Черный мотылек

Ясу очутилась в кабинете Хокаге, до этого она тут никогда не была. В принципе, у девочки сейчас не было ни сил, ни желания оценивать дизайнерское решение этого скромного интерьера, она вообще перестала обращать внимание хоть на что-либо. Все ее мысли были о том непонятном человеке и бледной руке, что она увидела в гендзюцу. Просто с ума сойти, она так просто попалась в эту ловушку разума, хотя раньше подобных проблем не было! Не сказать, что в Акацуки был хоть один достойный иллюзионист кроме Итачи, так что тренироваться приходилось только с ним, а в Амегакуре они с Кисаме бывали ой как не часто. Ясу не демонстрировала особой предрасположенности к гендзюцу, она не умела им пользоваться и умела в него попадать. Итачи этот угол сточил долгими упорными тренировками, но не избавился от проблемы окончательно. Юная Учиха, по крайней мере, научилась не попадать в совсем простые иллюзии. Значит это лишь то, что противник оказался умелым и что-то знал. Девочка по-прежнему держала в руках тот самый протектор — единственная улика, которая осталась от незнакомого врага. А враг ли он? Черт его знает, обычно подслушивают такие разговоры только враги! Как же жалко, что не удалось получить следов чакры этого человека, какой-нибудь умелый сенсор сразу определил бы — относится этот человек к шиноби Конохи или же нет. Протектор Листа еще толком ничего не значит, может этот вор украл у кого-то повязку, чтобы притвориться своим. Хотя это странно, он ведь был в плаще и скрывал свою внешность. Хирузен был в легком шоке. Слишком много дерьма начинает происходить к концу экзамена, это недобрый знак. Как будто Коноху хотят о чем-то предупредить. Сначала непонятные действия со стороны Песка, потом внезапное появление Учихи Ясу и козни Данзо, теперь вот какой-то неизвестный подслушал секретный разговор и скрылся с места преступления, толком не оставив после себя ничего. Плохо. АНБУ, конечно, попытаются разобраться, возможно кто-то из Инузука сможет взять запах этого человека и выйти на его след. — Что за рука, о которой ты говорила? Что было в твоей иллюзии? — спокойно задал интересующие вопросы Сарутоби, смотря на девочку. Ясу больше не была напугана, она просто о чем-то размышляла. Ситуация, мягко сказать, из ряда вон, и порассуждать было над чем. — Мужская, судя по виду. Покоцанная какая-то. И со шрамами, как будто, знаете, от ожогов. Но может мне и показалось, — сообщила Ясу, похлопав глазами. Хокаге стал рассуждать. Мужская покоцанная рука, со шрамами от ожогов. С вероятностью в пятьдесят процентов это точно шиноби, практикующий техники огня. Не мудрено, что его руки в следах от ожогов — это нормальная практика для всех начинающих ниндзя, развивающих в себе стихию огня. Беда, что эти шрамы с детства совсем не заживают, а только грубеют и уродуют и без того грубые непривлекательные руки. Недолго думая, Хирузен призвал АНБУ и велел навести справки на всех шиноби, использующих огненную природу чакры, проверить их действия за последние сутки и убедиться в алиби. Таких в штате Конохагакуре насчитывалось доминирующе большинство, так что проверка затянется. Ясу в это время смотрела на протектор Листа. Как уже и говорилось ранее — вещица либо очень старая, либо прошедшая войну, потому как отметин от кунаев и сюрикенов на металлическом сегменте было очень много, да и сам металл потерся в некоторых местах и выглядел уже непрезентабельно. Ткань же грозилась развалиться на частицы прямо в руке, она выгорела, на ней также прослеживались дефекты от различных техник. Но, что самое печальное — не было ни одного волоска. Волосы очень часто попадали в узел банданы и там же оставались, потому что хрен эту конструкцию так просто развяжешь и распутаешь. Как раз поэтому какой-то гений в Дожде предложил прикреплять металлическую пластину со знаком деревни не на обычную ткань, которую надо завязывать, а на упругую, которая просто натягивается на голову. Хорошая была идея, жаль, что всем наплевать. — Блин, не могу понять, кому понадобилось подслушать нас? И кто вообще знал, что мы там? — куноичи вздохнула и сжала чужой протектор в руке сильнее, — Может быть, есть кто-то, кто хотел узнать тайны моего клана? — Вполне может быть и так, в конце концов нам доподлинно будет неизвестно — какие планы у кого-то были на клан Учиха. Врагов у таких именитых людей всегда было и будет предостаточно, Ясу. — Издевательство какое-то над памятью, — если бы Ясу могла, то она бы ударила что-нибудь ножкой и сокрушенно покачала головой. Но бить что-либо ногами в кабинете Третьего Хокаге нельзя, так что оставалось только смириться и жить дальше, — Я могу идти? У меня назначена встреча. — Встреча маргинального характера? — решил поинтересоваться Сарутоби, прекрасно зная, что