Стезя возрождения

      — Будь настороже, — предупредил меня Клод, когда мы начали пересекать пустыню, — Здесь нет ничего, кроме песка, увядших стапелий, хищных скорпионов-каннибалов и песчаных бурь.       — Лучше бы оружием поделился.       — Ты не дорос ещё. — съязвил он, хотя я уже как полгода являюсь совершеннолетним. Эта пустошь действительно не отличалась многообразием флоры и фауны, а солнце было более гигантским, но всё таким же однотонным.       — И долго мы будем здесь шляться?       — Думаю, к вечеру уже будем подходить к окраинной деревне.

***

      — Можно воды? — попросил я спустя 2 часа нашего медленного продвижения по этим пустынным просторам.       — Потерпишь. — сказал Брок. Вот козёл, сам вчера первым вырубился.       — Ты бы хоть рассказал, где вы нашли эту перчатку.       — Я не в настроении тебе, балбесу, что-то объяснять. — а, понятно: башка болит, вот пьяница и хмурится.       — Не называй меня перчаткой, Сэмми.       Я испуганно вскрикнул от внезапно услышанного голоса. Бандиты повернулись в мою сторону, а Брок сказал:       — Проклятье, ты сейчас у меня огребёшь за такие взвизги!       —…       — Ха-ха, ты мне сразу понравился, — обращался ко мне всё тот же низкий голос, видимо, в моей голове. — Позволь представиться: меня зовут Гостер, и я не какая-то перчатка, а величайший граф-некромант всех времён!!! — сильное заявление, проверять я его, конечно, не буду. — К сожалению, не получилось связаться с тобой раньше — долго пытался наладить полноценное ментальное соединение, но мне надоело, и в конечном счёте вышло так, что ты мои мысли слышишь, а я твои — нет. Зато прекрасно различаю твой внешний голос, так что можешь обращаться ко мне в любое время.       — Понял. — шёпотом откликнулся я, когда разбойники отвернулись и продолжили движение. Тейгу тоже продолжило:       — Когда-то давно я был членом некромантского культа Империи, у меня даже был свой замок, в котором я жил, не тужил, эксперименты над нежитью проводил. — а он может рассказывать без наигранной интонации? — Мои не отличавшиеся гениальностью коллеги обвиняли меня за напрасную трату общих денег культа, но они даже не подозревали, как далеко мне удалось продвинуться в своих исследованиях…       Прошло ещё полчаса скучных пустынных похождений. Бандюганы обсуждали, что делать с награбленным добром, в том числе и моим тейгу, которое до сих пор разглагольствовало мне о своих открытиях.       Если говорить кратко, то Гостер, ещё будучи человеком-некромантом, специализирующимся на костяной магии, столкнулся с такой проблемой: каждый труп, над которым проводилось воскрешение, превращался в скелета, у которого стиралась вся память. То есть обычные скелеты, будь они при жизни хоть наивными сопляками, хоть гениальными воинами-ветеранами, были одинаково слабоумны: их мышление мало чем отличалось от инстинктов сонного животного, да и у того хотя бы есть потребность в выживании. Пытливый ум Гостера возжелал изменить эту ситуацию.       Дни напролёт в подвале своего родового имения колдун устраивал опыты над покойниками — одних раскапывал из могил сразу после похорон, других убивал сам. Вскоре он обнаружил наличие какой-то светящейся энергии в свежих трупах и, приняв эту неоднородную материю за душу, продолжил экспериментирование уже на ней. Так, некромант научился извлекать некий осколок души из существ, умерших недавно (вплоть до 75-ти часов 11-ти минут с момента смерти), и насыщать полученной из него эссенцией, тем самым покровным туманом, энергетическое поле поднятого мертвеца, то бишь всё его тело. Цвет этого осколка, к которому я и прикасаюсь при оживлении, и, как следствие, эссенции зависит от уровня духовной силы нежити: чем светлее оттенок эссенции, тем сильнее душа. Духовная эссенция обеспечивала связь между живой душой и отмершей оболочкой. Благодаря именно этой связи, скелет, облачавшийся в цветной паровой покров, перенимал все боевые навыки, которыми обладал при жизни, сохранял стиль движений при схватке и притуплённое мышление, теряя при этом измельчающиеся в эссенции органы и кожу.       Сама духовная сила складывается из степени стрессоустойчивости, стоицизма, доблести, силы воли и т.