It's not a sin, it's a deathwish.

Рабочая неделя подходила к концу. Был уже конец сентября, и первые дожди медленно погружали вечно спешивших куда-то горожан в осеннюю хандру. Оранжевые листья, которые никто не спешил убирать, уже активно заполняли тротуары на улицах, придавая Нью-Йорку особое, только ему свойственное, очарование. На улице уже давно стемнело, и на небе начали появляться первые звёзды, в то время как Фрэнк уже второй час сидел в зале для переговоров. Совещание с международными инвесторами закончилось около получаса назад, но мужчина всё никак не мог расставить необходимые подписи на договорах. Джанис уже дважды приносила ему крепкий кофе, и каждый раз испуганно и как можно скорее ретировалась из кабинета, в страхе получить очередной выговор. После разговора с психологом, Фрэнк пребывал в относительно спокойном расположении духа и не собирался срываться на ком бы то ни было. Вот и сейчас он лишь периодически устало потирал глаза, на время снимая очки, чтобы немного отвлечься от работы и перевести дух. Последние несколько дней прошли без происшествий, и мужчину, на удивление самому себе, отпустило чувство злости, и даже полностью ушла раздражительность. В какой-то момент Фрэнк подумал о том, что, возможно, разговор с миссис Джорданни повлиял на него намного сильнее, чем на сына. Потому что сейчас мужчина находился в полном спокойствии и даже стал чаще улыбаться. Конечно, Фрэнк прекрасно понимал, что один разговор не решит все его проблемы, но ему было комфортно даже знать, что его психическое состояние немного улучшилось, и сейчас он не начинает злиться даже при одном взгляде на сына. После сеанса во вторник Майлз не проронил ни слова, продолжая игнорировать мужчину и делая вид, что его не существует. Фрэнка это вполне устраивало, по крайней мере, на первых порах, как минимум потому, что подросток больше не предпринял ни одной попытки нарушить правила или сделать очередную глупость после встречи с психологом. Мужчина пытался поговорить с Майлзом несколько раз и хоть немного наладить отношения, но парень не шёл на контакт, и Фрэнк решил дать ему время успокоиться и прийти в себя после их последней ссоры. Судя по тому, что Майлз последние три дня всё также злобно смотрел в телефон и постоянно что-то печатал с недовольным лицом, Фрэнк сделал вывод, что Джиа так и продолжал его игнорировать. Он поймал себя на том, что чувствует необычное для него ощущение радости, каждый раз, когда думает об этом. Мужчина не мог объяснить это даже самому себе, но всегда, когда он ловил раздражённо печатающего что-то быстрыми движениями Майлза, на его лице появлялась довольная ухмылка. Фрэнк не мог понять, что именно заставило Джиа отказаться от общения с его сыном, но это действительно казалось ему чем-то правильным. Он никогда не надеялся, что процесс избавления от красноволосого парня будет таким лёгким, но, наверное, это хоть что-то да значило. Фрэнк не видел Джиа почти неделю, и иногда образ парня спонтанно всплывал перед его глазами, и неожиданно для себя мужчина понимал, что даже немного скучает по нему. Джиа за всё короткое время их знакомства умудрился сделать столько всего плохого и неправильного, что Фрэнк, в какой-то момент, понял, что привыкает к этому напряженному состоянию, в котором пребывал на протяжении трех недель. Поэтому сейчас ему было немного странно ощущать спокойствие и уже непривычную размеренность в жизни. Парень почти перестал ассоциироваться у Фрэнка с сексом и похотью, хоть мужчина, ненавидя себя за это, иногда и представлял его бледное лицо и худое тело, стоя под холодным душем. Наверное, всё-таки, должно было пройти куда