Жребий брошен

— Ну и что мне с тобой делать? — пробормотала я, смотря на Усоппа, которого Банкина оставила на моём попечении. На самом деле она оставила сына на мужа и его друзей, но по факту пираты были теми ещё бесполезными кусками мяса в работе с детьми. Поэтому благополучно Усоппа сдали мне на руки. Класс. Обожаю. Вот же суки! — Играть, — коротко выдал Усопп, неуверенно дёрнув меня за футболку, которую я подпоясала, превратив во что-то типа платья. Её любезно мне предоставила Банкина — у неё чуть волосы от шока не выпали, когда она увидела меня в латанной-перелатанной одежде как у какой-нибудь бродяги. Она очень-очень сильно хотела оторвать за подобное халатное обращение с ребёнком уши Шанксу, но бравого капитана от экзекуции спас Ясопп и я. Должен мне будет. Впрочем, восхищение бравой и безрассудной женщиной у меня всё же появилось. Вот кого надо было брать с собой на борт, а не Ясоппа, умеющего разве что стрелять. — Играть, — настойчиво повторил Усопп, на что я вздохнула, чуть присела, чтоб наши глаза были на одном уровне, а после спросила: — Во что мы сыграем? — Усопп задумался, но уже через секунду покачал головой, не зная и сам, чего хочет. Я тяжело вздохнула и повернулась к Ясоппу, который что-то обсуждал с капитаном. — Ясопп-сан, во что вы играете с Усоппом? — Играем? — удивился недо-отец, на что у меня дёрнулся глаз и появилось огромное желание врезать этому папаше, пока Бан не видит. В конце концов, меня бы всё равно оправдали. — Ах-ха-ха, я не играю с ним. Я учу его чисто мужскому ремеслу — стрельбе! Я закатила глаза на шовинистскую шутку и цыкнула. Но тут в моей голове что-то щёлкнуло. И, улыбнувшись аки Гринч в молодые годы, я повернулась к Усоппу и сказала: — Я знаю, во что и как мы будем играть.

***

С криками и проклятьями полутрезвые пираты, обстрелянные вишней с соседнего участка, стыдливо поджали хвосты и рванули в дом, матеря меня на чём свет стоит. А я что? Я гадостно ухмыльнулась, сожрав кислый боеприпас, а после дала пять мелкому Усоппу, который на удивление хорошо и быстро подавал мне ягоды для рогатки, ибо сам ещё не мог ей пользоваться, а вот смотреть, как сочные красные кругляшки оставляют пятна на одежде и лицах… Скажем так, его это очень интересовало. А я заодно навык стрельбы по живым мишеням улучшила. — Молодец, малой, далеко пойдёшь, — хихикнула я, потрепав его по кудрям. Мальчик аж засиял от похвалы. Приятно иметь дело с такими безотказными ребятами.

***

— Замочек! Замочек! — Ага-ага, — устало вздыхала я, держа Усоппа на руках. Я была намного сильнее своих сверстников, поэтому подобное проблемой для меня не было. Вот только стоять второй час около входной двери и смотреть, как малыш Усопп туда-сюда вертит несчастный замок с ручкой, было как-то муторно. Впрочем, чем бы дитя не тешилось, лишь бы не вешалось.

***

— Мудак, — довольно чётко ругнулся Усопп и радостно захихикал. В комнате воцарилась тишина. Даже мне пришлось оторваться от рисования абстрактной херни, чтобы посмотреть на малыша Усоппа, повторившего это слово ещё пару раз. В комнате как-то резко похолодало. Пираты вжали головы в плечи, а я пожалела, что у меня с собой нет попкорна. — Усопп, дорогой, кто тебя научил этому слову? — спросила Банкина, продолжая улыбаться, но её взгляд говорил нам, что пора виновнику строить ракету и съёбывать из этой солнечной системы, желательно даже в другую галактику. Усопп же приложил умилительно пальчик ко рту, а после улыбнулся матери в ответ и довольно чётко произнёс: — Дяди. Я ухахатывалась, уводя Усоппа по взмаху руки Бан из дому, дабы он не понабрался ещё больше плохих слов. И, вытирая слёзы, злорадствовала. Никто и никогда не узнает, что это целиком и полностью мой косяк. Шалость удалась.

