Ведьма с красными волосами

Утром в Большом зале было не особо людно. По крайней мере в то время, когда любила завтракать Мелисса. Макгонагалл всегда вставала очень рано, чтобы успеть за день сделать все запланированные дела. А Мелисса просто любила проводить с ней как можно больше времени. Брав пример со старой волшебницы, она постепенно приучила себя к такому особому распорядку дня, который сохранился и по сей день. Что не укрылось от глаз профессора, наблюдавшей за своей ученицей из-за преподавательского стола. Мелиссе подумалось, что то, что Макгонагалл позволила ей остаться в Хогвартсе на два года стоит расценивать как второй шанс и не растрачивать попусту. Девушка улыбнулась своей наставнице, поймав её взгляд, а та улыбнулась ей в ответ. Погрузившись в свой новый учебник по зельеварению, девушка не заметила, как кто-то приземлился на скамейку по обе стороны от неё. Из-за не самого весёлого детства, полного идиотских подшучиваний и злодейских розыгрышей, Мелисса стала в некоторой степени пугливой. Так что, когда кто-то тронул её за плечо, она вздрогнула и от неожиданности выплеснула на себя содержимое стакана с тыквенным соком. Она отложила книгу и перевела возмущённый взгляд сначала на одного, а потом на другого гриффиндорца. Это были огненно-рыжие близнецы. Мелисса предположила, что они, как и Рон, являются родственниками Джинни. По всей видимости их развеселила её реакция, потому что на их веснушчатых лицах засияли довольные ухмылки. Мелисса представила, как бы сейчас на её месте испугалась та, маленькая девочка, что когда-то была ею. Сейчас же она с удивлением подумала, что это больше вызывает раздражение нежели страх. — Привет! — Жизнерадостно поздоровался первый брат. — Добро пожаловать в Гриффиндор, — весело подхватил второй. Мелисса, всё ещё раздражённая, коротко поздоровалась, доставая палочку и убирая пятно с рубашки. Близнецы не сводили с неё заинтересованного взгляда. Мелиссе почему-то захотелось провалиться сквозь землю. — Значит, ты уже когда-то давно училась в Хогвартсе? — Поинтересовался тот, что слева. Девушка кивнула. Должно быть Гермиона им всё рассказала. Тогда скрывать что-либо смысла нет, а врать Мелисса не особо любила. — А почему же вдруг ушла? Слизеринцы достали? — спросил на этот раз тот, что справа. Ну, как вам сказать? Она вообще не ожидала такого внимания к своей персоне. Подумаешь перевелась посреди года. С кем не бывает? Только сейчас Мелиссе в голову закралась замечательная идея притвориться иностранкой, чтобы избежать глупых вопросов. Однако вспомнив, что не знает ни одного языка, девушка печально вздохнула. — За один день гриффиндорцы умудрились достать меня сильнее, чем слизеринцы за шесть лет, — отмахнулась Мелисса. — Так это что же значит, что до этого ты училась не на Гриффиндоре? Странно, мы-то подумали, что ты чтобы не забыть на каком факультете учишься так волосы выкрасила. — Ха-ха-ха, очень смешно, — монотонно отозвалась девушка, возвращаясь к завтраку. — Что читаешь? — В очередной раз, но уже хором поинтересовались близнецы. Мелисса всегда чувствовала себя некомфортно в компании новых людей. Она прекрасно понимала, что ей рано или поздно придётся привыкнуть к странной для неё манере поведения гриффиндорцев. На фоне сдержанных на людях и при своих выставляющих свои достоинства напоказ слизеринцев, гриффиндорцы казались Мелиссе слишком открытыми и расслабленными. Не то чтобы она всегда была напряжённой, но поскольку она просто не могла, да и не хотела, останавливать мыслительные процессы в своей голове, расслабиться ей было трудно. Она чувствовала себя уязвимой, когда прекращала думать. Неожиданно Мелисса подумала, что, если она хочет провести эти два года без приключений, было бы