больше времени, чтобы стереть настолько яркие воспоминания из головы и полностью вернуться в привычную колею. Этот день был настолько изматывающим и наполненным работой, что Фрэнк впервые забыл о том, что сегодня пятница. Поставив уже слишком корявую из-за усталости подпись на последнем договоре, мужчина в очередной раз потёр глаза, спуская очки на самый кончик носа. Потянувшись, чтобы немного размять затекшую спину, Фрэнк посмотрел на наручные часы. К своему огромному удивлению, мужчина обнаружил, что была уже половина одиннадцатого. Он вспомнил, что оставил мобильник в своем кабинете, и тот уже, наверное, насчитывал с десяток пропущенных звонков от жены. От этой мысли Фрэнк поморщился. Джамия не была ревнивой и ни в чём не подозревала мужа, но беспричинного волнения у неё было не занимать. Мужчина уже представил, как по возвращении домой ему придется выслушивать слишком эмоциональную речь жены, наполненную вопросами о том, почему он не позвонил и не предупредил, что задерживается. Наверняка, Джамия скажет, что уже подумала о чём-то ужасном, что его сбила машина, например, или в тридцать восемь лет у мужчины неожиданно случился инфаркт на рабочем месте, как очень часто пишут в газетах. Фрэнка дико бесила эта особенность жены. То, что она обращается с ним, как с собственным сыном, а если он ещё, не дай Бог, решит высказать ей всё, что думает, так и вовсе заплачет и назовет неблагодарным козлом. Хоть Фрэнк и слишком часто срывался на неё, Джамия настолько привыкла к его характеру, что пропускала всё мимо ушей и не придавала значения. Всё, кроме таких ситуаций, как сейчас, когда был «слишком» весомый повод для волнения. Всё-таки, женщины были слишком эмоциональные по мнению Фрэнка. Складывая документы в ровную стопку, Фрэнк встал из-за стеклянного стола и вышел из зала для переговоров. Усталость была настолько сильной, что мужчина даже не удосужился одарить Джанис своим коронным уверенным взглядом, и про себя улыбнуться её незамедлительной реакции. Всё, что сейчас хотелось Фрэнку — это прийти домой и завалиться в собственную мягкую кровать, опустив голову на пуховую подушку и погружаясь в сладкий сон. Мужчина аккуратно опустил стопку бумаг на стол секретарши и без слов вошёл в свой кабинет, не обращая внимания на девушку, которая что-то неуверенно пыталась сказать ему вслед. — Мистер Айеро… — начала было Джанис, но, не получив в ответ никакой реакции, быстро замолчала. Зевая, Фрэнк приятно поморщился из-за царившей в кабинете темноты. На окнах не было штор, поэтому единственным источником света, проникающим в помещение, были огни ночного города, которые лишь рисовали бледные пятна на дорогом ламинате. Мужчина не желал включать свет, глаза приятно отдыхали в темноте, а усталость накатывала всё сильнее. В какой-то момент Фрэнк даже подумал, что за рулем ему в таком состоянии ехать опасно и, возможно, стоило вызвать такси. В очередной раз потянувшись, он медленно направился в сторону стола, чтобы включить небольшую тусклую лампу и собрать вещи. Пройдя уже почти пол кабинета, мужчина подпрыгнул на месте от неожиданности. До его слуха долетел знакомый голос. — Я тебя уже заждался, папочка, — послышалось откуда-то сзади, и Фрэнк резко обернулся на месте, вглядываясь в темноту. — Джиа? — озадаченно спросил мужчина, глядя в сторону дивана. Сердце от неожиданности бешено забилось, а сонливость как рукой сняло. — Соскучился? — медленно протянул парень, потягиваясь на диване, и Фрэнк, наконец, смог разглядеть его силуэт. — Что ты здесь делаешь? — раздражённо спросил мужчина, всё ещё не веря в реальность происходящего. — Ты не пришел ко мне сегодня, и я решил