A story of two alphas?

«Воды…» — кричал мозг Сехуна, отчего ему пришлось приоткрыть глаза и вытащить тело из постели. Передвигаясь на ощупь, Сехун направился к выходу с комнаты, но… Ба-бах! — Черт, где дверь, — открывая глаза закричал Сэхун на всю квартиру и, увидев стену, окрашенную совершенно не в тот цвет, что была в его квартире, уже начал сомневаться, что он вообще дома. — Чего ты кричишь так? — сонно пробормотал Чонин, овладевая одеялом полностью, которое пытался отобрать у Сехуна всю ночь. — … где я? — испуганно спросил О, осматривая комнату, — я у тебя? Ты слишком спокоен, так что скорее да, чем нет. Где у тебя кухня? — поднимаясь с пола и потирая ушибленный лоб, спросил Сехун, но на его вопрос никто не ответил, а повернувшись к Чонину, он понял, что тот уже успел уснуть. Пришлось ему самому выбираться с комнаты и искать кухню, что была не так уж далеко от комнаты, и там же нашелся кран с водой, который был необходим для спасения. Жадно поглотив пару стаканов воды, ему понадобился туалет, и снова пришлось бродить по этой незнакомой квартире, теперь уже в поисках туалета. Когда же почти все потребности его организма были выполнены, Сехун нашел свою точку старта, заваливаясь в кровать, но его спине стало не очень удобно, так как он, определенно, лежал не на матрасе, и что-то под ним мычало. — Ой, блин. Я забыл, что ты тут, — слезая с Чонина, который был накрыт с головой, он начал с него стягивать одеяло, с целью укрыть себя от холода. Да, от холода. В мае. — Нет, нет, нет! Я это одеяло полночи не мог у тебя отвоевать. А теперь, когда оно мне наконец-то досталось, ты хочешь его снова забрать. Друг, так не пойдет. Знаете, самое интересное то, что они даже не подумали о том, что спали в одной кровати, укрываясь одним одеялом, и сейчас тоже лежа в одной кровати, дрались за одно единственное одеяло. — Ты почему такой жадный? Поделись хоть чуть-чуть, — уговаривал его Сехун, ни капельки не стесняясь того, что проявляет упорство. Такое ощущение было, что они знакомы уже довольно давно, и ни о каком стеснении даже речи быть не могло. — Пфф… ладно, но только чуть-чуть! — немного отодвигаясь, Чонин позволил накрыться Сехуну, и они оба прикрыли глаза, пытаясь смириться с головной болью, что разъедала мозги. — Во сколько у тебя сегодня группы? — спросил Чонин, не открывая глаз. — После двух, у тебя? — Примерно так же. На этом их диалог был окончен, оба просто лежали, беззаботно летая по просторам мозга. Но долго их лежание не продлилось, животы обоих заурчали, давая понять, что им все равно на то, что их хозяева валяются и мучатся от похмелья. Отчего им пришлось поднять свои задницы и привести себя в приличный вид, чтобы можно было спуститься в ближайшее кафе и нормально позавтракать. В холодильнике Чонина было перекати-поле, и даже мышь в таком месте не соизволила бы повеситься. А Сехун только что вспомнил, что его собака сидит дома некормленая и совесть взяла свое. Доставая телефон с кармана джинс, он набрал номер папы в надежде на его помощь. — Алло… пап, привет. Знаешь, тут такое дело… как бы сказать… В трубке папа уже начал ругать Сехуна за его мямли, отчего альфе пришлось все сразу вываливать: — Заедь ко мне домой и покорми Виви, пожалуйста. Я в гостях у друга и не был дома, если тебе не сложно, то буду благодарен, — в ответ Сехун услышал удивление папы о новом друге его сына и о ночевке у него, но отказывать не стал. Поблагодарив папу, О положил трубку. Пока Сехун был занят, то не заметил, как они с Чонином дошли до милого французского кафе и, повернувшись к Сехуну, парень посмотрел на него, приглашая первым ступить в здание. Звон колокольчика, что висел над входом, оповестил персонал о новых клиентах, и через секунду альфа-официант появился около новых гостей заведения. — Доброе утро, господа. Могу я провести вас за свободный столик? — когда же оба парня кивнули в знак согласия, молодой человек снова им улыбнулся, прося следовать за ним. Столик, что им предложили, был довольно мил и стоял в углу заведения, рядом с большим окном. Садясь друг напротив друга, они взяли