п. Теперь понятно, почему одних скелетов, например, Дэниеля, окутывала тёмно-серая эссенция, а других — бежевая или багровая. Также в параметр духовной силы входит уровень маны человека, используемой для использования различных заклятий, в том числе и «обуздания магии смерти».       — Ещё юнцом я изучал редкие книги об обрядах по поглощению тёмной маны из собственной плоти и её перенаправлению в разнообразные катализаторы для применения заклинаний школы костяной магии. Знаю, что ещё при моей жизни подобные книжки были сожжены на совете правителей всех стран, и теперь все думают, что человек без тейгу и подобных ему изобретений ни на что сверхъестественное не способен, хотя в самом механизме работы легендарных оружий задействована та ещё магия. Считай, ты познал от меня запретное учение. Не слышу благодарностей.       — Да-да, спасибо, всегда мечтал о таком…— перешёптывался я с Гостером не без показательного саркастического тона. На самом деле, чувствовалось некоторое облегчение от того, что моим «подручным» напарником оказалось не какое-нибудь всевышнее существо с завышенным до облаков чувством собственной важности, смотрящее на меня, как на мусор. Однако сам факт того, что я стал владельцем тейгу, по-прежнему вызывал у меня двоякие эмоции. Эта перчатка теперь навечно будет прикована к моей руке?       Прошло ещё 20 минут. Как же хочется пить, а ещё — перестать хромать… Моя обувь то и дело проваливалась в зыбучий песок. Солнце и не думало отклоняться от нашего с разбойниками направления.       — Помню, будто это было ещё вчера, — продолжал тараторить Гостер, — Сижу, значит, на своём барском стуле в окружении целого войска скелетов с практически белой духовной эссенцией. Каждому дал имена, снаряжение и своё покровительство. Как вдруг в мой замок приходит без спроса этот многоуважаемый Первый Император, говорит что-то своим компаньонам, поворачивается ко мне и просто бросает в меня какую-то длиннющую вилку. — я вспомнил свой сон; судя по тому, что этот некромант вообще вытворял, неудивительно, что он стал государственным преступником; поделом ему. — Рассыпались в прах мои костяные друзья, и я сомкнул веки. Не знаю, что было потом, но моё сознание, заточённое в этой перчатке, восстановилось лишь к моменту, когда какой-то офигевавший от моей силы смертный поднимал на ноги скелетов. Он мне не понравился, как и я его руке. Затем я обнаружил твою персону: спас тебя от смерти, ты меня — от скуки, хе-хе… Ну, плюс ко всему теперь я хоть как-то вижу окружающий тебя мир, но с теми ещё помехами. Всё-таки создатели тейгу, может, и были гениальными изобретателями, но дизайнеры из них никудышные — могли бы и нормальную броню для меня сконструировать, а не эту вот мелкую варежку, не понятно из чего сделанную… — он на несколько секунд замолчал, а потом добавил: — Скажу прямо, Сэмми, — ему не надоело меня так называть? — Ты пока слабоват для перенятия моего могущества. Достаточно 10-ти скелетов тусклой эссенции, чтобы заставить тебя выдохнуться, хотя я ощущаю в тебе много духовной силы. Нужно больше тренировок.       — Больше трупов? — прохрипел я, осознав, какое мирное будущее меня ждёт, если буду выполнять все прихоти этого безумного чернокнижника.       — Именно! Буду рад помогать тебе во всех начинаниях.       Тем временем пустыня всё так же не заканчивалась, как внезапно один из мужиков отвлёк беседовавших соратников:       — Вижу кого-то на горизонте. Это не мираж?       — Нет, — подтвердил Грег, — Человек. Не из наших.       Приглядевшись, я заметил одинокую, далеко идущую впереди фигуру в чёрном плаще.       — Прекрасно, мне не терпится его обшмонать. Бежим к нему, парни. Не отставай, пацан! — обратился ко мне приободрившийся Брок.       — Я чувствую мощную ауру смерти. Советую тебе бежать обратно прямо сейчас, и поскорее. — неожиданно серьёзно предупредил меня Гостер.       — Они с этим человеком разберутся и мигом направятся ко мне. Далеко мне с моей ногой не убежать. — тихо рассудил я и поковылял вслед за бандитами.       — Охотник становится добычей… — загадочно произнёс он.       В этот же момент как раз началась песчаная буря. Группа головорезов во всеоружии моментально окружила странника: шестеро спереди, четверо сзади. Тот остановился, вскоре откинув свой капюшон.       — Ликвидирую. — воскликнула резко подпрыгнувшая черноволосая девушка с тёмным мини-платьем без рукавов с белым воротником и красным галстуком, вооружённая длинной катаной.