скорее всего девочка планировала еще раз наведаться в квартал Учих в компании с кем-то заинтересованным, — Ты же понимаешь, что в данный момент это очень опасно для твоей жизни. Не стоит исключать варианта, при котором этот человек хотел похитить тебя, и следил он именно за тобой, а не за нашим разговором. — Может быть и так! Я его поймаю и раскатаю по стенке, еще сам от меня побегает! — уверенно заключила Ясу, ее боевой настрой поднялся. Хирузену оставалось лишь тихо вздохнуть. Ну не поймает же он ее за ручку и не станет насильно удерживать у себя в кабинете, а то ведь реально педофилом сочтут. — Хорошо. Но обещай мне, что ты не станешь делать необдуманных глупостей, — мужчина решил выставить соответствующее условие, чтобы хоть как-то успокоить свои переживания. — Хорошо! Буду делать только обдуманные! С этими словами девочка ловко выскочила в окно и поспешила скрыться от резиденции Хокаге подальше. Ясу шустро прибежала на место встречи, Саске уже был там. Вид у него спокойный, только слегка высокомерный и типа уставший. Ну да, ну да. Принцесса недовольна, принцессу заставили ждать кого-то в такую холодную ночь на детской игровой площадке. Увидев свою маргинальную родственницу, Саске скрестил руки на груди и категорично хмыкнул, задрав нос: — Сама время назначила — и сама опоздала, что скажешь в свое оправдание? — голос у паренька имел привычный горделивый тон. — Скажу, что мне пришлось вступить в бой. Саске хлопнул глазами, не до конца поняв посыл слов подружайки. — В смысле… «пришлось вступить в бой»? Ты, кажется, планировала с Хокаге поговорить. Неужели ты?.. — теперь в голосе родственника прослеживались нотки непонимания и беспокойства, смешанные с тревогой и шоком. — Да не со стариком же я махаться начала, вот это ты гений, блин, — Ясу цокнула и закатила глаза. Ребята вдвоем двинули в сторону квартала Учих, передвигаясь спокойно по улице, чтобы АНБУ не напрягались, завидев силуэты, бегущие по крышам в такой поздний час. Саске уже натурально горел любопытством, что же там такого произошло. Благо, девчонка решила сама все честно поведать и пересказала события, случившиеся с ней и Третьим. Вот так новости! Удивлению юноши сегодня не будет предела точно! Так на них натуральным образом чуть не напали. Какой-то странный человек в черном плаще, скрывающий лицо и весь свой силуэт в целом. Это весьма пошлый способ быть незаметным в такое-то время. — Кажется, этот чел какой-то древний. Он бы еще весь в черные тряпки замотался, а на лицо надел маску анонимуса, — Саске презрительно хмыкнул, дав особенную характеристику этому нечто. — Ну…кстати да, я как-то об этом и не подумала. Действительно, это очень глупо в наши времена пытаться скрыть свой образ именно таким способом. Никто ведь не мешает воспользоваться дзюцу превращения, тем более ваши бездарные чуунины никогда не смогут его разглядеть и вовремя рассекретить. — Вот именно, — утвердил юноша, никак не оспаривая тот факт, что чуунины в Листе настоящие бездарности, ленивые и противные, — В тебе не осталось следов его чакры после гендзюцу? — Не-а. Сама по этому поводу сокрушаюсь. Осталась только эта херня, чего с ней теперь делать — непонятно, — Ясу протянула своему товарищу тот самый протектор. Коноховский Учиха максимально критично осмотрел предоставленный вещдок и сделал следующий вывод: — Этот протектор — одна из самых первых моделей в принципе в истории. Лента очень широкая, использована грубая твердая ткань, окрашенная с помощью ягодных чернил. От таких быстро отказались, потому что носить их было неудобно, да и при первом же дожде вся краска стекала на лицо. А еще здесь пластина очень толстая, такие раньше изготавливали против тяжелых убойных сюрикенов. — Нихрена себе ты умный какой, — Ясу искренне удивилась таким познаниям своего родственничка. Оказывается, он может направлять свою энергию не только в постоянные конфликты и задирание носа, но и во что-то конструктивное, — Что такое убойный сюрикен? — Да такая же хуйня как и обычный, только тяжелее и обратно не вернется никогда. Их, вроде бы, к нам из Страны Железа завезли, сразу после окончания какой-то там войны. Не помню, скучная тема была. А вот так вот, Саске на уроках в академии даже учился, а не просто время проводил! — Хм…то есть, у этого человека есть первая ревизия протекторов Листа. И он пользуется древними методами. Делаю вывод, что это какой-то дед-пердед-извращенец, который хочет поймать меня и продать на черном рынке, — Ясу насупилась и слабо надула губы, забрав найденную вещицу обратно себе. Есть резон поинтересоваться у Обито, застал ли он такую временную эпоху, когда носили именно такие протекторы. Да и вообще имеет смысл поделиться этой ситуацией с ним. Вдруг у него появился конкурент и теперь не только