неплохо иметь хотя бы доверительные отношения с ребятами с факультета. Да и теперь даже если вдруг случится непредвиденная ситуация, она всегда сможет постоять за себя и наложить на обидчика какой-нибудь сглаз. Проанализировав ситуацию Мелисса решительно настроилась если не подружиться, то хотя бы для начала просто пересмотреть своё отношение к гриффиндорцам. — Всего на всего учебник по зельям, — улыбнулась девушка, уныло ковыряя вилкой омлет. — Вы будете есть, или на меня полюбуетесь? — О-о-о, — наигранно разочарованно протянул один из братьев, — не хватало нам ещё одной Гермионы, да Фред? — Да, Джордж, — подхватил второй, — заучками сыты по горло. — Ну, тогда я не та, кто вам нужен. — Сказала Мелисса как можно мягче, пытаясь спровадить ненужных собеседников. Как никак первым уроком сегодня зельеварение, а этот предмет всегда давался ей особенно плохо. — Вон, за столом Слизерина сидит замечательная девочка, которая так и ждёт, что вы к ней подойдёте. — Знаешь, львы к змеям предпочитают не соваться, ведь те обычно брызгаются ядом за несколько километров. — Уж больно вы боязливы для факультета, позиционирующего себя на храбрости и решительности, — Мелисса взяла учебник и вышла из-за стола, завершая разговор, —увидимся. —Мечтай, — в унисон произнесли Фред и Джордж. Когда Мелисса вернулась в гостиную, чтобы перед уроком забрать кое-какие вещи из комнаты, то в проходе неожиданно столкнулась с Джинни. Та по всей видимости только проснулась и направлялась в Большой зал на завтрак. Позади неё с серьёзным видом стояла Гермиона и отчитывала какого-то первокурсника, тыча ему в лицо сломанной волшебной палочкой. Тот, наверное, уже десять раз пожалел о том, что натворил. Мелисса уронила учебник и удивлённо посмотрела на Джинни. — Извини, — смущённо сказала она, — я тебя не заметила. — Бывает, — Мелисса наклонилась поднять книгу. Выпрямившись она заметила, что Джинни никуда не уходит, а продолжает стоять и смотреть на неё. — Эм, доброе утро…, наверное? — Да, доброе утро, — она сконфуженно отвела глаза в сторону, — Мелисса, да? Мелисса кивнула. Разговор явно не клеился. Она не понимала, почему Джинни не уходит. Но тут на помощь пришла Гермиона. — Доброе утро, — поздоровалась она. Так как Джинни её проигнорировала, Мелисса поняла, что эти слова адресованы ей и поздоровалась в ответ. — Как спалось на новом месте? О, ты читаешь учебник? Похвально. Мы, кстати, так и не познакомились как следует. Я Гермиона Грейнджер — староста факультета, если возникнут какие-то проблемы, можешь смело обращаться ко мне. Чем смогу помогу. Какой энтузиазм. Несмотря на это, Мелисса уже всё знала об этой девушке из разговоров других. Что в очередной раз доказало проверенную методику — не говори пока в этом не будет нужды, всё остальное время слушай. Но на самом деле она была даже рада встретить ещё одного человека, интересующегося учёбой так же, как она. Ей было немного обидно, что Гермиону называют заучкой, так как, по их мнению, это врятли комплимент. Хотя учитывая, что на Гриффиндоре все ведут себя как друзья, то можно предположить, что они говорят это не со зла. — Ты только что с завтрака да? — всё ещё смущённо спросила Джинни. Мелиссе показалось это странным, так как вчера вечером она вела себя достаточно уверенно, а сегодня вдруг отводит глаза и неуверенно мнётся на месте. Что-то тут не так. — Не хочешь сходить вместе с нами кое-куда, пока ещё есть время до начала уроков? «С чего бы это мне хотеть?» — раздражённо подумала Мелисса. Джинни явно что-то не договаривала. С другой стороны, она же её не знает. Вдруг для неё это совершенно нормальное поведение? От греха подальше она всё-таки решила отказаться, но она явно не оценила всю упёртость гриффиндорцев. И в конце