Евангелие от Гарри

      Слушать начало следующей главы было тяжело. Гарри и не подозревал, что всё зайдёт так далеко. Он рассорился, в том, другом будущем, с лучшим другом, и на него ополчилась практически вся школа. Если на втором курсе его просто боялись, то сейчас его ненавидели. Только то, что Гермиона и Хагрид верили ему на все сто процентов, давало небольшую отдушину. Совсем небольшую.       — «…Дать тебе, Грэйнджер? — Малфой протянул Гермионе значок. — Ой, не дотрагивайся до меня. Я только что вымыл руки. Видишь, какие чистые. Не хочу испачкаться о какую-то грязнокровку».       — Что-то в том году он так не хорохорился, — громко прошептала Джинни, — когда Гермиона дала ему затрещину.       — На ещё одну напрашивался, — таким же громким шёпотом ответил Фред. — Понравилось, точно говорю.       Драко в возмущении открыл было рот, но крёстный бросил на него такой взгляд, что рот тут же захлопнулся сам собой.       — «…Если и есть какие-то изменения, то весьма незначительные, — заключил он. Гермиона громко всхлипнула, повернулась на каблуках и побежала к лестнице, ведущей наверх».       — Ско… св… с-с… слизеринцы! — кипя от злости, прошипел Рон.       — «…Заклясть бы самого Снейпа. Пусть рассыплется на тысячу слизняков!»       — Если и будут какие-то изменения, то весьма незначительные, — в полный голос, абсолютно спокойно сказала Гермиона.       Девочка понимала, что этой фразой заработала себе наказание до конца школы. Если ещё не заработала, учитывая её «подвиги» на предыдущих курсах.       — «…Гарри разозлился. Да откуда ему знать мнение родителей, останься они в живых?! А эта ведьма так и сверлит его взглядом. Гарри нахмурился и, стараясь не видеть её глаз, смотрел, что пишет перо. Когда наша беседа затронула его родителей, эти изумрудные глаза наполнились слезами. Он едва их помнит. — Нету меня в глазах никаких слёз! — крикнул Гарри».       Гарри теперь понял, почему дядя Вернон чуть ли не каждое утро, читая газету, поносил «журналюг и их жёлтые статейки». Раньше-то он думал, что он как обычно считает себя умнее всех, но теперь до него дошло — дядя был прав. Нет профессии страшнее журналиста. И следующая глава только подтвердила его мысли.       — «…Моя сила — это дар, унаследованный от родителей, — сообщала статья. — Если бы мама с папой увидели меня сейчас, они бы очень мною гордились. Да, по ночам я всё ещё плачу, вспоминая о них, и не стыжусь в этом признаться. Я знаю, на Турнире ничего со мной не случится, потому что родители смотрят на меня с небес».       — Никогда бы не подумал, что скажу это… Но как же я рад здесь оказаться! — с чувством сказал Гарри от всего сердца. — Не знаю, как там повернётся будущее теперь, но ЭТОЙ гадости точно не бывать!       — Предупреждён — значит вооружён, — кивнула Гермиона, довольная тем, что друг, наконец, начал понимать полезность сложившейся ситуации.       — «…Значит, четыре. На каждого по одному дракону. А что они будут с ними делать? Сражаться? — Кажется, просто пройдут мимо. Мы будем всё время рядом. Если ситуация станет опасной, заклятие Уничтожения наготове».       — Живодёры! — возмутились Гермиона и Джинни в унисон.       — А, так вам драконов больше жалко? — пролепетал Гарри, всё ещё ошеломлённый.       — Ну Гарри, обычно Чемпионы сами рады участвовать, а тех бедных существ, которых привозят для испытаний, никто не спрашивает, — ответила Гермиона.       — И, судя по оставшимся книгам, ты-то выживешь, а вот что тогда случится с драконом? — резонно заметила Джинни.       Разговор Гарри и Сириуса заставил всех взбудоражиться.       — Так вот кто слуга! Каркаров! — воскликнула Джинни.       — А он мне сразу не понравился! — заявил Рон.       — А мне кажется, — с задумчивым видом сказала Гермиона, — что не всё так просто… Он ведь, получается, предал своего Лорда. Не просто отбрехался, что был под Империусом, а продал информацию и сторонников… А в начале книги Сами-Знаете-Кто говорил, что в Хогвартсе его верный слуга. Каркарова даже с натяжкой верным не назовёшь.       — Думаешь, у нас тут куча Пожирателей Смерти разгуливает? — усомнился в доводах подруги Гарри. По его мнению, Каркаров идеально подходил на роль человека, который хотел его убить.       Северус понадеялся, что у него не слишком заметно дёрнулось лицо.       — «…Гарри схватил со стола значок, над которым потрудились братья Криви, и запустил им в Рона. Значок угодил прямо в лоб и упал на пол. — Это тебе на память! Надень его во вторник. Глядишь, ещё и шрам на лбу появится. Ты ведь о нём мечтаешь! И Гарри пошёл через гостиную к лестнице. Он ожидал, что бывший друг остановит его, с радостью получил бы тумака».       — Можешь дать мне тумака, когда мы выйдем, — Рон говорил глухо, закрыв лицо руками.       — Можешь мне дать тумака, когда выйдем, — в свою очередь благородно предложил Гарри.       — Не волнуйтесь, мальчики, я вам обоим тумака дам, — ласково пообещала Гермиона.       Драко немного посочувствовал гриффиндорцам. Рука у Грейнджер, мягко говоря, не лёгкая.       — «…Гарри, — на редкость серьёзно сказал он, — кто бы ни положил твоё имя в Кубок, я понял: он хочет тебя убить! Словно и не было этих последних недель. Как будто Гарри встретил Рона впервые после того, как его объявили чемпионом».       — Фух, — шумно выдохнула Гермиона, — а я уж думала, вы до последнего будете дурака валять.       Рон и Гарри неловко переглянулись. Всё таки так странно было читать про то, чего уже никогда не случится… Но оба друга были несказанно рады тому, что всё закончилось хорошо. Правда, Гарри был до сих пор немного в шоке от того, что справился-справится с драконом.       — Ну вот, и дракон жив, а вы так переживали, — сказал девочкам Фред. Те лишь гордо вздёрнули носы.       — «…Надоело возиться с дурацкими листовками и хочешь теперь подстрекать их к восстанию? Кое-кто хихикнул, Гермиона промолчала. — Пожалуйста, не читай домовикам лекции о пользе одежды и зарплаты! Не расстраивай их! — воззвал к ней Фред. — Собьёшь с толку бедняг, и они перестанут готовить!»       — Я не понимаю! — неожиданно взорвалась Гермиона, — Почему все — абсолютно все! — поощряют рабство?!       — Мисс Грейнджер, — устало вздохнула Минерва, — потому же, почему магглы тысячелетиями жили рабовладельческим строем, а рабство чернокожих людей и вовсе окончилось сравнительно недавно. Многие хорошие, достойные люди долгое время ничего не делали, чтобы это изменить, потому что это было в порядке вещей. И, когда началась эмансипация рабов, это заняло многие годы. Знаете, почему? Изменить мировоззрение взрослых людей невозможно. Нужно просвещать незакостенелые юные умы. А для этого нужно время, очень много времени. Да и рабы, рождённые в рабстве и воспитанные рабами, просто не знают как жить свободно, их мировоззрение так же невозможно изменить. Добби, судя по всему, юный эльф, а Винки, служившая годами Краучам, уже не молода. Отсюда такое различие в том, как они относятся к свободе. Я вовсе не имею ввиду, что ваша затея бесполезна, мисс Грейнджер, — успокаивающе добавила Минерва, глядя на поникшую девочку, — но поймите: вы можете всю свою жизнь положить на алтарь благородного дела, но результаты, вероятно, увидят уже ваши потомки.       Речь МакГонагалл звучала логично, и Гермионе нечего было сказать.       — «…Смерть, дорогие мои, смерть… Парвати и Лаванда в ужасе прижали ладони ко рту. — Да, — выразительно кивнула профессор Трелони. — Она кружила над замком, спускалась всё ниже, ниже… Как хищная птица… Трелони в упор взглянула на Гарри; тот, не скрывая, зевнул во весь рот».       — Ну, похоже, она предсказала не твою смерть, Гарри, — кивнул Фред на оставшиеся книги.       — Все её предсказания так или иначе сбывались… — очень тихо добавила Джинни.       — Если не мою смерть, то почему она всё время говорит это мне? — фыркнул Гарри.       — Предсказания — вещь ненадёжная. Она просто связывала свои видения с самым вероятным объектом, — развела руками Гермиона.       — Ну спасибо, Гермиона, от тебя я такого не ждал.       Сцена встречи трио с Добби и Винки только расстроила Гермиону, но обрадовала Гарри и Рона — и как они раньше не догадались пролезть на кухню?       — «…Мистер Бэгмен тоже приехать? — пискнула Винки и, к немалому удивлению Гарри с друзьями, рассердилась. — Мистер Бэгмен плохой волшебник! Очень плохой волшебник! Мой хозяин его не любит! Совсем не любит!» Вот уж верно… — проворчали Фред и Джордж. — Вы это о чём? — подозрительно спросил братьев Рон.       Но близнецы не ответили, сделав вид, что не услышали вопрос, и Джордж продолжил читать.       — «…Неделю назад Гарри сказал бы, что найти партнёра для бала — пустячное дело, не чета поединку с драконихой. Но после поединка он согласился бы ещё на десять схваток. Пригласить на бал девушку! Страшнее ничего не придумаешь».       Комнату огласил взрыв смеха. Только Гарри было не смешно. Когда они выйдут отсюда, ему всё равно придётся участвовать в Турнире — из-за дурацкого магического контракта. И придётся танцевать.       — «…Мне очень жаль, Гарри, — Чжоу тоже покраснела, и было видно, что она говорит правду, — но я уже обещала пойти с другим».       В Гарри, несмотря на то, что его друзья вовсю хихикали над его попытками найти себе партнёршу, загорелась надежда. Чжоу было жаль, что она уже приняла приглашение от другого. Значит, он просто пригласит её раньше. Да, сразу же, как только о бале объявят в «их» теперешнем будущем. Гарри приободрился. Теперь он понял всю прелесть его заключения в волшебной комнате.       — «…Рон застонал, спрятав лицо в ладони. И с трудом продолжал: — А она глянула на меня, как на слизняка или ещё чего хуже. И даже не ответила. А я… я… не знаю… пришёл вдруг в себя и со всех ног бежать. — В ней течёт кровь вейлы, — сказал Гарри. — Ты был прав. У неё бабушка была вейла. Ты тут ни при чём. Знаешь, как это произошло? Ты шёл мимо, а она возьми и примени древнее заклятие».       — Вот ведь ведьма французская! — стукнул Рон кулаком по полу.       — «…Но я же сказала, — Гермиона по-настоящему рассердилась, — я пойду с другим. Она вихрем вылетела из гостиной и помчалась к себе в спальню».       — А сейчас ты знаешь, Гермиона, с кем? — полюбопытствовала Джинни.       — Откуда? — резко спросила Гермиона.       — Ну-у, может ты тайно… ну знаешь…       — Что-о? — округлились глаза Гермионы. — Не неси чепухи! Я понятия не имею… Почему мы вообще это обсуждаем? Джордж, читай.       — «…Помните, я побежала тогда к мадам Помфри? Она дала мне зеркало, сказала, сейчас зубы будут уменьшаться и когда станут, как прежде, махнуть ей. А я… я не сразу махнула, и они так красиво уменьшились».       Гермиона вдруг зашептала себе под нос: «Дантисимус, дантисимус…».       — Ты, Грейнджер, только скажи. Тебе не придётся самой на себя заклятие насылать, я помогу, — щедро предложил Драко.       — Благодарю, я как-нибудь сама, — презрительно фыркнула девочка.       Слушая главу про Святочный Бал, Гарри даже вспотел от неловкости, Рон круглыми глазами смотрел на Гермиону, а Гермиона в недоумении от самой себя из «другого» будущего глядела в точку перед собой.       — Ну ты и свинтус, Рон! И ты, Гарри, тоже! — заявила Джинни.       — Что? Почему это? — искренне удивились мальчики.       — Может, вам и не нравились Падма с Парвати, но они пошли на бал с вами! А вы так к ним отнёслись, как будто это они к вам в партнёрши набивались!       — Да, ребята, вы совсем не джентльмены, — осуждающе покачали головами близнецы.       Рон надулся, но спорить не стал. Да уж, со стороны они выглядели на Балу теми ещё придурками.       — «…Как ты можешь, Северус, закрывать глаза на происходящее? — с явной тревогой возразил Каркаров, понизив голос: вдруг кто подслушает. — Тучи сгущаются все последние месяцы, и меня, не стану скрывать, это очень тревожит… — Тогда беги, — посоветовал Снейп. — Беги, я уж как-нибудь объясню твоё бегство. Что до меня, я остаюсь в Хогвартсе».       — Нет, Каркаров точно не бросал твоё имя в Кубок, Гарри, — заявила Гермиона с уверенностью.       — Может, спросим об этом профессора Снейпа? — предложил Гарри в ответ. — Раз они с Каркаровым такие хорошие друзья.       — Можно ли поинтересоваться, мисс Грейнджер, с чего такие выводы? — спросила Минерва, с беспокойством косясь на оцепеневшего то ли от прочитанного, то ли от наглости Поттера, коллегу.       — Да ясно, как день, что он больше всего желал, чтобы Дурмстранг выиграл Турнир, и ни до каких многоходовых интриг ему дела не было — он всё свободное время своему Чемпиону посвящал. Ну и как я уже говорила, он до чёртиков боится бывшего хозяина. Интересно только, почему именно профессор Снейп посоветовал ему бежать?       — Так может спросим об этом профессора Снейпа? — с нажимом повторил Гарри, в упор смотря на зельевара.       — Не сомневаюсь, что этому будет уделено внимание, — как-то отрешенно произнёс Северус.       Большего Гарри не мог добиться, и Джорджу пришлось читать дальше.       — «…И кого только мадам Максим думает обмануть? — Гарри взглянул на неё: она сидела за столом судей одна, мрачно нахмурившись. — Если у Хагрида в жилах великанская кровь, то у неё и подавно. Широка в кости! Из всех живых существ только у динозавра, наверное, кости толще».       Близнецы бы посмеялись шутке, да только даже они были слишком ошеломлены.       — Просто восхитительно! — высказался Драко, — Нас учит полукровка-великан!       — Но как? — недоумённо произнёс Фред.       — Что — как? — не поняла Джинни.       — Как родители Хагрида… как они… — глаза окружающих становились всё больше и больше по мере осознания того, что до них хотел донести Фред.       — Даже думать не хочу! — замахала руками Джинни.       — Тебе и не нужно! — вспомнил Рон о своей роли старшего брата. — Давайте дальше.       Конец главы трио слушало так же, как и начало, только теперь Гарри круглыми глазами смотрел на друзей, а тем было неловко. Вот уж чего не хватало — стать третьим лишним.       — «…Бэгмен сказал, они ищут Крауча. Он болеет, его уже давно нет на работе. — Может, Перси его отравил? — сказал Рон. — А что? Отправит Крауча на тот свет и сам станет начальником Департамента международного магического сотрудничества. Гермиона укоризненно глянула на Рона, как будто хотела сказать: «Такими вещами не шутят».       — Что-то мне подсказывает, что мисс Грейнджер права, — на Минерву словно снизошёл дар провидения. Ни один персонаж в книгах пока что не был введён просто так. Крауч сыграет свою роль, и Минерва не была уверена, что роль эта будет хорошей.       — Что вы имеете ввиду? — взволнованно спросила Джинни.       — Заряженное ружьё… — ответила вместо профессора Гермиона. — Не просто так столько внимания уделяется Краучу…       Гарри оказался совсем не в восторге от того, что ему нужно будет нырять в озеро в конце зимы, да ещё и сражаться, похоже, с русалками. Но размышления о том, что же предпримет «другой Гарри», пришлось оставить, ведь Джордж читал, не останавливаясь.       — «…В нижней комнате слева — в кабинете Северуса Снейпа мечется точка, подписанная… «Бартемиус Крауч». Гарри поднёс карту к самым глазам. Мистер Крауч как будто болен, даже на работу не ходит, и на Святочном балу не был. Что же он делает в час ночи в Хогвартсе?»       — Ну я же говорила… — прошептала Гермиона.       — Думаешь, это он бросил моё имя в Кубок? Ему-то это зачем? Он же ненавидит Пожирателей. Наверное, он что-то заподозрил. Может, он серьёзно воспринял слова Грюма о том, что кто-то хочет, чтобы я отдал жизнь. И решил проверить, — не поверил Гарри.       — Может быть, Гарри, может быть.       — «…Они Ро… они Рона украли? — не поверил своим ушам Гарри. — Они украли то, чего Гарри Поттеру будет очень не хватать. А через час… — «Едва лишь час пройдёт, искать уж будет поздно, покража пропадёт…» — продолжил Гарри, расширенными от ужаса глазами глядя на эльфа».       — Что-о? — Рон побагровел. — Меня утопили… утопят в Чёрном озере?!       — Успокойтесь, мистер Уизи, тьфу, Уизли, — невозмутимо сказала МакГонагалл. — По новым правилам Турнир проводится в условиях максимально возможной безопасности. Уверена, эти строки были в песне лишь для того, чтобы подстегнуть участников.       — Вряд ли Поттеру хватит мозгов, чтобы это понять… — закатил глаза Драко.       — «…Она тоже мой друг! — кричал Гарри, указывая на Гермиону. — И их я тут умирать не оставлю!»       — Что и требовалось доказать…       — Молчи, Малфой.       — «…оценка мистера Поттера — сорок пять очков. У Гарри сердце заколотилось от счастья, он разделил с Седриком первое место. Рон и Гермиона от такой неожиданности мгновение глядели на Гарри, раскрыв рты, а потом радостно засмеялись и громко захлопали вместе с остальными студентами. — Ну, вот! — крикнул Рон. — Ты, оказывается, не дурака валял, а высокие моральные качества демонстрировал».       — Вот! — назидательно подняла палец Гермиона. — Дело не в мозгах, а в моральных качествах. Тебе, Малфой, вряд ли знакомо это понятие.       — «…Это Сыворотка Правды. Она очень сильная, достаточно и трёх капель, чтобы вы сейчас же всему классу выдали свои тайны, — вкрадчиво произнёс Снейп. — Использование этого зелья, конечно, строго ограничено правилами Министерства. Но я могу случайно, скажем, за ужином пронести руку над вашим тыквенным соком, — он слегка встряхнул пузырёк, — и вот тогда, Поттер, мы и узнаем, были вы в моём кабинете или нет».       — Судя по всему, — голосом МакГонагалл можно было замораживать океаны, — не только мистеру Малфою не знакомо понятие морали.       Минерва подарила коллеге по-настоящему многообещающий взгляд. Только Северус знал, что обещал этот взгляд вовсе не что-то приятное.       Разговор с Сириусом заставил всех взбудоражиться. Особенно всех поразили воспоминания Сириуса о Крауче и его сыне.       — Похоже, Крауч совсем свихнулся на поимке тёмных магов, — покачал головой Рон.       — До того, что шляется по Хогвартсу по ночам? Как он вообще сюда попал… то есть, попадёт? — озадачилась Гермиона.       — Знал про тайные ходы, например. Может он вышел на след того, кто бросил имя Гарри. Дома на него напали, как на Грюма, вот он туда и не возвращался. Ушёл в подполье и всё такое…       — У тебя воображение разыгралось, — покачала головой Джинни.       — Незачем гадать, — немного раздражённо произнесла МакГонагалл, — осталось совсем немного, и если мы не будем строить собственных теорий, то быстрее узнаем правду. Продолжайте, мистер Уизли.