великий и ужасный Учиха Обито хочет убить Ясу! Это уже дело чести. — Ну… — Саске задумался, прикидывая года и временные промежутки, которые бы хоть как-то объяснили ситуацию, — Третий Хокаге, кажется, еще должен был застать ношение первых протекторов. А больше, вроде…ну может еще наши старейшины, но их о подобном спрашивать бесполезно, только шуму наведут. Короче кто-то примерно такого возраста. — Блять, да я не знаю ни одного человека такого возраста! Что за позор, просто ужас. Мерзко. Саске отчасти понимал чувства Ясу. Совсем не круто, когда на тебя охотится кто-то, кого-то и знать не знаешь, даже не видел никогда и не подозревал. Это очень нечестно по отношению к тебе. Ведь, скорее всего, твой сталкер знает про тебя даже больше, чем ты сам. Миновать охрану квартала оказалось очень просто. Как юноша и предполагал — в пересменок, в этот короткий промежуток времени, АНБУ максимально не сосредоточены на своей работе. Вот убогие, а! Позорят Коноху, чертовы уроды. Могли хотя бы на период экзаменов работать нормально и на всю свою зарплату, нет все равно все делается через одно место. Молодые бандиты оперативно миновали все ненужные улицы и дома, в считанные минуты оказавшись перед тем зданием, которое когда-то было домом семьи Ясу. Итак, все по-прежнему заколочено, ни единого признака жизни или какого-нибудь свежего вмешательства. — Какие у нас есть варианты, чтобы проникнуть внутрь бесшумно? — поинтересовался Саске, потому как он не видел смысла пытаться расковырять эти старые доски и попасть в дом цивилизованным образом через дверь. — Кажется, если я правильно помню, у нас в доме не было подвала. Значит нам ничего не остается, будем ломать какое-нибудь окно, — предложила Ясу, осматривая свои владения. Да, владения-то по-прежнему ее! Не хотелось, конечно, рушить и портить собственный дом, но в данной ситуации иного выхода, а вернее входа, не было и не предвиделось. Отковыривать дверь бесполезно, потому что она заперта, а тратить время на взлом — обезьяний труд. Взломать-то Ясу могла хоть чью-то душу, дайте только времени и мотивации. Ну что же, ломать так ломать, раз выбора не остается. Ребята нашли максимально удобное и скрытое от посторонних глаз окно, которое было заколочено всего тремя досками. В физике оба смыслили нормально, так что быстро пришли к выводу, что проще всего поддеть доску кунаем и создать своеобразный рычаг, надавливание на который приведет к выходу гвоздей из толщи стен. Так и получилось. Что же, за сообразительность оценка должна быть хорошая! Оказавшись внутри нежилого дома, первым, что почувствовала Ясу, оказалось чувство скорби, смешанное с тоской. Память как будто начала просыпаться, решительно подкидывая отрывки воспоминаний в сознание. Не сказать, что это причиняло девочке много боли, однако и отрицать ее наличие было невозможным. Учихе стало грустно. Ведь она-то не помнит своего детства, только вот такими мелкими кусками. Оно было счастливым. Может быть, бедным, но все-таки счастливым, потому что ее семья была любящей и адекватной. И за что они покинули ее? Саске не спешил бродить по комнатам и осматриваться, все-таки он ощущал этот дом как чужой, тем более его фактическая владелица стояла рядом с юношей. Это некрасиво и неприлично. Паренек сразу отметил, что семья Ясу была не зажиточной точно. Но и не бедной. Удивительно, как много различных вещей осталось тут. Целая кладезь памяти и маленькой отдельной истории. И, пожалуй, это единственный дом незапачканный кровью. М-да… — Ясу? — обратился к девочке Саске, посмотрев на нее. У них было не так уж много времени, риск спалиться рос пропорционально времени пребывания на данном клочке земли, — Что именно ты хочешь найти здесь? Ясу хлопнула глазами и опомнилась, вернувшись в этот мир. Потом она погрустит, сейчас нужно сделать дело и отпустить уже Саске восвояси, а то она и так уже вплела его в темную историю, не хватало еще сильнее подпортить его репутацию и личное дело. — Семейный архив, — сообщила девочка, проследовав первым делом в гостиную. — Хочешь найти старые облигации и разбогатеть? Сомневаюсь, что это хорошая стоящая идея, — Саске тихо хмыкнул, пройдя за девчонкой. — Очень смешно, — Ясу закатила глаза, правда, в таком мраке это было слабо заметно, — Ты лучше мне скажи: ты фонарик какой-нибудь взял? Интересное стечение обстоятельств, а об освещении никто из них и не подумал. В доме было очень темно, свет просачивался только через узкие щели между досками, коими обколочены все окна. Особо ничего и не разглядишь толком. Поняв, что петушиный дурачок фонарика не взял, Ясу цокнула и вздохнула. Придется жечь собственную чакру. В такие приколы умел не каждый генин, этой технике Ясу обучилась самостоятельно еще пару лет назад. Выпускать свою чакру в