концов, когда к Джинни присоединилась Гермиона, она сдалась и согласилась пойти с ними, но сначала зайти в спальню за вещами. Взяв всё необходимое Мелисса спустилась вниз и заметила Гермиону и Джинни, разговаривающих с двумя другими гриффиндорцами. Разговор с больше, чем двумя гриффиндорцами казался ей невыносимым занятием. Однако, как никак она теперь тоже гриффиндорка, а это значит, что придётся привыкать к их присутствию. Подобрав такое выражение лица, чтобы никого не спугнуть, Мелисса подошла к компании. — А я тебе говорю, этот Эверилл — просто сумасшедший! — Возбуждённо воскликнул рыжий парень, обращаясь к Гермионе. Насколько Мелисса помнила его звали Рон, и он был братом Джинни и тех близнецов, которых она встретила утром в Большом зале. — Не говори ерунды, — раздражённо отрезала Гермиона. — Нам очень повезло, что он преподаёт у нас ЗоТИ. — Он заставлял нас использовать друг на друге проклятья, Гермиона! — Поддержал друга второй гриффиндорец в круглых очках. — Ну, вы и неженки, — улыбнулась Джинни, складывая руки на груди. — эти проклятья по силу даже первокурсникам. Гриффиндорец смущённо отвёл глаза. Джинни засмеялась. Между этими двумя явно было какое-то непонятное напряжение, от которого всем вокруг становилось неловко. Мелисса кашлянула в кулак, дав понять, о своём присутствии. Все повернулись в сторону девушки и замолчали. — Эм… привет? — Мелисса сконфуженно улыбнулась, не зная, как вести себя перед новыми людьми. Она уже успела пожалеть, что поддалась убеждениям девушек. Гриффиндорцы в замешательстве посмотрели на Мелиссу. Гермиона прокашлялась, чтобы скрыть неловкую паузу. — Идём? — Спросила Грейнджер. Мелисса кивнула, и первая направилась к выходу. Всю дорогу гриффиндорцы увлечённо разговаривали на всевозможные темы: от отношений Рона и какой-то там Лаванды до предстоящего СОВ. Неожиданно разговор вернулся в то русло откуда и начался. — …То твоё проклятье тогда почти попало в меня, Гермиона! — Рон так экспрессивно размахивал руками, что Мелиссе пришлось пригнуться и отойти чуть в сторону от него. — Тебе стоило лучше уклоняться, — с улыбкой заметила Грейнджер, — хотя даже если и так, оно было совершенно безобидным. Ты всего лишь целый день страдал бы от неразделённой любви к первому человеку, которого увидишь. Она и Джинни засмеялись. — Рон и без этого хорошо справляется, — присоединился к ним другой гриффиндорец. — Но, чтобы сотворить даже такое проклятье нужно иметь больше, чем обычную магическую силу, — неожиданно вмешалась в разговор до этого молчавшая Мелисса. — Да и информацию о таких вещах в школьной литературе не найдёшь. Игра с чувствами при помощи магии одна из до конца не изученных областей магии. Да и сами по себе проклятья — не та вещь, которой обучают в школе. Где ты этому научилась? Глаза Гермионы загорелись. Было видно, что она ещё тогда хотела, чтобы кто-то спросил её об этом, но в её окружении не нашлось людей, хоть что-то в этом понимающих. Она начала с энтузиазмом рассказывать Мелиссе, как в конце прошлого года нашла в библиотеке одну занимательную книгу и выучила оттуда с десяток проклятий, которые казались ей наиболее занимательными. Поведение Гермионы напомнило ей себя во время учёбы. То, как она днями напролёт сидела с Биллом в библиотеке, а потом радостная бежала на уроки, желая поскорее попрактиковаться и показать всем на что она способна. Профессора часто хвалили её и Билла. Они и подружились только благодаря первой совместной отработке на втором курсе. Когда прямо на уроке заклинаний устроили между собой спор на тему того, куда правильно направлять палочку при использовании открывающего заклинания. Прав оказался Флитвик и за сорванный урок назначил им наказание в виде уборки кабинета