Черный мотылек

Дорога до места обитания Змея заняла порядка недели, считая отдых двух молодых шиноби в рёкане. Ясу почувствовала себя значительно лучше буквально после одной ночи, все-таки не зря говорят, что вода горячих источников способна исцелить даже самое безнадежное тело. К тому же, там было очень тихо и спокойно, кормили вкусной легкой пищей, не отвлекали от мыслей постоянным мельтешением перед глазами. Удалось провести больше времени с Саске, тот в последние месяцы заимел привычку слишком глубоко уходить в свои мысли. Ничем хорошим это не закончится, уж слишком нестабильно подростковое сознание. Покинуть Страну Воды было очень приятно, сразу же после пересечения границы исчезло это противное гнетущее чувство на душе. В убежищах Орочимару всегда было слишком темно и мрачно, совсем неблагоприятная атмосфера для комфортного времяпрепровождения, однако Ясу и Саске привыкли. Они попали к Змею практически одновременно, надо ли говорить о том, что саннин обрадовался этому событию, как дети радуются снегу в первые дни зимы. Пару лет назад Орочимару мог лишь мечтать о том, чтобы приблизиться к кому-нибудь из Учиха и завладеть его телом, а теперь у него сразу две штуки, которые потенциально можно использовать для своих извращенных целей. Все как по маслу. Идеальное стечение обстоятельств. В очередной раз Орочимару хвалил себя за талант читать людей. Дети эти уже выросли, через год Ясу станет совершеннолетней. Впрочем, возраст ни на что не влиял, амбиции у его учеников разные. Тем не менее, чем больше лет прожито, тем больше опыта набрано, а значит дети точно захотят что-нибудь выкинуть. Змей за этим следит. Для неподготовленного гостя коридоры могли показаться бесконечными, заблудиться здесь было очень легко. Одно из осенних убежищ спрятано под землей, это и тепло, и надежно, разве что выбираться из него неудобно. Каждая из таких потаенных лабораторий являлась отдельным полноценным полигоном с собственной системой, уровни друг другу не мешали, все спланировано настолько четко, что криков «испытуемых» и «изучаемых» нигде не слышно, кроме их этажа, самого последнего. Ясу предпочитала туда не ходить. Она не отвергала эту сторону Орочимару, а наоборот старалась не выпускать ее из виду. Нужно всегда держать в уме, что за складными ласковыми речами кроется мрак. — Долго вы в этот раз, — раздался спокойный ровный голос Кабуто. Верный послушник и подмастерье Змея поджидал возвращенцев прямо за одним из поворотов, как раз на проходе в общий разделительный зал. Некоторые народы назвали бы это помещение «нефом». Саске остановился и осмотрел Якуши, отношения между ними в лучшем случае можно назвать напряженными. Очевидно, юный и горделивый Учиха ни в грош не ставил Кабуто и считал его грязью из-под ногтей, в глазах Саске Кабуто являлся жалким никчемным фанатиком Орочимару, нет ничего более отвратительного, чем нелепое поклонение одной личности. Этот червь не обладал ни каплей гордости, такие личности очень неприятны. — А тебе заняться больше нечем кроме подсчитывания дней нашего отсутствия? Не твоего ума дело, — парень хмыкнул практически брезгливо. Отвратительный пренеприятнейший подросток в самой ужасной стадии своего полового развития. Его рассудок уже нельзя было назвать чистым, отчего Кабуто уже перестал обижаться на несчастного недолюбленного ребенка. Он всего лишь кукла. Да, самая любимая и желанная, но не более, чем кукла, которая однажды исполнит свою роль и навсегда исчезнет из памяти. А Кабуто будет с Орочимару всегда. В этом их разница. — Лишь формальное приветствие, тебе необязательно реагировать на него, ты должен просто принимать такие вещи как нечто должное и не уделять им внимания, — ирьенин поправил очки, в чьих стеклах отражалось пламя свеч. Свечи тут для антуража, на самом деле большая часть помещений электрифицирована и имеет нормальное освещение. — Все нормально, Кабуто, ничего страшного не произошло, — коротко поспешила оповестить Ясу, предчувствуя, что Саске вот-вот захочет петушнуться и продемонстрировать силу своего шарингана. Ни к чему эта лишняя агрессия, пусть учится выпускать пар иными путями. Руки даны не для скуки. Ясу тоже не сдружилась с этим человеком, открытой вражды и соперничества между ними не было, однако девушка четко ощущала пассивную холодную агрессию в свою сторону от этого человека. Она его не боялась, нет, он не способен навредить ей, пока она нужна Орочимару. Этим статусом старшая Учиха особо не заигрывала, просто старалась лишний раз не инициировать контакта с Якуши. Тот был не против. — Вот как, — молодой человек с серебристыми волосами так же ровно глянул на Ясу. — Если вам понадобится медицинское вмешательство, то дайте знать. На том все трое и разошлись. Ясу и Саске еще какое-то время следовали вместе, их комнаты находились в одном крыле этого убежища. Парень ничего не говорил, по его морде было заметно, что Кабуто вызвал у него легкий негативный тонус. Ничего страшного, если бы не Кабуто, то точно кто-нибудь другой, так что чем раньше это произошло бы, тем лучше. Учиха разошлись в какой-то момент. Ясу поспешила избавиться от лишней амуниции и собрать банные принадлежности. Горячий душ был просто необходим для того, чтобы привести себя в порядок и, наконец, отдохнуть. Девушка уже успела изучить свой шрам от касания морской осы, который, кстати, чуть посветлел, но по-прежнему выглядел как сплетение темных змей на бледной молочной коже. Страшно. Этот след не светился в обычной воде, но вот в «естественной», то есть в натуральном водоеме, будь то озеро, ручей, река или море, свечение все-таки было, причем довольно яркое. Медуза же в теле не ощущалась физически, но на уровне чакры Ясу все-таки чувствовала это маленькое существо, что уже на второй день полностью отфильтровало яд и удерживало его отдельно от крови и сосудов с помощью специальных секретных техник. Учиха отмечала, что общее состояние ее организма не ухудшилось от такого разделения, что не могло не обрадовать. Чистая вода вкупе с мылом, что слабо-слабо пахло косметической пудрой, сотворили что-то волшебное, девушка стремительно расслаблялась. С волосами пришлось конкретно повозиться, но даже их удалось привести в порядок. Когда тело окутало сначала чистое мягкое полотенце, а затем не менее чистая свежая одежда, Ясу ощутила блаженство. Ей для удовольствия много не нужно. О еде мыслей не было, организм желал лишь сна. Учиха не стала сопротивляться наваждению и позволила себе уснуть, состояние было идеальным для здорового сна. В подземелье очень тяжело ориентироваться во времени, оттого и соблюдать режим тоже. Ясу была без понятия, сколько она проспала и во сколько проснулась, часы ни о чем не говорили. Зная свой многострадальный организм, девушка отдавала себе отчет в том, что могла проспать и пять часов, и пятнадцать. Исходя из общих ощущений и собственного же запаха — прошло не более шести часов. Отлично. В очередной раз переодевшись и причесавшись, Ясу направилась на поиски наставника. Орочимару она считала именно наставником, он обучил ее очень многому, еще будучи мелкой девчонкой, Ясу с огромным удовольствием и поразительной жаждой впитывала все знания, которые только можно было вытрясти из легендарного саннина. Делился он ими охотно, но поступательно, в Орочимару пропадал шикарный преподавательский талант. Возможно, из-за собственных чувств и эмоций Учиха никак не желала успокаиваться в те года и трепала учителя всячески, прося дать больше. И уроков, и внимания… Женский рассудок не очень хорошо переживает перемены, недаром женщин сравнивают с кошками. Женщины очень ценят стабильность и постоянство, это относится и к обстановке, и к кругу общения, и к образу жизни. Когда все так разом переменилось — Ясу было плохо. Ей отчего-то даже показалось, что лучше закончить жизнь самостоятельно, чем пытаться разобраться со всем тем, что она ей преподнесла в качестве «даров». Однако, девочка быстро взяла себя в руки и справилась со всем. Ей так показалось, что точно со всем. Орочимару же наблюдал иную картину. Перед собой он видел очередного брошенного ребенка, которому не хватило любви, заботы и, самое главное, положительного здорового внимания. Очевидно, что жестокие беспощадные преступники и убийцы, такие как Пейн и Ангел, не были способны в полной мере воспитать из Ясу полноценного человека. Но были видны искренние старания, что уже странно, но Змея это волновало мало. Сама Учиха лишь коротко поделилась тем, что каждый день для нее мог быть последним, ведь ее по-настоящему пытались убить и в любой удобный момент напоминали о том, что она жила лишь ради того, чтобы умереть. Ясу не говорила, кому именно принадлежали эти слова, и кто так яро возжелал уничтожить мелкую девчонку. Орочимару хотел бы просто взглянуть на этого человека и понять: он совсем неадекватный или он знает больше, чем Ясу сама о себе рассказывает. Как бы то ни было, мужчина обзавелся потенциальным телом, пускай и искалеченным практически в мясо. Тот, кто занимался починкой — герой. Вполне возможно, что это был далеко ни один человек, но агитатор явно был очень убедителен. Девочке не успели пересадить печень, не смогли спасти матку, но с остальным серьезных проблем не было. Кроме каналов чакры. И это стало для Орочимару сделкой с совестью, он признался себе, что из-за одного лишь этого факта Ясу превратилась в брак в его глазах. Ублюдочное стечение обстоятельств. Такое прекрасное красивое тело, обладающее неистовым потенциалом, пускай и не настолько разрушительным, каким обладал Саске, но таким живым и легким. И в один миг все погасло. Сначала мужчина думал, что это его вина, а потом они вместе с Кабуто внимательно изучили каналы чакры Ясу еще раз, после чего пришли к выводу, что все утраченные связи были нарушены кем-то умышленно и ювелирно. Оставалось гадать, сделали это уже в госпитале Конохи заинтересованные лица, или же кто-то постарался под шумиху во время нападения. Горевал ли саннин о такой утрате? Не сильно. В какой-то степени ему даже стало легче, ведь теперь перед ним не было дилеммы — какое тело из двух выбрать. Выбор был очевиден. Саске слишком хороший сосуд, чтобы закладывать в него больше смысла, он должен просто исполнить свое предназначение. А вот с Ясу ситуация была другая. Орочимару видел в ней больше. Смог увидеть, когда возможность украсть ее тело отступила и глазам открылась совсем иная сторона этой представительницы древнего клана. Она была намного умнее, чем демонстрировала. Очень сильно намного. Это впечатлило Орочимару еще при знакомстве с малолетней болеющей Ясу, но тогда он списал все на развитое детское любопытство. С возрастом девушка обзавелась отличной эрудицией, а еще развила все свои мыслительные способности и таланты. Куноичи соображала быстро, точно, решительно и безошибочно. Она четко знала каждый свой шаг и его последствия, причинно-следственные связи для нее были очевидны как законы природы. Но что сильнее привлекло Змея — методы и образ мысли. Спустя несколько лет обучения своей подопечной Орочимару, наконец, смог понять, почему его так сильно тянуло к этой девочке. Они слишком похожи. Если Ясу было нужно — она возьмет