чистом виде, не придавая ей вообще никакой формы и не наделяя какими-либо свойствами, довольно интересно. И красиво. Свечение, конечно, слабое, однако в их случае сильное и не нужно. Не стоит привлекать лишнего внимания. Девочка сконцентрировала небольшой сгусток энергии в своей руке, этого достаточно. — Показушница, — коноховский Учиха недовольно фыркнул, признавая, что Ясу не совсем бестолковая, — А теперь по-серьезке — че ищем-то? Ясу подошла к большому книжному шкафу и стала осматривать все, что привлекало ее внимание. — Че-то, — коротко обозначила куноичи. Поисками заниматься было трудно, потому что непонятно что и искали. Саске не умел читать мыслей, однако примерно понимал, какие бумаги могли заинтересовать его подругу, правда ориентироваться оставалось только на собственное чутье. Книг в семействе было много, различных документов — не особо. Из самого интересного, что ребятам удалось найти: долговые расписки, документ о порядке наследования в клане, свидетельство о заключении брака. Все остальное — какой-то непонятный хлам и мусор, который в деле точно не поможет. Ушло на все это около получаса. Саске уже было хотел предложить Ясу свалить, как внезапно его внимание зацепилось за объемную толстую книгу с чем-то, что торчало из ее страниц. Взяв это нечто в руки, юноша понял, что держит фотоальбом. — Ясу, — обратился он к куноичи. Девочка тут же откликнулась и подошла к нему ближе, освещая книгу получше, — Кажется, это то, что тебе нужно. Юная Учиха заинтересовалась и забрала фотоальбом, после чего присела на пол и начала его листать. Фоток было очень много! Прямо очень! Большинство из них с какими-то незнакомыми людьми. Родителей очень много. Еще совсем малышке Ясу также было посвящено очень много снимков, красивых и эстетичных, жизнерадостных и ярких. Часть фотографий были черно-белыми, чем дальше девочка листала, тем больше обнаруживалось цветных фото. — А кто это? — девочка резко заинтересовалась одним снимком. Фотография была порвана, а точнее — от нее кто-то оторвал целую половину. Вероятнее всего, на изображении когда-то запечатлелись двое людей, один из которых выглядит молодым юношей со странной текстурой волос, совсем непохожей на ту, коей обладали Итачи, Обито, Саске и Ясу. Однако лицом этот человек кого-то смутно напоминал. Может, даже, родного папу?.. Ясу пригляделась пристальнее. Ну да, какие-то общие черты прослеживались. Неужели это тот самый тип, из-за которого пошла вся эта хуйня с переселением? Саске нахмурился, искренне пытаясь вспомнить, кого этот тип напоминал, а он точно кого-то напоминал! Этот собачий преданный взгляд с огромными глазами, миловидными мягкими чертами лица, совсем немужественными…внезапно подростка осенило. — Это этот!.. Блять… — Саске даже защелкал пальцами, пытаясь вспомнить правильное имя того человека, однако память что-то подводила, — Да ебаный…короче, имя у него такое еще пидорское было… Итачи только с такими и водился, ха. — По существу давай! Это был друг Итачи? Фотка слишком старая! — Да не! Он очень сильно похож на друга Итачи! Ши… Шисуи, вот, вспомнил! Ясу не забыла это имя. Шисуи, это, кажется, внук того самого Кагами. А на фотке, судя по всему, и есть этот самый Кагами. Урод уродом! Нет, симпатичный милый мальчик, конечно, но урод! Просто мерзость, грязь из-под ногтей. Из-за этого куска дерьма семья Ясу была вынуждена скитаться и бичевать в не менее нищей Стране Воды! А потом их и вовсе убили, а Ясу теперь живет с некрофилом и сумасшедшим маньяком, который хочет ее убить! Чертов Кагами Учиха, будь ты проклят, кусок говна. — Нихрена, так он другом твоих предков был? Или кем-то тебе из родственников приходится? — Саске даже нахмурился, быстро сообразив, что скорее всего в этой истории было что-то нечистое, какая-то неприятная темная правда. — Он мой дед, получается, — Ясу тоже нахмурилась, выражая свою негативную позицию касательно данного факта, — И дед Шисуи. Только для Шисуи он был официальным дедом, а для меня нет. — А…понял, — юноша понял, к чему вела его подруга. Да уж, теперь на многое проливается свет истины. Вот ведь неприятная ситуация, — Так вы с Шисуи тоже родственники. Ну…он уже умер, вообще-то, но…это так странно. Мир так тесен, даже теснее этого квартала. — Да ты не представляешь насколько он тесен. Ясу быстро полистала альбом в надежде найти вторую часть снимка, но не обнаружила ее. Скорее всего, кто-то в порыве гнева решил избавиться от неприятного объекта на фотке, вполне вероятно, что это даже мог быть отец, когда ему предъявили за блядки Кагами и потребовали покинуть клан. Эх, какая досада, и не спросишь ведь уже! Быть может, что-то осталось в доме в Оде, но туда соваться небезопасно. Да и не отпустит никто, если сбежать — риск получить реальных люлей