сам тебя навестить, — промурлыкал парень нежным голосом, всё ещё не двигаясь с дивана. До Фрэнка медленно начал доходить смысл его слов. Мужчина вспомнил, какой сегодня день недели, и мимолетно ухмыльнулся своей забывчивости. Была пятница, его, так называемый, день икс, и он впервые за последние четыре года совсем забыл об этом. Да, сегодня действительно был трудный день. — Как ты сюда попал? — задал следующий вопрос Фрэнк, уже начиная раздражаться. Джиа был последним человеком, которого мужчина ожидал увидеть в своем офисе. Как вообще этот парень смог пройти через охрану и, тем более, мимо его беспокойной секретарши, которая обычно всегда оповещает Фрэнка даже о самых бесполезных мелочах? На этой мысли из-за двери в кабинет, как по зову свыше, показалась голова Джанис. — Мистер Айеро, я пыталась Вам сказать, что… — начала было девушка, но Фрэнк её тут же прервал. —Уйди. Я поговорю с тобой позже, — прорычал он, не зная, на кого сильнее сейчас злится: на эту глупую брюнетку или на парня с красными волосами, которому, каким-то образом, удалось обхитрить охрану на первом этаже. — Но ваш сын… — снова попыталась сказать что-то Джанис, но Фрэнк уже вышел из себя. — Я сказал, уйди! — крикнул он, бросая на девушку свой самый свирепый взгляд и направляясь к двери, чтобы захлопнуть её. Джанис, нехотя, послушалась и исчезла из поля зрения. Фрэнк, всё-таки, включил свет и уставился на развалившегося на диване парня, пытаясь испепелить его взглядом. — Мой сын? — спросил мужчина, получив в ответ милую полуулыбку. — Я притворился твоим сыном, правда здорово, папочка? — лукаво прошептал Джиа, видимо боясь, что кто-то, кроме Фрэнка, его услышит и раскроет маленький секрет. Парень лениво поёрзал на диване, удобнее устраиваясь головой на подушке. Фрэнк пару секунд наблюдал за ним, не веря в услышанную наглость. — Не называй меня так, — злобно пробурчал Фрэнк, чувствуя, что рядом с этим парнем он теряет весь привычный контроль. Мужчина поймал себя на мысли, что Джиа всё же воспринял разрешение переночевать у него в доме, как некий сигнал к действию. Буквально пару дней назад Фрэнк ещё думал о том, чтобы позволить этому парню переключить внимание со своего сына на себя, тогда он, видимо, забыл, как его любовник на него действует. Потому что сейчас у мужчины буквально кружилась голова от осознания, что он ничего не может контролировать, когда находится рядом с Джиа. Было такое чувство, будто Фрэнк играет по его странным правилам, считая, что принимает решения сам. Но парень не поддавался на запугивания и унижения мужчины и шёл напролом, добиваясь своего. Вот только чего он добивался, Фрэнк не знал, и ему было страшно даже об этом думать. С каждой их новой встречей в мужчине зарождалось всё больше и больше противоречивых и до боли не похожих друг на друга эмоций и чувств, и его это пугало. — Как ты узнал, где я работаю? — спросил Фрэнк, продолжая разглядывать парня. — Майлз ещё давно рассказал мне, — промурлыкал в ответ Джиа, закрывая глаза и скрестив пальцы на груди, видимо ожидая бурной реакции. — Почему ты игнорируешь его? — не сдержавшись, Фрэнк задал вопрос, который мучал его всю неделю. Дома он обязательно поговорит с Майлзом о том, что сыну можно рассказывать своим друзьям, а что — нет. — Ты же сам этого хотел, папочка, — Джиа глядел на Фрэнка из-под длинных ресниц и легко улыбался. — И давно ты делаешь всё, чего я от тебя хочу? — поинтересовался мужчина, про себя думая, что это просто наглая ложь. Джиа лишь делал вид, что подчиняется, когда на самом деле вел свою собственную игру. С этим Фрэнк уже кое-как определился. — Я всегда это делал, — спокойно ответил