любой ценой, какой бы низменной и грязной она ни оказалась. Девушка не чуралась ни убийствами, ни похищениями, ни шантажом, ни даже откровенным обманом ради своих целей. Она ставила на кон все и выходила победительницей, риск — ее основная черта как воина. Рисковать Ясу умела и любила, делала она это искусно и безупречно. Именно умение грамотно и бесстрашно рисковать позволило ей добиться успехов на поприще шиноби. Если бы Орочимару попросили охарактеризовать свою подопечную, он выбрал бы: «Грамотная разбойница». Готовность Ясу пачкать руки и окунаться в дерьмо с головой ради своего интереса очень напоминала Орочимару самого себя. А родственные души всегда тянутся друг к другу. Оттого у мужчины и была идея передать Ясу большинство своих знаний и научить ее чему-нибудь, что обязательно пригодится в ней. Своеобразная передача опыта. Подобные экземпляры попадают в руки раз в столетие. Учиха искала своего наставника недолго, он нашелся в одной из лабораторий. В этом помещении было не слишком просторно, зато светло. И пахло спиртом. Привычка Ясу собирать всякую бесполезную мелочевку никуда не исчезла, оттого девушка регулярно утаскивала в своих карманах то медицинские иглы, то кусочки мыла, то скальпели, то остатки бинтов. Всякая хрень сгодится для создания чего-нибудь этакого! К тому же, это отличная тренировка для мозга. Сам Орочимару в момент появления ученицы заканчивал рассматривать что-то в микроскопе. Какой сосредоточенный вид! — Верни на место, — спокойно произнес саннин. Ясу замерла, она уже собиралась отправить в карман очередную мелкую пробирку. Девушка тихо прорычала, слабо надув губы. — Как ты видишь постоянно? Надоело! Можно было хотя бы из уважения не замечать в этот раз, подумаешь… — воровка вернула вещицу на место и скрестила руки на груди, остановившись возле кушетки. Она почти нахохлилась от легкой досады. Микроскоп был выключен, а местный властитель истязаний повернулся на стуле и осмотрел вернувшуюся искательницу приключений. Выглядела она отлично, явно внепланово отдохнула и побаловала себя чем-то тропическим, судя по тому, как и без того косматые волосы торчали во все стороны — соленая морская вода дополнила долгожданный отдых. — А зачем ты постоянно делаешь это, если знаешь, что я точно увижу? Даже методам своим не изменяешь. Потому что рассчитываешь на реакцию, тебе необязательно отвечать, — мужчина даже поднял ладонь, выражая этим жестом абсолютную ненадобность в лишних словах и потоках ругательств. — Ты сейчас говоришь это, чтобы заставить меня чувствовать себя неловко. А вот и нет! Не стыдно мне, ни капли. Ни за воровство, ни за, как ты там это… да короче, — Ясу приподняла густые черные брови, — это происходит каждый раз в неизменном порядке и с неизменным эмоциональным окрасом. Раз ты эту традицию не нарушаешь, значит и сам доволен ею. — Противная девчонка, — примирительно заключил Змей, для Ясу подобные слова уже давно стали комплиментом. Трудно, на самом деле, называть это существо девчонкой. Нет, по поведению-то она точно девчонка, причем стигматизированная, словно сам Бог изначально задумывал женский пол именно таковым. Речь, скорее, о росте. Уж слишком высокой вымахала эта пташка, причем ничего не предвещало беды. Она была выше Саске, тот со своими никчемными ста шестьюдесятью восьмью сантиметрами выглядел каким-то недоделком на фоне атлетичной гибкой пантеры Ясу, что бессовестно посмела вырасти до ста семидесяти пяти. Казалось бы, никчемная разница, но девушка выглядела значительно выше. Возможно, это было связанно с ее вытянутой фигурой. В общем, тяжело воспринимать ее как несовершеннолетнюю бандитку маргинального характера. Учиха довольно и смущенно улыбнулась, она сначала загадочно опустила взгляд, а затем вновь подняла его и устремила к Орочимару, явно демонстрируя этим жажду похвалы. Дети предсказуемы в своих желаниях, особенно такие. Как открытая книга. Пока сама того хочет. — Хочешь похвастаться чем-то? Я весь во внимании, — искуситель изящно закинул ногу на ногу и поставил на колено локоть, его подбородок удобно расположился в ладони. Откровенно женская поза, однако Змей был в ней слишком безупречен, чтобы пытаться задеть его. Ну наконец-то! Ясу уже подумала, что он не спросит! Девушка оперативно забралась на кушетку и приподняла светло-синюю штанину, продемонстрировав яркий шрам на своей ноге. — Я сделала, — прозвучало это тихо и одновременно так ярко, красочно, страстно, словно Учиха достигла своей главной цели в жизни. Тут уже не смог сдержаться Орочимару. Он подошел к подопечной и начал пристально осматривать вытянутую ногу. Шрам, безусловно, выделялся на этой светлой коже, витиеватый, почти как водоросли на мелководье. Определенно точно ужалила именно медуза, больше подобных следов никто не оставляет. Причем медуза с тонкими щупальцами, максимально незаметными для ничего не ожидающего человека. Бледные пальцы тут же медленно прошлись по зажившему ранению, очерчивая весь сложившийся рисунок, лицо Змея выглядело очень заинтересованным. — Не перестаешь удивлять меня, Ясу. Как это вышло? — золотистые глаза обратились взглядом к черным глазам подопечной. — Мне пришлось пережить яд морской осы, чтобы заключить контракт. Это было самым сложным испытанием, в груди до сих пор все побаливает, видимо, от приступа, который я словила. Но… я ничего не помню, медузы сказали мне, что я была в горячке и в бреду, — Учиха пожала плечами. — Морская оса убивает быстрее и ужаснее, чем любая змея, даже натренированное ядами тело не может гарантированно пережить нападение, ведь к такому виду ядов человек не обращался никогда, — закончив изучать шрам, Орочимару убрал руку от ноги подопечной. — Неудивительно, что ты ничего не помнишь, в таком состоянии человеческий мозг сосредотачивает ресурсы на борьбе с токсином, а не сознании. Это для тебя к лучшему, чем чище голова — тем яснее завтрашний день. И все же… — мужчина отошел в сторону, чтобы помыть руки, прямо как истинный лаборант. Ему прекрасно известно обо всех тонкостях, конечности перед работой обязательно должны быть чисты, — мне бы хотелось узнать, действительно ли тебе удалось подселить к себе медузу? — Да, все так и есть, — Ясу зачем-то кивнула, хотя саннин был обращен к ней спиной. — Она создана из моей мутировавшей крови и чакры, я физически не ощущаю ее присутствия внутри себя, но точно ощущаю, что она есть, и она что-то делает своей собственной чакрой с моей кровью. — Значит, все легенды оказались вовсе не легендами, теперь у тебя есть фильтр. Это замечательные новости, отныне твоим органам не придется работать усиленно, чтобы подавлять яд, однако у медали есть две стороны: может случиться деградация. Будь с этим внимательна, лучше нам потренироваться. И испытать на ком-то твою новую кровь, — Змей обернулся к Учихе и плотоядно улыбнулся. — А еще я хочу взять образец для изучения, ты же не против? Ага, хочет он. Мудак заинтересован в изготовлении противоядия на тот случай, если ученица решит восстать против него, хотя не исключен и тот факт, что в голове Орочимару действительно витали светлые невинные мысли о том, что отравление может произойти случайно в ходе тренировок. Такова его природа, он не упускает из виду ни малейшей детали, ни единой возможности заиметь преимущество. Нужно быть умнее. — М, конечно, — Ясу слабо смущенно улыбнулась. — Только не пытай им своих… испытуемых. Они не переживут, это я могу тебе гарантировать. Ясу тоже много знала о своем наставнике, они провели достаточно времени друг с другом, чтобы выучить слабости. Орочимару тщеславен до одури, но он очень хорошо скрывает эту свою черту, хотя внутренне он, безусловно, упивается своим превосходством, о котором кто-нибудь обязательно выскажет. Однако, только упивается, не более. Змей легко способен отказаться от этого удовольствия, если инструмент исчерпал свою пригодность, все потому что Орочимару уверен, что таких инструментов через его руки пройдет еще ни одна сотня. К тому же, как и каждому мужчине, легендарному саннину очень льстят женские слабости, тем более детей он любит, а Ясу для него навсегда останется ребенком. Естественно, красавица пользовалась этой брешью филигранно и регулярно, она так и в детстве делала. Будет делать и сейчас. А что?! Дальнейшая неделя пребывания в убежище была насыщена тренировками и общением, Ясу, в общем-то, без намека на усталость постигала свои новые способности, составляла из них какие-то композиции, которые помогли бы ей в той или иной ситуации. Призывная медуза — не боец, бессмысленно даже надеяться на то, что в реальном столкновении это существо сможет накинуть разрушительного урона. Однако медузы могут дать определенное преимущество. Например, восполнить запас чакры. У Ясу резервуар и так небольшой, любая медуза, даже мелкая, справится с этим, выполнив тем самым свою основную задачу. В другом случае, если ресурс позволяет и обстоятельства подходят, можно призвать медузу побольше, значительно побольше. Некоторые из них так же, как и обыкновенные шиноби, обладают техниками природы чакры, чаще всего это вода. Ясу подумала о том, что раз она сама не способна залить все поле боя водой, то с этим отлично справится кто-нибудь из Сада медуз. Учиха не забросила свои тренировки водного камуфляжа, она старалась усовершенствовать уже имеющуюся тактику, ориентируясь на еще более быстрое убийство врага. Чакры-то немного, даже при условии, что воды разольет медуза — собственного ресурса не хватит на то, чтобы заставлять оружие левитировать долгий промежуток времени. Сюрикены идеально подходили для короткой победоносной стычки, но только в том случае, если враг не видит подвоха в самом факте воды. Ясу приспособилась метать сюрикены таким образом, чтобы они задевали водную гладь практически круговым движением, после чего возвращались назад к владелице. У Ясу еще появилась катана. Клинок — воистину идеологическое оружие любого воина, даже такого грязного как шиноби. Во многом на этот выбор повлиял Орочимару, потому как он был искусным мечником, его мастерству позавидуют именитые шиноби всего мира. Такой быстрый, точный, внимательный, а как же идеально он чувствует собственное тело и тело врага — безумие. Змей помог набить руку, но в голову все пришло само. Девушка много думала о себе. О том, кто она такая. Ее не покидали мысли о том, что она чертов инвалид, и что все ее тренировки — лишь жалкие смешные попытки нагнать тех, кто заведомо всегда будет впереди. Ей все теперь дается так тяжело, а ведь им, даже самым бездарным придуркам, это достанется в разы легче. Ясу навсегда в проигрышной позиции. Такую, как она, принято списывать со счетов, считать сбитой птицей, обреченную на скорую смерть. Кто в здравом уме захочет бороться с такими ограничениями? Тем не менее, Ясу двигала ее цель. И именно она не позволяла Учихе остановиться и махнуть рукой на себя. «Куноичи» — термин, которым определяют женщин, практикующих искусство ниндзя, но в иной форме, отличной от общепринятой. Общепринятый стандарт гласит о том, что шиноби — это воин, держащий в руках оружие и стремящийся в бой. А куноичи, поскольку их относят к женскому полу, держать оружие не способны