слишком высок. Может быть, есть резон попросить кого-нибудь из Акацуки о сопровождении, наверняка ведь у кого-то из всех пар там поблизости есть миссия. — Чей это дом? — спросила девочка, смотря одну из самых старых черно-белых фоток. Она практически выгорела полностью, а бумага пожелтела до безобразия. Снимок очень хрупкий, казалось, что от одного неверного движения он пойдет пыльным прахом по воздуху. Саске разглядел содержимое фотки. На ней был запечатлен чей-то дом, а вернее целое додзе. Просторное, богатое, ухоженное. В одном из самых старых архитектурных стилей. Но качество снимка настолько плохое, что имени владельца на табличке не различить. — Я не знаю, — юноша пожал плечами, — Скорее всего, это дом кого-то из прошлых лидеров, но это не точно. Во всяком случае, сейчас этого здания точно нет, я уверен. — Хм, хорошо, — Ясу загнула уголок нужной страницы, после чего достала из-за пазухи свиток с печатью и запечатала в него фотоальбом. Он ей еще пригодится для детального изучения и допроса кого-нибудь из оставшихся живых Учих. Обито, судя по всему, старше Итачи, он вполне может знать некоторых людей и местность, — Нам пора, — девочка поднялась и поправила одежду. Больше в этом доме ничего ее не интересовало. Если что-то вдруг понадобится, то она обязательно навестит свою колыбель чуть позже, уж этого ей точно никто не сможет запретить. Дни до экзамена тянулись бесконечно долго. Ясу решила тренироваться вместе со своими коллегами, попутно изучая фотоальбом. Делать это можно было только в укромных тихих местах, когда рядом никого не было. Юная Учиха не придумала ничего лучше, чем забираться в городскую библиотеку и делать вид, будто она читает книгу. Таким образом она не привлекала внимание АНБУ, а это самое главное. Про ту их вылазку вместе с Саске так до сих пор никто и не узнал. А может и узнали, но просто молчат, потому что ничего критического не произошло. За целых три недели тот самый незнакомец в черном плаще никак не заявлял о себе, скорее всего, он был уже либо за пределами Листа, либо тщательно скрывался у кого-то, продолжая слежку. Ясу это, естественно пугало, поэтому она не придумала ничего лучше, чем везде шляться с Канкуро. А что, из Канкуро неплохой телохранитель! Он сам кого хочешь своим внешним видом напугает. А еще он поделился такой фигней: в Стране Ветра, оказывается, принято верить в то, что коты и кошки отпугивают всякую нечисть, поэтому дружить с Канкуро вдвойне полезнее, чем не дружить. Аргумент, конечно, вяленький, но он и не особо требовался. Ясу и так просто приятно с ним гулять и дружить. Куро хороший парень, вот только грубый очень. Причем, кукловод даже не боролся с этой своей грубостью, считая ее скорее преимуществом. — Ты уверена, что хочешь сделать это прямо сейчас? — решил убедиться Сабаку старший перед тем, как они войдут в гостиницу и начнут доставать Гаару, — Это все может очень плохо закончиться для нас обоих. Ты-то скорее всего сбежать успеешь, а вот я нет. Не могу бросить брата, когда его бесоебит. — Так понятное дело, что человека будет бесоебить! Сейчас бы не жрать нихрена и не спать целыми сутками, а потом жаловаться, что шизу поймал, — Ясу хмыкнула, нахохлившись. Настроение у нее в последнее время было совсем не милым и не добрым, она даже перестала называть себя хорошенькой маленькой девочкой, — Поговорить я с ним обязана, а уж как на это реагировать будет он — только его проблемы. — Эх, черствая девка, нет бы применить какой-то мягкий женский подход… — Канкуро лишь вздохнул и покачал головой. Близился день финального этапа. И напряжение во всей команде Песка лишь нарастало, потому что начинала в полной мере ощущаться вся ответственность, носимая ими за успех целой глобальной миссии. Проебаться нельзя ни в одном пункте, иначе быть беде. Но как, простите, что-то планировать, когда вы собираетесь использовать абсолютно неконтролируемое оружие? С Гаарой тоже было что-то не в порядке. Он словно с ума сошел после той битвы с Роком Ли. Малыша начало знатно крыть с мысли о том, что он так серьезно облажался впервые в своей жизни, его охватила какая-то одержимость этим человеком. Гаара даже хотел убить его, но как же хорошо, что коноховская мелкотня успела вовремя остановить его. Вот же пиздец! И что тут делать? Что тут планировать? Канкуро переживал уже не столько за их задание, сколько за состояние младшего брата. Складывалось такое впечатление, что тот вот-вот сойдет с ума окончательно, потеряет себя и погибнет, позволив биджу вырваться наружу. И его так нагло эксплуатируют для таких ужасных целей! И ничего с этим не сделать! Гаара был создан чтобы страдать, но Канкуро больше не готов мириться с таким раскладом. Он уже на примере Ясу убедился, что все только в твоих руках, и срать