Сны из реальности

— Быстро ты! — заметил Брайн, подходя ближе к спрятанной в серёжке камере. — И двух недель не прошло. — А ты себя неуловимым возомнил? Не обольщайся, — ответила Хлоя. Видеть я её не могла, но даже искажённый звук камеры передавал ехидные нотки. — И всё же, поделишься секретиком? Как учёный-биолог стала ищейкой? — он сел перед Хлоей, уперев руки в колени, и пронзил её взглядом. — А как наркоману удалось превратиться в бизнесмена? — не осталась она в долгу. — Превратил хобби в профессию, — хмыкнул Брайн и, отведя прицельный взгляд от моей тётки, подошёл к небольшому окну с решётками. — Какова цена превращения? И почему заплатила её моя сестра? Брайн сжал кулаки: — Заткнись! — рявкнул он. — Ты никто, чтобы меня судить! — Я не судить тебя пришла, а позаботиться об Эрике. — Я сам смогу о ней позаботиться! — резко повернулся он. — Так же, как и об Оливии? Он навис над Хлоей, сжав кулаки: — Не доводи меня! Пожалеешь, — процедил Брайн. — Единственное, о чём я жалею, так это о том, что не сумела спасти сестру. — Точно? А то, что бросила племянницу, тебя не колышет? — Нет, потому что исправила ошибку. — Вот и я пытаюсь исправить… — неожиданно спокойно пробормотал Брайн. — Эри заслуживает бОльшего. — Эрика очень напоминает Оливию, — пробормотала Хлоя. –Проницательная, умная, но влюбляется в придурков! — Она хотя бы в курсе, как это, — хмыкнул он. — А ты? Что такое «любовь» в энциклопедии не смотрела? Послышался тяжёлый громкий вздох в нескольких сантиметрах от камеры: — Наш разговор ни к чему не приведёт. Мы ненавидим друг друга, так было и будет всегда… Единственное, что нас связывает — Эрика. Вот почему мы оба здесь. — Да, ты права. Время базарить конструктивно. — Брайн развернул стул и оседлал его по-ковбойски. — Тебе что-то от меня нужно, иначе я была бы уже мертва, — Хлоя пыталась казаться безэмоциональной, но в голосе проскальзывала дрожь. — Точно. — Надеюсь, ты не станешь просить меня исчезнуть из жизни Эрики? Я не повторю этой ошибки. — Знаю, — кивнул он. — Поэтому и говорю с тобой. Хотел узнать, как ты стёрла воспоминания? — Что? — явно удивилась Хлоя. — Зачем тебе? — Заинтересовался биологией, — хмыкнул Брайн. — А в твоём отчёте будто на китайско-английском расписано. Неожиданно из уст моей тётки вырвался смешок: — Ну извини уж! Узнала бы раньше о твоём интересе, перевела бы на испанский! Его губы расплылись в ухмылке. — Не напрягайся так, просто растолкуй суть. — Сложно объяснить человеку, далёкому от науки. Если кратко, то электроимпульсы воздействуют на определённые участки мозга и стирают или же деформируют воспоминания. Метод неидеален потому, что убить связи, отвечающие за какое-либо событие, непросто. Они «рассыпаны» по всему мозгу, поэтому убрать всё практически невозможно. Из-за этой особенности строения памяти велик риск возвращения утраченных воспоминаний. — Брайн смотрел на неё, будто она и впрямь объясняла на испанском. Послышался вздох. — Как в пазлах: даже если убрать половину деталек, можно сложить какое-то изображение из оставшихся и по ним восстановить общую картину. — Это ещё где-то используют? — пробормотал Брайн, уставившись в стену. — Моя экспериментальная разработка. О ней знают лишь несколько человек из команды. — Даже спецслужбы не добрались? — Пока да. Я им так легко не с-сдамся! — попыталась предать голосу твёрдости Хлоя, но заикнулась на последнем слове. Надо признать, выдержка у неё отменная. Она сидит один на один в комнате с человеком, который её ненавидит. Держится не хуже спецагента. — Не сомневаюсь. — хмыкнул Брайн. — А есть варик, чтобы человек не начал складывать пазлы? — Теоретически, если