ввиду своей врожденной слабости, ведь природа распорядилась так, что женщина всегда будет слабее мужчины физически. Оружием куноичи были красота, лесть, хитрость, а еще яд. Ясу нашла в себе все необходимые пункты, совпадало все по списку, однако девушка напрочь отвергла этот термин и неиронично запретила всякому называть ее «куноичи». Яд, врученный в чашке чая, украшенный очаровательной улыбкой и мягким нежным голосом — это не тот яд, что растекался в жилах Учиха Ясу. Она побеждала своих врагов руками, которые порой тряслись от усталости и боли так сильно, что невозможно было спать по ночам. Эта девушка не лисица, но и волчицей ее не назовешь. Так или иначе, но Ясу искренне верила в то, что «куноичи» слишком уничижительный термин для любой женщины-воительницы, подразумевающий глумление над женщиной, даже если в руках она держит не легонький бумажный веер, а тяжелое убойное копье. Учиха требовала называть ее «шиноби». Верность не господину, а верность себе и своей цели, путь к ней невозможно преодолеть без клинка в руках. Но и без иглы в рукаве — тоже. Девушка тренировалась так же усердно, как и в детстве, она умышленно просила не щадить ее, ведь любое послабление приравнивалось к поражению перед собственным недугом, а это недопустимо в системе ценностей Ясу. Орочимару, в общем-то, не сильно и заботился об этом, он четко ощущал жажду подопечной к силе, ему было не сложно работать с ней в полную силу. Предлагал ли он ей Проклятую печать? О, ранее он мог грезить об этом часами, увы, все мечты разбились о суровую реальность, когда девочка пришла к нему практически мертвой. Обессилившей, отощавшей, больной и убогой. Она бы не смогла вынести Проклятой печати, даже сейчас, когда ей почти восемнадцать лет и тело ее так окрепло, посветлело. Змею очень нравилось то, с каким рвением Ясу искала новые пути развития для себя, она изучала различные техники и исследования самостоятельно, без дополнительных наводок. Сама узнавала что-то новое и просила отработать это с ней на практике, постоянно звучал вопрос: «А ты когда-нибудь видел это вживую?». Было и очень много неудач, большинство из них болезненные, однако Учиха не унывала и бежала искать что-нибудь другое. Замечательная девочка, такие люди в принципе встречаются крайне редко. Чаще они предпочитают ныть о своей трагичной судьбе и ничего не делать, либо же смиряются и продолжают просто существовать. А нужно искать удовольствие даже от такой жизни. Ясу нашла такое удовольствие в вызове самой себе. И пока она ведет по счету. О цели подопечной Орочимару знал лишь косвенно, девушка не особо охотно разговаривала об этом. Было ясно, что если она что-то говорила — значит хотела, чтобы Орочимару знал об этом и имел ввиду. Интересно. Эта дикая кошка ничего не делала так просто, ей нужно от Змея что-то конкретное, но пока непонятно, что именно. Однажды мужчина краем глаза увидел личный дневник воспитанницы, читать, конечно, не стал, но соблазн был велик. Ему было известно, что Ясу собиралась вернуться в Коноху. Зачем? Чтобы узнать тайны своего клана и тайны самой деревни, второй пункт показался сомнительным. Для чего ей знать что-то о Конохе, если сознательно она там никогда не жила и даже приблизительно не чувствовала никакого родства к этой культуре? Ответ зрел один — для успешных манипуляций. А ради чего? Полнейший тупик, ни единой догадки. В общем и целом, Орочимару был не против того, чтобы девушка вернулась к корням, он точно знал, что ничего лишнего она не скажет, потому что это скомпрометирует ее причастную к деятельности преступной организации Акацуки, такое клеймо точно будет лишним. Конохагакуре — крайне необычное место, буквально перенасыщенное различными тайнами, умалчиваниями и грязными секретами, вся ее история пропитана дерьмом высшего сорта, такого нет больше нигде. Складывалось впечатление, будто Лист еще хуже Страны Воды, поразительное соотношение грязи на один квадратный метр. Копаться во всем этом — дело неблагородное, однако очень плодотворное, если подергать за нужные нити. Орочимару в это окунаться больше не желал, но про свои личные счеты не забывал. Если Ясу подберется к администрации Конохи слишком близко — он даже ждать не станет. — Куда ты направишься? — поинтересовался Саске, присев на небольшую софу. Молодой человек раскинул руки на ее спинке, вся его поза говорила о чрезвычайном превосходстве и над миром, и над ситуацией. Возраст такой, а у представителей клана Учиха эта черта тем более передается из поколения в поколение, ничего удивительного. Это была средних размеров комната, пространства в ней мало, натурального света вообще не было, поэтому приходилось использовать свечи. Тут было даже уютно, когда-то давно Ясу лично поспособствовала тому, чтобы в каждом таком холодном сыром убежище обязательно был какой-нибудь уютный уголок, в котором можно дать своему мозгу раскиснуть. Иногда в компании, прямо как сейчас. Девушка сидела за низким столом и корпела над какой-то картой, местность явно на Юго-Западе, исходя из иллюстраций. Умелая ловкая женская рука чертила какие-то линии с помощью пера с чернилами, на пергаменте со временем появлялись подписи. Со своего ракурса Саске ничего более рассмотреть не мог. — Страна Ветра, — не скрывая, поделилась Ясу, продолжая свое дело. — Там есть дела. Скорее всего, после этого мы с тобой очень долго не увидимся. Расспрашивать подробнее бессмысленно, если эта язва сразу не рассказала с подробностями, то ничего добиться из нее и не выйдет, гиблое дело. Ясу четко распределяет и отфильтровывает информацию, которую поставляет своим собеседникам путем диалога, ни единое ее слово не лишено смысла, совсем. Все потому что она придавала каждому слову серьезное значение, хотя в мире слова уже давно утратили свой вес. Юноша нахмурился. Сначала Страна Воды, а теперь Ветер. Что там могут за дела поджидать? Хочет навестить того придурка в идиотском костюме и с гримом на кривой роже? Сомнительно. Девчонка росла практически фригидной, как показалось Саске, она вообще не интересовалась чем-то таким. Исключительно практический подход к людям. И это очень контрастировало с тем, какой Саске запомнил ее больше всего — глупой наивной дурочкой, которой постоянно очень везло из-за ее врожденной харизмы. Кажется, судьба очень любит подобных птенцов, что вываливаются из гнезда и бьются головой о землю. Впрочем, с людьми, которые так или иначе симпатизировали девушке или считались ее приятелями, Ясу была все такой же лучезарной, теплой и язвительной. Могло показаться, что ее истинная сущность либо сокрыта глубоко от чужих глаз, либо она и вовсе стерта. Так странно и неприятно. Саске относился к Ясу как к кому-то родному. Не настолько родному, как, например, к сестре, такую степень родства крайне сложно назвать. Может, как к жене? Есть такое особенное состояние в жизни, которое приходит к человеку лишь с возрастом — супружеские отношения. В них уже нет пылкой страсти, влюбленности, ярких трепетных чувств, томления. Остается только приятное послевкусие от всего этого пьянящего состава. О супруге заботишься искренне, но, возможно, не так тепло и чувственно, как делал бы это много лет назад, когда вы были еще просто влюбленными юнцами. Скорее эта забота на уровне мышечной памяти, она происходит сама по себе и вызвана исключительно положительным жизненным опытом. По отношению к Ясу ученик легендарного саннина не ощущал никаких любовных намеков, исключительно что-то светлое и невинное. Вопреки всеобщему мнению, в Саске было еще очень много хорошего, просто оно томилось и ожидала часа своего триумфа. К тому же, в голове парня сложилась определенная установка ровно с момента знакомства с Наруто и Сакурой — добрый человек всегда глуп и слаб, скорее даже уязвим. А Ясу именно добрая, просто противная и вредная. Она последняя из Учиха. Их род может продолжиться в этом чистокровном союзе, воистину сильном, красивом и ярком. Принуждать к чему-то Саске не стал, но вот намеками стал помышлять уже давно. Романтическая любовь ему неведома, он рассуждал с точки зрения прагматической — их с Ясу наследник вышел бы очень крутым Учиха. Да и они с Ясу должны держаться ближе, ведь кроме них больше никого не осталось, они в этом мире одни. Жалкие намеки на семью появились лишь в момент их союза, в логове Орочимару, когда они встретили друг друга с пустыми погасшими глазами. Одинаково больные, одинаково непонятые. — Что же там способно удержать тебя так долго? Пустыня и песчаные бури? — вопрос был озвучен скептичным тоном, явно намекающим на глупость подобной инициативы. — Может, и они… — загадочно и расплывчато ответила девушка. — Дела маргинального характера, я бы сказала. — У тебя других и не бывает, — Саске хмыкнул. Не хотелось ему отпускать ее так далеко. Вместе они успели попутешествовать, посетили много городов, познакомились с разными культурами и открыли для себя что-то новое. Инициатором, очевидно, была Ясу, ведь ей после изоляции Амегакуре так сильно хотелось повидать мир, что она была готова ринуться в очередное путешествие даже с переломанными ногами. Дура, что сказать. Однако это позволило Саске расширить свой кругозор, чему он был вполне рад. Вслух, конечно, ни за что не признается. — Саске, перестань, — приглушенно попросила Ясу. Она отложила перо и повернулась к своему собеседнику. Тот либо заскучал по толике внимания к своей, безусловно, важной персоне, либо неиронично не понимал, к чему все шло с самого начала. — Это должно произойти когда-нибудь, я не планирую задерживаться рядом с Орочимару навсегда. Как и ты. Мы получим все, что нам от него нужно, затем наши пути разойдутся на какое-то время. Ты знай, что я буду в Конохе… больше мне быть негде, — косматая красавица почти позволила себе вздохнуть. — Чего тебя так манит эта Коноха? Совсем не понимаю твоего стремления вернуться туда, ты там чужая, особенно с таким гербом на спине. Нас там не любят, считают останками проклятого народа, — Саске, впрочем, говорил об этом почти спокойно. Он не понимал, откуда у народа Листа сложилось такое мнение о потомках Учиха, но догадывался, что это могло быть связано с печальной историей уничтожения клана. Итачи навсегда поставил это клеймо, ублюдок. — Я не прошу любить меня. Я прошу работать со мной, — Ясу окончательно развернулась к молодому человеку и мило сложила руки на коленях. Еще бы глазками похлопать для дополнительного эффекта. — Над чем? Неужто хочешь рядовым шиноби стать? За идиота меня держишь? — здесь уже возникла нота раздражения, Саске крайне не любил, когда его обесценивали и списывали со счетов. — Секрет. Узнаешь, возможно, когда-нибудь. Думаю, тебя это тоже коснется, — девушка пожала плечами. — Я просто хочу справедливости. Я должна окончательно разобраться с причиной изгнания моей семьи с территории Листа, это слишком суровое наказание даже по меркам тех веков, когда клан был только основан. Той причины, что мне назвал Третий Хокаге, недостаточно для такой крайней меры. — Думаешь, там остался кто-то, кто вообще помнит о тех событиях? Старик Хирузен подох шакальной смертью в битве со Змеенышем, а старейшины ничего тебе не расскажут, потому что ты для них