на тех, кто тебе указывает что и как делать. Ни один человек не обладает такой властью, чтобы лишить другого человека полной свободы. И Гаара не обязан так убивать себя ради планов отца. Раса выбрал совсем не тот путь для подъема Песка. Просто омерзительный. Девочка постучала в дверь комнаты, в которой обитает Гаара. Она уже сразу рассчитывала на то, что ее схватит Песок и начнет душить. Однако, этого не произошло. Дверь открылась, показался болезненный силуэт Песчаного Гаары. Ясу хлопнула глазами. Енот совсем отощал, стал еще бледнее, его глаза были красными и мутными, а кожа словно высохла. — Что с тобой?.. — удивленным и встревоженным тоном произнесла девочка, прикрыв часть лица ладонью. Гаара к этому вопросу отнесся максимально скептично и наплевательски. — Что тебе нужно? — тихим хриплым голосом задал вопрос юноша, не желая тратить время на бесполезные разговоры. Ему сейчас не до этого. Эта деваха и так должна быть благодарна ему за то, что он ее не убил. Могла просто больше не лезть к нему и жить дальше, но нет, видимо у нее напрочь отбито чувство самосохранения, раз она добровольна пришла действовать Гааре на нервы и бесить его своим существованием. Сама будет виновата, если сдохнет, пустоголовая дура! У Ясу больше не было времени откладывать все свои дела, финал экзамена близился, как и нападение Орочимару. Вот тогда точно не до шуток будет, нужно заранее хотя бы придумать где укрыться. Да и девочка ведь не знает точных планов команды Песка, что конкретно так уменьшает ее шансы на выживание. Как бы то ни было — а сообщить Гааре важную информацию нужно уже сейчас. Воспримет он ее или проигнорирует — это уже личные проблемы конкретного джинчуурики. Даже если он об этом забудет, то вполне вероятно, что Канкуро будет помнить и держать ухо востро. — Поговорить с тобой. Касательно моих слов на экзамене, — спокойно ответила Учиха. Не дожидаясь какого-либо утвердительного разрешающего сигнала, куноичи подхватила Канкуро за руку и буквально втащила в комнату несчастного кота. Дверь за ними закрылась, — У меня не будет другого шанса. Канкуро, на самом деле, очень сильно переживал, что Ясу не до конца осознает угрозу в лице Гаары. Гаара — беспощадный убийца, которого еще никто не смог остановить. Сознание убийц работает абсолютно по-другому, с ними невозможно общаться как с обыкновенными адекватными людьми, здесь требуется особый подход. Учиха же либо была просто дурой, либо не желала проявлять свою эмпатию и вникать в тонкости мышления Гаары, из-за чего основательно так рисковала собой. Точно идиотка. Тупые девки. Канкуро сглотнул и сжал кулаки, заставляя себя успокоиться. Девки-то может и тупые, однако это не повод выставлять себя жалким трусом рядом с ними, тем более рядом с Ясу. Она девчонка особенная, не похожая на остальных. У нее такой необычный характер и склад души, словно в этом тощем тельце навсегда заперта маленькая счастливая девочка. Это при том-то, что данная особа прибыла из Дождя, максимально гиблого и депрессивного места. Это несоответствие порождало особый контраст, который притягивал к себе людей. И все это дополнялось крайне миловидной экзотической внешностью: силуэт тонкий и легкий, взгляд горящий и яркий, голосок мягкий и нежный. Особенно хорошо было с таким голосом ругаться матом, у Ясу это порой выходило даже филигранно. Канкуро долго пытался переубедить самого себя, что его привлекает в этой девчонке лишь ее эстетика, а забавная тупость — просто приятное дополнение. Но нет, все оказалось гораздо глубже и серьезнее. И вот сейчас, когда Ясу откровенно творила хуйню, хотелось дать малявке хорошей пощечины и напомнить ей ее место в пищевой цепи, потому что Гаара и так один раз уже ее пощадил. Второй не прокатит. Сам же виновник торжества лишь тяжело и максимально раздраженно вздохнул. Кажется, младший братец планировал сегодня хотя бы немного отдохнуть и поспать, а теперь ему на нездоровую уставшую голову нужно что-то соображать. В подобные дни Гаара всегда походил на животное. — Ты сказала, что кто-то хочет похитить меня, чтобы забрать демона, — воспроизвел главную тему прошедшего эпизода Гаара, — Крыска. Да, он теперь всегда ее так называет, сознательно игнорируя настоящее имя девчонки. Ну а что такого? Она действительно походит на крыску, как внешне, так и по своей деятельности, даже ее стиль битвы идеально дополняет это прозвище. Ясу лишь закатила глаза. Крыска, так крыска. — Да, я помню. Эта организация — Акацуки. Должно быть, вы слышали, как пару лет назад известный нукенин Акасуна Сасори покинул Деревню Скрытого Песка. Так вот, он присоединился к Акацуки. Именно ему приказали поймать тебя, Гаара, — поделилась Ясу, с потрохами выдав своего учителя и приятеля. Вообще-то трудно было говорить о Сасори