It's not a sin, it's a deathwish.

Рабочая неделя подходила к концу. Ничего нового и интересного в жизни Фрэнка не случилось. Майлз каждый день возвращался домой счастливый и Фрэнк ни разу не заметил на нем синяка и не почувствовал запаха алкоголя. Он немного рассказывал о новых друзьях, но из всей информации мужчина понял то, что, вроде как, они оказались адекватными ребятами. Работа также шла своим чередом, за исключением того, что в среду взволнованная Джанис забежала в кабинет мужчины и сообщила о том, что акции компании подорожали на 3%, что сулило огромную выручку. Из-за этого всю неделю в голове Фрэнка крутилась одна идея. А что, если он продаст все оставшиеся акции и оставит бизнес? Тогда он бы смог посвятить оставшуюся часть жизни своему главному увлечению — музыке. Фрэнк был очень богат, и мысли о том, что когда-нибудь у него закончатся деньги даже не посещали его голову. К тому же, в прошлом году он потратил значительную часть семейного бюджета на облигации, что только усиливало его уверенность в том, что остаток жизни его семья не будет ни в чем нуждаться. Каждый вечер пятницы Фрэнк уходил с работы на час раньше. Чтобы позволить себе такую роскошь во времени, ему приходилось с понедельника по четверг засиживаться допоздна. Но мужчина не мог по-другому. Он прекрасно знал, что у него бы не возникло проблем, узнай жена о том, что каждую неделю из его жизни выпадает два часа. Фрэнк всегда мог соврать о том, что задерживается на работе или едет на срочное совещание, но ему было легче просто уходить из офиса пораньше. Покидая кабинет в пятницу вечером Фрэнк в очередной раз напомнил Джанис, чтобы она сказала, что он на собрании, если вдруг позвонит его жена. Это было еженедельным ритуалом, о котором мужчина никогда не забывал. Фрэнк искренне любил свою секретаршу за то, что та не задаёт лишних вопросов и беспрекословно выполняет все его требования. Попрощавшись, он накинул пальто и вышел из офиса. Забравшись в машину, Фрэнк включил радио, довольно улыбнувшись знакомому голосу из динамиков. Давненько он не слышал любимых The Smiths. С головой погрузившись в музыку он испытывал легкую дрожь от мыслей о скором двухчасовом удовольствии. Чтобы немного согнать с себя пыл, мужчина решил пока оставить свои фантазии и подумать о чем-то другом. Его внимание привлекла огромная очередь у какого-то бара справа, подъехав ближе он смог прочитать название группы на афише: «Taking Back Sunday». Не удивительно, вечер пятницы всегда выгоняет молодежь на улицу. Фрэнк улыбнулся и дал простор своему воображению. Он вспомнил свою первую школьную рок-группу, которую они собрали вместе с его одноклассником Мэттом. Родители Фрэнка обитали в слишком маленьком и захудалом доме на окраине города, поэтому, собрав достаточное количество участников, было решено репетировать в гараже у Мэтта. Общими усилиями они придумали себе название «Pencey Prep». В начале их группа делала каверы на всем известные рок песни, а затем дело дошло и до собственных произведений. Фрэнк устало вздохнул от накативших воспоминаний. Он представил свою первую гитару, на которую копил почти полгода, специально для этого устроившись работать охранником. Мужчина никогда не забудет тот день, когда наконец-то держал в руках свой первый инструмент. Белоснежной гитаре тут же было дано имя «Pansy». Фрэнк тогда хотел было поделиться радостью с отцом, но тот никогда не одобрял его увлечение музыкой, чего мальчишка не понимал, ведь будь у него хоть какая-то поддержка от родителей, он вряд ли бы стал хулиганом. В большей степени поэтому, когда его собственный сын подрос и встал вопрос об увлечениях, Фрэнк сам предложил ему попробовать себя в музыке. Так как Майлз с детства был копией отца, то он с радостью принял предложение и пробовал играть на разных инструментах, чтобы понять, что его больше привлекает. Выбор остановился на гитаре, чему Фрэнк совсем не удивился. Получив долгожданный инструмент на четырнадцатый день рождения, Майлз был вне себя от радости и каждый вечер после школы проводил с отцом, желая впитать в себя как можно больше информации и поскорей научиться играть. Фрэнк тогда постоянно выслушивал мечты сына стать рок-музыкантом и всю жизнь посвятить музыке, стараясь подбодрить его и не