Худшие страхи

      Все молчали. Лишь Варя иногда вскрикивала, когда Настя смазывала ее руки от порезов. Лес хоть больше не подавал признаков жизни, но и не перестал быть таким зловещим. Деревья словно расступились перед командой, можно было наконец увидеть небо. Как только страхи пропали, Настя, словно придя в себя, начала суетливо искать свою сумку. Найдя ее, она вытащила из нее белую полумаску и надела, скрывая страшные следы на левой стороне лица. Женщину била дрожь, она плакала. Девочки хотели ей помочь, но не могли найти слов. Пережитый ужас почти не укладывался в подростковых умах. — Вот так, Варя, — Настя закончила с лечением. — Скоро пройдет. Влад, можешь отпускать. Влад! Князь вздрогнул и с неохотой выпустил Варвару из объятий: пока Настя наносила мазь, волшебница ветра сильно извивалась от боли, поэтому пришлось ее держать. Влад сел лицом к костру, который они разожгли прежде чем их всех поглотила тьма. Огонь не грел заледеневшую кровь парня. Он не знал, куда деться от мыслей и призраков, которые хоть и давно пропали, но память упорно продолжала пытать. — Сегодня ночуем здесь, а завтра обратно в город… — метаморф стерла последнюю слезинку с щеки и выдохнула спокойно. — Нам очень жаль, Анастасия, — Снежка ласково погладила певицу по плечу. — Это было ужасно… И ваше… — Как будто пережила все еще раз по новой… Простите, ребята, я так вас подвела… Опять мои амбиции и жажда приключений… — ПРИКЛЮЧЕНИЙ?! — взорвался Влад. От его крика даже воздух задрожал. Стая птиц вспорхнула в небо. — Тебя только это сейчас волнует? Этот страх… Твой… Ты же знала об этом. Не могла не знать! И все равно пошла. Что-то не видно, чтобы ты была сильно уж подавлена или рассержена. — Влад, — позвала его Алена, но Настя подала останавливающий жест рукой, не отрывая глаза от князя. — Ты ненавидишь меня? Скажи честно! — настаивал парень. — Зачем тебе это? — Потому что… Так и должно быть. Ведь я это заслужил. Я сам себя за все это ненавижу! Моментально патруль оживился. Ребята просто не были готовы к такому заявлению от скрытного и вечно ироничного князя. — Просто… — Влад осторожно подбирал слова. — Этот страх… Почему он был таким ужасным? Потому что он не только твой, Настя, но и мой. — Ты что же, боишься самого себя? — не поняла она. — Не себя, а своего прошлого. — Влад скорчил гримасу боли, глядя на всех, но все же продолжил: — Ладно, раз уж мы теперь все друг про друга знаем, так и быть побуду сегодня откровенным. Было знаете ли время посидеть и подумать. Проанализировать свои поступки. Я жил одной лишь войной и властью. Хотелось всего и сразу. Битв для подчинения мира сказок было много, но я почти все проиграл. Пришлось прибегнуть к хитрости. Привлекал шпионов: подкупал, угрожал… — парень перевел взгляд на Настю. — Ты же по своей доверчивости и в память о былой дружбе и своей… влюбленности, — Влад иронично улыбнулся, — рассказала все, что мне нужно было. Но даже это не помогло. Я недооценил волшебников. И как выяснилось слишком недооценил. И подумать не мог, что ты полезешь в самое пекло! Впрочем, это как раз было в твоем духе. Но все равно… Какого черта, Настя?! — Тогда на бой шли все, не только мужчины… Нужно было защищать родину. Родину, которую я предала… Которую мы собирали буквально по осколкам. — А нам в колледже рассказывали об этом как о великой победе над злом. Без обид. — Подала голос Маша и покосилась на Влада. На это тот лишь закатил глаза. — Конечно, историю пишут победители. — Да никто ее не писал, Влад. — Возразила Настя, убирая прядь русых волос за уши (благо магия понемногу возвращалась к ней). — После того, как портал закрыли, мир Сказок остался в изоляции разгребать все, что произошло за годы войны. Сколько магов погибло или было ранено… Не знаю, по какой причине так быстро стремились закрыть портал, мы даже не успели унести раненых и погибших с поля боя в мире людей… Вроде бы Морок был пойман и лишен способности менять обличия… Но Василиса настояла, надавила на совет колледжа. Они приказали Ядвиге и Кощею портал закрыть, ключи