Whispers in the Dark

Some of them want to use you Кто-то из них хочет использовать тебя, Some of them want to get used by you Кто-то хочет, чтобы ты им воспользовался, Some of them want to abuse you Кто-то хочет оскорбить тебя, Some of them want to be abused Кто-то хочет быть оскорбленным. ~Sweet dreams (Сладкие сны)~ группа Eurythmics 1958 год, клетка Августинского общества Ломота. Резь. Боль, выворачивающая наизнанку. Но всё это - ничто по сравнению со страшной, всепоглощающей жаждой. Пальцы немели, желудок нещадно скручивало. Густая кровавая пелена, почти ставшая привычной, вновь застлала глаза. Не осталось ничего человеческого: только боль от вербены в крови и медленно заживающих ран, а ещё - жажда растерзать чьё-то тёплое тело, впившись в артерию, и выпить до капли. Лишь неясный образ и знакомый встревоженный голос из далёкого прошлого, как последний остов человечности оставался рядом с ней. Близкая к коматозному состоянию Маргарет уже не различала прошлого и настоящего, поэтому присевший рядом с ней Деймон, в глазах которого она почти впервые видела тревогу, казался призраком из глубин памяти, чему способствовала мёртвенная землистая бледность его лица, непривычно растрёпанные волосы, белые, как мел, губы. Вот только призраки не прогрызают себе запястье, чтобы дать ей напиться крови и вернуть к жизни. Кровь! Наконец-то!.. Маргарет пила и не могла напиться, но странное дело: даже не отличая явь от сна, она помнила, чью кровь пьёт, и выпила ровно столько, сколько требовалось, чтобы немного прийти в себя. Деймон, не задумываясь над своими действиями, невесомо гладил её по волосам, хотя сам едва удерживался в сознании. Боль и жажда не ушли, лишь немного притупились, дав возможность здраво мыслить. - Спасибо. - слабо улыбнулась она. - За что? В следующий раз твоя очередь. - невозмутимо ответил сокамерник, как будто не его голос только что тревожно призывал её не сдаваться. Когда-то вампиризм казался Маргарет самым страшным проклятием, ради спасения от которого для Стефана и Деймона она готова была пожертвовать жизнью, хотя ей было всего восемнадцать. Конечно, у ведьм было в запасе несколько способов обмануть смерть, вот только ей в руки попался лишь один: сложный древний ритуал, однократно позволяющий в следующей жизни полностью вспомнить прошлую. И хотя она была начинающей ведьмой, ритуал сработал как нужно: в новой жизни, в возрасте от пятнадцати до восемнадцати лет она вспомнила всё своё прошлое. Даже тело было похоже на предыдущее, хотя и не идентично: всё та же среднего роста девушка со светло-русыми длинными волосами и серьёзным взглядом светло-серых глаз, будто обведённых углём по контуру радужки. Во всём этом было "но": одно дело теоретически не бояться смерти, и совсем другое - до мельчайших подробностей помнить собственное убийство и жалеть о глупо потерянной молодости. Тем более что она так и не смогла спасти тех, ради кого умерла. Поэтому, получив второй шанс, и на одном из поворотов судьбы столкнувшись с вампиром, она сама захотела стать бессмертной, не пожалев при этом даже колдовских сил. Хотелось всё узнать, всё попробовать, объездить весь мир вдоль и поперёк, когда-нибудь таки вбить кол в сердце стервы Кэтрин и... да. Снова увидеть братьев Сальваторе. Какими бы чудовищами они ни стали, даже смерть не окончательна - это она теперь знала точно. Не учла, пожалуй, всего двух моментов. Во-первых, каким бы человечным ни старался бы быть вампир, от своей сути не спрячешься, и однажды она, утратив контроль, убила человека. Во-вторых, сколько бы сил в себе не ощущала, она оставалась неопытным новообращённым, которого относительно легко поймать. Что с ней и случилось, когда она, путешествуя по блистательной Америке, угодила в лапы