после урока по использованию взрывающего заклинания у четверокурсников. Первые пару минут они смотрели друг на друга с такой ненавистью и неприязнью, что окажись между ними любой другой человек, он предпочёл бы умереть на месте, чем попасть меж двух огней. Но потом разговорившись у них обнаружилось очень много общего и уже через час они вместе смеялись над тем, какую глупую ошибку совершили и разговаривали на всевозможные темы, связанные с миром магии. И никакая вражда между факультетами не была способна помешать зарождающейся дружбе. После этого случая у них было немного встреч в коридорах и на совместных уроках. Они обменивались кроткими улыбками, но так и слова друг другу не сказали. Через пару месяцев судьба снова свела их вместе. На уроке травологии мадам Стебль заставила всех распределиться на пары. При том, что пара должна была быть с противоположного факультета. Мелисса всё ещё помнила те протестующие вздохи гриффиндорцев и слизеринцев. Конечно профессор не забрала своих слов назад, так как в большинстве своём пуффендуйцы просто выше ненависти факультетов друг к другу. Билл у которого был только один человек со Слизерина, к которому он не испытывал неприязни, обратился к Мелиссе. Для неё это было мягко говоря неожиданно, так как ей казалось, что у такого весёлого и разностороннего человека как Билл, на любом факультете есть знакомые. А у Мелиссы просто не было других знакомых, так что она очень обрадовалась, когда он сам подошёл к ней и предложил работать вместе. Они довольно хорошо провели время, и когда пришлось прощаться Мелисса чувствовала себя подавлено. — …Вот так, — закончила свой рассказ Гермиона и уставилась на Мелиссу. — Ты значит тоже интересуешься этой темой? — Да, что-то вроде того, — коротко ответила Мелисса. — До моего приезда сюда, я занималась углубленным изучением проклятий и некоторых заклинаний. Помнится, даже выпускала книгу о применении контрпроклятий. — Надо же, так это была ты? Я читала ту твою книгу! — Восхитилась Гермиона, чуть не упав с лестницы. — Правда? — Иронично обратился к ней Рон. —Удивительно. — Рон! — Пресекла брата Джинни. — А ты большая молодец, Мелисса. Такая юная, а уже столько сделала! — Ага… — Неловко замялась девушка. Из всех присутствующих здесь только Гермиона знает о том, что на самом деле она не так уж и юна. Надо сказать ей спасибо, что она не подаёт виду. Хотя смысла скрывать это не было, Мелиссе просто не хотелось повышенного внимания вокруг своей персоны. — Спасибо. — Ещё одна Гермиона на нашем факультете! — Рон устало вздохнул и тут же пригнулся, уворачиваясь от удара Джинни, а затем и самой Гермионы. — Так куда вы хотели меня отвести? — Задала Мелисса, терзающий её вопрос, не обращаясь ни к кому конкретному. — У меня первым зелья и, если преподавательский состав не изменился, я бы предпочла не опаздывать. — У нас всех, за исключением Джинни одинаковое расписание, Мелисса. — Напомнила ей Гермиона. — Конечно, — неловко усмехнулась Мелисса. Она за секунду забыла и тут же вспомнила, что теперь учится на Гриффиндоре и, следовательно, с этими ребятами у неё одно расписание. Раздражённо сложив руки на груди она для себя подметила, что компания гриффиндорцев начинает ей надоедать. И если так и дальше пойдёт, то она охотнее проведёт год в компании Пивза, нежели ещё хотя бы один час среди глупых и хвастливых однокурсников. — Так куда мы идём? — Как куда? В Большой зал на завтрак. — Глупо удивился Рон, а Гарри, стоящий рядом с ним разочарованно закатил глаза. — Это шутка такая? — Устало спросила Мелисса. Только сейчас она заметила, что они стояли напротив массивных дверей, закрывающих проход в Большой зал. — Нет, Мелисса, послушай, — поспешила оправдаться Джинни, — мы просто хотели