хранить… Ну, а нам, простым смертным пришлось только подчиниться. — Метаморф замолчала, заметив заинтересованные лица Маши, Вари и Снежки. — Полагаю вам именно эту часть рассказывали на уроках? — волшебницы закивали. — Подробности всегда скрывают или что еще страшнее — искажают. До сих пор терпеть не могу исторические книги! — Что тут происходило? — Аленка заёрзала на месте. — Расскажите. — Ну хорошо. Первые несколько месяцев после закрытия портала были самыми тяжелыми. Раненных нужно было лечить, а погибших… хоронить. Ресурсов не хватало, волшебники истощали свои магические запасы и силы… Правлению было не до нужд народа, каждый был сам за себя. Изменился не мир, а мы сами. Раньше Сказочный мир был одной большой семьей, а теперь каждая страна, каждая семья стала жить сама по себе, заботясь только о своих проблемах. Исчезли краски, которыми всегда так пестрил мир Сказок… Но нельзя было вечно жить в трауре. Нужно было жить дальше, строить новый мир. Снова начали работать школы, галереи, театры… Не хочу хвастаться, но мы вместе с Морганой буквально по кирпичикам собрали наш театр. Искали труппу, сначала временную… — Моргана? — нахмурился Влад. — А, это та с конкурса что ли? — Ага. Сейчас она в круиз уехала со своим… принцем. Подростки тихонько прыснули, вспоминая эту сладкую парочку. — Не очень мудро она поступила, уволив Ворона, я так считаю. Да, он нечестно поступил. Да, он — законченный карьерист и старался заразить этим всех и каждого, но управленец из него был что надо! Всегда все было четко, как по нотам. — Настя замолчала, заметив, что ребята совсем поникли. Аленка уже третий сон видела, уронив голову Саше на плечо. Снежка мирно посапывала, положив голову на колени Сидорова, и только Маша с Варей еще старались держаться. — По моему, на сегодня историй хватит. И так страху натерпелись. Спальные мешки как можно тише вылетели из Настиной сумки и ласково обняли подростков. — Вот так, — певица еще раз проверила Варины руки. — Завтра все уже пройдет. — Она обернулась на Влада. — А ты чего не ложишься? — Не спится что-то… — Хочешь поговорить? — Нет! — последовал резкий ответ. Какое-то время князь и певица сидели молча. Костер горел тихо, дрова потрескивали. Настя чувствовала спокойствие. Что-то заставило ее тихонько хихикнуть. Она задрала голову к небу, прикрыв глаза, и улыбнулась. — Когда-то давно… осенью… мы также сидели в лесу, у костра… Трое мальчишек и я… Или вас было пятеро? Да, точно. Вы все травили байки с тренировок или строили планы, как разыграть воеводу, чтобы он наконец ответил за все «унижения», которые вам приходится терпеть на тренировках. Бедные мальчики… Но больше всего меня «радовали» ваши песни после пары глотков медовухи. Пусть уши и заворачивались в трубочки, как желтеющие листья, но вы тогда были такими… милыми что ли… Эх, вот такие воспоминания не давали мне разувериться… — В чем же? — прорычал Влад. Чем больше его бывшая подруга говорила, тем быстрее росла его злость. — Объясни мне! Откуда в тебе столько… спокойствия, а? Ты ведешь себя так, словно я не… искалечил тебя на всю жизнь… — Тише ты! Чего орать? Ребят разбудишь. А насчет раны… Она заслужена. В этом мое наказание за предательство. Легко все разрушить, легко доверие друзей потерять, а восстанавливать ой как не просто. Ты и сам видишь. — Метаморф покосилась на патруль. — Так ты… правда не сердишься на меня? — Когда-то сердилась. Очень. Молилась, что ты умрешь в муках в темнице… Теперь это прошло. Прошлое сгорело. Окончательно. А то, что нас связывало… не было любовью. Увлечение? Да. Страсть? Вполне. Но этого для настоящей любви ничтожно мало. Я это поняла, когда встретила Андрея. — Везучая ты. Мечтала о любви, семье и детях… Вряд ли я бы был способен дать тебе это. — Вздохнул Влад, подсаживаясь к Насте поближе. Не костер его согревал теперь, а тепло бывшей… любов… нет, подруги. Внезапно князю захотелось, чтобы его кто-то обнял, улыбнулся… Впервые он так остро ощущал желание оказаться рядом с кем-то родным. Настя, словно прочитав его мысли, осторожно