общества Августина, а именно - доктора-садиста Уитмора. Они ставили многолетние жуткие опыты над вампирами, зверски истязая их в научных целях, поддерживая вечную жизнь лишь затем, чтобы дарить вечные страдания. Но что самое удивительное, она там оказалась не одна такая. Деймон... разумеется, он её не узнал. А она не рассказывала. Если и казалась ему похожей на ту Марго, которая когда-то давно была ему почти как младшая сестра, то не подал и виду. Что не помешало двум сокамерникам-товарищам по несчастью стать близкими друзьями. Они договорились поочерёдно давать друг-другу кровь, вытаскивая из-за грани, и ждали подходящей возможности для побега, где спасти другого должен будет тот, кто выпил кровь последним. Мучительно размышляя об этом, Маргарет решила, что это обязательно должен быть Деймон. Он дольше был вампиром, намного сильнее неё, и вообще... он должен жить, даже если в побеге что-то пойдёт не так, и спастись сможет лишь один. Чаще всего она благодарила Бога, что именно Деймон оказался с ней в этом жутком месте, не позволяя скатиться в животное безумие, но иногда она жалела об этом, ведь будь на его месте кто-нибудь другой, перед ней не был бы такой дилеммы. Дилеммы, которая далеко не столь остро стояла перед Деймоном. Конечно, он пытался её спасти, как они и договаривались, и, очевидно, очень хотел это сделать, вот только когда начался пожар, добравшийся до её камеры и душивший вербеновым дымом, Деймон не бросился за ней в огонь. Это была поистине страшная смерть, куда хуже и болезненней предыдущей. Нечеловеческая боль раздирала каждую клеточку "бессмертного" тела, заставляя кричать, кричать и... ... Мистик-Фоллз, наши дни ...проснувшись от резкого гортанного крика, Маргарет не сразу осознала, что он принадлежал ей, и где она вообще находится. Перед глазами всё ещё плясало безжалостное кострище, от котрого не было спасения. "Ну вот, опять. - мысленно посетовала она. - Так, конкретно эта смерть снится уже третий раз по счёту, надо записать. Чёртовы сны, почему они так реалистичны? Да ещё и с одним и тем же вымышленным героем. Деймон... что за дурацкое имечко? Хотя кому я вру, красивое, только подходит больше фентези-герою, видимо, надо завязывать с такой литературой. Надеюсь, этот истошный ор никого не разбудил". ... День выдался на редкость тёплым и солнечным. У Маргарет уже закончились уроки, невыспавшуюся девушку неумолимо клонило в сон, но увидев сестру, тренирующуюся на лужайке с командой черлидерш, решила задержаться и присела на скамейке, достав из рюкзака дневник. Отрешённо наблюдая за репетицией группы, состоящей в основном из выпускниц, Марго, слушая музыку в наушниках, смотрела на бодрую Елену, которой очень шёл высокий конский хвост. По правде говоря, её красавице-сестре шло абсолютно всё, или Маргарет так казалось. А больше всего ей шла вот эта лучезарная улыбка, по которой Марго, признаться, соскучилась. Одно удручало: ей сестра не улыбалась с самого дня гибели родителей. "Привет, Дневник. - написала она. - Наверное, стоило бы опять написать о чёртовых кошмарах, которые преследуют меня даже в школе, стоит лишь слегка вздремнуть на парте под бубнёж учителя, но не это занимает все мои мысли. Елена. Иногда мне кажется, что вместе с родителями потеряла и сестру, только в последнем случае виновата сама. Это ведь я в порыве ссоры ляпнула, что она виновата в аварии, что это за ней поехали тогда родители. Боже, я ведь так не считаю! Елену тогда только выписали, а я... Сколько раз я жалела о тех словах. Сколько раз просила прощения. Конечно, она сделала вид, что простила, но это не так. Раньше она была мне ближе всех, даже родителей, и я никого так не люблю, как её, хотя в детстве завидовала из-за того, что родители любили её больше (вот чёрт, опять я пишу об этом). Раньше мы с ней много времени проводили вместе, обнимались, всем делились, а сейчас она только проводит со мной воспитательные беседы, отказывается от наших посиделок, ссылаясь на трудности выпускного класса, тогда как с подружками гулять - пожалуйста. Больше не делится со мной секретами и переживаниями, и всякий раз, когда я пытаюсь всё наладить, либо снова начинает наставлять, либо уходит от разговора. Сейчас единственный, с кем не испортились отношения из близких - это Джер. Мы понимаем друг друга, потому что почти одинаково переживаем случившееся, но мне так хотелось бы, чтобы и сестра меня простила. Я уже исчерпала почти все способы, вот, кстати, очередной, уже опробованный. Подкарауливание после школы, попытка №3. Удивлюсь, если в этот раз сработает, и меня не проигнорируют, не отчитают и не пошлют наф..." - последнее слово Маргарет так и не дописала, потому что мельком оторвала взгляд от дневника, и ручка выпала из внезапно ослабевших рук. К школе в красивой машине с открытым верхом подъезжала Кэролайн Форбс, наиболее бесячая из двух подруг Елены по мнению Марго. Бледноватая и какая-то вялая на вид, в солнечных очках и почему-то с шарфиком на шее, кои она носила крайне редко, но в этом не было ничего удивительного, в отличие от водителя. Машину уверенно вёл слегка ухмыляющийся брюнет, словно сошедший с обложки журнала, идеальное лицо которого вот уже несколько месяцев намертво отпечаталось в сознании Маргарет, хотя она могла бы поклясться, что никогда даже мельком не встречала его... наяву. До этого момента. Оживший персонаж кошмаров скользнул по ней равнодушным взглядом, едва ли даже заметив, а сердце девушки пропустило удар. Брюнет вышел из машины, галантно открыв двери перед своей спутницей, что-то интимно прошептав ей на ухо, на что она согласно покивала, как болванчик, и, взглянув на черлидерш, предвкушающе усмехнулся и направился в их сторону. Чуть ленивая походка хищника, взгляд, мимика - всё в нём казалось потрясающе знакомым, но в то же время какой-то внутренний голос внушал опасения за сестру, коей предназначался плотоядный взгляд красавчика-брюнета. Марго едва удержалась от того, чтобы вскочить и загородить собою сестру, искренне не понимая своих мотивов, тем более что Елена, кажется, знала этого знакомого-незнакомца. Но заметив, что сестра явно не рада его видеть, Марго таки поддалась порыву и, вынув один наушник, но не выключая музыку, подошла к ней. - Привет. - опасаясь хоть раз посмотреть в сторону брюнета, тепло улыбнулась сестре. - У тебя ведь тоже уроки закончились? Не против, если я подожду тебя до конца тренировки? Поедем домой вместе, поболтаем. Елена кивнула и вдруг приобняла сестру одной рукой за плечи, словно защищая. - Количество твоих подруг растёт прямо на глазах, Елена. - хмыкнул брюнет, задержав на Марго короткий оценивающий взгляд. - Да нет, это её сестра. - беспечно поправила спутника Кэролайн. - Внешне они совсем не похожи, правда? Да и по характеру вроде тоже. Елена у нас умница-отличница с периодическими прозрениями, а Маргарет - та ещё оторва. Кстати, Марго, знакомься, это - Деймон Сальваторе. Не поверив своим ушам, девушка неверяще уставилась на Кэролайн, а после неуверенно взглянула в странные холодные глаза ожившего героя кошмаров, и виски вдруг пронзила резкая боль, словно в голову начали ввинчивать гвозди дрелью. Грань между реальностью и сном растушевалась прямо перед глазами, словно карандашные штрихи под ластиком, и, захваченная калейдоскопом разрозненных картин прошлого, Маргарет впервые в жизни упала в обморок. Точнее, впервые в этой жизни. А в наушнике, словно баюкая, звучала одна из любимых песен: Sweet dreams are made of this, Who am I to disagree?..*