чужачка. И чудачка, — Саске относился к вопросам подруги касательно ее семейства уважительно, это абсолютно здравые желания. Но вот к тем методам, о которых грезила Ясу, Саске выражал сомнения. — Ох, милый балбес Саске, если бы знания крылись только в головах вонючих стариков, то проблем у меня было бы как минимум в десять раз меньше, — Ясу хихикнула и поднялась, она приземлилась на софу, прямо рядом с парнем. — Информация передается из уст в уста, с каждым разом искажаясь все сильнее и сильнее. Такова цена ее жизни. Чем больше рассказчиков, тем больше шанс зацепиться за истину и добраться до нее по ниточкам. Далеко не только старейшины или Хирузен знали о моих родителях и о нашем клане, мне есть с кем поговорить. Только для этого нужно кое-что сделать. И не только это кое-что, наберется целый список. Саске поучительно щелкнул девчонку по носу, нечего тут зазнаваться. Все он и так знает, просто не видит потенциала в этом занятии. — Ау! — буркнула красавица. — Ты только держи в уме тот факт, что никто тебя прикрывать и жалеть больше не станет, ты уже не милая несчастная девочка из бесконечно воющего Дождя, — молодой человек приблизился к собеседнице, беспардонно вторгнувшись в ее личное пространство. — Если снова попытаешься влезть в архив или забраться на запретную территорию, то тебя сочтут предателем и шпионом, а с такими разговор не короткий. Будут пытать долго и с пристрастием, им не будет за это стыдно, ты не обвинишь их в домогательствах. Ясу выставила руки вперед, ее ладони уперлись в плечи Саске. Девушка пыталась сохранить безопасную дистанцию, не нужно лишней близости. Саске, заметив это, слабо вздернул брови и отстранился. Порой он забывал, что Ясу категорически невзлюбила поползновения к ней, даже если они абсолютно нейтральны и невинны. Можно только в том случае, если куноичи, ой, то есть шиноби, инициирует акт сближения самостоятельно. — Да это понятно, я же не глупая! — Ясу надула губы и скрестила руки на груди. — Я решила сменить тактику, подобными грубыми методами я уже давно не действую, между прочим. Я уже не маленькая, а значит и они будут обязаны воспринимать меня по-другому. Мне это только на руку. Ясу во всех смыслах стала не маленькой, из-за этого роста крайне тяжело воспринимать ее как несовершеннолетнюю. Ее фигура осталась такой же легкой и относительно миниатюрной, просто пиздец как вытянулась. Хорошая наследственность. Как цапля. Раньше такие девушки расхватывались в замужества стремительно, уж очень приятный тип фигуры в местной культуре. Атлетика сотворила из тела Ясу что-то очень красивое и эстетичное, но не в привычном понимании, а, скорее, первозданном. Все-таки цапля — это про нежное, плавное, воздушное и летучее. Тогда козочка. Да, точно, козочка. Коза. — Делай, что хочешь, — заключил Саске. Нет, он не обиделся, а просто смирился с неугомонностью и вседозволенностью Ясу. Совсем невоспитанная, какая из нее принцесса клана? Женщинам разве дозволено так себя вести? Парень мысленно рассмеялся. -Ну спасибо, что разрешил, — Ясу ткнула юношу локтем в бок. Для тонуса. Следующим утром девушка попрощалась со всеми, с кем нужно было, и выдвинулась на Юго-Запад. Путь будет очень долгим, слишком долгим. Предстояло обогнуть Коноху в Стране Огня, пересечь горную местность в Стране Реки и, наконец, выйти на золотые дюны Великой Пустыни. Впрочем, это может и не понадобиться. Сроки горели. Ясу в точности знала, когда и кто придет за джинчуурики Однохвостого демона. Вопрос был лишь в том, успеет ли она напомнить о покушении Гааре лично, либо же ей придется вытаскивать его из лап сучьего племени прямо во время процессии вытягивания биджу. Авантюра, очередная авантюра, но такая продуманная и интересная. Безупречная. Как же Ясу гордилась собой! — Темари-сан! — визжали представители администрации Сунагакуре, всячески призывая сестру Казекаге не делать глупостей. Едва ли эта девушка станет слушать их, ей абсолютно не интересны повизгивания мерзких лизоблюдов, которым хватило наглости сказать прямо при них с Канкуро, что нет нужды в спасении Гаары. Видите ли, если поползут слухи, то быть беде! А без правителя так беде не быть точно, ну какие же, блядь, придурки! Своей решительностью Темари уже ни раз пробивала дорогу в те дали, где светили нужные перспективы, она не испугается и сегодня. Тем более, когда дело касалось ее семьи! — Темари, одумайся! — рявкнул Баки-сенсей, обогнав свою ученицу и встав напротив нее. Крепкая мужская ладонь, непомерно грубая и не знающая пощады врагам, сжала плечо пигалицы, правда этот жест не содержал в себе злобы. Только желание уберечь от смертельной ошибки. — Подумай сама, хоть они и являются трусливыми идиотами, но они говорят правду! Если сейчас деревню покинешь еще и ты, то контролировать эти земли станет совсем некому, к нам тотчас же возникнут вопросы. Канкуро сейчас не в лучшем состоянии, чтобы торговать лицом. — Так лучше дадим младшему брату сдохнуть?! — грозно крикнула Темари. — Вы! Вы, сукины дети, знали об этом задолго до того, как это случится! Вас, блядь, предупреждали! И что вы сделали?! — кажется, женщина поддалась праведному гневу, у нее всегда получалось слишком хорошо. — Не поверили, не восприняли всерьез, вы даже не постарались сделать вид, что вас волнует судьба Гаары! — Темари говорила уже приглушенно, прямо через зубы, вкладывая всю ненависть к происходящему в свои слова. Она схватила бывшего наставника за жилет и притянула к себе, вынудив наклониться. Очень крепкая хватка. — Вот цена вашим взглядам на будущее деревни. — Доверяться незнакомой девчонке из Дождя тоже было бы глупостью, и не спорь с этим! — Баки был не из робкого десятка, он способен поставить любую девку на место, с Темари это всегда рискованно, однако ей тоже порой не мешает сбить спесь. Мужчина без зазрений совести ударил куноичи по руке, тем самым сбив ее и освободившись. Он выпрямился, а Темари только прошипела. — Гаара не маленький ребенок, он сам позволил произойти этому. И не смей перечить. — Гаара никогда бы не поступил так глупо и беспечно! Это вы убедили его! — Темари все никак не желала успокаиваться. — Темари, — Канкуро ковылял к сражению интересов, припав плечом к стене. Недавнее исцеление от яда Сасори выбило из него всю жизненную энергию, чересчур болезненный пренеприятнейший процесс, до сих пор каждый вздох отдавался тупой болью в груди, — не думай, что нашего младшего брата можно в чем-то убедить, если он изначально не согласен. — Канкуро, ты должен восстанавливаться, а не!.. — девушка подскочила к старшему брату своего семейства и поддержала его, закинув руку парня на свои плечи. Чего выполз вообще, драный кошак! — Да знаю, — цокнул кукловод. — Не спеши так попускать Баки-сана, он не на пустом месте пытается вывернуть ситуацию как можно лучше для нас… — голос Куро звучал вполне себе бодро. — Баки-сан, они не успеют уйти так далеко, сейчас сезон бурь, пустыня даже по небу станет для них серьезным испытанием. Мы сможем нагнать их, если выступим как можно скорее…пускай без нас с Темари, но клоуны из Листа вполне способны справиться с этим. — Ты кого клоуном назвал, кусок засохшего птичьего дерьма? — Узумаки Наруто выскочил из зала ожидания, заразив всех своей солнечной теплой аурой. Белокурый юноша был готов к подвигам, очевидно. Энергия била из него ключом, если не найти ей конструктивного применения, то Наруто весь мозг выебет. — Радуйся, что мы вообще стали тратить время на спасение тебя, мог бы хоть Сакуре спасибо сказать! — Да че ей мое спасибо, ты ваще что ли не догоняешь? Девкам похуй на комплименты и внимание тех парней, с которыми они не легли бы в одну кровать, очевидно, что я под этот критерий твоей подруги не подхожу, — Канкуро хмыкнул и тут же получил леща от сестры. — Че… — не понял Наруто. — Ниче, у сенсея своего спроси, — Сабаку но старший потер ушибленное место. — Так! — Темари уже была готова разораться на весь лечебный корпус, в ее случае это точно сработало бы, потому что она обладала низким звонким тембром, что для женщины считается невероятно весомым преимуществом. Обычно, девушек с тонкими нежными голосками не воспринимают всерьез. — Что вы предлагаете?! Решайте быстрее, на счету каждая минута! — Я предлагаю нашему отряду выдвигаться на поиски убежища Акацуки немедленно, — теперь уже заговорил Какаши. Он, к слову, всегда был спокоен и рассудителен, его уже не трогали никакие разговоры и петушения нового поколения, они могли лепетать о чем угодно. Тем более у них такой возраст, когда просто жизненно необходимо куда-то выплескивать гормоны и излишний тонус, тренировками сыт не будешь. Истерия местной властительницы тоже не была безосновательной, а значит не было смысла вздыхать и качать головой. Впрочем, всем требовалось успокоиться немедленно. Мужчина стандартно держал руки в карманах штанов, таким образом демонстрируя определенную отчужденность и неготовность идти на открытый близкий контакт. Хатаке не испытывал никаких особенных чувств к Гааре или его семье, но он прекрасно понимал, как высоки ставки, ведь был похищен Казекаге. Если бы он в пал бою — слава была бы совсем другой, но если он дал себя похитить, то от этого кошмара Суна не отмоется уже никогда, всего лишь одна шалость организованной преступной группировки будет стоить жизни целому пласту населения. Это слишком. В подобных вопросах нельзя нестись вперед, сломя голову, без плана и хотя бы приблизительного знания способностей врагов. Благодаря Канкуро удалось выяснить, что яд Сасори смертелен, и что им снабжено каждое оружие его марионетки. А его напарник использует техники взрыва, что тоже доставит очень много хлопот. Особенно тем, кто со взрывами толком и не сталкиваться. Какаши оценивал эффективность их отряда на шестьдесят процентов. Найти базу Акацуки будет просто, Паккун отлично справится с этой задачей. Но хватит ли у них сил пересечь пустыню в такую бурю и еще навязать бой, в котором точно предстоит выиграть? Неизвестно, будут ли там еще враги, а ведь это опаснейшие нукенины, для которых убийство — будничная рутина. — Понадобится поддержка, — заключил джонин Листа. — Не организовать, — Баки покачал головой. — Старейшины идут в отказ, они не желают выпускать из Песка ни единого организованного отряда, потому что это породит подозрения. — Кажется, нынешний Казекаге очень неудобен администрации, — Какаши все-таки позволил себе короткий вздох. — Слишком неудобен, потому что это стадо уебков, которых давно пора разогнать, — Канкуро нахмурился. Ему все еще было плохо, но он уже шел на поправку метровыми шагами, совсем скоро его тело придет в норму. — Я предлагаю сделать так: вы, шиноби Листа, ступайте вперед. Мы вас догоним днем позже уже с организованными отрядами чуунинов и джонинов. Я уже практически в норме, мне хватит сил убедить и запугать эту шайку вонючих старых уродцев. — Вот это по мне! А то хуйней занимаемся какой-то, пока над Гаарой там издеваются! — Наруто даже довольно улыбнулся. — Вот, Какаши-сенсей всегда говорит правильные вещи, слушайте его! Только я переживаю о Сакуре. Она потратила очень много сил, да еще и не спала толком, пока создавала противоядие. Хватит ли ее хотя