максимально оградить объект от стимулов-воспоминаний и при этом дать другие пазлы, то успех возможен. Увы, я не сумела этого добиться. Любопытство и упёртость победили. К тому же я тогда не знала о многих нюансах. Сейчас бы сделала всё по-другому… — У тебя будет шанс, — он снова нацелил взгляд на Хлою. — Ч-что? — заикнулась она. — Ты опять сотрёшь ей память, и мы вместе сложим новую картинку. — Я и ты? — воскликнула Хлоя так громко, что у меня заложило уши. — Ты шутишь? Брайн встал и побрёл к окну. — Я могу убить тебя прямо сейчас, но тогда потеряю Эрику. Она меня знать не хочет после того, как… — резкий поворот. — Знаю, это твоих рук дело. Что ты ей наговорила? — Я с ней две недели даже не разговаривала! — Это видно. Без твоего яда у нас с дочкой начали налаживаться отношения. — Построенные на лжи? — в её голосе опять проскользнуло ехидство. — А твои нет? Вместо того, чтобы строить из себя ангела, заткнись и слушай! — рявкнул Брайн, вплотную приблизившись к Хлое и наклонившись над ней. Камера передавала шипение от его дыхания. — Я предлагаю сделку: мы вместе заботимся об Эри. Большой дом в Канаде, бассейн, двор, тачки, шмотки — всё, что душа пожелает. Эрика должна думать, что жила так всегда, что не было этой грязи, что она росла в любви и с горой бабла на счету. — Любви? — Родительской. — Что? — удивлённый восклик. — Думаю, счастье Эри стоит того, чтобы прикинуться счастливой семейкой. Купим новые паспорта, переедем и начнём жизнь с чистого листа. — Оливия тоже хотела начать всё с чистого листа, — протянула Хлоя, но была остановлена злостным взглядом Брайна. — Ты серьёзно? Я, ты и Эрика — счастливая семья? — Мы оба хотим заботиться об Эри. У тебя есть план, у меня деньги. Это лишь сделка, нада мас* (исп. «ничего больше»). — Но как же… — О карьере не беспокойся. Я найду тебе работу в какой-нибудь лаборатории на месте. Спать будем в разных комнатах, пересекаться по необходимости: семейный ужин там, вылазки на выходные… но для Эри всё должно быть идэальмэнтэ* (исп. «идеально»). — Она обо всём догадается, и станет только хуже. — Ты же у нас умная?! — скорее утвердил, чем спросил Брайн. — Вот и сделаешь так, чтобы не догадалась. Я помогу замести следы и даже намёка не оставить на прошлое. — Это не так просто, как ты думаешь. Я корректировала некоторые воспоминания, но лишь моментами. Это очень сложно… — лепетала Хлоя, растеряв остатки собранности. — Но возможно, не так ли? Ты же помешанная на своих, — Брайн почесал затылок, явно вспоминая слово, — исследованиях! Любишь наблюдать за крысами? А здесь будешь смотреть за человеком. Другой уровень! Эксперимент мечты! Ты же этого хотела? Да? Стать суперкрутой учёной? В ответ молчание. — Обнародовать свои писульки, ясное дело, ты не сможешь, но настоящие учёные работают во имя науки, а не славы, ведь так? Хлоя молчала. — Я оставлю тебя здесь, — сказал он, выйдя за пределы обзора. Послышался щелчок. Камера резко поднялась и повернулась на сто восемьдесят градусов. Перед глазами снова возник Брайн, раскручивающий наручники на пальце. — Не думаю, что свалишь. Даже если так, то Эрику больше не увидишь. Он посмотрел на Хлою уже знакомым мне хищным взглядом, а затем ухмыльнулся на прощание и пошёл к двери. — А как быть с тем парнем… Артуром? — Он не пара для моей дочери. Слишком много знает, ещё и вспомнит лишнего, — задумчиво бормотал Брайн, играясь с наручниками. — Я с ним разберусь! Тебе даю два дня на подумать. Захочешь жрать или ещё чего, стучи, — отчеканил он и захлопнул тяжёлую дверь. Лязгнул замок. Хлоя медленно подошла к решётчатому окну. Камера выключилась и перед глазами возник лишь чёрный экран.