***

Услышав чавканье, я удивлённо осмотрелась, оторвавшись от томика «Морского война Соры» — я наконец-то дошла до одной из самых интересных арок, где этот юноша сражался со злыми рыболюдьми и пытался освободить хороших рыболюдей, среди которых была и прекрасная принцесса-русалка, — чтобы обнаружить, что Усопп, сидящий и играющийся в кучке песка недалеко от меня, что-то активно жевал. — Усопп, малыш, а что ты кушаешь? — поинтересовалась я, подойдя к мальчонке. Он поднял на меня свои тёмно-серые глаза, прекратив жевать на секунду, а после выдал: — Не фнаню. Фафо плифло*. — Выплюнь! — в ужасе закричала я, понимая, что кому-то за подобную халатность в наблюдении за ребёнком оторвут уши. Угадайте с трёх раз, кому.

***

Мне нельзя доверять детей. От слова «совсем». И это при учёте того, что до перерождения я умудрилась отучиться год на специальности «педиатрия». Не-е, всего полученного мною опыта бы не хватило, чтобы сейчас найти мелкого Усоппа, который отпустил руку матери и побежал за неведомой хуйнёй. Надрывая глотки, бегая по малюсенькой деревушке Сироп, мы искали, сбивая ноги в кровь, эту малолетнюю заразу. А после, заплаканные и охрипшие, потащились домой, чтобы привлечь новую рабочую силу, а именно Шанкса и его команду. — О, а вы чего так долго? — обеспокоенно поинтересовался Ясопп, встретив нас на пороге. — И чего зарёванные? Я Усоппа не знаю чем кормить, а они шляются непонятно где! Не знаю, чего мне хотелось в тот момент больше всего: ёбнуть, да посильнее, Ясоппа, оторвать уши мелкому или просто снова разрыдаться, но уже от чувства облегчения, что шкет в полном порядке. Банкина же выбрала всё и сразу. Досталось даже пиратам рыжего…

***

Близился день отъезда. Мы набрали провизии, передохнули (жаль, что ударение не на «о»), починили корабль, обновили кое-какие вещи обихода и вроде как были готовы уплыть восвояси, забрав с собой канонира, но… Разве можно просто так оставить Бан-сан и Усоппа здесь? А вдруг что? Вдруг снова потеряется, как буквально три дня назад? Я слабо помнила, что стало с Банкиной в каноне. Что уж греха таить, я вообще позабыла, что у Усоппа была мать — почему-то мне казалось, что она умерла при родах. Но, так или иначе, оставлять эту хрупкую, пусть и не без стержня внутри, девушку было невыносимо. Должен быть какой-то выход, должен! Ни один ребёнок в мире не заслуживает того, чтобы расти в неполной семье. Из Ясоппа отец такой себе, но хоть какой-то. Он ведь любит Усоппа. И Бан любит. И пофиг, что у него мозгов с грецкий орешек. Не суть. Ведь Ясопп заботится — криво и неумело — о своей семье. Он в них души не чает. А его слова о том, что такой безответственный человек, как он, не достоин быть рядом со своей семьёй, и будет лучше, если оставить их одних, бесили меня до желания прописать Ясоппу по его тупой роже. Да кто ему вообще сказал, что матери одиночке и малолетнему сыну будет без него лучше?! А как же желание меняться ради близких? А как же, чёрт возьми, родительский долг?! Двуличный эгоист Ясопп!.. Вот только что я могу сделать?.. Думай, Эйс, думай! О!.. А кое-что ведь я действительно могу!

***

— Это ещё что такое? ЭЙС! — Нет, ну, а что? — невинно хлопая глазами, поинтересовалась я, попивая на камбузе чай с Банкиной, смотря чуть насмешливо на Ясоппа и Бенна, которые от шока не знали, что и сказать. — Это всё потому, что ты слишком много ей позволял, капитан, — проворчал старпом, когда к нам подошёл Шанкс. — Нет, это всё потому что вы пираты. И я пират. А пираты всегда берут то, что им нравится. Не так ли? — протянула весело я, прищурив глаза, прекрасно понимая, что играю с огнём. Шанкс смерил меня нечитаемым взглядом, потом посмотрел на Банкину — которую данная ситуация вообще не смущала, будто её каждый день похищают пираты и увозят без вещей и элементарного времени на сборы прочь с унылой деревушки, — и на Усоппа, довольно спокойно рисующего за столом рядом с нами, а затем громко басисто рассмеялся, утерев глаза от бусинок слёз. — Типичная Эйс, я даже не удивлён. Почему-то мне казалось, что подобным всё и обернётся. Гарп бы сейчас точно в обморок грохнулся, — показав мне знак «класс», просмеялся Шанкс. А Бенн только закатил глаза.