коснулась его плеча. Парень невольно раздвинул губы в улыбке. Спокойной и доброй. Такой не было никогда… Или слишком далеко в прошлом, поэтому князь не помнил. — Человек по своей природе силен, Влад. — Настя по-дружески сжала его ледяную ладонь. — И ему не нужны никакие магические способности, не нужно себя переделывать, чтобы быть увереннее или сильнее. Человеческая сила в сердце, в вере, в смелости… Но ты ничего не сделаешь без друзей. К счастью, они у тебя есть. Постарайся быть… искренним. Князь убрал руку и сжался. — Но кроме Аленки в меня, кажется, больше никто не верит. Колючка так вообще… — Ты сам в себя поверь, тогда и остальные поверят. А Варвара… Ну, не все девушки такие доверчивые и доступные, как я. — Настя приободряюще толкнула парня плечом. — И еще вот, — она показала серебряный кулон, по форме напоминающем лепесток цветка, висевший у нее на шее. — Это?.. — Влад не верил своим глазам. — Ты сохранила его? — Конечно. Ты же попросил. Помню, сказал, что кулон — все, что осталось от твоей семьи. Попросил беречь. — Она расстегнула замочек и вложила кулон в руки князя. — Держи. Лучше пусть он будет у законного владельца. — Спасибо, Настя. — И они пожали друг другу руки. Совсем как в былые времена. Внезапно цвет костра изменился, стал небесно голубым. От шума все тут же проснулись. — Что, опять? — Вася с большим трудом выбрался из своего спальника. — Спокойно, — остановила их Настя, — кажется… Это и есть цветок! — Ты права, волшебница. — Раздался голос из огня. — Сила того цветка, что многие ищут, заключена в самой простой на первый взгляд вещи — искренности. Ведь говорить кому-то правду или доверить дорогому человеку то, что творится на сердце — так просто. Но почему же мы всегда боимся быть искренними? — и не дожидаясь ответа голос пропал, а пламя снова стало привычного цвета. — Так… — Аленка запустила руку в растрепавшиеся волосы, — и что мы скажем лепрекону, когда он спросит про цветок? И как нам выпросить у него пароль к артефакту? — Какому артефакту? — нахмурилась Настя. — Путеотводному. Он нам подсунул его вместо путеводного. — Ага, а я эту штуку через весь город тащил! — проворчал Влад. — А на обратной стороне коробки вы смотрели? Или все, что мелким шрифтом? — поинтересовалась певица. — Есть фотография? Подростки переглянулись между собой, потом Маша включила в телефоне фотографию той коробки и просканировала все надписи на ней. — Точно! Вот, нашла. Пароль… Прочитав перевод, вся компания повалилась со смеху. И только у Влада от всего этого нервно задергался глаз.

***

      С той вылазки в лес страха прошло около недели. Все вернулось в привычное русло. Теперь патруль свободно мог входить и выходить из мельницы без риска, что ее кто-то найдет. Для поисков путеводного артефакта Настя посоветовала девочкам сходить в национальный архив. Теперь хранительницы не только охраняли покой в городе, но и тратили часы, прочитывая фолианты. Мало того, что у Рыжовой на это дело хватало мало терпения, она не могла ни на чем сосредоточиться дольше пяти минут, так еще и за Варварой стали замечать какую-то… несобранность. Лидер команды все чаще уходила в себя, отвечала невпопад… К тому же на мельнице на ее кровати стали вдруг появляться милые подарочки: букетики лаванды, сладости… Правда быстро стало известно, что это проделки Влада (один раз парень просто не успел скрыться, так как Дракоша выхватил у него из рук коробку со сладкими фигурками). Конечно, князь наспех отшутился в стиле «спаситель твоей фигуры, Колючка», за что получил по голове сначала подушкой, а потом Варя запустила в него вазой с вчерашним букетом лаванды. Но парень продолжил свои шаги по завоеванию сердца дочери ветров. Они даже прогуливались пару раз, правда почти все время молчали, но кто сказал, что чтобы научиться понимать друг друга, обязательно нужны слова? Варя по первости еще относилась к Владу с привычной неприязнью, все время старалась его уколоть или оскорбить, при этом краснея. Это было знаком, что все движется в правильном направлении. Общее у