Спаси меня
19 февраля 2020 г., 13:32
Очнулся он где-то под вечер. Проснулся непонятно где, связанный по рукам и ногам, лежащим на пыльном полу. Это место явно похоже на кладовую. Пахло сыростью, грибами и.. картошкой?
И правда: рядом лежали мешки с картошкой. Почти все полные.. кладовка?
Скворцов постарался пошевелить затекшими конечностями. Ноги и руки были связаны, зато рядом с ним была железяка.
Писатель не поднял панику, не заорал о помощи. Пролистал в голове несколько фильмов с планом действий и вспомнил некоторые концовки. К сожалению, концовки были не в пользу главным героям.
Он перевернулся на живот, постарался поднять ноги. Пять попыток и Виталий удачно оттолкулся от пола, пополз гусинецей к металлу.
Быстрыми движениями он перерезал веревку на руках, после чего освободил ноги. Следом полетела тряпка, которая была у него во рту.
Виталий Николаевич встал на ноги и быстрым шагом пошел в сторону двери.
С дверью няньчиться не особо хотелось, поэтому он открыл ее хорошим пинком.
Вышел писатель на длинный темный коридор с лестницей в конце, куда он и направился. Но внимание привлекла дверь, недалеко от выхода.
Он заглянул внутрь. А зря.
Внутри было также темно, как и в коридоре. Но четко было видно расчлененное тело мужчины 35 лет. Крик застрял в горле, ноги сами понеслись к выходу. Вокруг мертвого были расставлены свечи и нарисована кровью звезда.
Через секунду Скворцов был уже на улице. Ветер дул навстречу, а тонкий свитер легко пропускал холод. Неприятное ощущение.
Наконец он остановился. Пять минут бега по незнакомому району привели его в тупик.
Разворачиваться назад не хотелось, поэтому Виталий перелез через забор и медленным шагом пошел к дому.
Это культ?
Его могли вполне сделать следующей жертвой, если бы он остался хоть на чуть-чуть подольше - и Виталя был размазан по полу как тот несчастный. Писатель вышел в знакомые края и пошел прочь от своего дома. Хоть что, но возвращаться до вечера он туда не планирует. Стоило бы обратиться в полицию. Рассказать о человеческой жертве, но это займет много времени - да и дорогу в подвал он уже забыл. Руки прозябли. Либо он сейчас вернется, либо замерзнет насмерть - выбор маловат, выбор очевиден. Пришлось поворачивать назад и прибавить шаг. Уже будучи рядом с подъезом он остановился. Новые приключения его ждут. Не так ли? Он покрутил головой в надежде отогнать глупые мысли. Его ждет тепло и уют дома. Его любимого дома.***
Кофе и чай с имбирем Виталий Николаевич променял на чай с лимоном. -Как же ты могла, Тамара? -не без обиды подумал вслух писатель. Теперь доверять нельзя никому, так как излишняя доверчивость может пагубно оказать влияние на него, а может и вообще: свести в могилу. Он отложил чай, и полностью вдохновленный чтивом в руках принялся за работу. Глаза упали на готовую работу, которую до сих пор он не отнес в редакцию. Появилось желание поменять концовку. Руки снова начали свою работу: "Девушка, которая его увидела, даже не испугалась - русые волосы так шли ее карим глазам; руки, белоснежные конечности опустились на щеку парня, который уже ничего не боялся - он так давно прожил в этом доме, что пугливость оказалась пустой тратой времени.."***
Наконец-то работа была завершена. Лениво потянувшись Скворцов встал, взял кружку и зашагал на кухню. На кухне прохладно. Ветки деревьев бьются о стекло, создавая скрипучий, ноющий звук. Вот это, конечно, было неприятно и било по ушам. Он открыл окно, впуская свежий воздух в квартиру. Сам вышел, открыл дверь и сделал сквозняк. Сделав новую чашку чая он услышал стук в дверь и подавился глотком. Тихо, даже на цыпочках писатель подкрался к двери, посмотрел в глазок. На пороге никого не было. Все также бесшумно Виталий Николаевич вышел в подъезд. Перед ним оказались обшарпаные временем и людьми стены, где аккуратными печатными буквами было выведено: "Ты следующий". Стук сердца ухнул, дыхание сбилось. Он залетел обратно в квартиру, захлопнул дверь и замкнул на оба замка. В ванной комнате что-то упало с громким стуком. Послышался треск и стук о стиральную машину, как-будто кто-то живой с разгона врезался со всей силы. Виталий Николаевич побежал на место проишествия. Следы крови вели в саму ванную. Штора была плотно закрыта, на полу лежали куски зеркала. Кровавая рука сквозь шторы начала приближаться, растягивая занавес. Писателя как прибили к полу. Он втянул шею, как черепаха лезет обратно, в панцирь. Страх насквозь пропитал бедное тело. Остановилась она только рядом с лицом. Наконец штора спала. Заляпаная кровью одна лишь рука накрыла лицо Скворцова, пачкая его в вязкой жидкости. Нижняя губа приоткрылась, послышалось хлюпанье. За секунду эта рука отдернулась назад, послышался треск, затем характерный "хруст". Обомлев от страха он заорал, пинком открыл дверь и захлопнул ее, прижав весом тела. В туалете послышался скулеж и чей-то детский смех. Можно подумать, что где-то в канализации убивали собаку. Все еще не прекращая попытки орать мужчина вылетел в промежуток между дверьми. Он не заметил, как открыл ее - и помчал бегом в квартиру знакомого соседа.***
-Звучит, как будто ужастик читаешь, -улыбнулся Анатолий. -Особенно твоего произведения. Все так прекрасно описано, там зарисовки можно наделать.. -чем дольше он говорил, тем тише становился его голос, пока полностью не смолк. -Я наяву это вижу, понимаешь? -тяжело ворочая языком сказал писатель. -Тебе нужно голову проверить. Может ты шизофреник? -свел брови к переносице сосед, присаживаясь за стол напротив Виталия Николаевича. -Надеюсь, из тебя какая-нибудь макака не вылезет? -улыбнулся писатель, наблюдая за плавными движениями Анатолия. Сосед заливисто просмеялся, в ответ улыбнулся и пожал руку мужчине. -Спасибо за теплый прием, Анатолий, -вежливо обратился Виталий. Получив кивок соседа он вышел на улицу. Впереди его ждет уборка дома.