бы на пересечение пустыни? — юноша посмотрел на своего наставника, которого он никогда не перестанет таковым считать, даже когда станет Хокаге. Какаши и сам думал исключительно о Сакуре. Так иронично, она смогла добиться таких познаний в ирьедзюцу, но именно это искусство вновь делает ее самым уязвимым и слабым звеном команды. Она буквально вернула человека с того света и смогла разработать сильнейшее противоядие, в противовес этому девушка теперь обессилена и на нее нельзя рассчитывать. Умный руководитель попросил бы ее остаться, нет никакого смысла в смерти Харуно, ей не с генинами предстоит сражаться. — Есть у меня идея, — Хатаке отошел чуть в сторону. Он надкусил палец и сложил печать призыва, компании тут же представился миловидный рыжий песик с невероятно умной уставшей мордой. Собака сидела смирно, а как только дымка от призыва рассеялась — призванный гость замахал хвостом и даже слабо махнул лапкой. — Приветик всем, — поздоровался Паккун. — О, пес-ниндзя, давно не виделись! — Наруто присел на корточки и погладил животинку по голове. — Выглядишь еще более уныло и устало, чем тогда. — Ты тоже, — пес никак не обиделся, он наоборот слабо блекло усмехнулся. — Чего случилось у вас? — Гаару похитили черти из Акацуки! Нам нужно их найти, чтобы спасти Гаару, но дело осложняется песчаной бурей в пустыне. Ты сможешь по запаху определить направление? — Узумаки выпрямился. — Да без проблем, ветер не станет помехой для меня, только песок в шерстку позабивается, — лапа почесала за ухом. — Так вы поможете?.. — Темари подуспокоилась и даже воодушевилась. Даже такое нелепое существо способно быть полезным. — Нет, — объявил Какаши. — Паккун, твоя задача будет в другом. Все удивились и синхронно посмотрели на джонина Конохи, что оставался все так же неприкаянным. — Ты должен найти команду Гая. Мне известно, что еще несколько дней назад они отправлялись на задание по соседству. По моим расчетам, они уже должны быть на обратном пути, что как раз пролегает по границе со Страной Ветра. Найди их как можно скорее и попроси присоединиться к нашей миссии, оттуда сразу бери след на это, — Какаши глянул на Баки, попросив продемонстрировать клочок плаща, что Канкуро успел оторвать во время битвы с Сасори. Забавный рыжий пёсель подошел к тряпице и тщательно принюхался к ней, хвост собаки начинал вертеться неугомоннее со временем, что означало успех операции. — Да… — Паккун присел, затем снова поднялся и походил вокруг себя. — Это вот там! — морда шерстяного ниндзя оказалась в необходимом направлении. — Просто прямо. Очень удобное местоположение, но путь займет больше двенадцати часов, это точно. Так что, каков план? — Ты бежишь искать команду Гая, а мы отправляемся завтра утром, — заключил Какаши. — Что? Но Какаши-сенсей, это же такой огромный разрыв во времени! А вдруг мы не успеем? — Узумаки, вопреки своим же словам, отнесся к приказу руководителя с недоверием, на то были основания, просто парень не в состоянии высказать их конструктивно. — Нам тоже нужен отдых, даже если мы побежим сейчас — силы покинут нас уже к пяти утра, это категорически не годится для шиноби. Ты должен содержать свое тело в порядке, если хочешь использовать его на все сто процентов в бою. А ничего другого в сражении с преступниками ранга «S» быть и не может. — Верное решение, — Баки кивнул, согласившись с высказыванием коллеги. — То же касается и вас двоих, — он строго посмотрел на бывших воспитанников. — Ты вообще как инвалид позорный падешь ниже некуда, если сунешься на поле боя в таком состоянии. А ты, — джонин обратился к Темари, та сразу нахмурилась, — приведи свою голову в порядок, иначе рискуешь умереть раньше, чем пересечешь пустыню. Всем собраться с мыслями и как следует отдохнуть. — Ну молодцы, всех обосрали, в душу плюнули, а теперь собраться, видите ли, надо, — Канкуро криво усмехнулся и слабо прижал к себе сестру. Та действительно очень волновалась, это ощущалось в воздухе. — Тогда я погнал? — Паккун глянул на Какаши. — Слушай, Какаши, я вот чего хотел тебе рассказать! Все никак не мог дождаться момента, — животное вновь присело. Все разошлись, Наруто в том числе, он ушел доставать Сакуру своим вниманием. Какаши и призывной пес остались наедине в этом холле. Мужчина вопросительно посмотрел на товарища и даже опустился рядом с ним на корточки. — Недавно наши ребята раздобыли информацию о том, что около четырех суток назад кто-то покинул Деревню Звука в одиночку, предположительно это была женщина, уж слишком приятно пахла, — Паккун спокойно смотрел на Какаши, они часто обмениваются различными новостями. — Подозрительно, потому что по моим данным в Отогакуре последние два года совсем никто не живет. Естественно там теперь никто не живет, эта деревня была построена силами Орочимару. Да и деревней как таковой она не являлась, там никогда не было своего собственного населения, исключительно какие-то кочевники и проходимцы, среди которых Змей искал себе подопытных. Коноха уже давным-давно установила наблюдение за этим субъектом, но за целых два года там не обнаружилось ни единого намека на присутствие жизни, а вход в убежище Орочимару так и не был найден. Складывалось впечатление, что Скрытый Звук — чистой воды бутафория, созданная саннином впопыхах для каких-то своих коротких быстрых целей. Впрочем, едва ли Орочимару стал бы делать что-нибудь этакое, не имея весомых причин. Участие в экзамене на чуунина с подставной командой — слишком детская несерьезная история. Слежку за объектом вскоре сократили, возможно, к ней стали относиться фиктивно. Кому понравится неотрывно несколько лет наблюдать за подобием поселения, в котором ни души? Так и с ума сойти недолго. Неудивительно, что АНБУ не заметили присутствия куноичи, если это действительно была она. Женщинам скрывать свою чакру проще из-за малых объемов и более аккуратного подхода к растрате ресурса. Но вот кому и что там могло понадобиться? Искателем приключений или последователям Змея? — Понятно. Спасибо, что сообщил, будет над чем подумать, — Какаши благодарно кивнул. — Ступай, Паккун, только будь очень осторожен. — Да нормально, — пес махнул хвостом и умчался. Процесс вытягивания биджу из джинчуурики всегда отнимает очень много времени даже при условии, что все девять шиноби вовлечены в общее дело. Тянуть чакру из другого человека в принципе очень тяжело, ситуации помогало плачевное состояние самого Гаары — его тело было в достаточной степени изнурено и истерзано, чтобы сопротивляться в должной мере. Весь затхлый сырой воздух в этой огромной пещере пропитался разнородной холодной энергией, находиться здесь физически неприятно, однако Дейдара терпел, ровно как и его спутник. Сасори, впрочем, особых неудобств не испытывал, но ему тоже хотелось покинуть это место как можно скорее. Сколько они уже тут? Кажется, больше суток. И проторчать придется еще столько же, не меньше, какая же скукотища. — Они прорвались, — оповестил Итачи, ощутив, что их жалкие копии, которым было подарено лишь тридцать процентов от общего объема чакры оригинала, пали под натиском команды Гая из Конохи. — Так быстро, — констатировал Какузу, в его голосе точно содержались ноты презрения, но выражены они были слишком слабо для провокации. — Они обнаружили нас и добрались быстрее, чем мы рассчитывали, — Белый Зецу оставался спокоен. — Удачное стечение обстоятельств для них, — голос Лидера пассивно осаждал каждого, кто пожелал бы высказаться чересчур резко и не по делу, иммунитет от этого ментального воздействия имелся лишь у Хидана в силу слабого интеллектуального развития. — Да похуй, пусть приходят, я догоню их быстрее, чем они успеют войти сюда. И тогда… — вещал язычник. — Заткнись, — осадил Какузу. — Не отвлекайтесь, — указал Пейн. Плохо, сразу две команды смогут отвлечь Сасори и Дейдару, тогда процесс снова растянется. Техника копирования не помогла, но она точно должна была вытянуть ресурсы из отряда Листа, что двигался с к ним с востока. Если обе команды предпримут попытки снять печати барьера со входа, то они с большой вероятностью смогут проникнуть внутрь с уже исчерпанными до конца силами. Хватит ли им ума рассредоточиться? В любом случае точно нельзя было отвлекаться от извлечения, основной задачей Сасори и Дейдары в случае проникновения отрядов Листа внутрь будет их выгнать отсюда и навязать бой на открытой местности. Техники подрывника даже помогут взорвать проход и перекрыть обратный доступ. Отлично. — Сасори, Дейдара, будьте готовы отвлечь врага и преградить проход естественным путем. Нам осталось не так долго. — Ты реально сможешь просто разбить его? — Наруто не переставал удивляться тому, насколько сильной стала Сакура, очень тяжело представить, что еще три года назад она смогла бы кунаем банку с консервами открыть, не в обиду ей. — Ты такая опасная, Сакура… — Узумаки неловко улыбнулся. — Просто заткнись и смотри, Наруто, — Харуно была уверена в себе как никогда, ей оставалось лишь дождаться сигнала Какаши. Обстоятельства складывались очень удачно, команда Гая подоспела вовремя, они буквально сошлись в этом месте в ту же минуту, что позволило рассредоточить силы для срыва печатей барьера. Главное, чтобы не произошло ничего страшного, никому толком не было известно, что их ждет там, внутри. Даже Какаши опасался исхода, в котором за гигантским камнем окажутся все члены преступной группировки. Сосредоточение опаснейших преступников сулит скорейшую погибель, в таком случае нужно будет экстренно заставить всех детей бежать как можно скорее. Хатаке искренне надеялся, что там только двое преступников, что как раз и напали на Гаару, это в разы упрощает задачу. Жив ли Казекаге или уже нет — вопрос в такой ситуации второстепенный. Этот риск никто не исключал. Страшно, но к такому исходу все тоже должны быть готовы. Когда все печати были сорваны, джонин Конохи поспешил отскочить от скалы подальше, Сакура с такой силой ударила по злосчастному камню, что тот раскололся вдребезги. В воздух поднялись пыль и грязь, вода на реке стала беспокойной, а от шума из леса улетели все птицы. Уши будто заложило. Ударная волна, впрочем, своей силой не особо впечатлила. Установилось полнейшее безмолвие. Вслед за постепенным оседанием скалистой породы все четче становилась картина внутренностей пещеры. Темнота. Как и говорил Неджи, внутри расположился огромный просторный зал, частично затопленный водой из реки. В самом конце виднелась огромная статуя, на ней неотчетливо были видны человеческие фигуры в странных одеяниях. Акацуки. — Вперед, чего встали-то, — Наруто умчался внутрь самым первым, как всегда даже не старается оценить ситуацию. Либо оценивает слишком быстро. Выбора не оставалось, Какаши жестом велел всем заходить внутрь, от команды Гая пока не было никакой информации. Скоро они подойдут сюда. В пещере происходило что-то ужасное, прямо соответствующее ожиданиям всего отряда по спасению Казекаге. Преступная организация Акацуки предстала перед ними как собрание людей, что истязали несчастного плененного лидера Сунагакуре, они вытягивали из него чакру с таким усердием, что чакра стала видна человеческому глазу даже без всяческих ухищрений. Нетрудно