парень, поворачиваясь на бок, чтобы посмотреть мужчине в глаза. — Тогда почему ты до сих пор не можешь убраться из моей жизни? — выжидающе спросил Фрэнк. — Потому что то, что ты просишь, не всегда то, чего ты хочешь, — размыто объяснил парень, кокетливо подмигивая мужчине, который уже снова начинал злиться. Не желая продолжать этот разговор, Фрэнк отвернулся и подошёл к своему столу, облокачиваясь на него. Ему так не хотелось участвовать во всех этих играх, которые ведет Джиа, что он уже был готов сдаться и прекратить всё это. Ненависть ни к чему не приводила, и, кажется, не существовало ни единого способа поставить его на место. Фрэнк тяжело вздохнул, чувствуя, как возвращается усталость. — Почему ты сидел тут с выключенным светом? — спросил он через пару минут молчания, обрывая игру в гляделки. — Так романтичнее, — нежно протянул Джиа, начиная тихо напевать какую-то песню, которая показалась мужчине очень знакомой. Неожиданно, Фрэнк поймал себя на том, что, немного успокоившись, внимательно вслушивается в текст, стараясь узнать песню. Джиа, всё также продолжая петь, медленно поднялся с дивана и направился в сторону Фрэнка, покачивая бедрами и слегка пританцовывая. Парень заправил волосы за ухо и, подходя к мужчине, аккуратно провёл своей рукой по предплечью Фрэнка, немного сжимая. Мужчина стоял неподвижно, мелодия крутилась у него в мозгу, но он никак не мог вспомнить название или, хотя бы, исполнителя этой песни. Когда их глаза встретились, Джиа несколько раз быстро поморгал, видимо, стараясь сфокусироваться и не отрывать взгляд от мужчины напротив. Фрэнк стоял, как заворожённый, и не в состоянии пошевелить хотя бы рукой, на которой покоилась ладонь парня. Джиа, видимо довольный вызванной им реакцией, продолжил свой своеобразный соблазн и запел чуть громче, проглатывая некоторые буквы, чтобы Фрэнк дольше не мог понять, что за песню он исполняет.

I know your image of me is what I hoped to be I treated you unkindly But darling can't you see There's no one more important to me Baby can't you see through me? 'Cause we're alone now and I'm singing this song to you

Вслушавшись в текст, на этих строчках Фрэнка будто ударило током. Он не понимал, что этот парень с ним делает, что мужчина чувствует себя как будто под гипнозом. Он лишь продолжал стоять, глядя в глубокие глаза напротив и погружаясь в тихий голос, который таким странным образом дурманил его разум. Фрэнк, поддаваясь зову, одним моментом забыл про свою недавнюю раздражительность, и сейчас где-то внутри него зарождались странные противоречивые желания, которые были настолько спонтанными, что мужчина даже не успевал их обдумать. Джиа был настолько близко, что Фрэнк мог почувствовать его запах, от которого уже отвык с момента их последней близости в борделе. От парня пахло чем-то сладким и цветочным в перемешку с запахом сигарет. Кажется, ещё секунда, и он сделал бы то, о чём определённо пожалел бы в будущем, если бы неожиданно не заметил одну вещь. Зрачки парня напротив в одно мгновение расширились, и его глаза приобрели знакомый чёрный цвет. Фрэнк смотрел, не отрываясь и медленно погружаясь, в этот тёмный омут в глазах напротив. Заметив на себе слишком заинтересованный взгляд, Джиа осторожно опустил ладонь с руки мужчины и отвернул голову, видимо пытаясь предотвратить неизбежный вопрос. — Ты опять под кайфом? — слишком резко спросил Фрэнк, приходя в себя, когда голос стих, переставая напевать песню. Джиа не ответил. Его лицо, буквально за секунду, сменило десятки различных эмоций, и парень неожиданно заплакал. Он быстро отошёл от Фрэнка, желая скрыть свои слёзы, и устало присел на диван, закрывая