поговорить и не знали, как лучше тебя попросить, чтобы ты не отказалась. — Пожалуй, я бы и правда отказалась, спроси вы напрямую, — согласилась Мелисса, утвердительно кивая головой. — Вот и мы о том же, — поддержала подругу Гермиона. — Но, если вам что-то нужно, — перебила её Мелисса, закатывая глаза, — могли бы просто спросить и не устраивать сцен. — Да, ты права, — вмешался Гарри, — нам стоило сразу спросить тебя, но дело в том, что Гермиона сказала нам, что раньше ты училась на Слизерине. Вот мы и подумали, что к тебе надо сначала найти, как подступиться, а потом уже… всё остальное. Мелисса была одновременно и зла и смущена и раздражена его словами. «Значит, Грейнджер всё-таки проболталась», — с досадой подумала она. И что такого могло понадобиться гриффиндорцам от такой слизеринки как она? И то, что они знают, что раньше она училась на Слизерине может значить только то, что они говорили с Макгонагалл. Здесь что совсем некому довериться? Или все гриффиндорцы при первой же возможности бегут рассказывать всё друг другу? Нет, Билл таким не был. Да и, пожалуй, все люди, кого она когда-либо любила были гриффиндорцами, так что говорить так было грубо с её стороны. Мелисса подумала, что на их месте бы сделала то же самое. К тому же желание узнать, зачем она им понадобилась пересилило негодование. Она кивнула своим мыслям и сделав пару глубоких вдохов обратилась к гриффиндорцам: — Я даже спрашивать не буду, откуда вы знаете. Просто давайте сядем где-нибудь, и вы мне всё расскажете, хорошо? Они кивнули и зашли в Большой зал. Мелиссе подумалось, что такой ситуации и не случилось бы, будь эти люди более зрелые. Но с другой стороны, самые необдуманные поступки совершала сама Мелисса, а это значило, что каникулы длинною в десять лет всё же не пошли ей на пользу. Стоило действительно стать терпимее. По привычке направившись за стол Слизерина, она во время себя отдёрнула, и ребята уселись за Гриффиндорским столом. Интересуясь тем, что скажут ей гриффиндорцы, меньше всего она ожидала услышать, то что почти заставило её вновь вспыхнуть от раздражения. — Видишь ли, — начал сидящий перед неё Гарри, — это может прозвучать не очень уместно в таком контексте, но… Когда Гермиона ходила к профессору Макгонагалл, та сказала, что у тебя потрясающие умения в полётах и посоветовала взять тебя в команду третьей охотницей. Это было совсем не то, что ожидала услышать Мелисса. Что угодно, но не это. Она ещё могла понять, что Макгонагалл старалась устроить её жизнь в Хогвартсе как можно лучше, но, чтобы эти её слова были восприняты кем-то всерьёз… Не то, чтобы она не умела летать. Просто в команду её бы никогда не взяли. Когда они были одни, Минерва часто возмущалась, что им стоило бы. В такие моменты ей как никогда хотелось, оказаться на Гриффиндоре. Летать она научилась опять-таки благодаря Биллу и по его инициативе. Вместо бессмысленных полётов на метле, она предпочла бы подтянуть зелья или хотя бы вместе почитать в библиотеке, но Макгонагалл любила квиддич, а это значило, что, если Мелисса заинтересуется в этом, у них будет больше тем для разговора, да и такой повод провести больше времени с другом пришёлся ей по душе. Один раз их тренировка закончилась так поздно, что возвращаться пришлось по ночи. Спящий Хогвартс был намного уютнее, чем в то время, когда по коридорам носятся толпы шумных школьников. Такая приятная тишина разливалась по всему замку. В такой обстановке можно точно не боятся, что какой-то слизеринец выпрыгнет из-за угла и начнёт свои издевательства. Хотя, когда рядом с ней был Билл, никто особо не спешил, что-либо ей говорить напрямую. Чтобы не попасться Филчу и его кошке, даже под покровом ночи неизменно патрулирующим коридоры, пришлось