было сообразить, что алая река — чакра Однохвостого демона Шукаку, а то синее облако, что окружило силуэт Гаары — его собственная чакра, смешанная с общим ресурсом членов Акацуки. Чиё широко раскрыла глаза при виде этого ужасного отвратительнейшего ритуала, она даже подумать не могла, что ее внук Сасори способен опуститься до такого. Теперь лично ей стало многое понятно. Какаши никогда ничего подобного не видел, он не мог вообразить, что извлечение биджу из человека может выглядеть подобным образом, судя по голосу Казекаге — парень ужасно мучился и находился в состоянии агонии, эту пытку не вынести ни одному человеку в мире. Он точно не жилец, если не прекратить все это сейчас же. Акацуки решили похитить Гаару, чтобы украсть биджу, зачем им это? Хотят завладеть даже такой силой? Неужели их собственной силы достаточно, чтобы управлять хвостатыми тварями и не бояться их разрушительной мощи? — Сучьи дети… — прорычал Наруто, вновь впадая в яркую раскаленную агрессию. Сначала дыхание юноши сбилось, затем стук его сердца стал слышен так отчетливо, что становилось страшно. В нем хватит гнева, чтобы одолеть кого угодно, в том числе и своих друзей. Нельзя допускать очередной метаморфозы, Наруто может натворить слишком много плохого. — Да я вас… Я вас… — яркие голубые глаза налились кровью и переняли ее алый цвет, зрачки постепенно вытягивались, эти изменения свидетельствовали о переходе в режим хищного девятихвостого зверя. — Все-таки у них получилось, — загадочно хмыкнул подрывник из Ивагакуре, смотря на прибежавших насекомых сверху вниз. Едва ли они представляли какую-то угрозу им с Сасори, но придется повозиться лишний раз, чего крайне не хотелось. — Никому не отвлекаться, — приказал Лидер. — Сасори и Дейдара, они на вас. — Понятно, значит еще одна битва с зазнавшимися зверьками, — Акасуна кровожадно усмехнулся, его марионетка внушала ужас даже тем, кто всякое видал. — Что ты там лепечешь, ничтожество?.. Твоя судьба уже предопределена, украсишь эти стены своими потрохами. — Ну все, я уничтожу вас!.. — это был уже не Наруто, за него говорила неуспокоенная ярость Девятихвостого лиса, что с огромным удовольствием делился ею в моменты, когда «сосуд» позволял. Стоило лишь на мгновение поддаться негативу, как бездна поглощала сознание и оставляла место лишь для ярости, жгучей, кипящей, сверкающей. С каким упоением бы лис разрывал своих врагов! — Эта энергия… — заметил Пейн, — биджу… это так, Итачи? — выразительные глаза, слабо светящиеся в темноте от циркуляции чакры, обратились взором к нукенину из Конохагакуре. Тот молчал. Он даже не посмотрел на своего руководителя, он думал о том, имело ли смысл говорить о чем-то. Очевидно, что среди них всех Наруто больше всего походил на биджу, от него уже столько энергии вбросилось в воздух, что наверняка там стало очень тяжело дышать. Учиха лишь красноречиво прикрыл глаза, Пейну все стало ясно. Как резко ситуация переменила свой потенциал, теперь этой битвы даже не хотелось избегать. — Значит, джинчуурики Девятихвостого, — констатировал Сасори. — Я захвачу его. Без обид, Итачи. Догадываюсь, насколько жалко ты сейчас себя чувствуешь, — кукла усмехнулась. — Все будем чувствовать себя жалко, если господин Сасори падет в бою с малолетним школьником, от такой утраты оправиться будет очень сложно, — вклинился Кисаме, чувствуя, что начиналось ребячество. Ох, как хорошо! Даже приободрился. — Ха-ха, господин Сасори, теперь вы выглядите жалко! — Дейдара легко спорхнул с пальца проклятой статуи и оказался на земле. Самое главное — не опозориться, а остальное не важно. Что какие-то там детишки в компании с пенсионерами, даже не смешно! Предыдущий хоть и выглядел как клоун, но хоть что-то собой представлял, а это какое-то убожество. В этой мысли Дейдара с Сасори сошлись, исключительно по этой причине между ними не завязалась потасовка. Какаши оказался прямо перед Наруто, рука джонина резко преградила путь златовласому пареньку. Узумаки завис и вопросительно глянул на сенсея, тот не сводил глаз с врагов. Все-таки живьем только двое. Остальные как будто не находились тут физически. Ладно, шансы на успех появлялись, вот только стенания Казекаге подстегивают Девятихвостого демона вырваться наружу все сильнее, прямо как удары хлыстом. Наруто не сможет терпеть это долго, он уже едва контролирует себя. — Не спеши, — попросил Хатаке. — Ты не знаешь ни одной их атаки. — Вот сейчас и узнаю, — Наруто рычал непроизвольно, он звучал агрессивнее и злее не по своей прихоти, он даже не понимал, как выглядит и как разговаривает. В таком своем состоянии Узумаки представлял угрозу для Какаши, потому что плохо контролировал усилия. — Гаара же сейчас сдохнет, если их не остановить! — Я знаю, — приходилось разговаривать с учеником как с умалишенным, эмоционально он натянут как струна, очень нестабилен и в любой момент может сорваться. — Но лишний риск не желателен. Не приближайся к потоку чакры, это смертельно. Сакура и Чие приблизились к членам своего отряда, возрастная куноичи Песка неотрывно смотрела на Сасори. Ей было горько от такого исхода, но, кажется, лучше подарить внуку почетную смерть в бою, пускай и за неправильные интересы, чем позволить ему жить дальше и творить такие кошмары. Ни одно существо в мире не заслуживает быть так замученным ради каких-то целей, какими бы они ни были! Нет в этом ни красоты, ни чести, ни пользы, один лишь мрак. — Я надеялся, что ты уже на пенсии, — голос Хируко звучал вовсе не так, как истинный голос кукловода, это элемент устрашения противника. На Сакуру эффект сработал. Девушка замерла на несколько секунд, стоило только ей взглянуть в эти стеклянные глаза. — Он так силен… я чувствую такую большую разницу в нашем боевом опыте и навыках, — девушка решительно сжала кулаки. Нет, она не боится. — И все равно, я не позволю вам сотворить это! — Да-да, нам очень интересно, мне сделать вид, что я слышу что-то такое впервые? — Дейдара противно ухмылялся, он явно чувствовал превосходство над ситуацией. — Сейчас ты навсегда примешь вид человека, что услышал это в последний раз в своей жалкой никчемной жизни, — бабка достала кунаи, битва вот-вот начнется. — Вы, куски дерьма, еще пожалеете о том, что решили сделать это с ним! — вокруг Наруто все больше распространялась злая аура, воздух, казалось, начал нагреваться от источаемого гнева. Узумаки сам на себя не похож, он все еще оставался в тонусе после столкновения с Итачи. — Гаара мой друг, суки, такое дерьмо, как вы, не смеет даже приближаться к нему! Убью!.. Сражение началось стремительно, Наруто не испугался ни численного превосходства врагов над ним, ни их неизвестных способностей. Хвост Сасори атаковал парня стремительно, но тот весьма шустро уклонялся от каждой его атаки, параллельно пытаясь добраться до Дейдары, что отскакивал назад и сохранял дистанцию. Запускать в джинчуурики Девятихвостого бомбы нельзя, ведь ему удалось приблизиться к кукловоду, так они оба могут пострадать. Узумаки сразу просек, что патлатый петух слаб в ближнем бою, потому и старается улизнуть от атак. Нужно в первую очередь добраться до него, он падет самым первым и очень быстро. Слабак! Ничтожество! Чие это желание зверя из Конохи поняла самой первой, поэтому решила перетянуть внимание Сасори на себя. Пусть не мешает мальчику вершить правосудие над сортом дерьма из Камня. Женщина продела нить чакры в свои кунаи, тем самым заставив их уверенно парить в воздухе. Те мощным потоком рванули к марионетке Хируко, Сасори понадеялся отбить все метательное оружие одним ударом хвоста, и даже несмотря на трюк бабки с контролем летящих кунаев на дальнем расстоянии, ему это удалось. Все кунаи попадали рядом, они смогли лишь порвать хламиду Акасуны. Он вот-вот войдет в раж. Какаши решил оставить кукловода на Сакуру и Чие, способности Сакуры отлично подойдут для борьбы с марионеткой, а опытная в подобных боях Чие подскажет ей, как лучше вести себя в сражении с бессмертной куклой. Наруто помощь тоже требовалось, однако враг слаб, потому что предпочитает дальние дистанции, единственной проблемой белокурого ученика станет то самое расстояние, которое ему придется преодолеть любой ценой. Хатаке решил положиться на команду Гая, что вот-вот должна прибыть на помощь. Сам джонин должен был решить, как именно ему извлечь Казекаге из этого отвратительного ритуала, остальные члены Акацуки, судя по всему, никак не могли ни на что повлиять. Слишком много зрителей, как же отвратительно. Мужчина в своем арсенале имел не так много, чтобы прорваться через видимый поток чакры, даже приблизится к этому течению будет невероятно сложно. Тем более это чакра биджу. Нужно как-то отвлечь внимание Акацуки, что используют эту технику. Только если они все собьются, появится шанс. Попытаться разрушить эту жуткую статую с помощью чидори? — Что? Нет, это ты круто придумал, — внезапно белая птица шустро прилетела прямо к Хатаке, а Наруто подоспел, чтобы помочь сенсею уклониться от выпада глиняного создания. Дейдара, что стоял на ней, в очередной раз усмехнулся. — Мешать я тебе не позволю, пока не одолеешь меня — даже не думай приблизиться к мальчишке-джинчуурики. Теперь, когда Сасори рядом не было, можно и бомбами побаловаться, чем подрывник с удовольствием решил воспользоваться. Целый град из мелких белых сверчков начал атаковать Какаши и Наруто, вынуждая их отходить назад, к проходу. С союзом молодых и пенсионеров господин и сам справится, достаточно будет выгнать этих двоих, чтобы больше не было угрозы вмешательства. — Черт! — сверчки взрывались прямо рядом с Наруто и его наставником, их так много, а еще они очень крепкие, их не раздавить ногой, только если разбить. Шиноби создал множество теневых клонов, чтобы те приняли удары сверчков на себя, тем самым значительно сократив их количество. — Нас выгоняют, Какаши-сенсей! Нужно достать его, пока он нас не выбросил отсюда! — Подсоби-ка… Хатаке решил обмануть нукенина, он бросил в него кунай со взрывной печатью, как же хорошо, что Наруто сообразил все так быстро и ему не пришлось ничего объяснять, парень метнул в кунай учителя сюрикен, тем самым сбив траекторию его полета. Подрывник догадался обо всем позже, он верил, что кунай бросили именно в него, поэтому уклонился вместе с птицей левее, однако как-то сюрикен сбил метательный нож, тот сразу угодил в клюв птицы, где и взорвалась печать. Именно в пещере этот трюк сработал, какой ужас! Отвратительная обстановка для Дейдары! Его бы воля, он бы уже к чертям тут все взорвал. Однако, пока что взорвалась только его птица, а сам он спикировал вниз. — Ну вы! Сами напросились! — уже начал преступник, готовясь к очередной хитрой атаке с неожиданным элементом в виде гигантских сороконожек из глины. — Заткнись! — Узумаки оказался быстрее. Сила в нем прямо пылала, наконец-то его враг оказался на земле, разенган был воссоздан в руке настолько стремительно, что Дейдара даже не заметил этого. Все, что он успел увидеть — несущийся в его сторону озверевший джинчуурики. Нукенин, конечно, успел растеряться, но он успел сгенерировать хорошую идею и воспользоваться тем, что Наруто решил к нему так приблизиться. Подрывник сложил печать