лицо руками. Мужчина лишь продолжал стоять, пребывая в шоке от того, что видит. Последнее, о чём он думал, это то, что Джиа может плакать. Он быстро прокрутил в голове последние пару минут их разговора, пытаясь понять, что он сказал или сделал такого, что могло бы вызвать подобную реакцию. Но, не найдя ответа, Фрэнк лишь продолжал разглядывать худого парня на диване, который, кажется, уже залил слезами всю свою футболку. — Что случилось? — спросил мужчина, не решаясь подойти ближе. — Всё в порядке, извини, — сквозь всхлипы ответил Джиа, пытаясь безуспешно утереть слёзы, которые не переставали стекать по щекам. Фрэнк не знал, что ему делать. Он никогда бы не мог подумать, что этот парень, которому он столько раз причинял физическую боль и называл его самыми отвратительными словами, мог заплакать ни с чего. Мужчина буквально не мог поверить своим глазам, изо всех сил пытаясь понять, что сейчас происходит. Раздражение отошло на второй план вместе с тем странным чувством, которое он испытал, когда Джиа пел ему песню. На их место пришло новое, еще более непонятное чувство, Фрэнку жутко захотелось защитить этого парня и узнать, что его так расстроило. Поддавшись этому желанию, Фрэнк подошёл к дивану и осторожно присел рядом. Заметив это, Джиа резко отвернулся, начиная тихо постанывать. Парень откинулся назад и постарался прилечь, но, неожиданно, всё его тело начало дергаться и он лишь завалился на бок, начиная задыхаться и резко ловить ртом воздух. Его кожаная куртка немного задралась вместе с футболкой, и мужчина заметил, что Джиа весь вспотел. Фрэнк в изумлении наблюдал за этой картиной, не зная, что ему делать. — Тебе плохо? Я вызову скорую, — быстро сказал мужчина, уже начиная вставать с дивана, чтобы взять телефон, но дрожащая рука быстро схватила его за локоть. — Не нужно, это скоро пройдёт, — прошептал парень, переводя красные глаза на Фрэнка. — Всё в порядке, правда. Фрэнк снова уставился на Джиа, и, решая поверить парню и подождать пару минут, попытался уложить его на диван. Мужчина быстро встал и просунул руку ему под спину, приводя в горизонтальное положение. Одного прикосновения хватило, чтобы Фрэнк почувствовал, как быстро бьётся у Джиа сердце, будто заполняя каждую клетку его тела. Моментально сложив в голове дважды два, Фрэнк резко встал, снова начиная сверлить парня раздраженным взглядом. — У тебя передозировка? — спросил мужчина, про себя уже зная ответ. — Да, — послышался тихий голос с дивана. — Это пройдёт, подожди пару минут, — простонал Джиа, уже немного успокаиваясь и не так сильно трясясь. — Какого, блять, чёрта? — взревел Фрэнк, не отдавая никакого отчета своей реакции. Джиа лишь слабо улыбнулся, начиная глубоко вдыхать и выдыхать, чтобы быстрее привести в порядок лёгкие. Фрэнк начинал ни на шутку злиться. Мало того, что парень без разрешения пробрался к нему в офис, так он ещё и принял дозу здесь. Всё же мужчине стоило почаще себе напоминать, что он связался с наркоманом. Ещё и несовершеннолетним. Любое пребывание Джиа рядом с мужчиной может вызвать подозрения, так ради чего он рискует? Фрэнк снова начал интуитивно сжимать кулаки, желая избить этого парня. Только вот в этот раз агрессия была немного другого рода. Мужчина наблюдал, как парень, ещё совсем подросток, такой молодой, красивый и желанный, убивает себя белой дрянью, совершенно не думая, к чему это приведет. Фрэнк испытывал смешанные чувства, ему так хотелось ударить его, вправить мозги на место, чтобы он перестал травить свой организм и подумал о том, насколько он прекрасный. Даже сейчас, лежа на диване в его офисе, в насквозь мокрой от пота футболке и байкерской