Последний шанс Ангела

Примерно через минуту, как Пак ушёл, из комнаты вышел и я, направившись на кухню (надеюсь, ничего страшного, что сегодня завтрак будет приготовлен с небольшим запозданием). Тело до сих пор подавало признаки недавнего пробуждения, то и дело заставляя зевать. Ванная, к слову, в доме всего одна, да и та сейчас занята Чимином, поэтому, проигнорировав очередное желание зевнуть, я расколол четыре яйца в раскалённую сковороду – надеюсь, Пак не будет против яичницы. Через несколько минут в зале-кухне появился хозяин дома и сел за стол. — Сегодняшним утром Вы выглядите лучше, чем вчерашним. Как себя чувствуете? — решил спросить я, дожаривая яичницу. Пак бросил на меня быстрый взгляд и отпил зелёного чая (его я сделал первым делом, как только пришёл на кухню). — Немного болит горло и голова, но температура вроде небольшая. — Это хорошо. Думаю, если продолжите пить лекарства и заботиться о себе, то через несколько дней будете как новенький! — заверительно воскликнул я (хотя, скорее, это было простое предположение). На словах "заботиться о себе" губы Чимина секунды на две сжались. Наверное, это напомнило ему наш вчерашний разговор и мои слова о том, что я могу заботиться о нём. Ой... Надо следить за тем, что говорю, а то неловких ситуаций не избежать. Идея по разрушению этой слегка напряжённой и неловкой атмосферы возникла само собой в виде неожиданного воспоминания о том, что я сегодня ещё не мылся, поэтому, сказав короткое "Пойду умоюсь, приятного аппетита!", поставил тарелку с яичницей (вернее, её половиной, так как готовил я на нас двоих) перед Паком и ушёл в ванную.

***

Остаток этого и следующий день прошли без каких-либо выделяющихся происшествий – время от времени я спрашивал у Чимина, принял ли он лекарства, на что каждый раз в ответ получал простое "Да" от лежащего на кровати парня. С просьбой "заботиться о себе", на удивление, Пак справлялся неплохо, лишний раз не напрягая себя и практически целый день проводя в постели. Хотя, не факт, что он не изнурял себя другим способом – размышлениями. Возможно, он что-то обдумывал... А может и вправду просто хотел поскорее выздороветь, поэтому и соблюдал постельный режим. В четверг и пятницу Чимин уже ходил на работу, хоть пока так и не избавился от насморка. В эти дни мы с ним практически не виделись, встречаясь лишь за завтраком и ужином. Но в выходные, как-будто специально разрушая воцарившиеся спокойствие и однообразие, произошёл ряд непредвиденных событий. В пятницу вечером, как обычно в тишине поужинав с Паком, я вымыл посуду, помылся и лёг спать. Обычно я всегда спал крепко и ничего мне не мешало, но в этот раз произошло нечто странное. Сначала я не понял, что происходит, подумал, что у меня начались какие-то галлюцинации или тому подобное, но через несколько секунд до меня дошло... Сон!? Я находился на заднем сиденье машины, а по бокам от меня сидели мужчина и женщина, лица которых мне пока не удалось разобрать. "Надеюсь, он скоро поправится." — произнесла женщина. "Да... А я ещё надеюсь, что ему понравится наш подарок, да?" — сказал уже мужчина и повернулся ко мне, кажется, чтобы я подтвердил его слова. Лицо так и осталось неразборчивым. Неожиданно всё резко закончилось яркой вспышкой. Широко открыв глаза, я принял сидячее положение. Дышать стало необычайно тяжело, а в груди как будто образовался десятитонный булыжник, из-за чего я машинально сжал ткань футболки. "Что это было?" – вопрос, который успел промелькнуть в моей голове, кажется, уже миллион раз, пока я сидел и пытался восстановить дыхание. Добившись желаемого и приняв обратного лежачее положение, я начал мысленно рассуждать. Кажется, мне только что приснился сон. И всё бы ничего, если бы не тот факт, что ангелы не могут видеть сны. По крайней мере, я не слышал, чтобы кто-нибудь их видел. Так почему сейчас произошло что-то столь противоречивое? Или, может, это побочный эффект от того, что я нахожусь в человеческом мире? Но почему тогда сонбэ не рассказал мне про это? Посчитал не таким уж и важным? Или просто забыл? (Хотя, учитывая, что и про некоторые другие нюансы он мне точно также не рассказал, может, и вправду просто забыл или не захотел). Так, ладно, допустим, какое-никакое объяснение появившейся возможности видеть сны я нашёл. Но... Что мне приснилось? Кто были те люди и почему как будто взаправду обращались ко мне? Кажется, там было что-то про "поправится" и "подарок". И если причину присутствия во сне первого можно объяснить недавней простудой Чимина, то второе вообще никак не вяжется с предполагаемой темой (причиной) сна. Что ещё за подарок и кому он должен был понравиться? Может, переживания по поводу самочувствия Пака перемешались с тем, что на днях я вспомнил о Дне Рождении (ангелы отмечают день своего появления как и люди) одного хёна из Небесного мира? Наверное, такое возможно, да. Но тогда почему... Почему я проснулся весь в поту, со сбитым дыханием и тяжестью в груди? Увы, на этот вопрос, как-бы я ни старался, ответа найти так и не получилось. С неприятным осадком и неким страхом, я снова заснул.