и взорвал своего клона прямо впритык к атаке светловолосого юноши, а сам успел использовать технику подмены и оказаться подальше от места событий. Ближе к выходу, нужно приманивать врагов именно туда. Беда пришла с другой стороны. Какаши с помощью шарингана узнал заранее, что враг предпримет попытку такого бегства из-под атаки Узумаки, поэтому он заранее выбрал траекторию для чидори в аккурат в то место, куда переместился Дейдара. Удар вышел отличным и неожиданным, длинноволосый красавец принял на себя критически много урона от этой устрашающей техники. Вдобавок ко всему его еще и шокировало, если не контузило, от стихии молнии вкупе с оглушительным щебетанием птиц. Пейн, естественно, следил за происходящим и пока не отмечал ничего критического, Сасори откровенно баловался, значит чувствовал свое превосходство, Дейдара же старательно пытался выгнать противников из пещеры, чтобы уже там атаковать их во всю свою силу. Ограничения, безусловно, играли свою роль для него, пещеру нельзя разрушать, пока в ней находится Гедо Мазо. И прерывать технику нельзя. Кукловод старался двигать бабку и девчонку туда же, к проходу, с помощью атак хвостом Хируко, но Чие вовремя сообразила, что если управлять самой Сакурой как марионеткой, то толку выйдет больше, уж старухе-то известны все паттерны своего внука. Так себе наступательная война. Дейдара на удивление быстро оклемался от атаки чидори, поэтому начал активно отбиваться от всех атак, стараясь снова увеличить дистанцию между собой и противниками, разумеется в сторону реки. Получалось это не особенно успешно, продвижение было крайне маленьким, к тому же пока не было возможности вновь запрыгнуть на птицу и улететь. Различные мелкие бомбы то и дело летели в Какаши и Наруто, то цепляясь к ним самим, то взрываясь рядом с ними, этого добра у Цукури очень много. Внезапно случилось нечто, чего ожидать не мог никто. Откуда-то из самого темного угла пещеры, вблизи воды, раздался странный звук. Прямо оттуда кто-то швырнул небольшую шкатулку в сторону статуи, на этот звук отвлеклись все без исключений. Битва замерла. Все точно знали, что это сделал кто-то непричастный. Команды Гая рядом так и не появилось, передачи остальных членов Акацуки не могли оказывать влияния на сражение, никаких шкатулок ни у кого не было. Все судили по удивлению и ступору друг друга. Раздался какой-то непонятный свист, словно от тонкой бамбуковой флейты, шкатулка тут же распахнулась, наружу вылетели сотни мелких бумажных печатей, они ярко горели лазурным светом и устроили самое настоящее сумасшествие в воздухе. Свиста флейты стало только больше, с головой у каждого присутствующего живьем начало происходить что-то странное. Наруто даже растерял всю свою агрессию, его глаза вновь стали нормальными, пропали клыки и когти. Сасори, будучи неживой куклой, завис, смотря на все это. Небольшие бумажки, словно конфетти, кружили в воздухе мощным шумным потоком, который начал действовать даже на передачи остальных Акацуки. Не сразу, но начал. Процесс вытягивания замедлился сам собой, а затем и вовсе остановился. Еще живое тело Гаары начало падать вниз, кто-то настолько быстро умчался к нему, что отследить движение было невозможно. Парень приземлился в чьи-то руки. Он еще дышал, еще был теплым, его сердце громко билось, а слабые тихие стоны боли звучали хрипло и сухо. Фигура водрузила Казекаге на спину и убежала обратно к выходу, по пути подхватив шкатулку и закрыв ее. Все печати тут же перестали гореть и упали на землю грудой бумажного мусора, из состояния прострации начали выходить все присутствующие. Наруто вернулся быстрее всех, в его ушах аккуратно зазвенело что-то, как будто какие-то колокольчики или побрякушки. Он увидел, что Гаара впереди куда-то пропал, и почувствовал чье-то присутствие сзади. Парень обернулся и охуел. Он широко раскрыл свои яркие красивые голубые глаза и вместе с ними рот, потому что шоку его не было предела, он даже не понял, как на все это реагировать. — Ты… — произнес Узумаки неуверенно. Юноша полном серьезе не верил в то, что перед ним предстала именно эта девушка! — Учиха Ясу!.. Девушка стояла вполоборота к пещере, на ее силуэт красиво лился солнечный свет, слабый-слабый ветер так же слабо трепал тяжелые длинные черные космы, небольшое ожерелье из жемчуга на шее красиво игралось со светом, немного звенело. Этот тихий звук ласкал слух, его можно было назвать даже музыкальным. Нежданная гостья запоздало улыбнулась, услышав свое имя. Она-то думала, что ее посмели забыть. А вот оно как! Наруто ее еще помнит! Таким красавчиком вырос, вот не зря она с ним подружилась пару лет назад. — Привет, Наруто, — поздоровалась Ясу. Момент был очень напряженным, но он не отменял того факта, что джинчуурики был похищен прямо в самый разгар извлечения! Дейдара не стал дожидаться приказов и тут же вылетел на птице из пещеры, глина у него уже заканчивалась, но ее хватит на преследование и уничтожение надоедливой девки! Он-то уже поверил в то, что она сдохла, наконец, но нет! — От меня не убежишь, язва, — хмыкнул подрывник. — Учиха Ясу… — повторила Сакура. Харуно не могла даже представить, что жизнь снова сведет ее с этим человеком. Сознание тут же начали одолевать воспоминания из прошлого, времена экзамена на звание чуунина, эта странная девочка, пришедшая из Скрытого Дождя. Как они с Саске быстро сблизились, буквально за один день они стали как будто приятелями, а ведь до этого ни разу в жизни не виделись и не общались! Саске мало говорил о ней, лишь однажды сказал, что очень рад ее появлению, но без бурного всплеска эмоций. Как же тогда болело сердце Сакуры, как же искренне она переживала о том, что Ясу и Саске внезапно захотят очень сильно сблизиться, ведь они последние из своего клана. Юноша тогда стал проводить больше времени с этой девчонкой, они вдвоем гуляли вместе, их даже Какаши-сенсей видел много раз. Да в те дни никому не было легко. Сакура позже услышала от Ино, что Ясу была весьма спокойна и приветлива во время второго этапа, она не стала их атаковать, хотя могла сделать это и с легкостью отнять свиток. Зачем-то она притворилась слабой. А тот ее бой с Гекко? И куда она потом пропала, после экзамена? Сейчас на этой девушке не видно протектора, она враг или друг? Или конкурент? Сакура предчувствовала неладное, одновременно с этим она почему-то восхищалась. Ясу в ее глазах выглядела слишком необычно, с возрастом это лишь укрепилось, Учиха невероятно контрастировала на фоне других людей. Теперь она стала какой-то высокой, вытянутой, а эти ее волос не выглядели как неухоженное гнездо, а скорее как благородная грива. Такой образ приятный для глаза! Очень воодушевляет и вселяет уверенность. — Кто еще знает, как меня зовут? — Учиха Ясу, — решительно произнес Сасори. Он, конечно, тоже был поражен до глубины души такой встречей, но у него, вообще-то, была цель, которой девчонка помешала. Потом он с ней поболтает, а сейчас требовалось вернуть Казекаге. Девушка хвалебно улыбнулась и щелкнула пальцами, согласившись с тем, что кукловод действительно знает ее имя. — Да я тебя… — уже начинал обещать Акасуна, — да как ты смеешь такое творить?! — Да потому что вы лохи, ну как можно было не заметить меня, я сидела в том вонючем сыром углу уже минут двадцать, — Ясу хмыкнула и тоже задрала нос, попутно увернувшись от воздушной атаки Дейдары. — Че?! — Наруто подскочил к приятельнице. — Как это двадцать?! Тут, вообще-то, камень был. Как ты оказалась внутри? — Во время столпа грязи и пыли после его уничтожения просочилась, — девушка сгрузила Гаару на спину Узумаки, тот услужливо подставился для такого важного груза. — Нихрена себе, — заключил Наруто. — Спасибо за помощь, Ясу! А мы-то все думали, как его оттуда безопасно достать, прикинь! Вовремя ты! Кажется, Наруто был единственным, кто воспринимал подобное как что-то нормальное. — Не игнорируйте меня! — бесился Дейдара, он продолжал забрасывать шиноби бомбами, которые взрывались рядом с ними. Ясу и Наруто уворачивались от снарядов как могли, с телом Гаары это было не так-то просто, потому что нужно было следить не только за своей сохранностью, но и за его. Какаши как мог прикрыл ребят, в конечном итоге они втроем оказались в выгодной позиции. — Не знаю, что здесь происходит, но раз преимущество на нашей стороне, то не будем медлить, — Какаши быстро осмотрелся, у них меньше минуты. — Мы с Наруто вместе с Гаарой отправимся в сторону Суны, там навстречу уже должны двигаться шиноби Песка. Вы втроем разберетесь? — Шутите? Он меня размажет по стене как соплю по штанине, — Учиха глянула на Сасори, что, кажется, оказался задетым. Уж она-то его знала, тот еще петух. — Я тебя отскребу, милочка, давайте только решайте быстрее! — Чие продолжала контролировать конечности Сакуры, чтобы та вдруг не подставилась под удар сама. — Вот и решили! Давайте, Какаши-сенсей, че вы как пенсионер, нет у нас времени! — Наруто резво побежал к реке вместе с Гаарой, Хатаке напоследок посмотрел на Ясу. Через пару секунд джонин Конохи последовал за Узумаки. Он распределил силы именно так, потому что знал, что за Наруто точно будет преследование, этот одноглазый тип все никак не успокоится. Дальнобойных техник больше ни у кого не было, а с Казекаге на плечах ученик особо не попрыгает по деревьям. Требовалось обязательное сопровождение. Какаши не мог знать, хватит ли сил трем женщинам, что он оставил наедине с Сасори, он даже не знал, что теперь умеет Ясу, у нее были ножны с катаной, а значит боец она уверенный. Ее интеллект и способность к анализу приятно впечатлили пару лет назад, хуже стать точно не должно. В крайнем случае, женщины должны потянуть время до того момента, как Гаара будет передан в руки Песка. Ясу посмотрела на своих союзниц, среди них пожилая женщина и Сакура. Предположительно, получилась команда инвалидов, но этого должно хватить на то, чтобы обезвредить Сасори, уж если не убить. А убивать бы его не хотелось, он еще способен сослужить службу, к тому же с Акасуной девушку связывали очень близкие теплые отношения. Неизвестно, выдержали ли они испытание временем, но в теории должны. Сакура недоверчиво смотрела на нового союзника. Еще одни боевые руки, это хорошо, но на нее противоядия нет, не рассчитано. Что тогда делать? Впрочем, теперь численное преимущество не за Сасори, и уже конкретно так. — Не смотрите друг на друга как две драные кошки смотрели бы на объедки, — Чие уже великовозрастна и опытна, ей прекрасно понятно недоверие двух самок относительно друг друга, но тут выбор без выбора, ведь враг прямо перед ними, и он их не отпустит. Они обязаны одолеть Сасори, чтобы тот не стал преследовать Казекаге. И больше даже не попытался заниматься такими глупостями. Харуно была мысленно согласна со словами пенсионерки, сейчас не время для каких-то лишних мыслей. Потом поговорят, если будет повод. — Мы сможем ему что-нибудь сделать? — спросила розоволосая красавица из Конохи. — Нет, — уверенно ответила Учиха. — Но выбора нет. Будем пробовать и надеяться, что здесь не появится кто-нибудь еще. — Вы закончили? — поинтересовался Акасуна. — Учиха Ясу, меньше всего я ожидал увидеть среди своих противников