как о приятеле, все-таки он чуть ли не сорокалетний мужик в теле миловидной куколки. И что? Пейн вот тоже какой-то ублюдок инфантильный в теле симпатичного паренька, воспринимать его как бога что ли? Увольте. В комнате на некоторое время установилась тишина, а оба юноши лишь широко раскрыли глаза. — Акасуна Сасори? Шиноби-отступник? Тот самый известный кукловод, который первым открыл способ создания марионеток из живых людей? — ошарашено выдал Канкуро, искренне недоумевая. — Мы не могли застать его, на момент нашего рождения он уже как год отсутствовал, — неожиданно спокойно задумался младший член семейства. Казалось, в какие-то моменты к нему возвращалось благоразумие, тогда он становился совсем не похожим на будничного себя. Эти глаза выражали лишь безграничное участие и заинтересованность в каком-то деле. А еще удивительно, что Гаара следил за событиями в своем родном городе и изучал историю. Далеко не каждый ребенок заинтересуется судьбой негативных персонажей этой песчаной эпопеи. — Про Акацуки я что-то слышал, кажется, о них поднимался какой-то вопрос около полугода назад на собрании, но дальше коротких пустых обсуждений это не зашло. Постой, ты сейчас серьезно хочешь сказать, что работаешь на организацию опаснейших отступников? — шоку Канкуро не было предела. Он уже совсем ничего не понимал, его мозг категорически отказывался воспринимать поступающую информацию как реальные сведения. — Я на них не работаю. Я просто знаю о них все, — честно ответила Ясу. Она действительно не являлась членом Акацуки, а просто жила рядом с ними под одной крышей. Но этого двум братьям знать необязательно, — Если они знают, что я тут сливаю информацию об их планах, то убивать меня будут долго и мучительно, так что если вам не пофиг — можете воспринимать мою доброту как акт самопожертвования. Моя жизнь уже давно не принадлежит мне, поэтому если ты захочешь у меня ее отнять — я не особо расстроюсь, — юная Учиха обращалась к Гааре, — Я не могу точно сказать, когда за тобой могут придти и с каким вооружением. Скорее всего, это будет не в ближайшее время, потому что у Акацуки очень много заказов. Они все еще в процессе наращивания своей мощи. — Почему я должен верить твоим словам? Ты всего лишь глупое ничтожество, недостойное жизни, — Гаара нахмурился. — Да, но это ничтожество умудрилось выжить после встречи с тобой, пускай и не путем битвы. Гааре не привыкать, что его постоянно кто-то пытается убить. Однако сейчас, если верить Крыске, то ситуация особая, потому как виды на его жизнь заимела преступная организация в лице Акасуны Сасори. Да и ему нужна не жизнь, а только биджу. Что-то уникальное и ранее незатрагиваемое историей. — …хорошо, — проскрипел Сабаку младший, — Проваливай, мерзость. Канкуро оперативно взял малышку за руку и поспешил вместе с ней удалиться, оставляя брата в полном одиночестве наедине с его мыслями. А подумать есть над чем, все-таки информация поступила даже относительно достоверная. На самом деле существует организация Акацуки, но она еще не на слуху. О них знают, говорят много, только вот тихо. Судя по словам Ясу, правительства различных стратегических объектов просто не хотят воспринимать нарастающую угрозу, а ведь организованная преступная деятельность, тем более с участием опаснейших отступников, это очень большая угроза! Теперь точно есть повод поговорить с отцом. Как раз скоро он должен прибыть в Коноху. Ситуация поворачивается круто. Каким образом Ясу может быть связана с Акацуки? Как? Она же обитает в Амегакуре, откуда не выбраться живым. Или, быть может, информация об этой организации просочилась внутрь вместе с торговцами и прочими бродягами, которым таки удалось пробраться на закрытую территорию. «А может они и вовсе сотрудничают с руководством Дождя?» — такая мысль проскочила в голове парня незамедлительно. Ведь в Дожде сейчас идет гражданская война. Акацуки вполне могли встать на одну из сторон и снабдить ее ресурсами, силой и уверенностью, после чего укрепиться на закрытой территории победителями и основать там свою базу. Это самое умное решение из всех, ведь ни один нормальный человек не захочет даже ступать на землю Безымянной страны. Кто будет искать там преступников? Кукловод глянул на свою спутницу, что скармливала местным уткам в большом пруду хлеб. С такой увлеченностью Ясу занималась этим делом, причем выглядя при этом максимально безобидно и тепло, что даже не верилось в ее связь с такими историями. Разве может человек, выросший в страшной нищей гнетущей неволе, быть таким? Разве может человек, настолько безбашенно рискующий своей жизнью, просто жить и наслаждаться жизнью? А в том, что малявка-Учиха искренне наслаждалась каждым мгновением своей жизни, Канкуро не сомневался. По ее глазам это было