в руки меню, начиная смотреть репертуар еды, что им предлагало заведение. И спустя пару минут были готов сделать заказ. Заказав по чашке кофе, а Сехун еще поинтересовался, нет ли у них таблетки от головы, и по порции блинчиков, они стали ждать заказ. Два стакана с водой и две таблетки от головы подали сразу, и парни смогли наконец-то излечить эту головную боль. Завтрак тоже не заставил себя долго ждать, и был подан через пять минут после заказа. — Приятного аппетита, — в полтона добавили оба, прежде чем начать трапезу. Сначала все было тихо; Сехун смотрел на улицу через окно, провожая прохожих и машины разных марок взглядом. Напротив кафе возвышались бизнес здания, возле которых дорогие иномарки останавливались через каждые десять минут. В самом же кафе была приятная атмосфера уюта и тепла, что создавали клиенты и рабочие, редко проходившие мимо их столика. У бара висел телевизор, по которому крутили разные клипы со спокойной музыкой и слышно громыхание тарелок в посудомоечной. К сожалению, эту идиллию прервал болтливый Чонин. — Ты хоть помнишь, что вчера было? — задал он вопрос Сехуну, который жевал свой завтрак, смотря в окно. Оторвавшись, он перевел взгляд на собеседника, вспоминая ночную «веселуху». — Я об этом еще не думал, хм… — потерев подбородок, Сехун задумался, не сделал ли он чего глупого или такого, после чего Чонину в глаза без краски не посмотришь, — все как в тумане… — Не знал, что тебя так сильно выносит с алкоголя. Предупредил бы, что ли… в следующий раз я учту эти нюансы. «В следующий раз… как я и думал». О не был уверен, что хочет снова гульнуть также, но общаться с этим человеком… все слишком сложно в понимании Сехуна. Пока Сехун молчал, прошло минут пять, хоть он этого не заметил, но Чонину это показалось очень странным. — Ты чего замолчал? Вот мы вчера пошли в бар, чтобы познакомиться поближе. А итог таков: унесло тебя с первой рюмки, терся о каких-то омег. Потом и вовсе уснул на деревянной поверхности, как только сел за стол. Пока Чонин рассказывал все подвиги Сехуна за вчерашний вечер, О захотелось провалиться под землю, чтобы больше этого не слышать. — Чонин, прости за вчерашнее. Я не хотел. Да и вообще, это на меня не похоже… — сидя как красный помидор, Сехун стал смотрел себе под нос и возить шоколадную пасту по тарелке с почти доеденным завтраком, скребя вилкой. Чонину, конечно, было приятно, что О извинился, и что сейчас они завтракают вместе, утренние лежанки в кровати — все это было мило ему. Но факт того, что он — альфа, и природа берет вверх рядом с доступными омегами, немного злит Чонина, ведь он уже положил глаз на этого парня и не собирался отступать от назначенной цели. — Ничего страшного, с кем не бывает, — хмыкнул Чонин, пожимая плечами и подзывая официанта к их столику, чтобы заказать еще по чашечке кофе. — Со мной не бывает, — вставляет Сехун, смотря в спину уходящего официанта, ибо надо было куда-то деть глаза, только не смотреть на Чонина.  — Сехун, тебе не стоит из-за этого сильно загоняться, проехали. Все равно тебя никто не вспомнит. Там все были пьяны и я в их числе, так что расслабься. Ты имеешь полное право на флирт и ласки. Это вполне естественно, — Чонин сам не понимал, зачем это говорит. Ему просто надо было подбодрить Сехуна, а не пояснять его действия. Мысленно постучав себя молотком по голове, Чонин снова обратил внимание на поникшего альфу, который, кажется, даже не слышал реплики Чонина. Оно ему и на руку. — Все, не кисни. Лучше придумай, что мы будем делать. На часах одиннадцать, а на работу к двум. У Сехуна в голову проскочило это «мы», и это слово будто шибануло его током, отчего он резко дернулся, переводя взгляд на странно смотрящего Чонина. — С тобой все в порядке? Ты меня пугаешь… — Все нормально. Говоришь, только одиннадцать… м, тогда я, пожалуй, прогуляюсь до своей квартиры, — когда Сехун закончил, понял, что сморозил еще одну глупость, они ведь живут в одном районе. Допив кофе и на пополам заплатив за завтрак, они направились в их общий район, а там уже разошлись, на прощание помахав друг другу рукой.