этих двоих с царскими замашками оказалось только одно — музыка. Живая. Влада к этому Настя приучила в свое время, а Варя едва ли не с пеленок училась играть на различных музыкальных инструментах. Так, они вечерами выбирали какое-нибудь красивое место в черте города, и Варвара играла, или они просто слушали концерт природы. Владу с трудом, но удавалось вывести девушку на откровенный разговор: например, о семье или детстве. Волшебница мрачнела в такие моменты. «Ничего-ничего,» — говорил себе князь. Мало-помалу лед таки тронулся. Варя во время такой же вечерней прогулки впервые назвала Влада по имени. Парень почувствовал, как в груди разливается тепло. То самое в котором он стал так остро нуждаться. То, которое заронила в его темной душе Настя. Саша и Вася тоже последовали его примеру, стараясь как можно больше времени проводить со своими симпатиями. Наверно в такое время только Маша чувствовала себя немного не в своей тарелке. Шушик как мог утешал ее, развлекал, даже собрал маленький букетик полевых цветов. С Настей компания после той вылазки почти не встречалась: в театре готовилась большая премьера, и певица была загружена по самые уши и выше. Но за пару дней до премьеры она пригласила всех на финальный прогон. Должны были быть волшебная пресса, фотографы и друзья актеров. Девочки как на настоящий спектакль собирались, наряжались. Парни тоже не подкачали. Но стоило всей компании подойти к театру, сразу стало понятно, что-то не так. Парадные двери были словно… вырваны с корнем и разнесены в щепки. В большом зале ситуация была не лучше: целые ряда кресел просто снесли, как ряд костяшек домино. На некоторых сидениях виднелись огромные следы когтей. Пресса бегала за каждым актером, пытаясь выпытать хоть какую-то информацию. Но никто не смог ничего рассказать. Просто как ни в чем не бывало шла подготовка к прогону, потом провал и все проснулись, словно после тяжелой болезни. — Ого! — Маша включила свои очки. — Тут словно была битва… — и тут в поле зрения волшебницы оказались камеры наблюдения. — Ага! Камеры не повреждены, значит можно узнать, что тут произошло. — Так, а вы кто такие? — путь девочкам преградил внушительных размеров охранник. — Мы — Сказочный патруль! По указу Сказочника мы охраняем город от… — Раз так, то где же вы были, патруль? Тут такое было! — И что же? Нам нужно посмотреть записи с камер наблюдения. — Отчеканила Варя. Записи с камер наблюдения. Большой зал. Время: 16:10:34… 35… 36…       В театре как обычно суета: все наряжаются на прогон, готовятся так, как на настоящий спектакль. На сцене уже все было готово. Настя расхаживала по сцене в своем роскошном платье, распевалась. Внезапно ее привлек какой-то шум. Словно бы взрыв. Группа осветителей и бутафоров, которые работали за кулисами как один попадали в обморок. — Эй, что за черт! — певица подбежала к работникам театра. На одежде она нашла следы какого-то порошка. — Что это за дрянь? — понюхала. — Сонный порошок… Концентрированный. Кому это?.. В зале слышится хриплый, лающий смех. — Отдай! Сейчас моя очередь! — шепелявил один. — Отстань! Это место искусства, а у меня самые тонкие, музыкальные пальцы. — прохрипел второй. — Мы точно всех усыпили? — Вроде всех. Осталось только среди всех найти ее. Настя, не мешкая вышла на сцену. — Эй, вы! В темноте она не видела лиц непрошеных гостей, но зато хорошо горели две пары собачьих глаз. Волколаки, радостно оскалившись, подошли ближе к сцене. Тощий достал какую-то маленькую вещь, похожую на шкатулку. — Многие мои поклонники придумывали самые невероятные и безумные способы, чтобы встретиться со мной, — недобро усмехнулась метаморф, — но такого… — Да, мы давно мечтали познакомиться с вами. — Рассмеялся тощий, вытягивая руки вперед. Его товарищ тем временем заткнул себе и ему уши затычками. — И кое-кто еще просто жаждет лицезреть вас! Тощий волк начал крутить механическую музыкальную шкатулку. Мелодия была красивой, но как только начала играть, ноги Насти стали обращаться в камень. — Магия Горгоны и Сирены в одном