбнулся Россия. И, не став дожидаться ответа, продолжил, указав рукой в сторону деревьев. – Праздник только начинается. Вон, видишь те ленты на деревьях? Альфред хоть и видел на деревьях красочные ленты, красиво развевающиеся на ветру, но не собирался так запросто довериться хитрому русскому… Аромат душистых трав ударил в лицо, когда они проходили через поле, усеянное цветами и высокими травами. Америка заметил, что чем дальше они шли, тем больше спадало то напряжение, в котором Иван постоянно пребывал. Он даже снял своё пальто, перекинув его через руку, по пути собирая полевые цветы. - Они для сестры, - пояснил Ваня, – сестры. - Лёгкая улыбка так и не сходила с его губ. – И давай сегодня забудем о политике. Россия сорвал ромашку и поместил её в нагрудный карман Альфреду. - Особенно при Украине молчок. - Иван сузил глаза. - Договорились? Но Альфред не ответил на вопрос, потому что его внимание привлёк смех, разговоры и сладкий запах выпечки за рощей. Америка обратился к России: - Какие именно у тебя сладости? – в животе заурчало, и Альфред вспомнил, что с самого утра ничего не ел. И всё потому, что рассчитывал по дороге на совещание заскочить в Макдональдс. А теперь он где-то в поле на юго-западе России… и был уверен, что вряд ли здесь поблизости есть Макдональдс. Иван призадумался, вспоминая все сладости, которые украшали столы. - Ну, есть пироги, которые, - на секунду взгляд русского помрачнел, - которые любили мои прошлые правители. – Взгляд стал прежним, и он продолжил. – Вишнёвый компот есть, ягоды, вареники с творогом, много-много видов желе, пирожки с лесными ягодами, медовый пирог… Россия продолжал перечислять, загибая пальцы, а у Америки уже слюнки текли от услышанного. - Шоколад из моего дома и дома Беларуси… ах, и ещё белый шоколад из дома Польши, полагаю, ты его пробовал раньше, ага? Не дождавшись ответа от гостя, пускающего слюни, Россия продолжил: - Сырники и кисель. Так что обещаю, тебе понравится. Ягодный пирог. – Он задумался на мгновенье, вспоминая что-то. – О! И, конечно же, Катюша принесет свой знаменитый «Киевский» торт. – Русский замолчал и широко улыбнулся. – Я попросил Литву принести с собой спургос, это такие пончики с начинкой. Россия раньше не видел, чтобы Альфред так широко раскрывал глаза и пускал слюни. Иван забеспокоился: вдруг у него случился приступ? - Америка? – обеспокоенно спросил он. Альфред спустился с небес на землю. И поскольку русский ближе наклонился к нему, чтобы проверить всё ли с ним в порядке, американец подскочил и схватил того за воротник. - Пончики? Там будут пончики? О БОЖЕ МОЙ, да я тебя расцелую! Америка впился объятьем в Россию и, подпрыгивая, с радостей оторвал его от земли. Потрясённый, Россия напомнил себе, что как-никак Америка обладал сверхсилой. На его памяти это было самое крепкое и долгое объятье не по его инициативе. «Стоп. Америка хотел расцеловать меня?» - пронеслось в голове у ошеломлённого России. - Да?.. – несмело промолвил Ваня, на ум не успело ничего путного прийти. Альфред остановился, вернул Брагинского на землю и, схватив его за руку, а другой рукой придерживая свою любимую ковбойскую шляпу, побежал через цветочный луг к деревьям и искрящейся на солнце речке, что была подле них. Как только мужчины пересекли рощу, Альфред издал радостный вопль и, отпустив руку Ивана, побежал приветствовать друзей и отведать различных блюд на столах. Столы стояли вокруг ямы с дровами, которая находилась в центре небольшой поляны. Россия стоял поодаль и наблюдал за развернувшийся картиной. Альфред в своей ковбойской шляпе в русско-народной одежде бегал вокруг столов и со своим неугасаемым энтузиазмом приветствовал страны, попутно пробуя их угощения. Выглядел он в тот момент забавно и в тоже время очаровательно. И совсем близко с этой поляной его старшая сестра подготавливала место проведения праздника. Извилистая речка окутала берег поляны и исчезала где-то в прохладной зелени леса, который простирался так далеко, отчего казалось, что ему конца-края нет. Когда Америка наелся пирогов, конфет и пончиков, довольный побежал и плюхнулся рядом с Украиной, которая вместе с Белоруссией плела венки из цветов. А вскоре на