рассказывать о собственном неудачном опыте. Да, его мечты в юношестве были идентичны, но ничего не вышло, потому что из-за отсутствия поддержки родителей после школы ему пришлось зарабатывать деньги чтобы выжить. Постепенно музыка отошла на второй план. Фрэнк задумался. Его всё ещё не оставляли мысли о том, чтобы попрощаться с бизнесом и посвятить жизнь старой мечте, тому, чему не суждено было сбыться в молодости. Сейчас он слишком редко брал в руки гитару, но она все еще оставалась единственной вещью, способной перенести его мысли и переживания в мир. Своеобразным спасательным кругом, который приходил на помощь в трудные времена. Да, ему определено стоит рассмотреть возможность ухода. У Фрэнка осталась пара друзей еще с университета, которые всё-таки смогли пробиться в музыкальной индустрии. Хоть они и не стали мировыми звездами, но, Рэй, например, открыл свой клуб на окраине города, в котором сам периодически выступал. Может, это и было так необходимо Фрэнку? В тридцать восемь лет всё-таки рискнуть и последовать за своей давней мечтой? С этими мыслями мужчина чуть не проехал последний поворот, отделяющий его от места назначения. Фрэнк потряс головой, в надежде избавиться от этих мыслей, которые в ближайшем будущем будут совсем не кстати. Он обязательно подумает об этом как только вернётся домой. Фрэнк оставил машину в соседнем квартале, не слишком близко к заведению, чтобы не вызывать лишних подозрений. Достав из бардачка недавно купленную коробку презервативов и положив её в карман пиджака, он вышел из автомобиля и направился в сторону ярко светившейся неоновой вывески. От предвкушения по телу поползли мурашки. Вход в заведение находился в безлюдном переулке, чему мужчина всегда был благодарен, потому что с его статусом было не слишком полезно попадаться на люди в подобных местах. Ярко-голубая вывеска поблескивала, отбрасывая прозрачный свет на несколько метров. «Blue Line Plaza» гласило название борделя. Фрэнк остановился рядом со входом и выудил из кармана пачку сигарет. Это тоже было его своеобразным ритуалом — курить до и после посещения этого заведения. Так у него было немного времени очистить голову от ненужных мыслей и сосредоточиться на своих желаниях на сегодняшнюю ночь. Он глубоко затянулся и выдохнул дым, чувствуя накатывающее нетерпение. Продолжая вдыхать пары никотина мужчина засмотрелся на вывеску, вспоминая прошлый опыт в подобных местах. Кажется, все предыдущие бордели были адской помойкой, по сравнению с этим. Там абсолютно не было конфиденциальности, зато всегда была вероятность подцепить что-то. Поэтому Фрэнк был невероятно благодарен одному n-ному человеку, который рассказал ему о Blue Line. Если задуматься, его увлечение появилось около четырех лет назад, когда они только переехали с семьей в Нью-Йорк. Этот город буквально открыл Фрэнку глаза на мир, со всеми его странностями, извращениями и свободой воли. Здесь было огромное количество возможностей, о которых мужчина даже не мечтал в родном Нью-Джерси. Продолжая затягиваться сигаретой Фрэнк поймал себя на мысли, что любил это место ещё и потому, что практически все парни были в его вкусе. Мужчина не знал, как именно это работает, но каждый раз, приходя в бордель, он мог ткнуть пальцем в любого парня и не прогадать. Они всегда были такие послушные, такие юные, это сводило мужчину с ума. Фрэнк узнал о своей бисексуальности в восемнадцать лет, когда встретил первого парня, который привлек его физически. Сейчас мужчина уже не помнил его имени, да и вообще имен всех парней, с которыми спал в подростковые годы. Спустя долгое время опыта в отношениях он пришел к выводу, что с парнями ему интересен только секс и на его пути ещё не встречалось ни одного мужчины, к которому он бы что-то почувствовал. Фрэнк был абсолютно уверен, что так оно и останется. Сделав последнюю затяжку, мужчина небрежно бросил окурок на тротуар и вошёл в здание. Внутри заведение выглядело совершенно иначе. Горел приглушенный голубой свет и за длинным коридором располагалась огромная комната, увешанная картинами и с большим количеством кожаных диванов. Интерьер был достаточно причудливый. Стены на половину отделаны белыми панелями, а на полу раскинулся большой круглый ковер. Атмосфера напоминала