***

Тренировки по пробуждению воли продолжались. Но чёртова королевская воля упорно продолжала сидеть за дверью и подглядывать в замочную скважину, будто насмехаясь надо мной. У, сука! А вот воля вооружения как по маслу шла. Я могла её использовать стабильно и применять сама, но недолго и не слишком часто — Шанкс сказал, что с возрастом мой лимит увеличится, а пока мне остаётся только продолжать тренироваться и ждать. С волей наблюдения дела шли и того хуже. Я была слишком рассеянной и часто зависала в облаках, думая о своём. Шанкс за два месяца нашего путешествия попробовал это исправить, но в конце концов опустил руки, сказав, что, возможно, я, как и отец, просто не обладаю волей наблюдения. У Гол Д. Роджера её никогда не было. Хуёво, что я могу сказать? — Возможно, тебе ещё слишком рано всему этому обучаться, — сделал неутешительный вывод Шанкс, а после неумело пошутил, — зато теперь твоя воля хотя бы начала развиваться и стабилизироваться после всех тех физических тренировок, что я тебе даю. Согласись, неплохая альтернатива, да? Теперь ты бросаться на всех фурией перестала. — С чего ты решил? Может, я просто отдыхаю? — язвительно отозвалась я, за что схлопотала очередной подзатыльник. — Ауч! Капитан, ты мне все мозги решил выбить?! — Было бы что выбивать, — подъебал меня Шанкс и усмехнулся, я зло выдохнула, но замолчала. В чём-то рыжий был действительно прав: больше у меня не возникает желания броситься на всякого встречного-поперечного, который покажется мне мало-мальски сильным. А всего-то надо себя перетруждать физически, доводя организм до предела. Вот только к любому стрессу организм может привыкнуть, так что встаёт вопрос: надолго ли меня хватит?.. — Знаешь, Шанкс, спасибо, что попытался. Но, по всей видимости, я должна сделать всё сама. — Я так ничего и не смог сделать для тебя, малышка, — пробормотал капитан, без привычных колючих искр смеха и издёвки в голосе. «Я ничего не смог сделать в память о твоих родителях, о тех, кто меня воспитал, Эйс. Я бесполезен», — слышится мне. Поэтому шумно потянув воздух и прикрыв на секунду глаза, я подаюсь порыву и обнимаю рыжего. — И всё равно спасибо.

***

Я не заметила, как прошло ещё четыре месяца. Не поняла, каким образом мы снова оказались на Гоа, в деревне Фуша; не поняла непроницаемого взгляда Макино, яростного, а вместе с тем сквозящего неподдельным облегчением, крика Дадан и горных бандитов; не поняла слёз главы деревни. Всё это казалось мне чужим, отчего на подкорке сознания неприятно чесалась спинкой какая-то странная мысль. Оставшаяся неозвученной, ядовитым шипом впиваясь в мой язык.

Стоило ли мне возвращаться?

Я неуверенно попятилась назад, боясь, что могу снова причинить какой-то вред людям. Даже в глазах Макино я на секунду увидела беспокойство. И отнюдь не обо мне. Она довольно бережно обращалась с Банкиной, весело щебетала с пиратами, как и многие другие жители Фуши, а ещё… пару раз как бы невзначай скользила по мне взглядом. Совершенно не читаемым. Пре-лес-тно! Кажется, мне нужно проветриться и снова привыкнуть к окружению большого количества людей.

***

— Недолго музыка играла… — пробормотала я, смотря на белобрысого пацана, которого случайно встретила в Сером Терминале, когда решила прийти сюда и выплеснуть пар: с бомжами там подраться особо агрессивными, мусор попинать, поорать с берега, побегать от патрульных… Ну, всё то, чем я занималась буквально месяцев семь назад, когда получила от Дадан дубинку, которая, по её словам, «должна была сделать из меня человека, как когда-то труд из обезьяны». А тут этот шибздик: ни жив, ни мёртв. Хер пойми, чё с ним делать. — Везёт же мне на всякие пиздецовые события. Приблизившись к мальчишке и встряхнув его несильно, я спросила: «Алло, парень, ты живой?» Реакции — ноль. Действуя по алгоритму, вбитому мне ещё в прошлой жизни на подкорку сознания, я проверила дыхание и пульс. Всё было на месте. Но парниша не приходил в себя. Мда, дела… Бросить бы его и дело с концом, но проблема была в одном:

Это мой ебучий соулмейт.