флаконе… — женщина потерла ладони. — Ну ладно, песики… Хотите музыки? Сейчас будет! И метаморф принялась петь все арии и песни, какие знала. Не сразу, но ей удалось перепеть мелодию шкатулки, а волколаков отбросило волшебной волной на зрительные ряды. Толстый при этом сел на шкатулку. А Настя все пела. Ее голос оказался гипнотическим. Волколаки моментально стали самыми ласковыми собачками на свете. — Вот так, мои хорошие, — певица поманила их к себе. — Сидеть. Служить. Ай да умницы! Пупсики вы мои… Кувырок. Все команды волколаки выполняли моментально и делали это довольно неуклюже и смешно. Настя похлопала в ладоши и наколдовала мячик. Псы в предвкушении завиляли хвостами, высунув языки. — А теперь — апорт! Волколаки, заливаясь радостным лаем, кинулись из зала за мячиком. Настя только весело рассмеялась им вслед. — Ну она дает! — Аленка буквально сложилась напополам от смеха. — Так их! — Тише, Аленка. — Шикнула на нее Маша. — Это еще не все. Далее на записи ребята увидели, как из темноты зрительного зала к Насте выплыл, другим словом это не назовешь, некто, скрытый капюшоном. Влад глазам не поверил. «Это он… — голос этот парень не с каким бы не спутал. — Повелитель…» Записи с камер наблюдения. Большой зал. Время: 16:25:03… 04… 05… Неизвестный длинно хлопал в ладоши (явно «оценил» Настин трюк с его непутевыми слугами), говорил вкрадчиво и зловеще. — Наконец-то мы с тобой встретились, Анастасия. — Вы? Тот самый Темный Повелитель… Наслышана. Из-за вас столько шума. — От тебе пободных его не менше. Я лишь исполняю долг. Но довольно пустой болтовни. Скажи, где найти Морока и этих новых хранительниц, и может, будешь жить. — Кто это? — суетилась Аленка, дергая Влада за рукав. — Это Повелитель? Точно? — Судя по всему да. — Маша попыталась просканировать запись голоса, но не выходило. — Не могу понять, кто под капюшоном. На голосе… искажающее заклинание! Записи с камер наблюдения. Большой зал. Время: 16:27:50… 51… 52… Анастасии стало смешно. — Неужели вы думаете, что я выдам вам моих друзей? Ни за что! — Не надо этих пафосных речей, мы не на дешевой драме. Впрочем, я рассчитывал на такой ответ. Девочка, мечтающая о приключениях… предавшая свой народ из-за амбиций и призрачных золотых гор… Думаешь, героизмом смыть с себя это позорное пятно? Предала один раз, предашь и второй. — Не пытайтесь меня уколоть. И к вам я никогда не присоединюсь. Вам не удастся погубить наш мир! Повелитель сделал пальцы в черных перчатках домиком, потом сказал: — Ничего-ничего, скоро все это изменится, моя дорогая метаморф. Жаль, ты это не увидишь. — Что бы вы не планировали, Патруль вас остановит! — Эти девчонки не ровня мне. Точно как и твой дружок Морок. Вот дурак… Думал, что я исполню его жалкую мечту… И эта война. Он отлично мне помог убрать потенциальную угрозу — тех, кого сейчас называют ветеранами войны. Лишь они могли хоть как-то противостоять мне. К счастью, из них остался только один. Ты! — он запустил более мощную шкатулку. Настя снова принялась перепевать мелодию. — Ты не сможешь вечно бороться с этой силой. Твоя душа и магия будут идеально смотреться рядом с твоими братьями. — Что? Мои?.. НЕТ!!! На этот раз певица проиграла. Шкатулка, как пылесос засосала ее душу и магию, обратив тело женщины в камень.       За тканью задника патруль нашел окаменевшую Настю. А рядом с ней записку на сказочном. — «И так будет со всеми, кто станет помогать Сказочному патрулю и Мороку». — Перевела Маша. Аленка краем глаза глянула на Влада. Парень от приступа ярости скрежетал зубами, а его руки сжались в кулаки. — Что он с ней сделал? — Варя обошла статую со всех сторон. — Это какая-то очень мощная темная магия. — Предположила Маша. — Раньше Повелитель никогда не появлялся в открытую. Так? — Варвара посмотрела на статую Насти и потом на Влада. — Как? Как он узнал? На это ответа ни у кого не было. И теперь, когда самые опасные противники были повержены, Повелитель мог наконец выйти из тени и начать действовать. «Ты заплатишь за это… — процедил князь. — Клянусь! Морок уже близко!»