куртке, с ярко красными волосами, которые неаккуратно прилипли к лицу, Джиа выглядел чертовски привлекательно, одаривая Фрэнка своей знакомой ласковой улыбкой. Он постепенно приходил в себя, под чутким взглядом Фрэнка, готового в любую секунду ударить его и оставить новый яркий синяк. Может, мужчине это только показалось, но в глазах Джиа трепетала неожиданная благодарность в ответ на своеобразную заботу. Фрэнк на секунду подумал о том, что, наверное, ему, всё-таки, стоило вызвать скорую, чтобы парня забрали и навсегда избавили мужчину от него. Но он просто не смог бы объяснить, что этот семнадцатилетний подросток делает в офисе у него, влиятельного бизнесмена, в одиннадцать часов ночи, ещё и под наркотой. Мужчина потряс головой, пытаясь выбросить эти мысли. Он не раз видел легкую степень передозировки кокаином и знал, что это лишь частые последствия от принятия наркотиков у заядлых наркоманов. Обычная практика. В тяжелом случае, парень успел бы лишь схватиться за сердце, и тут Фрэнк был бы уже не в состоянии помочь, даже вызвав скорую. Полностью совладав с собой, Джиа осторожно присел на диван, поправляя бледными руками спутавшиеся волосы. Он одарил Фрэнка ещё одним ласковым взглядом и безуспешно попытался встать на ноги. — Я пойду, извини, — переставая улыбаться, ответил парень, бросая на мужчину виноватый взгляд. — Никуда ты не пойдешь, — сурово ответил Фрэнк, всё ещё продолжая злиться. — Я отвезу тебя. Джиа с удивлением посмотрел на мужчину, но спорить не стал. Предприняв ещё одну попытку встать с дивана, он, пошатываясь, облокотился на стену рядом и начал поправлять на себе одежду. Фрэнку, отчего-то, это показалось забавным. Даже будучи в таком состоянии, Джиа не терял своей кошачьей грации. Мужчина, не сдержавшись, улыбнулся, разглядывая парня, который сейчас зачем-то отряхивал свои и без того чистые узкие джинсы. — Почему ты улыбаешься? — спросил Джиа, бросая на Фрэнка очередной нежный взгляд. — Не важно. Идём, — ответил мужчина, тут же беря себя в руки и стирая с лица улыбку. То, что произошло на его глазах пару минут назад, совсем не было смешным. Фрэнк собрал вещи со стола, мельком глянув на экран телефона, где, как и ожидалось, было уже девять пропущенных звонков от жены. Мужчина, устало вздохнув, накинул пальто и направился в сторону двери, пропуская покачивающегося на ногах парня. — Джамия звонила тебе? — бросил он секретарше, которая уже сонно клевала носом, оперевшись на руку. — Ваша жена звонила, мистер Айеро. Я сказала ей, что Вы задерживаетесь на работе, — неуверенно сказала девушка, отводя испуганный взгляд в сторону. — Если позвонит ещё раз, до того, как ты уйдёшь, скажи, что я все еще здесь, — серьезным тоном предупредил её Фрэнк, услышав веселое хихиканье за спиной. Мужчина резко обернулся, одаривая Джиа раздражённым взглядом, на что тот лишь ещё больше растянулся в улыбке. Парень быстро пододвинулся к Фрэнку и, аккуратно наклоняясь к его уху, прошептал: — Папочка сегодня задерживается. — Я же сказал тебе, не называть меня так, — сквозь зубы процедил Фрэнк, стараясь говорить как можно тише. — Но я то знаю, что тебе это нравится, — Джиа закусил нижнюю губу, следя за взглядом мужчины, и улыбнулся ещё шире. — Ты сейчас отправишься домой пешком, — пробурчал Фрэнк, снова поворачиваясь к секретарше, которая растеряла весь свой страх и с недоумением смотрела на двоих мужчин перед собой. — Закроешь кабинет, — рявкнул Фрэнк, кидая ключи девушке на стол и направляясь в сторону лифта. Джиа ещё немного постоял и, подмигнув на прощание Джанис, последовал за мужчиной, по привычке виляя бёдрами, и явно довольный своей маленькой шалостью.