***

В этот же день работа протекала как обычно. Сехун еще пару раз сталкивался с Чонином и они обменивались легкими дружескими поклонами. Чем были заняты мысли О? Они начали рассмотрение альфы в качестве парня, что было не свойственно Сехуну. Он не думал о тех моралях, что это неправильно и бла-бла-бла, просто он… он запутался. Прошло совсем мало времени, да и Сехун мало знает о Чонине, чтобы уже судить как о человеке, с кем он не против встречаться. Поэтому решение в голову Сехуна пришло моментально: надо ближе познакомиться. Но идей на этот счет тоже не имелось. Как? Куда? Зачем? Все эти мысли отвлекали альфу от придумки новой хореографии, и поэтому ему приходилось каждый раз останавливаться в процессе, оседая на пол. Он об этом слишком часто думал, а поэтому не замечал, как быстро летит неделя. Неделя заканчивается, а идей еще не нашлось. Да и если он придумает, то куда они пойдут, да и так, чтобы выглядело все в дружественной форме, не вызывая подозрений у парня. Парк? Больше для свиданий подходит, да и, если бы он был омегой, было бы легче, но гулять с альфой по парку на дружественную форму не особо походит. Еще сладкой ваты ему купить и полный набор для свидания. Сехун даже посмеялся над своей идеей, а потом ему стало не до шуток. Уже вечерело, да и желудок требовал обращения на него внимания, поэтому мысль зародилась не в голове, а в желудке Сехуна, за что он был ему безмерно благодарен. Найдя Чонина в раздевалке, который в свою очередь был уже одет, О собрался с мыслями, выкладывая все на одном пару: — Пойдем, поедим? А то я голоден, а одному сидеть как-то неохота… Если бы можно было увидеть те салюты, что сейчас взрывались в голове у Чонина, то Сехун бы подумал, что новый год пришел. Вы думаете, альфа один ломал голову над этой дилеммой? Ошибаетесь. Чонин готов был на потолок лезть от безысходности, ведь голова была пуста как назло, а приглашать еще раз куда-либо Сехуна не хватило бы смелости, да и навязчивым показаться не хотелось. В общем, была жопа. — Да, хорошо! — улыбнулся Чонин, беря спортивную сумку в руки. Когда же они вместе вышли на улицу, Чонин пошел куда-то, не сказав ничего, а через пару минут подъехал темный довольно дорогой автомобиль и, открыв переднюю дверь, альфа пригласил Сэхуна в салон. А с челюстью О мог попрощаться, ведь она у него отлетела только от одного взгляда на тачку. — Почему ты не рассказывал, что у тебя есть машина? Да и ходил ты домой, вроде, тоже пешком, нет? — повернулся Сехун к водителю, пристегивая ремень безопасности. — Моя была в ремонте, да и ты не спрашивал. Ну, это не так уж и важно. Куда поедем есть? — выворачивая на широкую улицу, спросил Чонин, а Сехун стал думать, что это теперь больше походит на то, что Чонин его пригласил, а не он. Хотя бы место питания он должен придумать сам. И придумал, называя адрес заведения, где подают самые вкусные итальянские спагетти. Благо зарплата позволяет иногда шиковать в таких недешевых заведениях. Ресторан, на взгляд Чонина, был довольно красив и в некотором смысле аристократичен. Заказав столик на двоих, хоть и выглядело это немного странно, у обоих в мыслях не было ничего подобного, они просто пришли дружески поужинать. Парни стали выбирать еду, а когда ее выбрали, разговорились, наверстывая упущенное и узнавая друг друга. — Так ты сказал, что живешь один, да? — спросил Чонин, немного пригубив воды. — Да, но я живу с собакой и считаю ее за члена моей маленькой семьи. — А как у тебя с личной жизнью? Собаку не считай! — спросил Чонин