идти обходными путями, избегая шума дверей и света свечей. Билл настоял на том, чтобы проводить её до гостиной, но Мелисса поспешила отказаться, зная, что тогда ему придётся в одиночку проходить этот путь несколько раз. Страха добавляло и то, что чтобы попасть в гостиную Слизерина, нужно пройти через коридор кабинета зелий, принадлежавшего декану факультета — Северусу Снейпу. Мелисса не боялась учителей, они всегда были на её стороне, помогали, поддерживали и ценили её знания. Все за исключением Снейпа. Она не боялась его, нет. По большей части старалась просто игнорировать. Но по непонятной причине он её недолюбливал. Это ничтожное презрение ни в какое сравнение ни шло с теми издевательствами от слизеринцев, выпавшими на долю юной Мелиссы. Это даже презрением не назовёшь. Скорее всего профессор просто не понимал, почему его предмет давался ей с таким трудом. Начало его преподавания как раз выпало на первый год её обучения в Хогвартсе. Пока он ещё не стал тем грубым и отстранённым пожирателем смерти, он был достаточно строгим, но всё же более эмпатичным преподавателем зелий. Последнее касалось только слизеринцев. Он знал, что она была непревзойдённым гением во всех предметах кроме зелий. Ей всегда хотелось освоить этот предмет, но по какой-то неведомой причине, сколько бы книг об этом она не прочитала, зелья ей попросту не давались. Она была благодарна Снейпу, за то, что на первых двух курсах он ещё пытался помочь ей овладеть этим искусством, однако не увидев значимого прогресса, бросил это дело. Её знания были выше знаний тролля, а это уже было хорошо. Всё оставшееся время она училась на оценку «выше ожидаемого». И вот не сумев отмахнуться от Билла, она поблагодарила его, и они вдвоём пошли в направлении гостиной Слизерина. Как и ожидалось, их поймали. Они совсем забыли про Пивза. И пока они изо всех сил пытались убедить его ничего ни делать, он истошно завопил что есть силы. Угомонить его вышел декан факультета. Он позволил Мелиссе оправдаться и даже не стал снимать очки с факультетов. Разговор вышел максимально неприятным, но их не отчитали, и пока профессор не изменил своего решения, Билл поспешил в башню Гриффиндора. За завтраком Мелисса услышала разговоры некоторых учеников, и по ним стало ясно, что с её последнего курса Северус Снейп стал ещё более апатичным и грубым. Его самого ей увидеть ещё не довелось, но зная даже то, каким Снейп был на её шестом курсе, сталкиваться с ним в ближайшее время не хотелось. Но вопреки её желаниям, первый в этом учебном году для неё урок именно зельеварение. Возвращаясь к квиддичу. Ей всегда очень хотелось принять участие хоть в какой-то активности в школе. Стать частью команды было неплохой идеей, но по словам Гарри, решение нужно было принимать быстро, так как на носу игра. — Ладно, — после длительных раздумий с улыбкой заключила Мелисса, — я приду на пару тренировок, на пару тренировок, но ничего не обещаю. — Круто! — Обрадовался Уизли, не отвлекаясь от еды, — Джинни и я тоже играем. Я — вратарь, а она — охотник. Наконец-то команда в полном составе. Утрём нос этим слизеринцам. — Да, Вуд был бы доволен, — с гордостью сказал Гарри. — Вуд? — переспросила Мелисса. — Бывший капитан команды. Гриффиндорцы ещё что-то обсуждали. Рассказывали ей о квиддиче, спорили, кто самый сильный противник, набивая рот яйцами и тостами. В Большом зале собиралось всё больше людей. Мелисса даже заметила чёрную развевающуюся мантию Слизеринского декана. Но больше всех среди учеников выделялся тот самый мальчик, которого она вчера заметила в Хогсмиде. Необычный цвет волос позволял отличить его от многих других учеников. Наверное, Мелисса со стороны выглядела такой же белой вороной. Хотя скорее красной, чем