фильмы Кубрика с его поп-модерном и четко выстроенной композицией. Фрэнку доставляло удовольствие даже пребывание в этом месте, где всё походило на артхаусный фильм. Заметив высокую девушку он неторопливым шагом направился к ней. — Мистер Айеро, добрый вечер, — из-за стойки, обтянутой голубой кожей, на мужчину смотрела пара красивых глаз. — Привет, Ванесса. Отлично выглядишь, — Фрэнк всегда делал комплименты этой женщине, потому что, по его мнению, она действительно выглядела роскошно. Мужчина искренне удивлялся, что с такой внешностью она не смогла найти работу получше. — Спасибо, — Ванесса легко улыбнулась, — Сегодня все как обычно? Мне позвать Кита? — Нет, мне хочется какого-то разнообразия. Удиви меня, — Фрэнк подмигнул девушке и присел на кожаный диван неподалеку, облокачиваясь на спинку и удобно расставляя ноги. — Отлично, у нас как раз недавно появился новенький. Могу вас познакомить, — девушка выжидающе посмотрела на него. — Никаких знакомств, просто покажи мне его, — мужчина не имел никакого желания знакомиться с будущими партнёрами, единственное, что его интересовало сейчас — это внешность. — Хорошо, я его позову, — Ванесса вышла из-за стойки и женственной походкой прошла по коридору в противоположном направлении. Спустя пару секунд послышался стук в дверь, — Джиа, выйди, дорогой. — Он только две недели назад пришёл к нам, прекрасный мальчик, — она одобряющее закивала головой в подтверждение своих слов, возвращаясь на своё прежнее место. Фрэнк ничего не ответил, про себя надеясь, что Ванесса не прогадала и новичок ему понравится. Последнее время ему все чаще хотелось перемен в жизни и новая шлюха была отличным вариантом для начала. Так что в этот момент мужчина спокойно наблюдал за коридором и надеялся, что первое впечатление о парне его не обманет. Через пару секунд, неторопливой походкой, в комнату вошел парень и тут же облокотился на стену напротив, одаривая Фрэнка мимолетным взглядом. Его ярко красные волосы спадали практически до плеч, закрывая половину лица. Тело прикрывала футболка, рукава которой, как подумал Фрэнк, были специально отрезаны, из-за чего с легкостью можно было разглядеть выпирающие ребра. Он был худой, высокий и бледный, с острым носом и слишком густыми ресницами. Мужчина рассматривал его с головы до ног в очередной раз убеждаясь, что в этом месте водятся самые прекрасные мальчики. На вид парню было чуть больше двадцати и этот факт только подогревал желание Фрэнка поскорее уединиться с ним в комнате. Он еще раз оглядел его лицо, которое было чересчур женственное и напоминало лица актрис из старых фильмов, что мужчина так любил смотреть вечерами. Этот парень стоял здесь лишь пару секунд, но Фрэнку уже отчего-то показалось, что сегодняшняя ночь с ним запомнится надолго. — Мне нравится, — сказал Фрэнк низким голосом, не отрывая взгляда от парня. Он начал буквально поедать его глазами, стараясь изучить каждый контур лица. Кажется, это действительно был лучший мальчик из всех, кого он встречал здесь. Парень одарил Фрэнка легкой улыбкой и посмотрел ему в глаза из-под полуприкрытых век. Затем он медленно, покачивая бедрами, как кошка, подошел к мужчине и опустился к нему на колено. — Сегодня ты будешь моим папочкой? — тихо прошептал Джиа Фрэнку на ухо и осторожно обвил руками его шею, пододвигаясь ближе к лицу мужчины. Фрэнк ничего не ответил. Резко скидывая парня с колена, он взял его за руку и повел в сторону выделенной им комнаты. Он весь горел от нетерпения. Закрыв за собой дверь, Фрэнк огляделся. Почти все комнаты здесь были одинаковые и эта также не отличалась. Помещение заливал мягкий приглушённый свет. Посередине стояла большая кровать с перекладинами, напротив — маленький столик, на котором располагалось много секс-игрушек и принадлежностей для БДСМ. На тумбочке рядом с кроватью стояла лампа, рядом с которой лежал пакетик с чем-то белым. Проследив за взглядом мужчины Джиа подошел к той самой тумбочке и сел на кровать. — Будешь? — он умело сделал дорожку с помощью какой-то визитки и быстро вдохнул. — Что это? — спросил Фрэнк, до которого сейчас всё слишком долго доходило и он не сразу понял, что только что сделал парень. — Просто кокаин, — медленно протянул Джиа, уже делая следующую дорожку, — Ну же, не