на свое горе, но ему нужно знать, чтобы не красть чье-то счастье. — М… я даже не знаю, — Сехун сомневался, стоит ли говорить на такие темы, с просто знакомым человеком, но с другой стороны, если он не расскажет вообще ничего о себе, то и друзьями они стать не смогут, — нет у меня личной жизни. Один я… — А как же ис… — начал было Чонин, но его грубо прервал Сехун, вставляя свою реплику: — Нет, только не начинай про истинность, я в нее не верю. Мне она не нужна. А что на твой счет? Мне интересно. — Тоже ничего хорошего… На этом их разговор прервался, и настала минута тишины, которую никто не смог заполнить, кроме официанта, что принес заказ. И опять же еда спасает их положение. Молча поедая свои порции, они старались смотреть в разные стороны, только не друг на друга. Так долго продолжаться не могло, поэтому надо поворачивать разговор в другое русло, более подходящее для двоих. Прочистив горло, Чонин первый набрался смелости: — Как тебе работается у нас в центре? — Вполне нормально. Я работал и в похуже местах, как только окончил универ. Сколько ты уже тут работаешь? И самому как? — Два года, — хмыкнул Чонин, подцепив тефтелю зубчиками вилки, — да и условия хорошие. Я бы столько не работал здесь, если бы не зарплата, да и детвора нормальная, не испорченная в группах. — А что, видел и испорченных? — и в этот момент до Сехуна дошла мысль, что ему и вправду хочется узнать этого человека. Возможно, что-то впереди и есть, но он пока видит. Все слишком размыто. — … приходилось, к несчастью. Не знаю, уместно ли это рассказывать, но я уже встречал своего истинного. Сказать честно, после этого я плюнул на эти стереотипы, решив найти человека по душе, и на которого сердце укажет, а не слушаться и подчиняться законам природы. Мой истинный — испорченный малый, мажор — одним словом. Курит, пьет, так еще наркотиками балуется. Захотел бы ты такую пару? — пока Чонин это рассказывал, он смотрел на белую скатерть, не отрывая глаз, а когда Сехун отрицательно помотал головой, продолжил: — Вот и я не захотел…

***

Остаток ужина прошел в спокойной обстановке, никто из них не лез в запретные темы личной жизни, предпочитая узнавать человека поверхностно. Для первого раза этого достаточно. После самого ужина был вкусный десерт, а после счет за ужин, и парни вышли с ресторана, не забыв поблагодарить работников за радушный прием. — Садись, я подвезу, — сказал Чонин, кивая в сторону машины, — нам все равно по пути, и я не принимаю отказов. О ничего не оставалось, только поддаться маленькой заботе от нового друга и залезть в автомобиль, пристегивая себя ремнем безопасности. Слегка покосив взгляд на Чонина, что был занят внимательным вождением, Сехун стал следить, ведь парень был так сконцентрирован на дороге, немного высунув кончик розового языка, прикусив пухлыми губами. Альфа нашел в этом что-то такое… невообразимое, красивое, эстетичное. Сейчас ему выдалась возможность рассмотреть парня полностью, разобрать все по полочкам. Чонин был красив: бронзовая кожа, которая на уже бордовых лучиках солнца смотрелась волшебно, завораживая глаза, небольшая горбинка на носу и пухлые губы, очерченные темным контуром. Взгляд Чонина напоминал кошку, что охотилась на добычу, а цвет глаз напоминал горький шоколад, в котором хотелось утопиться. В этот момент что-то в Сехуне изменилось, возможно, ниточки одиночества стали отпускать его, развязывая свои узлы. Возможно, он понял определение слову — любовь. Возможно, он влюбился. — Вот и приехали, — прервал его размышления