белой, белой вороной был слизеринец, на котором остановился её взгляд, в то время как сама девушка блуждала по венам разума. Если смотреть со стороны можно подумать, что она просто засмотрелась на него, в каком-то смысле это было верно. Так решил и он сам. Поймав на себе её задумчивый взгляд, он состроил саркастичную улыбку и поднял бровь. Он пытался производить впечатление авторитетного и притягательного слизеринца. Пока что из всего того у него получалось только третье. Мелисса вновь обрела осознанность и отвела взгляд, избегая дальнейших гляделок. На напыщенных слизеринцев она уже насмотрелась. — Кто тот мальчик слизеринец? — Спросила она у Гермионы, кивая на него головой. — О, это Малфой. — Сказала Гермиона, отвлекаясь от дискуссии с Джинни. — Ты должно быть слышала о них. Самая правильная чистокровная семья в мире магов. И все они никогда не упускают возможности напомнить об этом при любом удобном случае. — Да, доводилось пару раз слышать, — задумчиво ответила Мелисса, вспоминая пару встреч с Люциусом в министерстве. — Я почему-то думала, что их сын намного старше… — О смотри. — Джинни постучала Гермиону по плечу, указывая куда-то наверх. Мелисса тоже подняла голову. — Почта! Здесь должно быть то самое письмо от мамы. В Большой зал влетела пёстрая стая сов, быстро заполонивших собой всё пространство так, что под кожу закралось скользкое чувство страха того, что одна из них сейчас упадёт тебе прямо на голову. Мелисса зажмурила глаза и опустила голову, прикрываясь руками. Сова на неё не упала, но в опасной близости от неё приземлился конверт с письмом и свёрнутый в трубочку рулон еженедельной газеты. Когда сов стало значительно меньше, в распахнутое окно влетела большая яркая птица, напоминающая заходящее солнце. Кончики перьев хоть и были покрыты грязью, но это не умаляло её красоты. Она держала в согнутых лапах небольшой конверт. Увидев её, на лице Мелиссы засияла детская улыбка, а рука уже по привычке вытянулась, позволяя фениксу отдохнуть от долгой дороги рядом со своей хозяйкой. Те немногие, кто заметил феникса провожали его удивлёнными взглядами, вплоть до того момента, пока он не примостился на руках Мелиссы, бросив письмо перед хозяйкой. Она пальцем погладила феникса по его крохотной головке и руками расправила несколько замявшихся перьев. Птица не стала отмахиваться от её прикосновений, а просто смирно сидела, закрыв глаза. Через минуту феникс улетел, пуская по ветру пару ярко-красных перьев. Мелисса взяла в руки письмо, игнорируя удивлённые расспросы гриффиндорцев. На конверте бегающие буквы складывались во вполне понятную надпись, от которой её сердце затрепетало. Она быстро разорвала конверт и с бешено трепещемся в груди сердцем прочитала: «Здравствуй, Мелисса. Услышав от Макгонагалл новость о твоём возвращении, я всё бросил и поспешил вернуться в Британию. К слову, твой феникс уже ждал меня здесь. Зайдя на порог родительского дома, я тут же поспешил написать тебе. Я буду очень рад, если ты не забыла о времени, что мы провели с тобой вместе. Это были лучшие годы в моей жизни, и я надеюсь встретиться с тобой в ближайшее время. За все эти десять лет у меня было к тебе очень много вопросов, но всё забылось в один миг. Ты так внезапно пропала и так же внезапно и появилась. Так что просто хочу сказать, что всё ещё дорожу нашей дружбой. Кстати, мои братья и сестра тоже сейчас в Хогвартсе. Буду рад, если вы найдёте точки соприкосновения. Обо всём остальном хочется поговорить при встрече. Надеюсь у тебя получится приехать к нам на Хэллоуин. Родители будут не против. Если нет, я найду время приехать в Хогвартс сам. Буду с замиранием сердца ждать нашей встречи. Пожалуйста, напиши, как можно быстрее.

С уважением, твой Билл Уизли»