ломайся, папочка, — он так по-женски посмотрел на Фрэнка из-под своих длинных ресниц, что мужчина не удержался и сел рядом. Через пару секунд Фрэнк уже вдыхал белую дорожку, сразу начиная чувствовать себя лучше. — И часто ты этим занимаешься? — мужчина выжидающе посмотрел на парня рядом, не понимая, для чего задал этот вопрос. Ему вообще не стоило спрашивать у своих партнеров ничего лишнего, но, почему-то, сейчас это казалось очень важным. — Ну так, бывает иногда. Бывший клиент оставил мне этот пакетик, — Джиа заправил за ухо спавшую на лицо прядку красных волос, продолжая неторопливо разглядывать Фрэнка. — Так почему бы не сделать себе ещё лучше? Фрэнк откинул голову назад и посмотрел на парня. — Почему Джиа? Это же женское имя, — переводя тему, спросил он. — Когда-нибудь обязательно расскажу, но не сейчас, — протянул парень, медленно пересаживаясь на колени мужчины и запустил одну руку ему в волосы, вторую аккуратно кладя на его ширинку. В эту же секунду Фрэнк вернулся в реальный мир, спускаясь с небес на землю. Наркотик начал действовать, затуманивая разум. Он резко бросил парня на кровать, садясь сверху. — Знай свое место, сучка, — мужчина грубо схватил парня за волосы и приподнял его голову, — Сегодня ты будешь делать то, что я скажу. Джиа одарил его нежной улыбкой. — Так чего тебе хочется, папочка? — прошептал он, не реагируя на боль, причиняемую Фрэнком. Мужчина встал и подошел к столу, беря две пары наручников. — Раздевайся. Джиа покорно начал исполнять просьбу. Он будто специально слишком медленно стягивал с себя майку, краем глаза замечая, как мужчина напротив разглядывает его тело. Когда дело дошло до джинс, рука Фрэнка уже покоилась на собственном члене, а в глазах появился животный голод. Не дожидаясь окончания этой своеобразной прелюдии Фрэнк подошел к парню и в одну секунду стянул с него джинсы. Резко бросив Джиа на кровать, Фрэнк разместился на его ногах, уже нащупывая тонкие запястья, которые через секунду должны были быть пристегнуты наручниками к кровати. — Что это? — резко спросил Фрэнк, поднимая руку парня к свету, и осматривая красные шрамы, которые только-только начали затягиваться. — Не обращай внимания, папочка, — Джиа резко поднял бедра, прижимаясь к Фрэнку, чтобы отвлечь мужчину от созерцания своих рук. Это сработало, потому что через минуту Фрэнк уже закончил возиться с наручниками и снял с себя всю одежду. Он ещё раз взглядом прошелся по телу парня под собой, изучая каждый его сантиметр, затем положил руку на его шею и сильно сжал. — Сегодня ты только мой, — прорычал он парню на ухо, на что тот издал томный стон и ещё раз толкнул бедрами вверх. — Накажи меня, папочка, — прошептал Джиа, потянувшись за поцелуем к губам Фрэнка. Мужчина на секунду поддался порыву и приблизился к губам напротив, но тут же резко остановился. — Я не целуюсь со своими шлюхами, — низким голосом ответил Фрэнк, толкая парня обратно на кровать и снова хватая его за горло. Джиа лишь пошло выдохнул. Мужчина отпустил руку и грубо поцеловал место на шее, где остался красный отпечаток. Он чувствовал, что с каждой секундой всё сильнее возбуждается. Ему хотелось обладать этим парнем, подчинить его себе настолько, чтобы тот забыл все слова, кроме его имени. Чтобы он кричал и плакал, потеряв всю свою осторожность и грацию. Фрэнк спустился ниже, осыпая грубыми поцелуями и оставляя засосы на груди парня. От тяжелых и низких стонов под собой у него начинала кружиться голова. Он оставил последний поцелуй на груди и сильно прикусил сосок, ожидая крик боли, но вместо этого услышал ещё более громкий и пошлый вздох. Фрэнк почувствовал, как его член уже истекает смазкой. Не в силах больше сдерживаться он нащупал рядом пачку с презервативами и одним движением раскатал один по своему органу. Мужчина вновь наклонился к своему новому любовнику и резко приподнял парня одной рукой, начиная растягивать. Мысли о смазке вылетели из его головы, сейчас казалось невозможным оторваться от процесса и отправиться на поиски лубриканта, который Фрэнк не взял с собой в эту ночь. Но это было не так важно, потому что мужчине как никогда хотелось причинить своей шлюхе боль. Через несколько минут, за которые голос Джиа ни разу не стихал, Фрэнк резко вошел в него и сделал первый