видно. Какое-то дикое неправильное несоответствие! Не может мелкая девка такой быть! Здесь точно где-то кроется обман! — Вот так… — Ясу отряхнула руки от остатков хлебных крошек и выпрямилась, продолжая мягко улыбаться, — Все, плывите отсюда, халява закончилась! Уточки лишь благодарно покрякали и уплыли разводить других лохов на питательный контент, а девочка подбежала к своему угрюмому коту и похлопала пышными длинными ресницами. Она чуть склонилась, сложив руки за спиной, тем самым пытаясь подобраться чуть ближе к вниманию Канкуро. — Ты чего такой? — легко поинтересовалась Ясу. Канкуро после того разговора буквально сам не свой был. Бесконечно хмурился, не сразу реагировал на обращения к себе, витал в облаках. Куноичи понимала, что сильно озадачила своего друга этими откровениями, но в конце концов — не бывает в мире все так просто. Голова у каждого относительно занятого человека постоянно переполнена мыслями и переживаниями, какими-то заботами, порой даже не своими собственными. Это нормально в современном здоровом обществе. Сабаку старший стоял под деревом, прислонившись к нему спиной и скрестив руки на груди. Марионетки при себе не было, никаких битв не планировалось. Канкуро пытался хотя бы поверхностно разобраться со своими представлениями о мире, мировоззрение требовало кардинальных перемен. Раньше все вещи казались ему до одури простыми, вот смотришь на идиота и понимаешь, что да, он просто идиот. А теперь получается, что у любого идиота биография может оказаться настолько темной и запутанной, что в здравом уме окунется в это дерьмо только другой такой же идиот. Как все сложно! Юноша глянул на Ясу, требующую внимания к своей нескромной персоне. Его взгляд был серьезным, но не особо нагруженным, скорее просто изучающим. В ней все так же, ничего не изменилось. Глазки по-прежнему милые. Голосок тоже. Хотя ее персона теперь воспринималась совсем по-другому — Ясу по-прежнему та самая забавная тупая девка, которая так ему понравилась. Да и, по большому счету, это не единственный такой пример в жизни Куро. Ведь его родной младший брат тоже мрачная темная фигура, однако от этого он не перестает быть тем самым маленьким уязвимым гномом, которому нужна поддержка от своей небольшой семьи. — Какой? — несколько скептично задал вопрос кукловод, выгнув бровь. — Да у тебя обычно морда такая тупая, а тут ты что-то задумался, весь такой напряженный, мыслительные процессы, все дела…как-то непривычно видеть тебя таким, Канкуро, — объяснила Ясу и выпрямилась, после чего обернулась и посмотрела вдаль, встав спиной к своему товарищу. Ее взгляд устремился далеко-далеко, — Считаешь меня плохой компанией? — неожиданно спросила Ясу. Куро за момент до этого вопроса залип на волосы Учихи. Все девушки стремятся к легким шелковистым блестящим локонам, это действительно красиво и привлекательно, но в конкретно этом случае — патлы Ясу побеждают всех конкурентов. Красивые? В извращенном понимании — да, очень красивые. Такая жесткая неуправляемая грива, полностью лишенная даже природного блеска. Образу Ясу не подошло бы ничего другое, Канкуро согласился с этим утверждением как художник и эстет, творец. Красивее волос юноша, пожалуй, не встречал никогда в своей жизни. Внезапно до него дошел-таки вопрос малышки. Сабаку даже слегка опешил от такой постановки. — Что? Нет, — решительно отрицал он, — А ты меня? Я ведь тоже много гадостей собираюсь совершить. Даже если я с ними не согласен — меня к ним подвели обстоятельства, на которые я не могу повлиять. Это работа шиноби. Как и твоя. — Ну да, — Ясу согласилась и слабо улыбнулась. Она-то точно не считала Куро плохой компанией. И его слова лишь подтверждали, что он точно не плохой человек. — Ясу… Канкуро опустил ладонь на узкое плечико Учихи и без труда повернул ее к себе, после чего буквально через одно мгновение накрыл ее маленькие пухлые сухие губы своими. Куноичи замерла на месте, ее сердце тоже решило остановиться на эти долгие три секунды самой первой осознанной романтической близости с противоположным полом. Девочка впервые ощущала настоящий поцелуй, для нее это стало не просто событием, а целой эйфорией. Столько лет она слушала категорически настроенные лекции Пейна о том, что все парни на свете отвратительны, что ни в коем случае нельзя ходить с ними за ручку и тем более целоваться, что у мальчиков бывают только грязные пошлые мысли. И Ясу столько лет мечтала вкусить этот запретный плод, хотя бы просто на зло этому одинокому Богу. Сейчас, когда тепло чужих губ согрело ее впервые, Учиха поняла, что это все такая глупость. Она хотела этого не для того, чтобы доказать что-то аморфному рыжему существу в своей голове, а для того, чтобы просто почувствовать это мягкое интимное тепло и насладиться им.