***

Утром воспоминания о ночной неожиданности не сразу заполнили голову, дождавшись момента, когда я полностью проснусь и пойду умываться. И уже здесь, в ванной, после того, как я увидел в зеркале мятую в груди футболку, они переключили всё внимание на себя, заставляя думать лишь о том сне и моих попытках дать всему этому логичное объяснение (что, вообще-то, получилось довольно неплохо, если не брать в расчёт тему с болью в груди и дыханием). Закончив утренние процедуры, я поскорее пошёл на кухню, чтобы попытаться отвлечь себя готовкой (не то чтобы мне не хотелось понять произошедшее ночью и всё такое, но голова уже потихоньку начинала гудеть от такого количества предположений, поэтому приготовление завтрака – единственное моё спасение на данный момент). Но, видимо, это особо не помогло, ведь когда пришёл Чимин и мы сели завтракать, он несколько секунд внимательно смотрел на меня, а потом вдруг нарушил уже привычную тишину и спросил: — Что-то случилось? И тут я удивлённо уставился на него. Нет, конечно, я уже давно не считаю Пака каким-то "плохим" человеком, но это, кажется, первый раз, когда он открыто интересуется моим самочувствием или чем-то подобным (хотя, учитывая, что ничего плохого или необычного со мной ещё не происходило, то и повода спрашивать подобное не было). — Ничего такого. Просто странный сон, желание понять который теперь не даёт мне покоя, — честно ответил я, не желая испытывать из-за лжи горечь во рту и боль в груди, которые, наверное, после произошедшего ночью ощущались бы ещё чётче. Чимин несколько секунд молчал, всё ещё не спуская с меня глаз. — Сны – это просто воплощение наших переживаний, мыслей и страхов. Так что не пытайся найти какой-то скрытый смысл, расслабься и перестань хмуриться... Улыбка тебе идёт больше, — последние слова Чимин произнёс намного тише остальных, при этом опустив взгляд на тарелку. Я снова в удивлении расширил глаза. Он сейчас... Сделал мне комплимент? Признался, что ему нравится моя улыбка? Этот день не перестаёт удивлять меня. — Спасибо, — широко улыбнувшись, поблагодарил я, сам не зная за что больше – за совет или комплимент. Пак, на чьих губах едва заметно мелькнула улыбка, лишь тихо промычал в ответ.

***

Вечером, зайдя на кухню для приготовления ужина, голова, нагло не слушая совет Чимина, снова была переполнена мыслями о сне. Вопросы, а-ля "Почему мне приснилось именно это?", " Почему мне было так плохо, когда я проснулся?" и "Нормально ли, что ангелу приснился сон?" так и крутились в голове, снова не давая думать о чём-то другом, при этом заставляя чувствовать уже конкретную усталость и даже что-то вроде грусти-раздражения от незнания на всё это ответов. На кухне, как ни странно, сидел Чимин и пил, кажется, свой любимый зелёный чай, что-то читая в телефоне. И, к сожалению, он снова заметил мою задумчивость и отсутствие привычной улыбки на губах, так как первое, что он сказал, было: — Снова думаешь о том сне? Я стыдливо отвел взгляд, так как даже не постарался прислушаться к, очевидно, хорошему совету парня. Ответом на заданный вопрос послужил кивок. Около пятнадцати секунд Чимин смотрел на чашку чая, явно о чём-то задумавшись, при этом время от времени отстукивая пальцами на столе какую-то мелодию. Неожиданно он повернул голову и посмотрел мне в глаза. — Мне сейчас надо кое-куда по делам, так что пока можешь не готовить ужин, — сказал он и, дождавшись моего неуверенного "Хорошо...", ушёл. Что... Почему он вдруг так неожиданно подорвался по каким-то "делам"? И почему так поздно? Может, это как-то связано с тем, что он читал в телефоне? Но почему тогда попросил пока не готовить? Какой же он странный. Когда прошло минут сорок, а стрелки на часах показывали без пятнадцати восемь вечера, Чимин наконец-то пришёл. — Пошли, — вдруг сказал он, только войдя в мини-зал и кивнул головой на дверь, ведущую в пристройку и задний двор. — Что? Но куда? — непонимающе спросил я. Нет, правда, куда он меня зовёт? Неужели на какое-то людное мероприятие? Да нет, вряд ли, тогда бы Пак попросил одеться во что-нибудь официальное. — Увидишь, — упрямо проговорил парень, при этом, если мне не показалось, сдерживая улыбку. Что... Что могло заставить Чимина хотеть улыбаться? — Ну... Ладно, пошлите, — неуверенно ответил я и пошёл за парнем. Выйдя на задний двор мы завернули за угол и оказались на площадке между домом и ограждением и... О боже. Прямо перед собой я увидел навес, чем-то напоминающий беседку, а под ним – гриль с жарящимся на нём мясом.