толчок, почувствовав, как тело под ним выгибается. Парень был такой узкий, что мужчине доставляло огромное удовольствие с силой вбиваться в него и чувствовать, как плоть стягивает его член. — Сильнее, папочка, — простонал Джиа, пытаясь сфокусироваться на глазах мужчины сверху. Через мгновение Фрэнк уже увеличил темп и начал двигаться в полную силу. Стоны под ним становились ещё громче и сексуальнее. Кажется, этому парню нравилось чувствовать боль так же сильно, как Фрэнку её причинять. Мужчина продолжал его душить, глядя в затуманенные зеленые глаза, в которых сквозила такая неистовая похоть, что один только взгляд, кажется, мог приблизить Фрэнка к финалу. Мужчина на полном серьезе не понимал, почему этот молодой парень так на него действует. Все прежние шлюхи, с которыми он спал здесь, боялись одного лишь взгляда, а этот мальчик, кажется, вообще не видел никакой угрозы. Он лишь улыбался и соглашался на всё, одаривая мужчину своей легкой улыбкой. Это не входило в правила Фрэнка, он любил доминировать, любил видеть страх, когда он с силой и без растяжки входит в свою жертву. А сейчас все было по-другому, ему в тысячу раз больше хотелось причинить боль, он мечтал увидеть слёзы на глазах парня, когда тот будет на грани оргазма. Следующие несколько минут прошли как в тумане. Когда мужчина приблизился к лицу парня и укусил за мочку уха, в ответ он получил лишь очередной горячий вздох. Это возбуждало и раздражало одновременно. Он отстранился и взял Джиа за подбородок, сжимая его лицо как можно сильнее. Не уменьшая темп Фрэнк укусил его за нижнюю губу, наблюдая, как через мгновение там появилась капелька крови. От этого зрелища Фрэнк почувствовал подступающий оргазм. Джиа, улыбаясь, медленно слизнул кровь со своих губ и простонал что-то нечленораздельное, выгибая свое худое тело и сильнее насаживаясь на член, одновременно кончая. Фрэнк не мог оторвать от него взгляд, это так сильно кружило ему голову, что, почувствовав движения парня, он больше не смог держаться, сделав ещё пару слабых толчков, он откинул голову назад и тоже кончил. Рассудок никак не хотел возвращаться к мужчине после накрывшего его оргазма. Фрэнк повалился на тело под собой и тяжело дышал, не в силах вспомнить, когда в последний раз у него был такой потрясающий секс. Парень под ним поёрзал и лизнул его шею, оставляя на ней легкий поцелуй. — А ты хорош, папочка. Намного лучше предыдущего, — Джиа уже начал покрывать поцелуями шею напротив, на что Фрэнк охотно поддался. Но спустя пару секунд мужчина резко отстранился, перекатываясь на другую часть кровати. — Ты грязная шлюха, — сквозь зубы сказал он, беря себя в руки. В голове всё ещё металось желание причинить этому парню боль. Он быстро отстегнул наручники с его рук и бросил их куда-то на пол. — За что ты так? — спросил Джиа, осторожно оглядывая и потирая свои запястья, видимо, надеясь, что раны на них не вскрылись. Он присел на край кровати и, не глядя на мужчину, принялся делать очередную дорожку кокаина. Фрэнк молниеносно встал и, подлетев к парню, припечатал его к стене. Он сильно сжал его горло и зарычал, глядя в глаза: — Почему ты не кричал? Тебе нравится чувствовать боль? — Я не кричал, потому что тебе нравится её причинять, — спокойно ответил тот, глядя на мужчину из-под длинных ресниц. — Ты жалкий мазохист, — прохрипел Фрэнк и отступил назад, начиная одеваться и пытаясь хоть немного прийти в себя. Он никак не мог понять, что конкретно вызывало в нем такую реакцию на этого парня. — Может и так, но я тебе понравился, — промурлыкал Джиа, и, даже не видев лица парня, мужчина знал, что тот улыбается. — Ты просто мерзкая шлюха, не забывай об этом. На этих словах Фрэнк покинул комнату. Молча оставив 300 долларов на стойке Ванессы, он вышел из здания и закурил. — Какого черта этот парень себе позволяет? — спросил Фрэнк в пустоту. Его буквально трясло от злости. Не было ни единственного раза, когда его шлюхи вели себя вот так. Обычно люди боялись Фрэнка, тем более во время секса, но сейчас всё пошло явно не по плану. Джиа сводил его с ума и одновременно делал всё, что Фрэнк ненавидит. На этой мысли мужчина направился в сторону машины, решая, что в следующий раз обязательно покажет этому красноволосому парню, что такое боль.