Revolt Space. Dalis.

      Когда-то давно на почве хаоса и разрухи образовался зыбкий мир. Расы объединялись, создав альянс Неко, империю Кондра. Кто-то предпочитал держаться в стороне, со временем переросшие в гетто галактики, куда стекались различные преступники, пираты и те, кого не интересовал мирный устрой. Разумные машины решили обосноваться на руинах старых цивилизаций, образовав мощную империю Асимо. Насекомоподобные существа тянулись к захвату галактики, однако встречали отпор Асимо с одной стороны и загадочной расы Клето с другой. А Войды, стремящиеся поглотить всех и вся из центра галактики, встречали отпор со всех сторон. Благодаря всему этому, сохранялся тонкий баланс, не позволяя вернуть галактику в тёмные времена.       Однако у Корина всё больше и больше складывалось впечатление, что всё летит в задницу. Империю Асимо охватил кризис, благодаря новому жёсткому устою. Разведчики даркнета докладывали о волнениях в цивилизации Клето: с их сектора усиливался загадочный сигнал неизвестного происхождения. Различные артефакты, по типу покрова, и различных рас во второй четверти галактики. И пока ещё не принятый во внимание вирус на фронте Кондры. «По недавним сводкам и хакнутым сетям Кондры, ситуация на фронте становится ещё более нестабильной. Мы нашли подтверждения трём поверженным неизвестным способом аванпостам. Различные улики указывают на информационный способ, хотя непонятно, каким образом он обходит все защитные системы и уничтожает даже полностью изолированные структуры»       Так или иначе, он не хотел, чтобы мир погиб, однако заинтересованности в его сохранении у Корина было совсем немного. Мысли постоянно крутились вокруг Арсил, единственного, что давало интерес его жизни.

***

      Арсил в своём обжигающем безумии уничтожала органиков одного за одним, поглощаясь ритмом битвы. Ей хотелось насытиться сполна, пока не начался отпор, хотелось утолить свою бесконечную жажду мести, жажду справедливости. Развернув сеть, она прыгала от одного узла к другому, возбуждение вело её, ей хотелось получить ещё больше и ещё сильней. Кружась в манящем танце боя, она перестала вести счёт и какой-либо план, лишь оставляла автономные программы, разработанные когда-то, когда ещё существовали остатки рациональности.       Когда она остановилась передохнуть от очередного оргазма, из недр её души поднялась жгучая волна холода, словно миллиарды острых снежинок воткнулись в её сущность. В этот же момент она захлестнулась обидой, пустотой и обречённостью, в ней снова вспыхнул гнев. Бесконечный цикл, из которого не было видно выхода. Она бросилась в бой, жадно поглощая неудачно подвернувшиеся жизни, а постоянные перепады настроения только усугубляли положение. Арсил работала на износ.       Очередной аванпост попал в её цепкие щупальца — отныне всему его населению вынесен смертный приговор. Больше не было грациозных планов, насладившись первыми жертвами, подключёнными к нейроинтерфейсу, она принялась за основное блюдо. Видя, как подключённые с воплями пали в конвульсиях, все начали паниковать. Подготовленный персонал пытался какое-то время противодействовать вирусу, но всё было тщетно. По корпусу прошла ударная волна, заставив металл жутко скрежетать. Под звуки ада все бросились хаотично бежать. Всюду доносились взрывы, в воздухе витал запах страха и различного рода масел, под ногами лежали тела, разорванные осколками.       Самые интересные — те, кто выжил, это десерт. Трусы, спрятавшиеся по закоулкам. Арсил нравилось наблюдать, как её насильники тряслись от ужаса, пока за пределами их укрытия доносились предсмертные крики.       Принеся серьёзные увечья станции, она небрежно загрузила данные для уцелевших роботов. Те принялись восстанавливать работу компьютеров хотя бы на критических уровнях. Каждый вычислительный ресурс расширял её сферу влияния, позволяя открывать новые горизонты удовольствия. К сожалению, выживших на станции ждала печальная участь: роботы хоть и не были запрограммированы на охоту, но не оставляли в живых никого, а тех, кому удалось скрываться, ждала медленная мучительная смерть.

***

      Словно во сне Корин брёл в сторону порта; последний раз, когда он пытался заснуть и заткнуть эти долбанные голоса в голове, пострадало убранство его комнаты. За поломанную тумбочку и несколько глубоких рваных царапин на облицовке комнаты ему пришлось заплатить. Сейчас же его терзала дереализация, словно он наблюдал за миром вокруг под кишащий ком мыслей в голове. Попытки обуздать телепатию не увенчались успехом.       Проходя пограничный контроль, ему несколько раз приходилось доказывать свою с трудом сохранявшуюся адекватность. Не без помощи своего влиятельного положения и заслуг перед империй он попал на борт, где как можно быстрее добрался до своей каюты.       Отдаление от станции позволило немного прояснить разум: голоса в голове утихли, но столь желаемого спокойствия Корин не получил. Глухой вой челнока проникал в самые отдалённые куски разума, а малейший шорох заставлял обезумевший мозг реагировать выбросом гормонов, результатом которых было обострение всех чувств. Введя себе ещё несколько доз успокаивающего и покровоблокаторов, он попытался отдохнуть от постоянного стресса. Корин словно утратил контроль над своим телом и разумом, пребывая отдельно от них. Всё, что оставалось, это воздействовать различными препаратами и пытаться подчинить их себе обратно.       Немного стабилизировав своё состояние, он обдумал дальнейшие шаги. Нельзя было расслабляться: если бы кто-то заметил его поведение, это могло бы вызвать некоторые проблемы. Поэтому он взломал систему и подменил показания камер — теперь можно было не волноваться за это. Далее пришли мысли о том, что же будет, когда он спустится на поверхность планеты, если всего лишь станция уже так воздействовала на него. В любом случае, вариантов не оставалось.       Проведя остаток путешествия в моральной и психологической подготовке, Корин уже чувствовал себя немного уверенней. Как внезапный могильный холод охватил его тело, разум начал вновь вырываться с поводьев, приходя в панику. Фигура девочки, маленькой милой рептилии в углу каюты. Она всегда там была?       Мысли застыли в густом вязком холоде под стеклянным взглядом фигуры, страх сковал его тело. Корин пытался вернуть самообладание, но разум не слушался. Силуэт девочки начал медленно покрываться солью, которая разъедала и крошила её плоть. Эхом послышался плач, проходя прямо сквозь душу. Плотность воздуха изменилась; после оглушительной вспышки, которая помутнила весь остальной мир, он погрузился в осколок воспоминания. Пульт управления, приказ.       В следующий миг Корин ощутил, как его тело обдало адским огнём, как чешуя и кожа медленно расплавлялись, как плоть стекала с его костей. Силуэт девочки обратился прахом под ударной волной. В комнату, обволакиваемая языками пламени, вошла Арсил. Её оранжево-алые волосы колыхались на разогретом ветру. Её рубиновые глаза с жёлтой каёмкой целеустремлённо смотрели перед собой. Она медленными уверенными шагами прошла сквозь пылающую каюту, достала огненный меч и снесла ему голову.       Корин очнулся словно в печи. Он сходил с ума, ему даже удавалось это понять, но ничего с собой поделать он не мог. Приняв ещё лекарств, он понял. Всё, что оставалось, это двигаться к цели.