Ещё раз посмотрев на красную ниточку, тянущуюся к белобрысому, и тяжко вздохнув, я сделала фейспалм, совсем не ожидая, что встречу одного из своих истинных так рано. Не судьба, а сука. Ну за что мне всё это?

***

— А-а-а-а-а! Ха… Где я? Что случилось?! — И тебе доброго утра, маленький горлопан, — хмыкнула я, еле удержавшись от того, чтобы треснуть хорошенько найдёныша. Напугал, паскуда! — Хотя правильнее будет сказать «доброго вечера». «Ты же взрослая, Эйс, держи себя в руках… Правильно, держи себя в руках, врезать кому-то ты всегда успеешь, а этого ты можешь ноукатировать ещё на два часа сна», — говорила я себе как мантру эти слова, медленно разжав кулак. — Где я? — просипел мальчишка, на что я всучила ему стакан воды. Пока тот жадно пил, я попыталась утолить его любопытство: — Сейчас ты находишься в домике горных бандитов. Я нашла тебя в Сером Терминале. Ты был без сознания, — делая небольшие паузы после каждого предложения, говорила я, прекрасно понимая, что передо мной сбитый с толку пятилетний сопляк, а значит воспринимать поток информации у него в нынешнем состоянии не получится. — Как тебя зовут? — Сабо, — тихо сказал мальчик, почему-то покраснев, а после потупил взгляд, но довольно чётко произнёс: — Спасибо. — Подожди секундочку… — мило пролепетала я, а после вышла быстрым шагом из домика, чтобы оторжаться. Сабо! Сабо, морской дьявол его раздери! Это, блять, Сабо. И как я его только не узнала?! Мой соулмейт один из канонных названных братьев Луффи. Ну охуеть теперь! Мир, за что ты меня так ненавидишь? Ну почему из миллиарда людей, живущих на этой планете, ты выбрал мне в пару именно этого человека?! О-хо-хоюшки-хо-хо, и чё теперь с ним делать?

***

— Эйс, мы не детский приют! Его наверняка скоро хватятся родители! Мы. Не. Можем. Его. Оставить! — Нет, можем! — орала я в ответ на крик Дадан, надрывая связки. В доме бандитов стоял гвалт. Сабо прятался за моей спиной, а я с пеной у рта отстаивала право моего ебанного соулмейта находиться в этом блядском доме! В конце концов, я не позволю этой крохе жить на улице, а уж тем более в Сером Терминале! Этот неженка прожил там неделю и свалился в голодный обморок! Вы только представьте. В голодный обморок, мать его. Я чувствую почти материнскую ответственность за это блондинистое чудо! Не могу я оставить его, не могу! «Или просто хочешь, чтоб хотя бы один человек на этом свете был «за» тебя, а не как остальные — отвернулся, приняв за монстра?» — ехидно спрашивал внутренний голосок, на что я мысленно фыркнула, но… не стала отнекиваться. Поддержка соулмейта никогда не будет лишней. А если правильно выдрессировать, так вообще будет загляденье! — Он тебе не домашнее животное, ты понимаешь?! — уже хрипя, спрашивала Дадан, а после, смочив горло, продолжила. — Не кошка или собака, а живой, дьявол тебя раздери, человек! О нём надо заботиться, кормить, покупать одежду. Воспитывать, чёрт возьми! А ты всего лишь соплячка пяти лет! Одумайся! — Ты так говоришь, будто я его родила, а не нашла! Ему пять, как и мне, его не хватятся родители, ибо им насрать, а ещё он мой соулмейт, — проскрежетала я, глядя Дадан прямо в глаза, крепче сжав руку Сабо. Кажется, он что-то пискнул, что ему больно… — А я — подмастерье бандитов, бывший пират — и плевать, что была им недолго, — и уж не тебе мне говорить о том, как решить вопрос денег. Я его решу. Так что это не твоя головная боль, Дадан. Обещаю. Вам не придётся тратиться на Сабо. — Ишь, умная какая! — фыркнула зло глава бандитов, потихоньку сдуваясь. — Черепная коробка-то не жмёт? — Не жмёт. А у тебя что, какие-то проблемы в общении с умными людьми, раз интересуешься? — зло выдохнула я, огрызнувшись. И потащила Сабо на выход. Нам нужно столько успеть! Дама сказала — дама сделает. А кто сомневается, тот пусть выйдет, ибо я никогда не отказываюсь от своих слов.