***

— Ну как кино? — спросил Артур, поворачиваясь ко мне. Мы сидели на матрацах в старой заброшке на отшибе Большого яблока. Солнце уже успело уйти на заслуженный отдых, и вокруг царила сумеречная полутьма. — Сюжет хороший, если не думать о том, что ты в нём участвуешь. Парень хмыкнул: — Да уж. 5D киношка, считай. — Когда это было? — Сегодня утром. У нас был уговор с Хлоей: если она попадает в беду, то подаёт условный сигнал через серёжку. После я отслеживаю её с помощью жучка и вызываю ментов. — Хитро, — закусила губы я. — Но она кое-что не знала… — Арт сделал паузу и посмотрел на меня, чтобы узнать, какое впечатление произвели его слова. — В правой серёжке спрятана камера. Она только записывает, но не передаёт само видео. Если тыкнуть в неё пару раз, камера превращается в телефон, по которому Хлоя может со мной связаться. Левая серёжка тоже с сюрпризом — жучок в ней отслеживает всё вокруг в прямом эфире. — Хлоя не в курсе? — Нет, она думает, что только одна серёжка с секретиком, а на деле — их две. — Тыквенный кулон — это её идея? — Моя! — гордо заявил Арт. — И чучелом тоже был я. — Откуда у тебя все эти штуки? — Достал у старых знакомых, — загадочно улыбнулся он. Я хотела облокотиться на что-то, но запоздало вспомнила, что спинки нет, и плюхнулась на вонючий матрац. Арт залился смехом. Поднявшись, я огрела его подушкой, но его хохот стал лишь громче. — Ты же не вызываешь меня на бой с подушками? — Почему бы и да! — рявкнула я и замахнулась на второй хук слева. — Ты не знаешь, с кем связываешься! Я тебя в три удара на лопатки положу! — Ну попробуй! — не испугалась я и ударила Арта по макушке. Он схватил «оружие» и принял вызов. После десятиминутного сражения победил в итоге Арт, пусть и не за три удара. Я устало повалилась на матрац, пытаясь игнорировать затхлый запах. — Идиотизм, конечно, но мне стало легче, — выдохнула я, уставившись в бетонный потолок, из которого угрожающе нависали ржавые прутья. — Отвлечься никогда не помешает. — Наверное, — качнула головой я и перекатилась на бок. — Честно, вообще запуталась. Зачем Хлоя полезла прямо в лапы Брайна? Хотела доказать его виновность? — Типа того. Мы давно знали, где ты, но Хлоя опасалась, что не захочешь к ней возвращаться, поэтому решила подстраховаться. — Но ведь отчёт… и Оливия… тоже ложь? — Нет, всё правда, — опустил глаза Арт. — Хлоя понимала, что ты вряд ли ей поверишь, поэтому пошла за доказательствами. — Ясно, — сглотнула я. — Брайн уже в полиции? — Не-а. Хлоя не давала условного сигнала. — В смысле? — Она думает над сделкой. Над ЭТОЙ сделкой. Хлоя уверена, что я не в курсе всего. А зря… Я уставилась на Артура: — Как вы вообще оказались в одной команде? Он вздохнул: — Когда тебя затолкали в машину, они думали схватить и меня, но я драпанул, а гнаться за мной у них времени не было. Потом, когда всё утихло, пришёл в твой дом и рассказал Хлое о похищении. Ну, и затем аккуратно напросился на участие в поисках. — Моя тётка пошла на это? — удивилась я. — С трудом, но согласилась. Она ведь думала, что я её не помню, а значит не опасен. — То есть ты ничего не забывал?! — Ну, — протянул он, — почти. — Так, — я вернулась в сидячее положение, — расскажи всё с самого начала. — В год и день облаков мир лежал во тьме…* — Что? Это откуда? — Легенда о происхождении индейцев! — уверенно заявил он. — Ну не настолько же! — закатила глаза я и слегка толкнула Арта в плечо. — Не знала, что ты знаток литературы. — Мне её ещё мать рассказывала… — протянул он и опустил глаза. Мы молчали несколько минут, вслушиваясь в звуки проезжавших по улице машин. — Лады, — в конце концов, нарушил молчание Арт. — Начнём на парочку тысяч лет позже.