огороженную поляну вошёл Россия, напевая себе под нос мелодию. Скоро на праздник собралось очень много людей из разных стран. Россия счастливо улыбнулся, наблюдая, как его люди ели, пили и танцевали вместе с людьми из Литвы, Польши, Латвии, Украины и Белоруссии. Только вот Беларусь он старался избегать. Проходя мимо своих людей, которые даже не подозревали, что среди них их страна, Россия вспомнил, как Америка с наслаждением объедался его сладостями. Вытерев испачкавшийся в глазури рот, американец дожевал последний, захваченный с собой пончик, который приготовил Торис. - А я и забыл, как Литва вкусно готовит! – сказал он и опустился на мягкую траву рядом со старшей сестрой России, взглянув на светлое безоблачное небо. - Да, он хороший повар… Америка, не мог бы ты встать с моих наперстянок? – вежливо попросила Украина. Альфред быстро встал. - Прости, Кэт! Когда Украина подняла длинную веточку с жёлтыми цветами, похожими на колокольчики, Америка заметил, что и другие что-то делают с цветами. - Украина, - он пододвинулся ближе и заглянул к ней через плечо, - чего делаешь? - Венок плету, по традиции в Ивана Купала, ког- Америка так и не дал ей договорить, когда заметил сорванные полевые цветы перед ней. - О, я ведь знаю некоторые цветы! – Америка энергично указал на те цветы, что росли в его краях. – Вот розы - мои национальные цветы. – Он указал на светло-розовый шиповник, который рос по всей Восточной Европе и который так сильно напомнил ему его цветы. – И вот ещё примулы, маки, маргаритки! Они у меня тоже растут! Потом он поднял самый большой цветок подсолнуха. - Ого-го, какой здоровый подсолнух! У меня и такие есть, растут по всей равнине, правда, поменьше размером! Украина хотела сказать, что это здорово, но энергичный Америка даже не думал замолкать. - Прикольные венки! Я тоже такой сделаю из всех цветов, что растут у меня дома! – и он принялся отбирать нужные цветы. - Как это делается? – взволновано спросил он. «Ох, Америка так веселится на одном из моих праздников!» Катюша совсем не хотела расстраивать воодушевленного Альфреда, поэтому умолчала, что венки в этот день плетут незамужние девушки, чтобы узнать, выйдут ли они замуж в этом году или нет. Поэтому она решила помочь парню сплести его венок. Ведь ничего страшного в этом нет? - Самое главное, Америка, чтобы твой венок поплыл. Под венок нужно поместить большой, плоский цветок. Уже вскоре Альфред поднялся с земли, отряхнув свои красные штаны, и с гордостью смотрел на плод своего труда. В его венке был яркий подсолнух, а связывал длинный стебель маргаритки, примулы, маки, дикие розы прикреплённые между подсолнухами. Америка повернулся, услышав за спиной тихий смешок. - Какой у тебя красивый венок, Америка. Люблю подсолнухи, ты ведь знал, что это мои любимые цветы? – Россия улыбнулся, глядя, как его американский гость поднимает свой венок с земли. - Да, и что с того? Я тоже их люблю! – ответил Альфред. – Знаешь, подсолнух является государственным цветком штата Канзас. – Он гордо ткнул пальцем в грудь. – Моё сердце покрыто ими летом, прям как сейчас, осенью развеваются на ветру, как янтарные волны! Альфред гордо держал венок, высоко задрав нос, словно он был убежищем всех подсолнухов от угрозы коммунизма. - Америка… ты никогда не говорил мне, что в твоём сердце растут подсолнухи. Но внимание Америки было отвлечено, и Альфред не заметил, как Иван смотрел на него, словно видел в первый раз, или как Катя занервничала, переводя взгляд с одной сверхдержавы на другую, или как младшая сестра России стояла не шелохнувшись, сжимая в руке свой венок с подсолнухом. Ничего этого Джонс не заметил. Его внимание привлёк Польша, подошедший к ним. - Pozdrowienia, Америка! То есть привет! Как тебе Noc Świętojańska? Я смотрю, ты тоже венок сплёл? - Феликс улыбнулся. На его голове был весьма экстравагантный венок из полевых цветов. - Эм… как мне что? – не понял Америка, глядя на своего давнего союзника. - Так у меня называется этот праздник! Намного лучше звучит, правда? – Польша весь сиял, совершено не боясь появившейся тёмной ауры России. - О, ну круто, - усмехнулся Ал. – А праздник просто офигенный! Зловещая аура, излучаемая Россией, стала