Чонин, смотря в упор, — можешь выходить. Или, если хочешь, можешь еще со мной проехаться. Я на стоянку еду, она недалеко отсюда. Сехун помахал отрицательно головой, отстегивая ремень и открывая дверь машины: — Спасибо, что составил мне компанию на этот вечер. Было приятно с тобой пообщаться, — прихватив оставленную на заднем сиденье тренировочную сумку, О выпрыгнул с автомобиля, последний раз посмотрев в шоколадные глаза альфы. По приходу домой Сехун покормил свою Виви и попросил у нее прощения, за безалаберного хозяина, что ей попался, который даже покормить ее не всегда в состоянии. А после разобрал спортивную сумку, сходил в душ, и остальная домашняя рутина заняла его до поздней ночи, пока он не пошел спать, после трудного рабочего дня. Утро предвещало хорошую погоду, ведь, если взглянуть в окно, то можно увидеть прекрасное майское чистое небо, в котором кроме ярко светящегося солнышка больше ничего не было видно. Только голубая гладь. Встав с постели, Сехун подошел к окну, распахнув большую раму настежь, пропуская прохладный утренний ветерок в квартиру. Далее его ждал плотный график, к которому нужно хорошо подготовиться, чем он и занялся, принимая душ, кормя собаку и себя не забывая покормить. Собравшись, Сехун прихватил тренировочную сумку, вешая ее на левое плечо, и пошел на работу, не забыв попрощаться с Виви. На улице было прекрасно, утренняя прохлада, малолюдно и светло. Альфе больше по вкусу мрачная погода, но сегодняшняя была как никак кстати, и он не стал возражать матери-природе, довольствуясь тем, что имеется. Занятия должны были начаться в десять, а на часах только полдесятого, хотя Сехун уже стоял в раздевалке переодетый и готовый. Чтобы не терять времени, он пошел в тренировочный зал, размяться, да придумать пару новых движений для будущих хореографий. Зал был пуст, как и ожидалось, поэтому, включив музыку, О слегка размялся и затем ушел в себя, выискивая в пространствах мозга что-либо новое для танца. Чонин тоже пришел раньше, чем надо, идя в раздевалку. Но он так и не дошел до нее. Его внимание привлек Сехун, который, не замечая ничего вокруг себя, оттачивал движения у зеркала под музыку. Небольшая улыбка опустилась на губы альфы, что стоял у входа в зал и наблюдал. Одно неправильное движение ногой и Сехун осел на пол, схватившись за ушибленную конечность. Потирая икру ноги, О ничего не мог понять, а попытавшись подняться, падал обратно, ноющая боль не позволяла наступить на жесткий пол. Взгляд О был как у потерянного котенка, что не знал, в какой стороне его дом. Чонин тоже долго ждать не стал, подлетая к другу. — Что болит? — обеспокоенно начал оглядывать ногу Сехуна Чонин, щупая больное место, — давай, опирайся на меня и вставай потихоньку. — Куда мы? — спросил Сехун, перекидывая руку через шею Чонина. — В больницу, куда еще же. Это уже не шутки. Ты и сам это прекрасно знаешь, зачем я тебе рассказываю. Доложив по телефону шефу, что их с Сехуном не будет сегодня на рабочем месте по состоянию здоровья, Чонин усадил аккуратно О на переднее сиденье, пристегнув ремень безопасности и проверив его на всякий случай. — Чонин, я, конечно, понимаю, что повредился и все дела. Но я повредил ногу, а не руки или мозг, так что я в состоянии сам себя пристегнуть. Чонин ничего не ответил, кинув только грозный взгляд на друга, который резко замолчал. На лету залезая в машину, даже не пристегнувшись, да тут ехать минут пять, погнал на всей скорости по пустой улице, уже через три минуты глуша мотор машины у больницы.