вне этого мира.
3 марта 2021 г., 10:10
в их маленьком мире бушует небывалый шторм, но им совершенно не страшно, потому что прочнее сплетенных воедино пальцев нет ничего. и быть не может вовеки.
«объятый облаками и искрящийся в лучах солнца холод.»
хосок ночами не спит, складывая в уставшей и гудящей голове строчки, собирая цельную картину из сотен мыслей и слов, которые пришли в течение дня. чон - эстетика закатного солнца, теплой вымученной улыбки и холодного кофе со льдом в пик жары, невесомых касаний, едва задевающих кожу и признаний в бесконечной любви шепотом на ухо в три ночи, когда звезды заменяют заинтересованных зрителей, внимая словам преисполненных нежностью.«сейчас мы летим по ветру в то самое место.»
юнги его полная противоположность, сейчас он прижимается к горячему телу рядом, размеренно дыша куда-то в ребра, согревая хосоку сердце. чон ощущает спокойствие и уверенность в завтрашнем дне, пока рядом слышно дыхание его неотъемлемой части, образующей с ним одно целое, он знает, что наступит завтра, послезавтра и вечность.«на душе — то, что успокаивает меня.»
мин - эстетика раннего утра, когда солнце едва показывается из-за горизонта, обнимая землю своими лучами, зеленого чая с мятой в пасмурный день без дождя и шоколада, подложенного в сумку утром незаметно для взгляда любимого, чрезмерной сухости в словах нежности, но самого преданного взора из-под опущенных ресниц.«один под синим светом луны.»
хосок обнимает юнги за плечо, поглаживая изредка, смотря в противоположный угол комнаты, где на столе стоит ночник в форме полной луны, отдающей на смежные стены голубоватым свечением. в голове так много слов, многие из них одиноки, потерявшие рифму, чон откладывает их до лучших времен, не смея забывать насовсем. когда-то ему казалось, что он одинок, но появился юнги.«я пою о своей печали.»
хосок шепчет строчки, пришедшие ему в на ум, под ритм сердцебиения юнги, размазывая окончания слов языком по нёбу. любовь объективна, субъективна и доказать ее невозможно, нет теорем, правил или законов, есть чувства, есть люди с разным восприятием мира и его отдельных частиц. у хосока внутри голубой океан печали и нежности, в водах которого он топит юнги, утягивая на дно, где темно, но совершенно не страшно, потому что пальцы сплетены, губы к губам и мысли разделены на двоих. юнги ощущает внутри пустоту и тоску, вечно ноющего сердца, которое сохраняет в себе каждого, кто смог коснуться его. он поднимает хосока к небесам, окрыляя, разделяя свои крылья на двоих, отныне они одно целое.«взвешиваю хладнокровие и страсть, не терпится увидеть, что произойдёт. но сейчас я просто хочу сгореть синим и умереть.»
Примечания:
хосоку и новой версии blue side.