исчезать, и к русскому снова вернулась лёгкая улыбка. - Правда? Мне очень приятно это слышать, Америка! Польша продолжил: - Плести венки весело, и кому какое дело, что этим занимаются только девушки! Тебе ведь тоже понравилось? Ой… - Феликс замолчал и взглянул на Россию, который, никак иначе, пытался сглазить его. Но Польша лишь ухмыльнулся и подтолкнул большую страну. - Смотрю, чьи-то отношения начали таять со времён Холодной войны, да? То понятно, новый век и всё такое! - Что? Так это для девушек? – Америка повернулся к Украине. – Ты мне ничего не говорила! А после развернулся к Польше и добавил: - Постой, чтооо? - Ты разве не знал? Ты даже в подтверждение этому сплёл венок из подсолнухов и своих роз. Польша расхохотался и отошёл от России, который понял что к чему и заулыбался. Феликс положил руку на плечо Альфреда и указал в сторону реки. - Видишь, незамужние девушки… э-э ну там альянс… или содружество наций… - Он совсем замолчал, глядя через речку, где Литва помогал Латвии разжечь костёр. - Эй, парень, что делают-то незамужние девушки? – Альфред помахал рукой у Феликса перед лицом, тем самым привлекая внимание. Конечно, девушкой Америка не был, но ему было интересно. Он посмотрел через плечо, где Россия спустился к берегу реки и пытался отвертеться от Беларуси, которая заставляла его взглянуть на её венок. - Прости, Америка. Ты уже знаешь, что незамужние девушки плетут венки и опускают их на речку или ручей, в общем, куда захочешь, и, если венки поплывут, то весь год их ждёт удача, а если потонут - неудача. Так же гадают на любимого. – Феликс улыбнулся шире и подмигнул. – Если венок приплывёт к парню девушки, то в течение года они поженятся, будут жить долго и тому подобное! Альфред почувствовал, как щёки запылали. Он развернулся и быстрым шагом пошёл к берегу, где стоял Россия. Повертев венок в руках, он встал спиной перед Беларусью, которая одарила его злобным взглядом. Иван даже вздохнул с облегчением, когда его избавили от устрашающей младшей сестры. Только вот покой был недолог. - Я не девушка, и сделал венок не из-за какой-то там романтической чепухи! И жениться ни на ком не собираюсь! Я одинокий волк, свободный и независимый. Тебе не под силу покорить независимого Америку, дружище! Россия просто не мог не улыбаться, когда Америка так яро отстаивал своё мужество. - Знаю, Америка. У меня даже в мыслях не было контролировать тебя. Ладно. Врёт и не краснеет. Он втайне мечтал, чтобы Америка стал един с ним, и чтобы они прекратили эти бессмысленные перепалки. Ведь много воды утекло с того времени, почему бы не начать налаживать отношения? - Вот и хорошо, что понял, потому что никто не может контролировать меня! – Теперь Альфред подошёл так близко, что их лица были всего в паре сантиметров друг от друга. Америка, не глядя, бросил венок в сторону. *Плюх* Оба повернулись на звук. А следом повернули головы: разозлённая Беларусь, взволнованная Украина, смеющийся Польша и ничего не подозревающий Литва, который пришёл, чтобы сказать всем, что разожгли костёр. Тот самый венок плыл по чистой глади реки. Других венков рядом не было, потому что солнце ещё не село, а было высоко на западе. Большой подсолнух держал его на плаву. Маки, примулы, маргаритки, были красиво переплетены, а в воздухе веяло чуть уловимым ароматом роз. Пока все смотрели на речку, дунувший ветер чуть потрепал серебристые волосы Ивана, затем золотые волосы Альфреда. Тем временем венок плыл обратно к берегу, в сторону, где стояли мужчины. Иван молчал. Альфред продолжал бормотать, теперь уже смотря на русского, а не на речку. - Слушай, я действительно сильная страна! Я мужик! И венок я сделал, потому что у меня тоже такие цветы растут, то есть, у меня очень красивая местность, ну, я мог- Он замолчал так и недосказав мысль, когда заметил, что Россия смотрел себе под ноги. И тогда голубые глаза ошеломленно расширились, когда Америка проследил за взглядом России. Венок Альфреда течением принесло к ногам Ивана. Один розовый лепесток оторвался от розы и, немного покружась, подплыл к сапогу русского. - Ох… - прошептал Россия, удивлённо взглянув в голубые глаза Америки, прежде чем наклониться и поднять венок.