тебя. Тем интереснее и занимательнее это сражение. Сражайся со мной! Ясу кивнула Сакуре и Чие, пора было продолжать битву, передышка закончилась. Девушка извлекла из ножен катану и приготовилась к рывку. Эту марионетку она знала прекрасно, потому что застала процесс ее создания. Учиха побежала вперед, ей требовалось по максимуму сократить расстояние с кукловодом, потому что победить кукловода можно лишь в том случае, если разрушить его марионетку. Бояться нужно не только стального отравленного хвоста, но и всего остального арсенала, коим Хируко понапичкан просто до ужаса! Чего там только ни было! Сасори теперь переключил свое внимание на Учиху, для него это был спортивный интерес. Они редко сражались друг против друга в качестве тренировок, теперь же им предстоял бой насмерть. Не хотелось бы, конечно, но Ясу сама решила стать врагом Акацуки. Стальной хвост скорпиона двигался очень быстро и убойно, он стремительно атаковал девчонку с клинком в руках. Ее руки слабы, чтобы блокировать выпады, кому как ни Сасори, человеку, что заново собрал это тело, знать обо всех его слабостях. Впрочем, выглядела Ясу вполне живенько и бодро, как будто ничего такого с ней никогда и не было. Тело так хорошо развито, атлетичное, легкое, подвижное и гибкое, глаза горят, каждое движение уверенное и четкое, отточенное до идеала. Кто же тренировал? Где она была эти года? Учихе была известна лишь одна тактика против подобных атак. Сил на блок клинком действительно не хватит, но вот на парирование — более, чем достаточно. Это сыграет злую шутку с Сасори, он прикладывает столько силы и агрессии каждому своему выпаду, будет очень неприятно, когда вся эта энергия в момент удара просто сменит свое направление и вернется обратно в марионетку. Это очень сбивает с толку и выбивает из равновесия, что для кукловода критически важно, ведь кукла очень подвержена падению. Ясу подбиралась все ближе с каждой новой атакой Акасуны, парирование сопровождалось громким лязгом метала и буквально вибрацией в воздухе. Девушка ничего не боялась, она знала, что яд Сасори не сделает ей абсолютно ничего, а пока он занят ею — Сакура должна выбрать момент для своей атаки. — Как же ты меня бесишь, — сообщил Сасори, очередная его попытка выгнать Ясу на удобную дистанцию с помощью атаки хвостом провалилась, тот, кажется, вот-вот развалится, его шарниры начинали ломаться от бесконечного столкновения с прочным клинком. — Уклоняйтесь! — крикнула Чие, она уже догадывалась, что сейчас предпримет Сасори. Учиха сначала увидела, как пасть куклы распахнулась, оттуда мощным потоком полетели иглы. Вот же пиздец! Впрочем, Ясу часто тренировалась в Амегакуре против таких метательных снарядов, уклониться от них просто, потому что они не меняют своей траектории. Если они выпущены целым потоком, то нет ничего проще, чем просто разглядеть их направления и не подставляться под него. Харуно и бабулька тоже легко проигнорировали этот выпад. Все иглы пролетели мимо. Дальше Хируко продемонстрировал руки, из которых вылетели подобия дымовых шашек. Они распространили дым, а вместе с ним и какие-то деревянные короткие трубки, которые были плохо различимы в дыму. Они внезапно стали раскрываться и из них в произвольном порядке полетели новые иглы, очевидно тоже отравленные. Большую часть из них удалось отбить катаной, остатки миновались с помощью развитого навыка уклонения. Битва собиралась затягиваться. — Сакура, — обратилась Ясу, в момент оказавшись рядом с куноичи Листа. — Давай просто сделаем это. Он нам не страшен. — Ты имеешь в виду… — Да, — Учиха кивнула. — Поняла! Госпожа Чие, давайте сделаем так… На переговоры ушло несколько секунд, после которых Ясу резко начала сближение с Сасори. Хвост вновь начал свою атаку, на сей раз девушка не стала ее парировать, а просто запрыгнула прямо на него и побежала к самой кукле. Все это происходило так быстро, Акасуне было некуда деваться. Яд представляет опасность для Сакуры, поэтому Учиха просто вклинила свой меч в промежуток между стальными сегментами хвоста во время бега, поэтому когда она оказалась уже верхом на Хируко — его хвост сильно загнулся назад. Сасори был насильно открыт во время лобовой атаки, Харуно воспользовалась этим моментом и ударила по марионетке с такой силой, что та разлетелась вдребезги. Ясу тут же отскочила подальше. Победа? Очевидно, что лишь переход к следующей фазе, поэтому красавица не спешила убирать клинок в ножны. — Достали? — спросила Сакура, смотря на остатки произведения искусства. — Нет, — произнесла Чие, — мы лишь избавились от его куклы, но не от него самого. Смотрите внимательнее. Какая-то черная тряпица отскочила от разбитой марионетки во тьму. Ясу ожидала именно этого. Кукол у Сасори очень много, нужно было вынудить его явить свою истинную форму, иначе сражаться так можно бесконечно. Сакура уже очень выдохлась, наверняка она и прибежала-то сюда без сил, а тут еще сражение с этим неадекватным. Чем скорее Акасуна решит сражаться в полную силу, тем скорее весь этот цирк закончится. Учиха была настроена решительно, однако у нее еще сохранялось желание оставить своему духовному брату жизнь. Им еще было о чем побеседовать. За всем продолжали наблюдать оставшиеся члены Акацуки. Мнения касательно происходящего сильно разделились, определенно точно шокирован был каждый, даже Зецу, потому что он не чувствовал чакры Ясу ни задолго до убежища, ни уже здесь. Как она смогла скрыть ее на все сто процентов? И что это была за шкатулка с непонятными бумажками? Сейчас даже не посмотреть, нужно ждать окончания сражения. Пейн не произнес ни слова, ни малейшего намека на какую-либо эмоцию на его лице не появилось. Он просто смотрел. Передача и так искажает и голос, и вид, однако чувствовалось во всей этой бутафории что-то живое. Лидер никак не комментировал происходящее и не отдавал никаких приказов, Дейдара и Сасори сами прекрасно разобрались с порядком действий, вот только некоторые вопросы еще оставались открытыми. Что ввело их в такой ступор? Что это за техника? Прежде никто ничего подобного не видел, даже Нагато. Странные фокусы. Бог испытывал очень странные пугающие чувства. Его сознание разрывалось на части от острой нужды подумать то об исполненном пророчестве, то о провале с Однохвостым, то о появлении Ясу. Внутри все замерло и не подавало признаков жизни, время будто остановилось. Ясу. Это же Учиха Ясу. Живая, здоровая, такая красивая и сильная. Она очень изменилась внешне, никто бы не подумал, что она так вырастет. Кажется, она решила сменить свой стандартный стиль боя, а еще она до сих пор не применила ни одной техники, хотя рядом есть вода, значит проблема с количеством чакры сохранилась по сей день. Что же, это предательство явное во всех его смыслах, но нечто подобное уже случалось раньше. Например, когда-то Учиха помогла джинчуурики Треххвостого сбежать из плена. Чему удивляться? Только таланту и сноровке. Ее действительно никто не заметил, а если верить утверждению, что это длилось двадцать минут, то это не иначе, как проявление гениальности. Чем все это закончится — тоже хороший вопрос, Сасори серьезный противник, но и навыки Ясу улучшились, да она еще и не одна. Совсем не боится, ни секунды замешательства, никаких раздумий, только действия, продуманные до мелочей еще задолго до начала битвы. Поразительно и восхитительно. И печально, ведь теперь ее нужно убить. Он знал, что так будет, но трусливо уходил от этих мыслей и игнорировал их. Сам виноват, сам позволил ей стать такой, обрести свободу. Теперь сам прочувствует боль еще раз. Он это заслужил. Это сделает Бога еще сильнее. Очевидно, что это не последняя их встреча, в противном случае Ясу не стала бы вписываться в спасение Казекаге изначально. Она пришла сюда, потому что точно знала дату, время и участников. Ей было известно, что сюда придут именно Дейдара и Сасори. Ясу все помнит и ничего не выпускает из своей головы. — Интересное стечение обстоятельств, — прокомментировал Итачи. Он правда не знал, даже не пришлось притворяться. Он догадывался, конечно, но не знал. Вернее, не хотел верить, что Ясу хватит на это дело смелости. Молодой человек очень сильно недооценил эту девушку, теперь она еще и побьет его когда-нибудь, а ему придется с позором убегать. Мысленно Итачи даже позволил себе снисходительно улыбнуться. Редко такое потрясение случается, какие же приятные впечатления от того, что с Ясу все в порядке. Теперь ему обязательно нужно встретиться с ней лично и переговорить о Саске. — Я даже не знаю, злиться или гордиться, — честно поделился впечатлениями Хошигаки, смотря на происходящее с легким флером недоверия. Естественно, он очень горд! — Во какая вымахала, точно пришьет она его. Ха! Кисаме, пожалуй, даже обрадовался, но внешне этого не показал. Он скучал по малявке! А теперь ее и малявкой-то не назвать, убьет нахуй. Какая красотка, правильно, так и надо этому мудаку Сасори. Даже не обидно из-за Казекаге, Кисаме готов даже лично выловить его еще раз, чтобы увидеть повтор выступления. — Нихуя, это та самая малая? Блядина, мне из-за нее придется лишний раз торчать тут еще раз! Недоглядели вы, Лидер-сама, это че за подстава такая? Кто ей разрешил? — Хидан, к слову, отреагировал примерно так, как должен отреагировать любой адекватный человек на такие события. Они тут пыхтели больше суток ради чего? Ради того, чтобы личное развлечение Лидера взяло и все испортило? — Да завались ты нахер, Хидан, — Какузу хмыкнул. — Никто даже не знал, куда она делась, мы по всему континенту шляемся, про нее ни единого слуха. Непредвиденные расходы раздражают меня, но это не повод сейчас устраивать сцены. — Мы сейчас бессмысленно тратим время, — Бог решил остановить дискуссию, уже, кажется, все желающие высказались, могут даже законно обругать Лидера, но только за спиной, чтобы он не слышал, иначе есть риск устроить резню. — Вернемся позже, часть чакры у нас уже есть. Расходимся. Передачи исчезли одна за одной, пока ни остались только Пейн и Конан. Женщина беспрестанно следила за воспитанницей, она смотрела на нее как на что-то дорогое и сокровенное, ее лицо выражало крайнюю степень участия в эмоциях Ясу. Вот что такое любовь. Будь воля Конан — она бы прямо сейчас сорвалась вниз, чтобы поговорить со своей девочкой, с которой они так плохо расстались. Броситься к ней, прижать к себе и никуда не отпускать ни под каким предлогом. Ангел очень скучает. И как же больно смотреть на это. Нагато чувствовал себя практически дурно. Помимо принятия и боли он ощущал что-то, что эту боль очень неприятно подпитывало. Привязанность? Что-то еще? Так смутно и непонятно, даже не хотелось в этом разбираться. Учиха Ясу умрет. Такова ее судьба. Если ее не убьет Обито, который после этого инцидента собственную задницу порвет на четыре части от гнева, то убьют обстоятельства — она перешла дорогу Акацуки и присоединилась к тем, кто является их целью. К Ясу стоит относиться снисходительно, как к смертельно больному другу. Другу ли? Нет, он ей никогда не был другом, эту стадию они перескочили. Кто же они? Он ее наставник, родитель, учитель, опекун? Снова все не то. Нужно больше тепла для определения их отношений.